Глава 9

Сладкий кофе с искусственными сливками оказался не так уж плох. Последний раз Алиса такой пила как раз в гостях у Кати, когда они в её комнате обсуждали план побега. Именно лучшая подруга предложила стать своеобразной ширмой, прикрытием, чтобы ни Григорьевы, ни Лисицыны раньше времени ни о чём не догадались.

Кофе три в одном и бутерброды с сыром на чёрном хлебе – Алиса помнила как сейчас. Девушки тогда закрылись в крошечной – зато личной! – комнате Кати, включили музыку и говорили тихо-тихо, чтобы никто даже при всём желании не мог их подслушать. В отличие от сегодняшнего дня, погода тогда стояла тёплая, солнце светило радостно, и весь мир казался радужным. Конечно, поджилки тряслись от осознания того, на что решились совсем ещё юные влюблённые. Но кровь бурлила, и будущее виделось только светлым.

– Пятый месяц уже, – тихонько произнесла Катя и повертела в руках начавший остывать чай. – Мальчик.

– Здорово, – улыбнулась Алиса.

После неожиданной новости её решительность немного поубавилась. Если сперва хотелось посильнее нажать, чтобы Катя наконец выложила всё, то теперь не было ясно, как действовать дальше. Но без ответов Алиса уходить точно не собиралась.

– Я знаю, что у тебя много вопросов… – Катя провела пальцем по ободку стакана, поиграла с ниткой чайного пакетика и оставила его в покое, полностью переключив внимание на когда-то ближайшую подругу. – Но я надеюсь, Алиска, ты меня поймёшь, когда я тебе всё расскажу.

– Может, и пойму. Ты, главное, расскажи. Я давно жду.

Катю Алиса не торопила, ожидая, когда та сама заговорит. И она наконец созрела. Говорила она почти шёпотом, чтобы никто за соседними столиками не смог бы разобрать ни единого слова. Выручала и довольно громкая музыка.

– Алиска, я б и сейчас тебе не показалась, если б не узнала, – она сглотнула, – что Кирилл вернулся.

– При чём здесь Кирилл? Прости. Продолжай.

– Это всё из-за него. – На глаза Кати набежали слёзы, но она их сдержали. – Это он во всём виноват. И твою жизнь сломал, и… и мою. – Солёная капелька сбежала всё-таки по искусно накрашенной щеке, и девушка, схватив единственную на столе салфетку, осторожно прижала её к коже, чтобы не испортить макияж. – Ты, наверное, не замечала – влюблённая тогда была сильно, и я не замечала, но Кирилл… Кирилл и на меня засматривался. Я тогда наивная была, думала, это он меня по-дружески обнимает, в щёку целует тоже по-дружески. Проводил домой пару раз. Но я-то думала, что это воспитание такое. Я же… я же всё-таки твоя подруга!

Алиса догадывалась, к чему клонит Катя, но очень надеялась, что ошиблась в своих предположениях. Да, Кирилл действительно оказывал знаки внимания другим девушкам. И в особенности её подругам, но никогда по-настоящему не заставлял её ревновать. Просто он был такой – галантный джентльмен. Чем сильно отличался от других парней, для которых придержать для дамы дверь – что-то непонятное и совершенно ненужное.

– Помнишь, мы тогда договаривались, что Кирилл спрячет у меня чемодан, чтобы родители не запалили? А я должна была передать его ему перед отъездом.

– Помню.

– Я всё так и сделала. Приехала в парк заброшенный, ты, наверное, помнишь, где это. А он… – Она замолкла и прикрыла глаза, будто вспоминая. – Он затолкал меня в кусты, я кричала, отбивалась, звала на помощь! Никто не пришёл…

Непролитые слёзы душили Катю, и Алиса схватила её за руку, и принялась гладить ладонь, стараясь хоть как-то успокоить.

– Он изнасиловал меня, Алиска… Прямо там, в кустах… На траве… Алиска, ты ж знаешь, у меня тогда не было до него никого. Он первый… – Чтобы справиться с эмоциями, Катя залпом выпила чай. – Я умоляла его отпустить меня. А он только смеялся. Я сознание потеряла – мне было больно, меня унизили. Помню только, что он сказал, что мне всё равно никто не поверит. И особенно ты.

