Глава 29

— Чарльз, — подхожу к волку, дергаю его за руку, — Мне тут не нравится. Давайте найдем другое место для ночлега!

— Оглянись вокруг, — издает самодовольный смешок, — Тут глушь. Это место скрыто от посторонних глаз. Территория гиен. И мы среди друзей. Расслабься!

Гиены… от его слов ноги подкашиваются, а страх проходится холодной волной по телу.

— Какая скромница, — кряхтит наш новый знакомый.

— Пошли, девонька, — Чарльз практически волоком тянет меня внутрь. На крыльцо трехэтажного покосившегося деревянного дома вываливают семь оборотней. У них такие же сальные глазки как у первого, только выглядят моложе. Здоровые. Крепкие. Заросшие. Неприятный запах клубится в воздухе. Их взгляды устремлены на меня. Кажется, они уже пробираются под одежду. Я готова бежать без оглядки. Только кто мне позволит и шаг сделать.

Смотрю на Чарльза. Он сейчас моя последняя надежда. Но вряд ли и поможет. Чары Шайны спали. И я сейчас самая привлекательная добыча в их глазах. Чем я думала? Почему не просчитала последствия? Даже Девид и Такер оберегали меня от контакта с самцами. Несмотря на все мои невзгоды, я была слишком беспечна. И теперь не имею ни малейшего представления, как выкрутиться из передряги.

— Таки сбежал, я уж было думал, так и подохнешь в дерьме, псина, — старый оборотень кружит вокруг нас. Принюхивается. Вдыхает воздух и закатывает глаза.

— Лапы у них коротки, чтобы переиграть Чарльза, — тащит меня в дом. Игнорирует умоляющие взгляды. В глазах волка зажигается недобрый блеск. И мне меньше всего хочется знать, что он задумал.

— Так чего тебе от нас надобно? Кров? Пищу? Защиту? Наши услуги стоят дороже одной самки. Это так, кхм… перекус… — ощущаю спиной сальный взгляд. И не переживу, если они ко мне прикоснутся. Тошнота подкатывает к горлу. Настолько сильная, что в глазах меркнет, и я падаю на Чарльза. Он пошатывается вместе со мной.

— Держи себя в руках! — зло шипит мне на ухо.

— О, дак я вижу дохляк ты. Без энергии долго не протянешь, без чужой помощи откинешься, — заливается скрипучим смехом гиена.

Пока они общаются. Оборотни обступают нас со всех сторон. В их глазах только похоть. Жестокая. Неприкрытая. Никакой пощады.

— Дохляк, который даст тебе то, о чем ты всегда мечтал, Бахус, — несмотря на изможденный вид, Чарльз чувствует себя довольно уверенно в этой вонючей компании.

— Так давай подарочек, — высовывает язык, по лбу скатывает крупная капля пота. Поглаживает себя между ног. — После потолкуем.

— Эээ, нет… Бахус, — Чарльз закрывает меня собой. Становится впереди, — Мы сейчас проводим девочку в комнату. Обсудим все. И только после будет десерт.

— Не зарывайся, пес, — рычит.

— Мне нужны гарантии. Пойдешь в обход меня не получишь волков. А так, она все равно ваша, — хватает меня за руку и тянет по деревянной лестнице. У него снова прилив сил. Только падал с ног, а теперь, скачет по ступеням как горный козел.

— Если ты их всех сдашь, какой тебе резон? Твой интерес, псина? — Бахус не идет за нами, остается стоять на месте.

— Мне нужен только старый хрыч Захарий. Все, — он отлично ориентируется в пыльном скрипучем доме. Явно тут не впервые. Тут повсюду грязь, смрад, но волка это нисколько не смущает. Он поднимается со мной на последний этаж и вталкивает меня в одну из комнат, — Посиди тут. Я решу вопросы.

— Чарльз! Не надо! Отпустите меня! Они ведь хотят… они со мной… сделают… — даже не могу этого произнести вслух. Словно слова сделают этот кошмар еще более реальным.

— Конечно, гиенам надо расслабиться. Ты идеальная самка, Жасмин, — говорит обыденным тоном.

— Нет! Не позволю! Это насилие! — цепляюсь за его руку. Чего хочу добиться? Помилования? — Прошу вас, не надо! Я убегу сама. Далеко. Только отпустите! Отвлеките их!

