Глава 12

Чтобы не возникало лишних вопросов к моей персоне, которая провела жаркую ночку с двумя сексуальными самцами в лифте, котики, стоило открыться дверям, устроили такой скандал, что все стояли по стойке смирно и, склонив голову, слушали, как мужчины распалялись все сильнее. Под шумок никто не обратил своего взора на потрепанную и покрасневшую Зоиньку, чего и стоило ожидать. Поэтому, ущипнув украдкой каждого из мальчиков за сочную задницу, поспешно удалилась, не забывая вилять своей, зная прекрасно, что они смотрят вслед.

Мурлыча незатейливый мотивчик, добралась до дома, где меня уже потеряла Марина. Как ревнивая женушка, скрестила руки на груди, притопывая ногой, ждала объяснений. Но, увы, я так хочу спать, что не до подробностей.

— Застряла в лифте с начальством. Телефон сел. Хочу спать, так как всю ночь грешила не по-детски. Не злись. Люблю, — зевнула. — Сейчас в душ и спать. Целовать не буду, сама понимаешь.

Юркнув в ванную, оставила подругу переваривать.

Быстро ополоснулась, после закрылась в спальне и обнаженной упала на постель.

"Как же хорошо," — было последней мыслью, прежде чем я отключилась.

Проснулась только вечером, полностью удовлетворенная жизнью. Не знаю, когда я ощущала в последний раз такой кайф. Хотя знаю… Этой ночью.

Перевернувшись на живот, улыбнулась, зарываясь лицом в подушку.

Знали бы мои родители, чем занималась их старшая эгоистичная дочь…

— Какой позор! — так и слышу, как мама с ужасом произносит, а сестра стоит рядом и ухмыляется, прикрывая ладошкой лицо.

Эх, ладно, не буду об этом.

Встаю с постели, потягиваясь, как кошечка, надеваю мешковатый домашний костюмчик и отправляюсь на поиски еды. Но на пути к кухне задерживаюсь в зале, где Марина рыдает в три ручья над концовкой серии ее любимого сериала.

Главное, сидит на полу, кругом полно шоколадных батончиков и конфет, газировка, влажные салфетки и платки, чтобы вытирать слезы.

— Да ладно, новый сезон твоей бредятины вышел полностью, — простонала, зная, что теперь эту дамочку не оторвать от телевизора.

Она же, как маньячка, отсчитывала дни до выхода каждой серии. Есть, конечно, вариант вытащить флешку со скаченным сериалом и спрятать, но она же и убьет за него.

— И тебе привет.

Не ожидав, что кроме Марины в квартире есть кто-то ещё, вздрогнула.

— Мать твою, Тоня, зачем так пугать?

— Я не пугала, — ответила, даже не поднимая на меня свои зеленые кошачьи глаза.

Ее не интересует сериал, но зато интересуют книги. Вот что значит сестры. По внешности, может, и разные, но одинаково зависимые от своих увлечений.

— Что читаем на этот раз? — подсела к Тоне, заглядывая в экран.

Ага, понятно…

— А ты не маленькая читать такие… кхм… пикантные истории?

— Мне двадцать один, — закатила глаза.

— Вот в этом и проблема. Молодая, неопытная, помешанная на учёбе. Так еще и портишь себе представления о реальных мужиках. Не у всех писюны большие, и не все даже близко представляют, что такое клитор.

— Зоя, "писюны", серьезно? — насмешливо уточнила. — Может, члены?

— Фи, я тебе сейчас помою рот с мылом. Не порть свой ангельский образ невинного ребенка. Лучше скажи тёте Зое, когда ты последний раз встречалась с реальным мальчиком, а не представляла альфа-самца, мастурбрируя перед сном? Красный диплом, конечно, круто, но секс тоже нужен или хотя бы поцелуй, там, за ручки подержаться.

Еще одно отличие сестер: на месте Тони Марина бы покраснела и засмущалась, а эту ничего не берет. Хотя, может, лучше умеет маскировать смущение.

— Когда в последний раз я встречалась с парнем, он лишил меня девственности и кинул, высмеяв мои чувства. Так что лучше я буду мечтать об альфа-самцах с толстыми членами.

— Допустим. Но книги твои все равно для взрослых девочек с укрепившейся психикой, которые понимают, что не всегда написанное реально в жизни. Да и секс не всегда такой сказочно-прекрасный, и не кончаешь тут же после того, как он в тебя вошел. Хотя зависит от прелюдий… Но не об этом сейчас.