– Катя…

– Меня собачница нашла. В больницу отвезла, а там всё и засвидетельствовали. Я заявление написала. А потом родители его приехали. Умоляли меня забрать заявление, денег предлагали, много денег. Угрожали всем рассказать, если я денег не возьму. Ты сама знаешь, что у нас не насильника винят, а жертву. Сама спровоцировала. Нечего юбки носить. Нечего улыбаться было. Алиска, я бы не пережила! А если бы тётя Наташа узнала? У неё сердце слабое. И я согласилась исчезнуть. Но ты не думай, я о тебе не забыла! Я потребовала, чтобы Кирилл к тебе не приближался! Чтобы вообще уехал!

– Почему ты тогда ничего мне не сказала?

Катя помрачнела:

– Это было условием родителей Кирилла. Чтобы вообще никто не знал. Даже ты. Тёте Наташе я сказала, что поступила в институт и уезжаю. Очень её просила никому не рассказывать. А ты знаешь, что она добрая была, меня любила.

– Была?

– Умерла в прошлом году.

– Соболезную.

– Я ведь и на похоронах не была. Денег только прислала. Лисицыны запретили мне вообще в городе появляться. Я сейчас очень рискую, Алиска. У них расписка есть, они даже видео сняли, что у меня никаких претензий. Я ж деньги те взяла… Но я больше не могла молчать. Не хочу, Алиска, чтобы эта мразь снова всё испортила! Я знаю, что у тебя всё наладилось. Не спрашивай откуда. Алиска, пообещай, что не дашь ему снова испоганить твою жизнь.

– Обещаю. – Уж это она точно сделать могла.

Но всё же Алиса не могла поверить в эту историю на все сто процентов. Никак не вязался образ Кирилла из прошлого с тем, что поведала Катя. Но и совсем не верить тоже было нельзя, ведь он так ничего и не рассказал, напустив на себя таинственности. Да и сходилось слишком многое.

Хотелось поскорее вернуться домой, чтобы смыть с себя всю эту грязь, что вывалила на неё бывшая подруга.

Разговор вновь прервался, потому что к столику девушек опять подошла женщина в синем халате. На лице её появилось выражение такой неземной печали, что можно было подумать, что она только что посмотрела какой-то очень грустный фильм.

– Ой, девочки, у вас случилось что, да? Нет, красавицы мои, вы не думайте – я не подслушивала. Тут и слушать не надо – по вам и так видно. А давайте, я вам салатика принесу, а? Вкусный! Для себя делала.

– Не нужно, спасибо! – улыбнулась ей Алиса. – Нам чая и кофе вполне достаточно.

– Уверены? Если что, зовите, девочки.

Она подошла сперва к спящему мужчине, поправила немного сползшую с его лица шапку и отправилась в подсобку.

– Чё она лезет? – фыркнула Катя и шмыгнула носом. – Её это не касается.

– Ну да, ну да…

Алисе вспомнились так называемые друзья её родителей, улыбающиеся при встрече, но готовые перегрызть друг другу глотки, если потребуется. А здесь совершенная незнакомка старается утешить так, как может и, что самое главное, не лезет в душу, а просто и искренне предлагает свою помощь.

Пока Алиса разговаривала с хозяйкой кафе, Катя что-то набрала в телефоне и отложила его в сторонку.

– Алиска, – вернулась к теме она, – я тебя очень прошу, не приближайся к Кириллу!

– Я тебя услышала.

– Он очень плохой человек! Он… Он…

– Катя, спокойно. Не нервничай, – Алиса дотронулась до ладони бывшей подруги. – Расскажи, как ты, где живёшь, как живёшь, как жила всё это время. Я так понимаю, ты замужем. – Она кивнула на простое золотое колечко.

– Это? – вздохнула Катя, поднимая руку, чтобы показать кольцо. – Это я так ношу, чтобы не приставали. Но ты не думай, я скоро замуж выхожу.

– Поздравляю! Когда?

