16
Алекс
Чертовы ублюдки. Даже думать не хочу, что могло бы произойти с ней, если бы я опоздал. Михаэль тоже притащил свою задницу: бармен написал нам обоим. Зря. Хватило бы и моего присутствия, чтобы ясно дать понять: никто не вправе трогать Диану. Она может принадлежать только мне. Во всяком случае пока.
Сжимаю зубы. Михаэль считает по-другому, он уже присвоил ее себе. Придется и ему объяснить, что девочка занята. Простыми словами дружище не понимает, нужно доказывать на практике.
– Я буду рядом. Только попроси, – окончательно доводит своей наивностью. Ну кому интересны эти клятвы? Вы же знакомы пару недель! Стоит называть вещи своими именами: «Диана, мой член не дает думать ни о чем, кроме твоей аппетитной киски. Будем трахаться, пока это не наскучит».
Такое признание было бы гораздо более правдивым, но Михаэль думает иначе. Приходится влезть:
– Очень романтично. Но, может быть, Диана желает другого? Что же ты хочешь, Ди? – делаю шаг к ней. Плевать, что Михаэль не выпускает ее. Пусть чувствует, что девушка не оттолкнет меня. Она мечтает о другом, для нее на первом месте инстинкты, природа.
Руки сами лезут к ее животу. Стащить бы с нее эти тряпки. Прямо здесь на парковке перед баром, заставить чуть наклониться, опереться на капот… приподнять попку и отыметь. А Михаэль пусть смотрит.
Но пока можно ласкать только ее шею. Вдыхаю аромат Дианы. Легкий, женственный… ваниль и клубника? Сводит с ума. Пусть чувствует: я полностью готов, прижимаю ее к своему паху. Упругие ягодицы девушки трутся об меня, пока язык играет с ее шеей. Хочу развернуть ее к себе, подсадить и заставить скакать на члене, пока из красивого ротика не вырвется крик удовольствия. Но ее губы заняты. Михаэль целует Дину, и она отвечает ему.
Сучка. Похоже, ей нравится, что мы оба ее трогаем. Она отвечает нам обоим. Осознание этого факта превращает меня в одержимого. Я не хочу делиться и в то же время мысль о том, что она настолько развращена, что хочет нас обоих, уничтожает остатки трезвого мышления.
Не слышу и не вижу ничего вокруг, скольжу ладонью к низу живота, запускаю руку между ее ног. Но внезапно Диана начинает переживать, отталкивая нас и смотря в сторону входа.
– Отвезите меня домой, – еще больше подтверждает мои предположения. Девочка хочет продолжить с нами в более удобном месте.
– То есть отвези, – делает вид, что смущена. Смотрит на Михаэля. Еще бы, она же стоит к нему лицом! Бесит.
– Да, конечно, – друг слишком быстро соглашается. Доволен. – Алекс, отпусти ее. Мы уезжаем.
Вот это было лишним! Ясно же, что не отпущу. Или он слеп и глух? Не замечает очевидного?
Михаэль не медлит: быстро сажает ее в машину и, бросая самодовольную усмешку в мою сторону, собирается свалить. С трофеем, который принадлежит не только ему.
Размечтался. Я не дам увезти Дину.
– Мы не попрощались, детка.
Диана удивлена, неужели полагала, что я буду махать им вслед? Наблюдать, как он ее увозит?
Ну же, перестань так на меня смотреть! Ты же хочешь…
Набрасываюсь на нее. Терпеть нет сил. Подчиняется, расслабляясь подо мной. На заднем сидении неудобно, но мне плевать. Облизываю ее губы, кусаю, всасываю язык. Знаю, какая она вкусная.
Дина отвечает, ей нравится. Но мне нужно больше: рукой провожу по ее груди. Необходимо убрать все лишнее… Но даже так ощущаю твердые соски, выступающие сквозь белье. Подожди малышка, я до них доберусь…
– Хватит! – возможно, он говорит что-то еще, но мне не до его мнения. Дина выгибается подо мной, пока я сжимаю пальцами ее сосок. Вторая рука уже бродит по бедрам, стремясь найти путь в желанное место, то что только для меня.
Хлопает дверь, неужели Михаэль решает оставить нас наедине?