— Зоя, может, хватит читать нотации и беспокоиться обо мне? Лучше расскажи, что ты чувствовала с двумя мужчинами одновременно? — глаза заблестели, телефон моментально был забыт вместе с книгой.

— Что? — офигела и повернулась к Марине. — Это ты ей разболтала?

— Не я.

— Она врет, — усмехнулась Тоня. — Так что ты чувствовала? Я читала, что…

— Вот в этом и проблема, ты читала. Как я должна тебе объяснять, если у тебя практики ноль, одни фантазии и не всегда реалистичные.

— Ну, Зоечка, ты же сама обещала мне все рассказывать и учить.

— Когда я тебе такое обещала? — расширила глаза.

— На день рождения Марины.

— Забудь. И на будущее — мои пьяные побуждения не всегда правильные. Я могу подарить тебе еще один вибратор, но про остальное даже не проси.

— Я хочу грязные подробности.

— Не-а, ты хочешь получить по заднице.

— А если перестать юлить, мне тоже интересно, что было между вами в лифте, — присоединилась к нам Марина, поставив на паузу свой сериал.

Надо же, она поставила на паузу. Вот что творит с человеком любопытство.

— Никаких подробностей, но было круто, — улыбнулась, хитро поглядывая на кислые лица красоток.

Никаких интимных подробностей даже под пытками не выдам.

-”Круто” — плохое описание, — возмутилась Тоня.

— Хорошо, скажу еще кое-что, — усмехнулась, как девочки навострили свои ушки. — Парни не просто делят одну женщину на двоих, они женаты.

— Да ладно? — ошарашенно спросила Марина, раскрывая шоколадный батончик.

— Вау, и это значит, что они… — подзависла Тонечка.

— Сама ещё в шоке, — забрала у Марины батончик.

— А как ты вписываешься в этот дуэт? — задумчиво спросила подруга, открывая второй батончик.

— Они бисексуалы.

— Они извращенцы, — сморщила нос Тонечка.

— Еще раз обзовешь моих мужчин, покусаю, крошка!

— Ты тоже извращенка, — нахально посмотрела на меня.

— Она точно твоя сестра? — посмотрела на Марину.

— Вроде моя, — пожала плечами, налегая на сладость.

Что-то не чисто. Марина не просто смотрит сериал, она пытается зажрать проблему. А если еще и сестру позвала… Мелкая обычно действует на нее успокаивающе.

— Вроде твоя? Да мне до тебя, старшая сестра, ещё расти и расти. А ты, Зоя, очень плохо знаешь свою подругу.

— Тоня, хватит, — Марина изменилась в лице и вернулась к просмотру сериала.

— Что с ней? — шепнула на ухо Тоне.

— Спрашивай у нее, она меня убьет, если я скажу.

Хм…

— Я не хочу об этом говорить, — опередила Марина, прежде чем я сформулировала вопрос.

— Хорошо. Малая, хочешь есть?

— Хорошая попытка, Зоя. Но я покормила сестру. А ты перекуси. Наверное, голодная после ночи.

Тоня пожала плечами на мой молчаливый вопрос.

— Спасибо за заботу, — ответила, прежде чем удалиться.

Пока сидела на кухне и размышляла над поведением подруги, телефон замяукал от сообщений.

Открыв первое, улыбнулась.

Там была фотография, на которой стояли котики в ванной, на их бедрах белые полотенца, а на плечах и груди капли воды.

Мур, какие аппетитные.

Второе сообщение.

Так не хватает тебя.

А-а-а, они слишком милые. Покраснела, как девочка, печатая ответ.

И я хочу к вам.

Мы соскучились, кошечка. Может, сегодня встретимся? Или сразу перевезем твои вещи, потому что это невыносимо, быть так далеко.

Пискнула, кусая кулак. Даже не описать те чувства, что бурлят в груди.

Не будем торопиться. Позже сама приеду, но сначала схожу с подругой в клуб.

С особой настороженностью ждала ответ, помня о контроле со стороны мужа. Та еще мерзость, когда контролируют каждый твой шаг.

Это жестоко, малышка. Но мы подождём. Если что — сразу звони, мало ли, какие придурки встретятся.

