Глава 51

И это его молчание врезается колючими иглами в сердце. Хочу закричать: «Говори!». Взять его за плечи и встряхнуть как следует. А вместо этого издаю лишь мычание. А тело и вовсе отказывается слушаться. Что со мной? Что вообще произошло? Чем закончилась битва? Хочу получить ответы немедленно! Сейчас!

— Очнулась! — слышу голос Оливии, сейчас он кажется слишком громким, звонким. Мне больно. Голова раскалывается. — Я сейчас напою ее отваром. Никаких разговоров Рэймонд. Нет!

«Да!», хочу проорать. Внутри взрывается протест, но я не могу его высказать. В меня насильно вливают какую-то горькую жидкость. Тошнит. Веки закрываются. Меня вновь затягивает бездна. Не могу ей сопротивляться. Там забытье и оно манит.

Несколько раз я приходила в себя, открывала глаза, видела размытые склоненные лица. Узнавала Теда, Рэймонда, Оливию, и ни разу не было Даймонда. Где он? Где мой сын? Почему я тут валяюсь, если должна действовать? Но вместо ответов, меня снова пичкали какой-то дрянью и я проваливалась в небытие. И даже там во мраке было неспокойно. Я металась в неизвестности, съедаемая сотней вопросов, на которые не было ответов.

Когда в очередной раз я открыла глаза, то впервые за это все время ощутила свое тело. Да, есть слабость, но я могу шевелить пальцами рук и ног, реальность стала более четкой. Туман рассеялся. Я могу видеть все четко, и мысли больше не путаются!

— Спасибо тебе за сына, за дочь, за жизнь моей супруги, я у тебя в неоплатном долгу, — Рэймонд сидит около мой постели.

Я много о нем слышала. И вот впервые вижу отчетливо. Статный, какой-то утонченный, и эти пытливые глаза, словно в самую душу заглядывают. Золото словно обволакивает меня, успокаивает. Он вызывает расположение с первых минут. Невольно проникаюсь симпатией к оборотню.

— Как они? — задаю вопрос, и с радостью отмечаю, что могу говорить спокойно, без усилий.

— Мама и дети отлично себя чувствуют. Все благодаря тебе. Вивьен рассказала, как ты вытащила ее из огня, — его голос похож на Даймонда, только он сильно протягивает букву «Р», словно издает глухой рык. А в остальном, волк также играет звуками, умеет вложить между строк то, что не передать словами. И сейчас я ощущаю исходящие от него беспокойство и грусть.

— Не надо благодарности, я рада, что с ними все хорошо. Просто ответь, где Даймонд? — сердце не на месте, оно выпрыгивает, стучит о ребра, в висках пульсирует кровь. Я боюсь услышать его ответ.

— Приходи в себя. Поправляйся. Мы потом обо всем поговорим, — снова отпускает голову. Явно увиливает от ответа.

— Сейчас, Рэймонд! Мне необходимо все знать! Он ранен? Ему плохо? Что с ним? Как ты не понимаешь, неизвестность убивает гораздо больнее? — сейчас я бы предпочла, услышать, что он просто не хочет меня видеть. Пусть будет жив и здоров. С остальным я справлюсь.

— Он исчез… — говорит глухо, закусывает нижнюю губу.

— Что значит, исчез? — сажусь на постели, мотаю головой, ничего не понимаю.

— Он спас мне жизнь. Закрыл собой. Сцепился с Такером, они, сражаясь, покатились за угол, когда я туда добрался, уже никого не было. Они словно растворились в пространстве. Мы обыскали каждый миллиметр, каждый камень, и ничего не нашли. Ни одной зацепки.

— Ты понимаешь, насколько от твоих слов попахивает бредом душевнобольного? — я могла подумать, что таким образом он пытается скрыть правду. Но отчего-то верю, что не лжет.

— Также исчез Девид. Это я обнаружил позднее.

— А Захарий? Он был ранен. Может, он все же выжил, и сможет дать ответы?

— Ни трупа, ни тела мы тоже не нашли. Колдун пропал, или его останки.

— Мой сын… он тоже пропал… его украли у Такера… что творится… — обхватываю голову руками. Это какая-то адская головоломка, и я не имею ни малейшего понятия, как ее распутать. — Чарльз? Гиена на нас напала, может, он причастен?

— Папенька уже вернулся в выгребную яму, — Рэймонд берет меня за руку. У него руки, как огонь, согревают. А сердце продолжает скакать в бешеном ритме, каждым ударом причиняя новую боль, — Его поймали сразу, вместе с гиенами. Мы запустили Чарльза к Девиду, как приманку. Смогли проникнуть неожиданно. Битву мы выиграли. Стая разгромлена. Выжившие волки присягают нам в верности. Шайна проводит с ними ритуалы. Их допрашивают. Мы ищем любые ниточки. Гиена, напавшая на вас — это был единственный, кто вырвался, бежал, и хотел таким способом отомстить. Так что могу с уверенностью сказать, что Чарльз и гиены непричастны к исчезновению вашего с Даймондом сына.

Я открыла рот. И закрыла. Последняя фраза заставила мои глаза, округлится до боли.

— Почему ты решил что… — даже боюсь вслух до конца произнести вопрос.