– Стой… – севшим голосом Дина пытается что-то сказать. Замерла, испугалась?
– Мне закончить, Дин? – глупышка. Я-то знаю ответ на этот вопрос. Рывком провожу по ее горящей промежности. Даже сквозь одежду чувствую, насколько она влажная. Усиливаю нажим, чтобы не дать ей отказаться.
– Да… – выдыхает стон. Ей нравится. Таким голосом просят еще, а не отказывают. Продолжаю поглаживать ее и дразнить. Она настолько тяжело дышит, что вот-вот кончит. Но я убираю руку.
– Отказываются по-другому, детка.
Приподнимаюсь, вижу в глазах вопрос. Кажется, она не поняла, что произошло. Почему было так приятно и резко прервалось на самом интересном месте.
– Хочешь кончить? Я тоже. Едем в отель, здесь слишком тесно, – говорю, смотря в глаза. Краснеет и злится одновременно. Не могу сдержать улыбки от ее разгоряченного лица. Красивая. Возбужденная. И неудовлетворенная. Но это мы исправим.
– Ты… Ты… – начинает ругаться, стараясь спихнуть меня.
– Тише, детка, – прижимаю палец к ее губам. – Просто потерпи. Ехать недалеко.
– Слезь с меня! Я не буду спать с тобой! Урод! – вопит, злюка. И тут же добавляет: – Где Михаэль?!
– Свалил, наверное.
Неспешно слезаю с нее и выбираюсь из тачки. Мы не можем уехать без ключей. К счастью, вижу друга у входа. Курит. Хотя давно бросил. Интересно, он сделал выводы или все еще думает, что Диана хочет только его?
Подхожу к нему. Затягивается. Вижу в руках бутылку виски. Откуда раздобыл?
Делает глоток. Смотрит на меня. Холодно. Недружелюбно.
– Майк… – зачем-то называю его детским прозвищем, которое только между нами.
– Проваливай.
– Дай ключи. Ее нужно отвезти домой.
Ловлю на себе пристальный взгляд друга. Молчит. Не торопится никуда ехать. Ну и к черту! Пусть остается.
– Если ты собираешься бухать, то я вызову такси. Справимся без тебя.
Меняется в лице, швыряя бутылку в урну. Делает шаг в мою сторону и тянет руку, чтобы схватить меня за рубашку.
– Остынь, – скидываю его пятерню, кивая в сторону тачки. – Не время для разборок. Она ждет.
– Проваливай, Лекс. Не порти ей жизнь.
– По-моему, ей все нравится.
– Ошибаешься. Она запуталась. Ее влечет к нам обоим.
– Да ты капитан Очевидность, – смеюсь. Неужели дошло?! – Ладно, давай сюда, – беру из его рук сигарету, затягиваюсь и тушу. Хватит терять время. – Остаешься? Или едешь?
– Из нас двоих останешься ты, – кидает мрачный взгляд и, толкая меня плечом, проходит к авто. Закрываю глаза на его провокационное поведение и шагаю следом.
– Давай ключи, ты только что пил.
– Ты тоже пьян.
– Доехать смогу. Здесь близко, – выхватываю брелок от тачки.
Пока мы выясняем кто из нас сядет за руль, вдруг понимаю, что в машине пусто.
– Твою мать! Диана убежала!
Михаэль не доверяет моим словам, резко распахивает дверцу и оглядывается.
– Черт! – бьет кулаком по металлу.
Наша красотка свалила, воспользовавшись тем, что мы слишком долго стояли у бара. Как бы снова ни нашла приключений на задницу.
– Судя по тому, что тут один выход из подворотни, она пошла туда, – указываю в сторону невысокого здания.
Едва горящие фонари, глухой двор, ночь. Вой какой-то собаки неподалеку. Отличное время, чтобы гулять одной!
Срываемся с места одновременно. Нужно найти ее.
За углом какой-то шум и грохот. Думаю о плохом, спешу. Михаэль рядом. Уверен в его голове тоже беспокойство за Дину.
Забегаем в тупик.
– Что за шум тут был? – оглядывается.
– Похоже, мусорку опрокинули, – указываю на двух собак, что-то ищущих в контейнере.