Все, я совсем превратилась в желейку, а еще эта идиотская улыбка.

Обожаю вас, сладкие.

И мы тебя! Как тебе цветы?

Красиво. Но в следующий раз хватит и одного букета.

Посмотрим: p Кстати, цветы из офиса доставят завтра утром.

И куда я буду их ставить? Так жалко те цветочки в лифте(

Это произошло случайно, малыш. Никто не хотел их топтать.

О, да, мы все хотели другого…

Жалеешь?

Шутишь? Я готова все повторить и не один раз!

Повторим, но, желательно, не в лифте. Ты бы видела лицо Марка, когда он объяснял, почему камера обмазана жвачкой.

А ты, Ален, мог бы и помочь, а не стоять и ухмыляться!

Мальчики, не ссорьтесь! Лучше объясните, какого черта вы еще не удалили анкету с сайта знакомств?

А ты почему не удалила?

Как раз собиралась, но первые вы.

Не доверяешь?

Скорее, забочусь, чтобы на ваши аппетитные задницы не покусились другие женщины!

Крошка, наши задницы только твои.

Ммм, как это заводит.

Хочешь, пошалим, ты себя поласкаешь?

Зоя, вспомни, что ты не одна, не будь эгоисткой.

В другой раз, сейчас я пойду собираться в клуб.

Но для начала надо предупредить об этом девочек.

Хорошо. Повеселись там;-)

Отложив телефон в сторону, утолила свой голод и вернулась в зал.

— Скучно с вами, — тяжело вздохнула, развалившись на диване. — Может, развлечемся, отметим мое увольнение?

— Я пас, утром важная пара, — начала занудствовать Тонечка.

— А я хочу сдохнуть, — раздался убитый голос с пола.

— Чувствуете эту отстойную негативную энергетику в квартире? Так это из-за вас.

— Хорошо, я могу себе позволить отдохнуть, но не долго, — сдалась Тонечка.

— Предательница, — буркнула Марина.

— Пошли в твой клуб, ты хоть босса своего покажешь, — закинула удочку.

— В мой? — оживилась.

— Ну, а куда мы еще на халяву попадем? Да и скидочка твоя в баре очень нужна. Я теперь безработная, надо экономить.

— Зоя, ты же дашь мне свое платье? — проговорила Тонечка, направляясь в мою комнату.

— Даже не думай без меня открывать шкаф, — возмутилась, направляясь следом за наглющей девчонкой.

— Хорошо, тогда я забронирую столик, — сдалась Марина.

Отлично, наконец-то я узнаю причину ее поведения.

Но проблески осознания начались, стоило нам с Тоней навести лоск и выйти в зал, где нас ждала Марина.

Высоченный каблук, черное короткое платье, облегающее, как вторая кожа. Вырез такой, что даже мой взгляд зацепился за эти сексуальные холмики. Но это все в целом норм, а вот что на шее такое?

— Это..?

— Мой ошейник, — выдохнула Марина, с трепетом притронувшись к нему.

— Ошейник? — приподняла бровь.

Марина, таинственно улыбнувшись, от бедра направилась в прихожую.

— Скажу только одно — ничему не удивляйся, — весело поговорила Тонечка, потянув меня за сестрой

Но как не удивляться?

Всю дорогу на такси до клуба открыто пялилась на мечтательную Марину и не узнавала ее. Куда подевалась моя стесняшка?

А когда приехали в клуб, как она строила глазки охранникам, что те пооткрывали рты. Конечно, все знают Марину на работе жесткой и чересчур правильной, но никак не флиртующей кисой.

— Кажется, ты подтолкнула ее к решительным действиям, — шепнула на ухо Тоня, когда мы зашли в клуб.

— Даже боюсь спрашивать, к каким, — прокричала в ответ.

Думала, поедем в клуб, я выпью коктейльчик, потанцую, расцелую девчонок и уеду к своим мужикам. А на деле сижу и пытаюсь понять, что, мать твою, вытворяет Марина на танцполе и как Тонечка, милое солнышко с озабоченными взглядами на этот мир, могла опьянеть с одного глотка? Есть даже подозрение, что она вдохнула и все, унесло красотку. Как мне пить теперь, когда одна отрывается, как последний раз в жизни, а вторая начинает чудить похлеще меня.

— Кому ты машешь, Тоня? — ущипнула за бок козень.