— Ты их задобришь. Подумаешь, потерпишь пару раз, — пожимает плечами. — Ничего с тобой не случится. А мне лишний козырь на руку. Они все заплатят, мой недоносок братец. Корону ему на башке подправлю. Выродок Черная кровь. Сыновья мои предатели. Все блевать собственными кишками будут! — смотрит сквозь меня. Такое впечатление, что сейчас загорится от ненависти.

— Чарльз, я вас не узнаю, — отшатываюсь. Смотрю на волка и не верю, что я когда-то считала его добрым. Что когда-то прониклась симпатией. Что поверила вот этому существу. Неужели я была так слепа? Пытаюсь найти хоть какое-то оправдание и не могу? Неужели мой внутренний голос настолько глух?

— Сиди тут. И только попробуй мне что-то сотворить! — подходит, хватает за горло. — Если будешь паинькой, скажу гиенам, чтоб нежнее были, не разрывали. Глядишь, помнут, но более-менее цела останешься. А ослушаешься, — схватил меня за грудь, сжал до искр из глаз, — Пощады не жди…

Волк закрыл дверь на ключ. Слышу его удаляющиеся шаги. Осматриваю помещение. Маленькая комната, тут только кровать и куча хлама. Пустые бутылки, коробки, рваная одежда, все под невероятным слоем пыли. У противоположной стены большое окно. Подхожу. Ставни заколочены. Толстое стекло. Сквозь него виден лес, луна и звезды.

По идее я могу разбить окно и попробовать спуститься вниз. Третий этаж не так уж и высоко. Только ведь оборотни услышат звук. Прибегут. И тогда… они сделают все раньше…

Нет… я не могу смириться… не могу позволить… Страх мешает мыслить. Парализует. Крадет волю. Неужели нет выхода? Надо попробовать открыть окно не разбивая. Выдернуть ржавые гвозди. Я не могу сидеть и ждать надвигающегося апокалипсиса. Я не дамся им в руки! Одно прикосновение этих тварей — мгновенно умру. Просто не вынесу!

Руки и ноги не слушаются. Слезы застилают глаза. Пробую взять себя в руки. Ничего не выходит. Кошмар поработил меня. Сковал. Пригвоздил к грязному полу.

Все поистине познается в сравнении. Жизнь у Даймонда в стае теперь кажется раем. Он бы никогда не позволил сотворить со мной подобнее. Впервые за пять лет задаю себе вопрос: «А такое ли он зло?». Возможно, я в чем-то ошибалась? Только слишком поздно я задумалась. Сейчас твари уничтожат меня. Растерзаю душу. И у меня не единой мысли, как это предотвратить.

Пробую все же открыть окно. Ломаю ногти до крови. Воюю с досками, которые сейчас кажутся прочнее металла. И только одна из них немного поддалась, как распахивается дверь. Бахус стоит в окружении своих гиен. Довольные улыбочки. Запах мочи отравляет и без того спертый воздух. Они пришли брать свое. Получили разрешение.

— Не подходите! — кричу. Из горла вырываются судорожные хрипы. — Помогите! — кого я зову на помощь? Кто меня услышит?

— Мы поможем, ой как поможем, — рокочущим голосом говорит один из гиен.

Терять нечего. Хочу прыгнуть в окно. Разбить собой стекло. И вниз. А там если ноги не сломаю, буду убегать. Буду спасаться. Не сдамся. Не позволю.

Только Бахус с невероятной быстротой оказывается рядом. Хватает меня за талию и швыряет на грязную постель.

— Куда собралась, красавица, — высовывает кончик языка, и издает звериный писк. Этот звук подхватывают остальные оборотни и надвигаются на меня. Грязь, похоть, смрад, лица, на которых написано только желание терзать. Удовлетворить свои животные потребности любой ценой. Они принюхиваются ко мне. Дуреют еще больше. В глазах безумие. Их не остановить.

Зажмурилась. Скрутилась калачиком. Не могу это видеть. Это за гранью реальности. Разум со звоном разбивается на тысячи осколков. Звон в ушах.

Нет. Стоп. С опозданием доходит. Тот шум реальный. Он не только в моей голове. Что происходит? Поднимаю голову.

— Я вам не помешал? — насмешливый хриплый голос, я никогда в жизни не была так рада его слышать.

Даймонд стоит в окне. Осколки стекла врезались в кожу, разорвали одежду. По телу течет кровь. Луна озаряет его силуэт. Черные крылья за спиной. Лицо спокойное, расслабленное, и взгляд черных глаз молниями пронзает душу. Все внутри взрывается фейерверками ликования.