Брюнетка немного замялась и заправила волосы за ухо.

– Скоро… Мы ещё с датой не определились.

– Понятно.

Ничего странного здесь Алиса не заметила. Уж точно не ей судить с её прагматичным подходом к замужеству. Тем более что она не знала, что на самом деле происходит в Катиной жизни, и, похоже, та делиться особо и не собирались. Но на то у неё наверняка имелись свои причины. В конце концов, никак нельзя было сказать, что их по-прежнему связывала дружба, поэтому, наверное, было бы странно требовать откровенности.

А вот то, что Катя рассказала о Кирилле, заставляло задуматься. Юношеская горячность осталась в далёком прошлом, и Алиса очень надеялась, что научилась воспринимать любые сведения с холодной головой. Однако весть о Кирилле-насильнике всё же выбила её из колеи.

– Так, а где ты живёшь?

– За городом, – отмахнулась Катя. – Алиска, мне пора. – Она взяла в руки телефон и глянула на засветившийся экран. – Машина за мной приехала. Не ищи меня, Алиска, нам лучше больше не видеться.

Ни объятий, ни дружеских прощаний, ни даже простого «пока». Катя сорвалась с места и быстро покинула кафе. Из окна стоянку не было видно, и Алиса не знала, на такси ли уехала бывшая подруга, или кто-то за ней приехал. Впрочем, если совсем уж честно, и знать не то чтобы и хотелось.

После стольких лет поисков встреча вышла не такой, как себе представляла Алиса. И вовсе не из-за ужасного рассказа. Когда-то они с Катей были так близки, делились всеми секретами, стояли друг за друга горой, так почему же она не смогла открыться? Неужели она и вправду находилась в такой опасности, что совсем-совсем не могла довериться?

А может, и вправду не могла. А если ситуация действительно настолько серьёзная? Всё может быть.

Но, как бы там ни было, кое-что в Кате не изменилось: счёт она оставила оплатить другому.

«Хоть что-то в этой жизни незыблемо», – усмехнулась про себя Алиса.

Стаканчик чая остался одиноко стоять у окна, так и не оценённый по достоинству той, что его заказала. Кофе повезло больше – его допили до конца, только на донышке виднелся не растворившийся сахар. Зато даже под микроскопом никто не смог бы отыскать хотя бы крошечку пирожного. Алиса подумала, что неплохо было бы зайти в продуктовый по дороге домой, купить вафельные коржи, варёную сгущёнку и приготовить это сладкое воспоминание из детства. Миша точно должен оценить.

– Ой, а куда ж твоя подружка убежала? – Хозяйка кафе принесла бутылку пива на соседний столик и с удивлением подошла к тому, где всего несколько минут назад сидели две посетительницы. – Ой! Неужели плохо ей стало? С дитём что?

– Нет-нет! – покачала головой Алиса. – И с ней, и с ребёнком всё хорошо.

– Ох, напугали! Ну, добре тогда.

На халатике не было бейджа, поэтому и пришлось спросить:

– Как Вас зовут?

– Ирина я. Но все Иркой кличут.

– Ирина, а предложение насчёт салата ещё в силе? Очень есть хочется.

– А то! Сейчас, красавица моя, всё принесу.

Уже в такси Алиса прокручивала в памяти сегодняшнюю встречу. После того что рассказала Катя, чувство на душе осталось гаденькое, хотелось поскорее отмыться от него. И если бы не солнечная Ирина, Алиса наверняка бы впала в хандру. Однако в сумке домой Алиса везла контейнер с салатом «Оливье» и завёрнутое в салфетку пирожное. В магазин сегодня она решила не идти.

Добравшись домой и приласкав кошку, Алиса убрала гостинцы в холодильник и сварила себе чашечку эспрессо. Отчего-то любимый напиток не принёс привычной радости и даже показался не особо и вкусным.

В голове роились вопросы, но ответы на них не всегда выглядели логичными. Слишком много недосказонностей. Алисе захотелось кое-что проверить, и она набрала номер, с которого ей звонила Катя.

Абонент недоступен.

– Что ж, Зефирка, значит, будем разбираться сами.