— Ты же сама сказала, что у меня опыта ноль, вот и…

— Даже не думай! Я оторву член любому, кто подойдет к тебе ближе, чем на метр! Усекла, малая? Я не шучу!!!

— Ой, смотри, вот и бывший муж Маринки появился, — икнула Тонечка.

— Какой муж? Первый раз про это слышу, — произношу, прищуриваясь и выискивая хоть какого-нибудь милого мужчинку вблизи Марины.

— Вон, в синем костюме, ее босс.

Тонечка показала на такого мужика, при взгляде на которого у меня волосы на голове зашевелились.

Бывают уверенные, сексуальные, красивые или просто веселые. А бывают львы с такой бешеной энергетикой, что хватает взгляда, чтобы понять — отдерет так, что ходить не сможешь.

— Вот это да, — только и смогла вымолвить, наблюдая, как он подходит к подруге и она замирает, как зайчонок перед серым волком.

— Они поженились, когда Маринке было девятнадцать, а развелись через два года, когда она узнала о его притрастиях, — Тонечка задумчиво помешивала коктейль трубочкой. — Хотя ушла она не сразу, сначала попробовала принять, уж сильно любила гада, да и любит до сих пор. Но после экспериментальной ночи ушла на утро и вскоре подала на развод. Как же плохо ей было, она белугой выла, все же первая любовь еще та болезненная ерунда.

— Офигеть. Так он…

— Угу, тот самый, как в “Оттенках”, - пьяно хихикнула. — Но это еще не все, Маринка и сама стала увлекаться, пыталась скрывать, но разве что-то можно от меня скрыть? Ходила по тематическим клубам и, кажется, начала жалеть, что ушла. Винила себя, что испугалась по молодости, слишком импульсивно отреагировала. А тут он выкупил этот клуб, и началась ломка, причем по ее рассказам взаимная ломка.

— Почему мне ничего не рассказала?

— Боялась, что ты не так отреагируешь. Думаю, что и сейчас мне стоило молчать, но я слишком пьяна и так болтлива, — хихикнула, положив голову мне на плечо.

Хмыкнув, погладила ребенка по волосам, не сводя взгляд с танцпола.

Сколько уже они неотрывно смотрят друг на друга? Минуту, две, пять?

Так неотрывно, словно окружающий мир для них перестал существовать, словно они разговаривают мысленно. У меня мурашки по коже побежали, когда она, не отрывая взгляд, начала опускаться на колени, после чего опустила и голову.

— Это что еще такое? — спросила у Тони, но та уже посапывала на плече.

Понимаю, что я сейчас там точно буду лишняя, если подойду интересоваться, какого хрена происходит. Да и Тоню не бросишь. Надо же, уснула. Пить точно не умеет.

Достав телефон, написала Алену адрес клуба и попросила нас забрать.

Марина со своим доминантом куда-то исчезли, вызывая у меня легкое волнение, но я постаралась заглушить это. Все же большая девочка, справится.

Ален с Марком приехали через час, когда я успела проклясть свою гениальную идею насчет клуба. Поцеловав меня, Ален взял Тонечку на руки и понес к выходу. Марк же подарил более чувственный поцелуй, приобнял за талию, и мы без спешки отправились следом.

— Думал, что ты будешь пьяна, а ты совсем трезвая, — сказал, открывая дверь автомобиля.

— Какой облом, — усмехнулась.

— И не говори, все уши мне прожужжал, какая ты развязная, когда выпившая, — сдал Марка Ален.

— Куда везти девочку? — спросил Марк, не глядя мне в глаза, проказник.

— Давайте отвезем ее ко мне, — предложила, даже не догадываясь, какой сюрприз меня ожидает.

Пока мы поднимались на мой этаж, то и дело ловила на себе возбужденные взгляды мужчин. Лифт — особая атмосфера. У самой от воспоминаний внизу все сжимается и щекочет. Если бы не сопевшая Тонечка на руках Алена и теснота, кто бы знал, что могло быть.

Уже даже мысленно начала планировать, чем мы займемся, положив Тоню в спальне Марины. Да вот только, выйдя из лифта и встретив бывшего, топчущегося возле нашей двери с веником и при параде, возбуждение сошло на нет.

Какое возбуждение, когда передо мной легендарный "Минута двадцать", убеждающий меня, что я бракованная, что не могу кончить, как все остальные его партнерши. Из-за этого умника у меня на год пропало любое желание заниматься сексом с настоящим мужиком.

