Глава 24

РОКСАНА

Дом… Милый дом.

Пока Код и Лом летали в облаках, привыкая к вкусу жизненной энергии, Юла запихнул их в микроатобус, и спустя каких-то полчаса мы были в логове.

Кажется, я заново увидела это место. Кладбище, склеп, потайной проход, и вот Алиса в своей норе вместе с кроликами на любой цвет и вкус. Не так страшно, как с первым пробуждением. Но так же сыро, мрачно и неуютно.

– Ты хочешь сказать, мы должны жить здесь? – враждебно спросил Лом. Код еще не пришел в себя и смотрел на все с широко распахнутыми глазами, как будто присматривался к каждой пылинке, которую мог теперь различать очень четко.

– Это наше убежище, – с гордостью объявил Юла. Но когда увидел, что никто его энтузиазма не разделяет, добавил: – Эй, пока здесь просто бетон и плесень. Но мы в состоянии это исправить. Здесь хватит места на крутую гостиную для сборов, морозилки для особо важных трупов, а еще у каждого будет своя комната и даже одна лишняя. Код, можешь сделать из нее лабораторию.

Тот сосредоточился на Юле и развел руками.

– Я все жду, когда этот кошмар закончится. А ты предлагаешь мне пахать даже во сне?

– Нет, – подыграл Юла, поняв, что доказывать обратное сейчас бесполезно. – Что ты. Иди, отоспись, парень. Со следующим пробуждением все будет казаться намного лучше. Обещаю.

Код поплелся в ту комнату, где был склад мебели в картонных упаковках, и завалился на ближайший матрац. Даже клеенку не удосужился снять.

– Что с ним не так? – возмутился Лом, едва не подпрыгивая на месте. – Лично меня совсем не клонит в сон. Да я переполнен энергией! Эта охота просто улет! Адреналина через край. А когда новая?

Юла устало потер глаза. Он давно не охотился, но ему и не надо было. Он просто не знал, что делать с этим парнем-батарейкой.

– Блеф? – позвал он. – Будь другом, покажи новенькому пару приемов.

Лом тут же встал в позу и начал подпрыгивать, как боксер на ринге.

– Да, давай, Блеф, – призвал Лом. – Я готов! Ты удивишься, какой я быстрый сейчас. Черт, думаю, я сам удивлюсь!

Он сделал несколько выпадов кулаками прямо возле носа Блефа. А тот стоял и смотрел на него, как гордый орел на воробушка. Пока терпение не лопнуло. Лом подпрыгнул, и Блеф молниеносным движением нокаутировал его. Мы все вовремя расступились, когда Лом летел вдоль коридора. И даже немножко обрадовались, когда он приземлился и не встал. В конце концов, все устали.

– Ну вот и славно! И он отоспится! – прокомментировала я и направилась в последнюю комнату по коридору. Я мечтала о душе. Какой бы захватывающей не была охота, а смыть с себя вонь упыря я прямо таки мечтала.

– Я просил показать пару приемов, – послышался упрек Юлы.

– Я в порядке! – вдруг ожил Лом. – Блеф, давай еще! Научи меня так же!

– А мне что делать? – робко спросила Ашанти.

Задержавшись у двери, я увидела, как Юла достал из кармана сотовый и бросил ведьме.

– Наколдуй себе пиццу. На одной магии долго не протянешь.

– И не боишься, что она просмотрит все твои фотки? – спросила я, когда он закрыл дверь спальни.

Он покачал головой и начал помогать мне с грязной одеждой. Я сбросила ботинки, он расстегнул молнию на кофте. Я сняла верх, он стянул по ногам штаны.

– Я не отображаюсь на фото, – ответил Юла и загнал меня за ширму, где у нас была душевая зона.

– Ха-ха! Стереотипная шуточка от вампира.

– Ой-ой! Язвительный комментарий от колючки.

Ему не нужно было кусать меня в ближайшие три дня, а значит, мне не нужно было думать о его клыках вообще. А я все равно взяла и подумала, когда он полностью разделся и встал со мной под холодные струи воды. Мы нашли оптимальную температуру – меня бодрило, его не обжигало.

– Как это? – спросила я, позволяя ему намыливать себя.

– Быть таким потрясающим? – спросил он и поиграл мышцами грудной клетки. Я улыбнулась, а пальцы сами потянулись к его губам.

– Кусать. Что ты чувствуешь, когда кровь течет по горлу? Тебе ведь не противно?

Он немного помедлил, вспоминая, как это было.