– Дины здесь нет.
– Там проход, – бегу дальше и вижу узкое пространство в доме. Выход на другую улицу и дорогу.
Выскакиваю, щурюсь от яркого света фар.
– Диана, подожди! – кричит Михаэль. Мы оба видим, как девушка собирается сесть в такси. Ну уж нет!
В два шага настигаю ее и хватаю за руку. Хочет вырваться. Напуганная.
– Отвали!
– Нет. С нами безопаснее.
– Я сказала, отпусти! – повторяет. Около нас возникает Михаэль. – Скажи ему, чтобы отпустил!
– Дин, на такси ты не поедешь. – На этот раз друг солидарен со мной. Диана распахивает глаза. Удивлена, что не нашла поддержки.
– Я буду кричать! – внезапно проявляет характер, дергая ручку авто. Водитель колеблется, глядя на нас и все-таки решает выйти. Зря.
– Разберись с ним, – киваю на парня, а сам подхватываю протестующую девушку на плечо, перекидывая как куклу. Маленькие кулачки барабанят по моей спине. Это не больно, а даже забавно.
– Не трогайте водителя! – вопит и вертится в руках. Хочет упасть глупенькая?
– Угомонись! Иначе твоя попка пострадает, – выбираю время и отвешиваю шлепок по аппетитной заднице, которая маячит у меня перед носом. А затем поглаживаю бедра. Быстро. Чтобы не выскользнула из рук. Дина замирает. Уверен, ей нравятся мои прикосновения. Перехватываю поудобнее:
– Да что ты себе позволяешь вообще?! – опомнилась, снова лупит по спине.
– Тсс, киска. Это ради твоей безопасности.
Нащупываю в кармане ключи, пикаю сигналкой и открываю дверцу, несмотря на слабое противостояние. Хорошо, что девушка такая миниатюрная… Баба покрупнее уже исколотила бы меня до синяков.
Улыбаюсь и запихиваю малышку на заднее сидение.
– Садись за руль, а я с ней. – За спиной слышу голос Михаэля. Он прав, решаю не спорить. Пусть угомонит маленькую злюку.
Меняемся. Мне хотелось бы сейчас быть на его месте, но приходится уступить. Рядом с ним она хотя бы не выскочит на ходу.
– Что ты сделал с водителем?! – шипит.
– Дал денег и отпустил, – хмыкает Майк. На это Дине сказать нечего. Отворачивается.
Завожу тачку, забиваю в навигаторе ее адрес. Хотелось бы отвезти кошечку себе в номер, но она пока не готова. Смотрю в зеркало заднего вида. Михаэль слишком серьезен и хмур. Встречаемся глазами, и мне не нравится то, что я вижу. Он воспринимает меня как соперника. Это плохо.
Дом Дианы довольно близко. Заезжаю на подземную парковку. Торможу. Я знаю о ней все: какого цвета обои предпочитает, какой кофе варит по утрам. Но сейчас почему-то волнуюсь.
Диана хватает сумочку и тянется к двери.
– Идем. Я провожу, – подает голос Михаэль.
– Здесь со мной ничего не случится, – пробует протестовать.
– Я провожу тебя до двери, – твердо заявляет, выбираясь из салона. В такие моменты с ним лучше не спорить. Не колеблюсь ни секунды, выскакиваю следом, пугая Дину.
– Не надо… со мной ходить… – голос дрожит. Она боится нас. Допрыгались.
– Лекс, сядь в машину! – рявкает друг. Напряжение между нами троими наросло до того, что воздух вот-вот заискрится.
Перевожу взгляд на девушку. Смотрит растерянно. На мгновение у меня что-то обрывается внутри. Хочу броситься к ней, прижать к груди, поцеловать так, чтобы она забыла про все свои страхи. Но я остаюсь.
Киваю Михаэлю, разрешаю ее увести. Отворачиваюсь и сажусь в авто. Не смотрю, как они скрываются за дверью. Внутри будто ядерная бомба взорвалась. Сжимаю руль. Хочется выплеснуть во что-то свою злость. Резко давлю на газ на холостых. Машина ревет, но не двигается с места. Меня раздирает. Не хочу отдавать ее. Она моя.