— Ты что здесь забыл, Ванечка? — приподняла бровь, и мужчины рядом напряглись.

Внутри все задрожало, когда Марк, не долго думая, приобнял за талию, осмотрев Ванечку с ног до головы.

— Не понимаю, — брезгливо поморщился тот. — Сама свою мать подослала. Она мне день и ночь звонила, убеждала, как ты жалеешь о своем поведении, как хочешь помириться. А сейчас делаешь вид, что не понимаешь, зачем я пришел? Да еще и с мужиком левым зажимаешься. Знаешь, что? Иди нахрен! Езжай на свадьбу одна и позорься там.

Выбросив букет к моим ногам, пытался пройти к лифту, но злой Марк встал у него на пути.

— Не надо, пусть идет, — попросила рыжика.

Внутри лихорадило от мысли, что мать пытается не только решить, в каком платье мне надо прийти, но и с кем я там должна быть.

— Тебе повезло, — усмехнулся Марк, с презрением рассматривая лицо бывшего. — Но в следующий раз, когда я тебя увижу рядом…

— Да понял я, — перебил Марка, заметно нервничающий Иван, — отойди. Мне вообще проблемы не нужны.

— Пропусти это подобие мужика, пусть валит, — сказал Ален, с тревогой посматривая на меня.

И не зря. Я была близка к тому, чтобы взорваться. Мне плевать на слова Ивана и на его минутное присутствие, а уж как плевать на его речь оскорбленного человека.

Но мама…

Марк пропустил Ваню, не забыв посильней задеть его плечом, а я поспешно начала открывать дверь. Роняла ключи, тихо ругаясь, поднимала и снова пыталась открыть, так по кругу, пока Марк не забрал ключи и не открыл дверь сам.

— Спасибо, — поблагодарила, стараясь не смотреть им в глаза.

После чего показала Алену, куда уложить Тоню. Потом, попросив мужчин подождать меня на кухне, закрылась в своей спальне.

Проверив разницу во времени и придя к выводу, что мама сейчас должна уже проснуться, набрала ее.

— Наконец-то ты решила мне позвонить! — сразу же заявила. — Сколько можно игнорировать мои сообщения?

— Мам, зачем ты звонила Ивану? Я же сказала, что мы расстались, — как можно спокойней спросила.

Сдерживала себя от того, чтобы наорать на нее. Колотило от злости, ярости.

Хотелось высказать все, поругаться.

— И она меня спрашивает “зачем”? Неужели я позволю своей дочери появиться одной, чтобы родственники перемыли нам кости? Скажут еще, что ты до сих пор любишь Славу, Оля будет нервничать.

— Оля будет нервничать… — шёпотом проговорила, зажмуриваясь.

Бред, какой же бред!

— Надеюсь, ты его не выгнала. Мне пришлось долго его убеждать, что ты пройдешь лечение. Неужели у тебя проблемы по-женски? Могла бы сказать, а то я не понимала, почему ты до сих пор одна. Лечись, Зоя. А то возраст уже не тот, можешь и не родить. Бесплодие — это тяжелое бремя.

— Что ты несешь?! — яростно произношу, сжимая телефон с такой силой, что пальцы белеют.

— Как ты со мной разговариваешь? Неблагодарная. Чтобы была на свадьбе и не одна, не надо меня позорить больше. Я после того случая с машиной Славы и твоим выкидышем до сих пор отмыться не могу. Как я могла родить такую как ты?! Дикарку!

Она сбросила. Сбросила, вынув из меня душу.

Заорав в голос, бросила телефон в стенку, осела на пол и зарыдала. Не могла успокоиться, даже когда мужчины, сев рядом со мной на пол, укачивали и гладили, как маленькую.

Что-то подтолкнуло к этому. Словно я нуждалась избавиться от воспоминаний таким способом. Я начала говорить, сначала тихо и неразборчиво, потом все громче, пока вновь не заплакала…

Я рассказала про все. Про то, как застукала их в постели, про то, как потеряла ребенка на третьем месяце беременности и как после выписки из больницы разбила битой машину мужа перед офисом, зная, что он наблюдает из окна. Как возвращала себя к жизни, как уехала. Обо всем, что я обычно держу под замком, частично даже от Марины.