– Знаешь, я ведь их ненавидел даже больше тебя. Я убил сотни вампиров, прежде чем сам стал таким же. И я был готов погибнуть, защищая этот мир от них. Но погиб вовсе не в бою, спасая какого-то неудачника от острых клыков. А от сраного дротика. Я был на патрулировании. Ночь, как ночь. Мне нужно было проверить особняк местных вампиров. И Гвоздь… Знаешь, в каждом братстве есть гениальный умник. Вот в болгарском это Гвоздь. Никто из нас не понимал, отчего он так рвется изучать вампиров. Все приносили домой головы, а он еще и литры крови. Какие-то образцы. А однажды охренел и притащил живую вампиршу. Делию.

– Ту самую? – уточнила я. – Подругу Беса?

– Это сейчас она подруга Беса, – хмыкнул Юла. А я перехватила мыльную губку и начала водить ею по его телу. – А тогда он рычал на нее, как цепной пес на кошку. Гвоздь посчитал, что она необычная, и он должен ее изучить. Он мечтал создать лекарство от вампиризма. Все были против живой подопытной. Братья были в шоке и диком ужасе. Я был с ней по-настоящему груб. Ты бы треснула мне, если бы увидела, как я с ней обращался. Я не собирался к ней привыкать, потому что был уверен, что Бес ее прикончит в один прекрасный день. А потом поймал как-то его взгляд и понял, что тут совсем другое. Друга я потерял.

– Охотник влюбился в вампиршу? – я хмыкнула.

– Она сразу узнала в нем Жениха. Для нее все было просто, – заявил Юла. – Инстинкты. Но Бес… Не мог чувствовать того же. Так мы думали. А он все равно потерял голову. Только мы все поняли это намного раньше его самого. В одну ночь мне пришлось взять ее с собой на патрулирование. И меня смертельно ранили. Я приказал ей возвращаться в логово, потому что представил Беса, если она тоже погибнет. А она, упрямица, осталась со мной. И тогда, в свои последние секунды, я подумал о том, как был неправ по отношению к ней и к вампирам в целом. Все, как говорят… Жизнь пролетела перед глазами и важные вещи стали совсем пустяковыми. А моя лютая ненависть к вампирам пролетела стрелой и рассыпалась как песок. Я хотел попросить у нее прощения, но не успел.

– Но ты ведь не умер! – подсказала я, когда он замолчал. Он подтолкнул меня под воду и теперь смывал пену. Как и я с него.

– Технически все же умер. Обычно сердце нужно вырвать, чтобы убить охотника. Но тот редкий яд, что в меня попал, заморозил камень. Он не функционировал, хоть и находился внутри меня. Нужно было вырвать его, разморозить, найти новое тело и запустить заново. А Гвоздь пошел другим путем. Он создал новую версию меня, в которой и запустил сердце. Только теперь мне требуется кровь для его поддержания.

– Как ты себя почувствовал, когда очнулся впервые? Помнишь этот момент?

Юла выключил воду, потянулся за полотенцем. Бережно укутал меня и потащил в комнату.

– Я проснулся в морозильнике. Один. С адским жжением в горле. Так и ощущается жажда. Больно даже пошевелиться. Рядом была бутылка от виски с надписью «Выпей меня». Я сделал это с превеликим удовольствием. И даже не понял, что внутри была кровь. На вкус она казалась самым вкусным вином. Сладким, немного терпким.

– Это была кровь Делии? – спросила я с холодным любопытством. Без отвращения, к моему поражению.

Юла кивнул.

– Но знаешь, что?

– Не узнаю, пока не скажешь.

– Я думал, что ее кровь самая невероятная вещь в мире, пока не попробовал тебя.

Я сняла с себя полотенце и вытерла немного капель с его плеч, груди, живота. Остановилась на татуировке в виде стрел на его животе и подняла глаза на его лицо.

– Нет, знаешь, это нельзя считать комплиментом. Звучит как-то крипово.

– Отличный вампирский комплимент, – не согласился он. – Тебе никто ничего лучше не скажет!

– То есть, соглашаться на то, что дают, да? И не выпендриваться?

– Именно!

Я вспомнила кое о чем. И раз уж так вышло, что он подтолкнул меня к столу, а я оказалась практически сидящей на столешнице, я потянулась к ящику и открыла его. Машинка для тату все еще лежала там.

– Ты умеешь ею пользоваться? – спросила я.

Юла хмыкнул.

– Еще бы!

– Набей мне что-то.

– Это больно.

– Я знаю. Я хочу. Набей.

– Что?

– Стрелу. Как у тебя.

Он провел пальцем по моему предплечью и вопросительно поднял бровь. Я покачала головой.

– Ниже.

Он спустился пальцами по ключицам и остановился чуть выше груди.

– Еще ниже.

Прошелся легкими прикосновениями по ребрам и задержался на том же месте, где и у него были чернила.

– В самый раз, – заверила я.

