48. Не доедет

Оказалось, что мы совсем рядом с Шовней. Каких-то пятнадцать минут, и мужики уже затаскивали в медпункт Трегубова на импровизированных носилках.

Валентин был мертвенно бледен, весь в поту, часто, поверхностно дышал и неразборчиво бормотал что-то сухими губами, уставившись мутным взором в потолок. Я никогда раньше не видела вживую интоксикации от яда змеи, но мне казалось, что она должна развиваться не настолько быстро. Не такой должна быть реакция на укус обычной гадюки. Может, у Трегубова аллергия или какие-то хронические заболевания?

Агафья выбежала в предбанник на шум. Всплеснула руками и сразу засуетилась вместе со мной и другими вокруг привезённого пациента.

— Батюшки, это что с ним?

— Змея укусила. Чёрная, кажется, гадюка, но я не уверена. Агафья Мироновна, сыворотку срочно, ещё антигистаминное и... — затараторила я, говоря, что необходимо принести, пока мужики сгружали на кушетку Трегубова.

Фельдшер убежала за нужными лекарствами.

— Выйдете все, вы мешаете, — стала я выгонять мужиков. — Ждите на улице. Всё сделаем, и сразу повезёте в райцентр. Ясно?

Дядьки почесали затылки, хмуро взирая на меня, но всё-таки попятились из нашей действительно тесной, крохотной процедурной.

Артур уходил последним. Поймал мой взгляд, молча спрашивая разрешения остаться, но я, дёрнув подбородком, отпустила и его.

— Я тут, в предбаннике, — понимающе кивнул Шахов. Развернулся и в дверном проёме столкнулся с Агафьей Мироновной.

— Как Лёшка? — притормозил её за локоть.

— Шутки уже шутит и ест за двоих, — хмыкнула Мироновна, выворачиваясь из его захвата и спеша ко мне.

— Ну вы ведьма, Агафья Мироновна, — насмешливо протянул на это Артур, благодарно смотря на моего фельдшера.

— А то! На том и стоим, Артур Адамович, — довольно подбоченилась Агафья.

— Агафья Мироновна, — раздражённо одёрнула её я, напоминая, что у нас тут вообще-то человек в крайне тяжёлом состоянии.

— Бегу, — она тут же подорвалась к Трегубову. Шахов же вышел, прикрыв за собой дверь.

— Так, вот, что просили, — Агафья суетливо стала раскладывать ампулы и шприцы. — Только... — замерла вдруг, пытливо и серьёзно посмотрев мне в глаза. — Сыворотки нет у нас, Ульяна Максимовна.

— Как нет? — замерла со спиртовым раствором в руках. — Была же!

— Так... Нет, — покосилась Агафья на Трегубова и скорбно поджала губы. — Давеча в Куйдугарах мужика одного тоже укусила. Привезли под ночь, последняя на него ушла.

Я оторопела. Тоже посмотрела на Валентина. На его синеющие губы и совершенно бессмысленный взгляд. Перевела глаза на лекарства, которые у нас были. Что ему без сыворотки адреналин и антигистаминное? До райцентра почти три часа...

— Так... Ладно... — внутренне содрогнулась. По спине холод пошёл.

Умрёт же. Точно умрёт. Первая кровь на моих руках. Внутри мелко, противно завибрировало.

— Делаем, что есть. Промойте пока рану. Лёд. Зафиксировать ногу надо, чтобы в дороге не растрясло, — лихорадочно начала командовать, продолжив манипуляции со шприцами.

— Как скажете, — кивнула Агафья Мироновна и занялась местом укуса.

Я же вколола всё, что могла. Трегубов вообще никак не реагировал на нас. Только на своё имя, если произносить у самого уха, что-то глухо мычал. Не жилец. Я отчаянно это понимала, но не могла просто так сдаться.

Как только оказали какую могли помощь, позвали мужиков. Валентина переложили на носилки и торопливо загрузили в пикап.

Я было рванулась поехать с ними, но Агафья вдруг крепко схватила меня за локоть, останавливая.

— Не надо, Ульяна Максимовна. Ничего вы уже не сделаете, — вкрадчиво зашептала, глядя в глаза. — Неспроста всё так сложилось. Это судьба его, и он сам её выбрал. Душа тёмная как тайга, вот тайга себе и забрала.

Я застыла с открытым ртом. Хотелось сказать: что за бред! Но было во взгляде и тоне Мироновны что-то такое, отчего у меня все волоски дыбом встали. И по телу прокатилась тягучая, пугающая волна ощущения, что это не сама Агафья говорит, а кто-то вкладывает в неё эти слова. Доносит до меня через Агафью. Поежившись, сглотнула суеверный ужас, который сковал.

Внедорожник тем временем рванул с места, поднимая пыль и увозя Трегубова в райцентр.

— Не доедет, да? — будничным тоном поинтересовался Артур, подходя к нам с Агафьей и выбивая из пачки сигарету.

— Не доедет, — покачала головой Мироновна, поджав губы и смотря удалявшейся машине вслед.