— Она знала, что тема детей моя слабая сторона, что так можно по-настоящему задеть. Зачем она делает мне больно? За что?

— Вопрос не в том, зачем она это делает. Вопрос в том, зачем ты позволяешь ей так поступать с собой, — прижимая к своей груди, проговорил Марк.

— Я люблю ее и папу, не могу перестать общаться, хотя пробовала.

Мужчины переглянулись, и Ален спросил:

— И ты поедешь на эту свадьбу? Зой, они хотят тебя унизить, понимаешь?

— Меня хочет унизить сестра, ради этого и попросила маму меня позвать. И она знает, что мама ради нее кого хочешь достанет из-под земли, — уже более менее успокоившись, ответила.

Встав на ноги, подошла к зеркалу и с помощью лосьона удалила весь расплывшийся макияж.

— И ты хочешь проучить? — спросил рыжик, развалившись на кровати.

— Да, — твердо ответила. — Вы же поедете со мной?

— В качестве кого? — с осторожностью спросил Марк.

— Моих мужчин. Или между нами…

Замолчала, кусая губы.

— Зоя, прекрати накручивать, — Ален подошел ко мне и, тепло улыбнувшись, поцеловал в лоб. — Мы твои, ты наша, разве ты еще не поняла?

Марк подошел к нам, и, обняв сзади Алена, сказал:

— Я спросил для того, чтобы понять, хочешь ли ты афишировать отношения с нами. А не для того, чтобы ты задумывалась, есть ли у нас отношения. Помнишь, я говорил вчера, что нас не волнует один только секс.

— А вы хотите афишировать? — заглянула каждому в глаза.

— Хотим.

— И я хочу.

— А не боишься негативной реакции? Многие убеждены, что…

— Плевать, — перебила Алена, — на их реакцию и убеждения. Мне так хорошо с вами, это главное.

— Я не устану говорить, что ты идеальна, — Ален прижался к моему лбу своим.

— Я с ним полностью согласен, — шепнул на ухо Марк, встав позади меня.

Закрыв глаза, улыбнулась, чувствуя себя не за каменной стеной, а в крепости, прочной и дарующей тепло и заботу.

— Так вы поедете? — спросила, откинувшись назад и прижавшись спиной к твердой груди рыжика.

Ален, сжав мои руки, приподнес к губам и поочередно поцеловал их.

— Конечно, поедем.

— Надо же увидеть того кретина, который потерял такую шикарную женщину, — с улыбкой произнес Марк.

— Вы лучшие. Это будет грандиозно, — засветилась так, словно и не кричала ранее от боли.

— Это точно, — усмехнулся Ален.

— Надо представить тебя дедам, а то они все ядом изошлись, что их внук гей. И какая жалость, что мне досталась вся их империя.

— Они думают, что вы геи?

— Ага, мы немного подыграли, — с ноткой юмора ответил Ален.

— И сейчас вы хотите их добить? — приподняла бровь.

— Скорее, заставить больше жалеть о своем поведении с моими родителями. Ведь после нашего приезда они умоляли отца забрать компанию себе, — ответил Марк, утянув меня за собой на кровать.

— И он отказался? — спросила, когда Ален присоединился к нам.

— Он взял на размышление неделю, чтобы они помучились от ожидания, а потом отказался.

— А что наши старики сделали своим детям? — спросила с любопытством. — Ходят много слухов, но стоить ли им верить?

Лежать с ними в постели и не возбуждаться нереально. Но сейчас больше хотелось поговорить или просто пообниматься. И мужчины, словно считав это, не предпринимали ничего, чтобы соблазнить. Наоборот, было много обнимашек, нежных невинных поцелуев и много-много разговоров.

Марк рассказал про ситуацию с дедами более подробно, рассказал про своих родителей и сестру. Ален тоже не молчал, разбавлял рассказ Марка шутками и комичными ситуациями, наполненными неловкими подробностями, от которых я краснела. А потом и сам начал рассказывать о своей необычной семье.

Мы разговаривали до утра, после чего они ушли, и мы договорились о свидании вечером у них дома. Закрывая за ними дверь, уже предвкушала удовольствие от нашей страсти, которая взяла выходной на прошедшую ночь. Но лично для меня эта ночь была более интимной. Мужчины показали, что не только могут заниматься со мной сексом, но и слушать меня и раскрываться в ответ.