– Это символ охотников, – заявил Юла с такой серьезностью, будто пути назад не будет, если мы продолжим. – Стрела со знаком бесконечности в магическом сиянии камня. Мы умираем по-одиночке, но никогда, как общая сила в борьбе против зла.

– Мне нравится это, – заверила я, впервые с момента обращения ощущая настоящую гордость за то, кем стала. Теперь мне еще больше захотелось довести дело до конца. – Я ведь охотница.

Он все водил пальцами и щекоча, и вызывая мурашки. А еще смотрел так глубоко и пронзительно, просто невозможно оторваться от притяжения.

Наш состоявшийся поцелуй прервал скрип двери.

– Ой! – выдал Лом, застыв в проеме со своим лимонным деревом. Хорошо, что я стояла к нему спиной, а стол закрывал все ниже. Но придурка, кажется, совсем не смутил вид наших голых тел. Куда больше его заинтересовал свеженький ремонт. Осмотрев комнату, он присвистнул и вернул завистливый взгляд на Юлу.

– Скажи, куда тебя поцеловать, чтобы получить такую комнату?

Юла указал на него пальцем. Точнее, ему за спину.

– Нахер – в том направлении. Ты верно шел, но сбился с пути.

– Да подумаешь, – заворчал он. – Пойду поцелую Блефа.

– А что, поцелуя с его кулаком тебе мало? – бросила я вслед закрывающейся двери. Он так и продолжит делать грязные намеки о том, за какие заслуги я получила сердце, если не поставлю его на место.

– Дай угадаю, в каждом братстве помимо умника есть еще и клоун, – предположила я. Юла перестал буравить взглядом дверь и хмыкнул.

– Это уже стало классикой. В болгарском братстве их сразу три. Череп, Курт и Кей. Я как-нибудь познакомлю вас. Через лет двадцать.

Я фыркнула. Думаю, он соскучится по своим друзьям намного раньше.

– Кто еще? Расскажи мне.

– Ну, с Бесом ты почти знакома. Так-то он он полный псих. Но когда рядом с Делией, то ручной котенок. Гвоздь – тот самый умник. Клоуны у нас самые молодые охотники. Они обычно держатся вместе. Еще есть Барс. Он нудный и всегда такой правильный до тошнотиков, знаешь? Блеф скрытный молчун. Думаю, ты узнала о нем больше, чем все мои братья вместе взятые. А я… Я уже не с ними.

Улыбка медленно сошла с его лица.

– Ты жалеешь, что тебя назначили главарем? – спросила я, усаживаясь на стол. Он следил за мной и продолжал касаться.

– Нет, – ответил Юла без заминки. – Иначе у меня бы не было власти отдать тебе сердце. Мне нравится, как все сложилось. Тебе было бы намного сложнее принять новую жизнь, если бы я обратил тебя в вампира. А парням принять тебя.

– Ты бы реально сделал это? – усомнилась я.

Юла пожал плечами.

– Ты посвященная. К тому же напала на меня. Как охотник я должен был убить тебя еще в Болгарии. Но как вампир уже тогда понимал, что не смогу сделать этого. Только благодаря тому, что я полукровка, у меня был второй вариант – сделать тебя частью своего мира. Видишь… Один вампир однажды сломал твою жизнь. А другой – предложил новую.

Он указал на себя и беззвучно произнес «Я!», на тот случай, если я не догадалась, кого мне благодарить.

Я накрыла его ладонь своей и задумчиво направляла его пальцы по своему животу, намечая место для рисунка.

– Тот вампир, сломавший мою жизнь, так меня и не отпустил. Он отнял у меня маму, оставив целый сундук тайн. Всю свою жизнь я искала ответы. Кто я? Кем были мои родители? И знаешь, сейчас вопросов стало даже больше, но я как никогда близко к разгадке. Она нужна мне, чтобы двигаться дальше, ведь я все та же потерянная сиротка без прошлого. Я верю, что в конце концов смогу докопаться до истины. И за это я благодарна тебе больше всего, Юла.

Ну, он не был бы собой, если бы не разбавил вполне серьезный и драматичный момент шуткой в своем любимом пошленьком стиле.

– Показать место, куда поцеловать в знак благодарности, или ты сама найдешь?

Придвинув стул ногой, я мягко подтолкнула его на сиденье и поставила ладони на столешницу для упора.

– Поцелую, когда набьешь тату.

Ох, ему это понравилось! Юла без стыда и совести развел мои ноги и придвинулся максимально близко. Место для стрелы было более чем интимным. Думаю, я могла бы спрятать его под трусиками, если бы у меня была хотя бы одна пара.

– Большую делать не буду, – обозначил Юла, копошась в ящике и доставая все необходимое. – Не хочу портить эту сливочную кожу.

