А как же наука?

Сколько Нина перенесла операций – она сама не помнила. Первый год у нее плохо отложился в памяти. Все смешалось в одну кучу: реабилитации, операции, лекарства, капельницы, массажи, сиделки. Родных практически рядом не было. Дочь сначала ходила беременной, потом родила. Мама захворала и сама слегла. Отец ухаживал за матерью. Сын тоже ее не навещал. Неизвестно, что ему наговорил отец в пылу эмоций. Иногда заскакивал муж, но чаще ограничивался передачками. Конечно, он оплачивал все дополнительные расходы, но душевной теплоты Нина от него не видела. Как-то он пришел к ней в палату и просто сидел на краю кровати и смотрел куда-то в угол. – Ты хочешь со мной расстаться? – спросила тогда Нина. – Нет, – он помотал головой. – Хотел посидеть в тишине. Муж тяжело вздохнул и встал с койки. – Пойду я. Нинок, если надо чего – звони. Привезу сам или с курьером пришлю, – сказал он. Очередная операция дала положительный результат, и Нина стала учиться: сначала стоять, затем сидеть, а после ходить. Она ни разу после той аварии не заплакала. Все переносила стойко, считала, что с ней такого не может быть, что она все равно встанет и пойдет во что бы то ни стало. Она читала много научной литературы, смотрела разные уроки, упражнения, изучала чужие методики. И все это пробовала на себе. Самое страшное ее ждало по возвращению домой, когда она открыла свои собственные научные труды, наработки и конспекты. Со страниц на нее смотрели непонятные ей слова, формулы и предложения. Она видела, что все это написано на русском языке, но абсолютно ничего не понимала. Ведь Нина сама это все когда-то написала и разработала. Она испытала шок и панику. Нина позвонила мужу, что-то кричала в трубку. Сиделка кое-как смогла ее успокоить. Константин тут же примчался. Он не понимал, что происходит с женой. – Нина, Нина, успокойся, что случилось? – гладил он ее по рукам и плечам. – Нинок, успокойся, все, что нужно, купим, закажем. Болит, да? Сильно болит? Она рыдала и трясла своими записями. По полу комнаты были разбросаны книги и методички, тетради и какие-то записи. – Я, я ничего не понимаю, – захлебывалась она слезами. – Ни-че-го. – Ну что ты, все потом придет в норму, не плачь, ради Бога. Это временно, сколько ты перенесла операций, наркоз действует на мозги. Все восстановится, не переживай. Главное, вот вставать начала, скоро ходить будешь. – Это же была вся моя жизнь. Как я без этого? – плакала она. – Нинок, а как же семья? Мы разве не твоя жизнь? – спросил ее муж. Она перестала рыдать и с горечью посмотрела на мужа. – Вот что, моя хорошая, слезами горю не поможешь. Надо начать с обследования головы, а там будем искать лекарства, – погладил он ее по спине. Как оказалось, после обследования какая-то часть мозга перестала работать. – Такое бывает, – кивнул врач. – После аварии, да и наркоз свое дело делают. Вы же не научные статьи писали, чтобы об этом горевать. Благо речь у вас нормальная, да и в остальном критических нарушений нет. – Так я писала научные труды, – вздохнула она и закрыла лицо руками. Теперь у Нины каждое утро начиналось с зарядки и упражнений для тела, и зарядки для мозга. Она все пыталась разбудить замерший участок. Теперь она осознала, что чувствовали ее бестолковые студенты, которые не понимали написанного. – Вот, Нина, это тебе за тех самых студентов прилетело, теперь поняла, как это ничего не соображать. Открывала школьные учебники по математике и физике и методично решала задачи. Вернее, пыталась их решать. – Мама, ну не мучай ты себя, – уговаривала ее старшая дочь. – Ты нервничаешь, у тебя клинит позвоночник из-за этого, боли появляются. Может, что-то другое придумаешь? Может, мелкую моторику развивать. – Как? – с тоской спрашивала Нина у дочери. – Вязать, например, или плести макраме, или вышивать крестиком. – Лежа? – Плести можно и лежа. Нина решила отпустить ситуацию и заняться своим физическим здоровьем. Дочь была права, ее зацикленность только ей мешала. Чтобы не потерять мотивацию, решила завести блог в одной из социальных сетей. – Может, это кому-нибудь поможет. Столько материала скопилось по реабилитациям, поделюсь с людьми. Она продолжала искать лекарства для стимуляции мозга. В своем виртуальном дневнике записывала все свои успехи и неудачи, делилась опытом по использованию разных средств. Там у нее завелась небольшая группа поддержки и виртуальные друзья. Постепенно научилась ходить при помощи ходунков и трости. Стала себя обслуживать и даже иногда готовить. Старалась выглядеть прилично. Раз в два месяца к ней приезжала парикмахерша, аккуратно подравнивала ей волосы и красила. Маникюр ей делала дочка. Нина иногда с тоской посматривала на все свои научные книги. Однако приходилось мириться и с этим новым состоянием. С сыном они отношения так и не наладили. Он считал, что мать виновата в том, что он не поступил на бюджет. – Если бы ты там работала, то могла бы меня протащить. И вообще, отец мне денег не давал на репетиторов, сказал, что вы сами как-то поступали в свое время. – Как бы я тебя протащила? Как ты это себе представляешь? – удивилась она. – Поговорила бы с кем надо, может, денег дала. – Ага, все так просто? Наивный мальчик. Ты мог заниматься вместе со мной, – ответила Нина. – Нет, ты предала нас, – сказал Кирилл. Единственное, что радовало Нину, что сын все же стремился учиться. С годами, может, удастся наладить отношения.