62. Это самое главное

Лиен

– Лиен! – донеслось взволнованно и до безумия счастливое. – Брат, как же я рад тебя видеть!

«Отис…»

Стоило выйти за пределы целительского крыла, как огневик с разбега влетел в меня, чуть ли не сшибая с ног. Я, не раздумывая, заключил его в объятия, краем глаза замечая, топчущуюся Эрику, которая находилась от нас всего в двух шагах.

– Иди сюда, – поманил я ее с улыбкой на устах.

– Лиен… – зашмыгала носом воздушница, – мы так волновались за тебя. Так переживали! – рыдала она, уткнувшись в мою грудь. – Элис места себе не находила, избегала нас. Она так страдала…

– Элис?! – напрягся Отис, тут же кидаясь к моему отцу, который вынес магиану природы на руках, так как я пока был на это не способен.

– Что с ней? – занервничала Эрика. – Боги, Лиен! Она же жива?! Жива?! Ну что ты молчишь?! – зарыдала магиана в голос.

– Успокойся, – снова прижал девушку к себе, плечи которой сотрясались. – Она жива, просто… просто спит.

Я решил пока не посвящать друзей в случившееся, уж слишком тяжело это осмыслить и принять, да и не факт, что о таком вообще можно распространяться. Ректор ничего не упомянул об этом, но все же не время сейчас говорить о таком и не место.

Эрика и Отис отправились вместе с нами, в дом графини, которая последующие несколько часов не могла найти себе места, нервно кусая губы и постоянно заглядывая в комнату к своей новоиспеченной дочери.

Я не отходил от нее ни на шаг. Сидел возле кровати и смотрел, как ее кожа теряет серый оттенок, а из-под глаз уходит чернота. Здоровый румянец Элис успокаивал меня, говоря, что она здесь, со мной.

Чувствовал себя измотанным и уставшим, даже начал побаиваться, что отключусь и именно это и произошло, так как я ни с того, ни с сего заснул.

Что-то нежное и теплое касалось моего лица: бровей, скул, губ. Было так приятно, что я невольно потянулся за этими ощущениями, слыша тихий смех.

Мгновенно распахнул глаза, смотря на любимую, которая глядела на меня сверху вниз.

– Элис… – прошептал я, наполняясь чувством радости до краев. Моя голова лежала у нее на коленях. – Как ты… – голос дрогнул. – Как ты себя чувствуешь?

– А ты? – спросила она в ответ.

– Я… я… – не мог говорить, эмоции взяли надо мной верх, и я вскочил, заключая магиану в объятия.

Повалив ее на кровать, накрыл губы жадным поцелуем, мгновенно получая отклик.

Целовал ненасытно, словно пытаясь лишний раз убедиться – это не сон.

Сердце билось о грудную клетку… ее запах, такой теплый и родной…

– Ну здравствуйте! – раздалось насмешливое от дверей, и я чуть с кровати не упал, мгновенно отстраняясь от покрасневшей Элис, глаза которой блестели. – Вот так я и думала, что нельзя вас наедине оставлять, – графиня, на лице которой виднелась лукавая улыбка, уперла руки в бока. – Ну? Это что такое?

– Мы… да мы это… – залепетал я, пытаясь отойти от поцелуя с любимой, который разжег огонь под моей кожей.

– Элис! – довольный визг прокатился по комнате, и из-за спины графини выскочила счастливая воздушница, бросаясь к нам на кровать.

– Ну вообще, – буркнул я, когда меня нагло спихнули на пол. – Кошмар, – фыркнул обиженно, – встречаясь взглядом с отцом и Отисом, которые прятали улыбки. – Девчонки, – фыркнул я, поднимаясь.

– Сын, – позвал меня отец. – Элис… проснулась, – подобрал он слово после небольшой паузы. – Теперь-то ты поешь?

– И помыться бы не помешало, – закивала Диона. – Твоя одежда, – она вытянула губы трубочкой, – скажем так, не первой свежести и это если не брать в расчет, что пижама из целительского крыла.

От кровати послышался писк, и я стремительно обернулся, наблюдая, как Эрика обнимает Элис.

«Любимая… – смотрел на нее, не имея возможности оторвать глаз, в то время как она дарила внимание в ответ, – я так рад, что ты вернулась ко мне».

– Хорошо, – графиня шмыгнула носом, смахивая слезинку с щеки, – с моей семьей все хорошо, и это самое главное.