– Прости, но это мое тело, и мне решать, сколько на нем будет татуировок. Я бы с радостью покрылась ими вся с ног до шеи. И еще маленькое красное сердечко на скуле можно набить. Думаю, это круто и дерзко. В стиле бесстрашной охотницы!

Юла покачал головой и приблизил иглу к коже.

– Готова? Приятного мало.

– Готова!

Он был прав. Я дрогнул и сцепила зубы, как только он впрыснул первую каплю под кожу.

– Терпимо, продолжай! – напутствовала я, когда он остановился.

– Это специальные чернила, они жгучие, – пояснил Юла. – Обычные нас не берут.

– Охотно верю! Но знаешь, разговоры отвлекают. Так что у тебя есть чудесная возможность рассказать мне о Клоде.

– Оу, – недовольно буркнул Юла. – Ты подслушала больше, чем мне хотелось бы.

– У нас не должно быть секретов друг от друга, правда? – с вызовом спросила я.

Он хмыкнул, но оставался полностью сосредоточенным на деле.

– Ладно. Клодий – тот еще ублюдок. И я счастлив, что он не наша проблема. Им займется Самуил.

– А Райс? Что с ним будет?

– Сэм поймает и Райса, и Клода. И у них нет шансов, их ждет смертельное наказание за убийство охотников. Мы никогда не прощаем подобного. И колдун это знал, потому подставил человека. Но на него мы тоже выйдем.

– Я только хотела бы узнать, что знает Финн про маму. Если бы попросил Сэма…

– Ты сама попросишь его, – оборвал меня Юла. – Я должен привезти ему вас, когда найду последнего охотника для братства. Это что-то вроде традиции, если попадаешь на аудиенцию к верховному, можешь попросить у него об одной услуге. Попроси об этом.

Я раскусила его замысел моментально. Если попрошу об этом, то нельзя будет попросить о том, чтобы меня направили в другое братство. И нет, я не собиралась пока ему говорить, что в никакое другое братство уже не хочу. Наверное, никогда и не хотела, только сказала ему об этом, чтобы уколоть. Правда ведь, я везде буду чужой. Как каким-то экспонатом – «Посмотрите на единственную в мире женщину-охотницу. Осторожно, трогать нельзя!» Как выразился Юла, с ним у меня достаточно власти, чтобы докопаться до правды. Вся моя сила в этом мужчине.

– Значит, мы допрашиваем Кода, находим нового охотника, едем к Сэму на поклон и просим его допросить также Райса. А после у нас будут все данные, чтобы напасть на след моей мамы. Отличный план, как по мне.

– Как только я найду последнего, Блеф вернется в Болгарию, – пробормотал Юла, делая свое дело. Я понимала, о чем думал. Для него это станет окончательным концом, который он оттягивал все это время. Поиск камней перестанет быть просто заданием. Ему тоже придется отпустить старую жизнь, чтобы начать новую. Вот и первое сходство между нами.

– Думаешь, он захочешь забрать Ти с собой? – спросила я задумчиво. Юла улыбнулся едва ли не до ушей.

– Готов поспорить, что мне придется драться с ним за ведьму.

– Нам что, в самом деле так уж нужна ведьма?

– Ну, слушай, кому не нужна своя личная ведьма?

– Тогда почему бы тебе не попросить Сэма оставить Блефа с нами?

– Я уже попросил его о другом. И это нелогично. На Земле очень много мест, где нет порядка, а вампиры убивают развлечения ради. В Болгарии уже вовсе не так опасно, как раньше. И такое количество охотников в одной точке неоправданно. Думаю, Сэм вплотную взялся за наше братство. Сначала отослал меня. Возможно, Блефа тоже ждет новое место.

– Но это ведь не значит, что тебе нужно оттягивать поиски последнего охотника, – проронила я. – Ты же не боишься перемен? Ты ничего не боишься! Это же ты!

Он закончил с тату. Отложил машинку и смазал саднящую кожу каким-то маслом. Оно немного поубавило жжение, а я, наконец, оценила труды мастера. Руки у него растут с правильного места. Получилось отпадно.

– Я всего лишь живой мужчина, – ответил Юла на мое заявление. – У меня есть страхи, Рокс. Мое каменное сердце умеет чувствовать. Нас создавали, как машины для убийств, но с годами почти у всех появился этот побочный эффект. Мы становимся слабее. Человечнее.

Я спустилась со стола к нему на стул и обвила руками его шею. Обещала ведь поцеловать. И хотела.

– Это не плохо, – заверила я. – Это даже лучше, чем быть бездушной вампиродавилкой.

Я поцеловала его. А он ответил на него так, что мне не захотелось останавливаться.