Глава 26

Юла грохнул дверью, а я бросила дорожную сумку на пол и начала сбрасывать в нее вещи. Не только свои, но и его.

– Твое сердце принадлежало главарю, но это в прошлом, – начал он строгим тоном. – Мне слишком часто приходится напоминать тебе, кто здесь принимает решения.

Я закинула несколько теплых свитеров, застегнула молнию и бросила сумку на кровать.

– Ты! Я помню. Решения принимаешь ты. Ты главный. Ты мой господин. Я тебе жизнью обязана.

– Прекрати, – раздраженно процедил Юла. – Это звучало бы хорошо лишь в контексте какой-нибудь сексуальной игры. Но не надо все перекручивать. Все происходящее не долбанный квест, а наша жизнь. Для тебя все разворачивается все слишком быстро. Посмотри, сердце едва прижилось, а ты совсем его не щадишь. Терзаешь переживаниями и призраками прошлого, не даешь себе отдохнуть, элементарно даже не высыпаешься как положено. Какого черта ты бродишь днем вместо того, чтобы крепко спать рядом со мной?

– Я не могу! Думаешь, мне не хочется просто расслабиться и ни о чем не думать? Мне кажется, что у меня получается отвлечься, когда ты рядом, и мы спорим или занимаемся развратными вещами. Но как только я остаюсь наедине со своими демонами, я не могу их угомонить. Мне нужно найти ответы. Мне нужно заткнуть эти голоса в голове, которые твердят, что я упускаю что-то важное. Кто мои родители, Юла? Человек ли я вообще? Почему другие женщины не принимали сердце, а у меня получилось?

Я потерла лицо, потому что было такое чувство, что эти вопросы въелись мне под кожу. Незнание сводило с ума. Я ведь не была такой, пока этот чертов камень не отказался у меня в груди. Мне хотелось делать что-то важное в жизни, стать полезной, но я могла контролировать свои эмоции. А сейчас они мне неподвластны.

И как же я была благодарна Юле за то, что он мог чувствовать это. Он прижал меня к себе, хоть я и сопротивлялась первые секунды, не понимая, как мне нужно его присутствие.

– Я несу ответственность не только за тебя, но и за всех их, – прошептал он, поглаживая мое предплечье. – Лому и Коду нужно хотя бы несколько дней передышки. Знаешь, будни охотников не всегда такие насыщенные, как было у нас последние дни. Чаще всего мы месяцами бездельничаем, изредка высовываясь из логова. Я хотел дать тебе немного времени на принятие. Мне кажется, эта стадия дается совсем нелегко.

Я мотнула головой, соглашаясь.

– Я все еще просыпаюсь и первым делом думаю, что ты мне приснился. А потом вижу тебя рядом и…

Юла не стал просить, чтобы я продолжила. А мне все равно захотелось сказать то, что на уме.

– И чувствую облегчение.

Он немного отпустил и с удивлением посмотрел мне в глаза.

– Похоже на признание того, что я нужен тебе.

– Только для того, чтобы найти ответы, – поправила я его. Из чистой вредности, конечно же. – Я тебя использую в самых корыстных целях. И для секса, конечно.

– Конечно, – повторил он так, будто вовсе не поверил.

Мы смотрели друг на друга с вызовом и насмешкой еще какое-то время. Наша игра «Скажи правду» приняла неожиданный поворот, потому что теперь приходилось откровенно привирать, чтобы звучало как правда.

– Ты положила носки?

– Три пары, – охотно ответила я.

– Ладно. Будь умницей и упакуй последнее сердце. Не хочу оставлять его без присмотра.

Я кивнула, нехотя разрывая объятия. Юла натянул кофту и направился в коридор.

– Спасибо, – бросила я ему вслед, но он лишь покачал головой.

– Даже не надейся, что отделаешься этим.

Я улыбнулась, когда он начал орать: «ПОДЪЕМ! МЫ ЕДЕМ НА ОКТОБЕРФЕСТ!»

Он просто лучший!

дейся, что отделаешься этим.

Я улыбнулась, когда он начал орать уже в коридоре: «ПОДЪЕМ! МЫ ЕДЕМ НА ОКТОБЕРФЕСТ!»

Он просто лучший!

Но стоило ему уйти, и улыбка сползла с лица, а демоны вернулись. Рука потянулась к новенькому тату. Наверное, оно нужно мне как напоминание, что в конце тоннеля свет, и я обязательно к нему доберусь. Я найду себя и обрету покой, чего бы мне этого ни стоило. Юла же смог примириться с самим собой.

Закинув сумку на плечо, я направилась в спальню Блефа. Кейс с последним камнем был там. Пока Ашанти ворчала и одевалась, я под недовольным взглядом охотника достала камень, завернула его в носок Юлы и кинула к остальным вещам.

– Что? – поразилась я, когда людоед так и не перестал на меня пялиться. – Он чистый. Никто не додумается его там искать.

– Они излучают такую энергию, что его любой колдун найдет даже в горе камней, – пророкотал он.

– Это точно, – поддержала Ти. – Я его чувствую прямо сейчас.

– А ты, я смотрю, с утра болтливый, – подначила я Блефа и забрала с полки еще и ключи от арендованного микроавтобуса. Мы оставили его неподалеку от кладбища. Конечно, быстрее было бы на самолете, но кое-кто слишком темпераментный.

Проходя мимо зевающего Лома, не удержалась и пнула его кулаком по ребрам. – Эй! За что?

– За самолет.

– Господи, ты еще и злопамятная.

– Ко всем прочим моим достоинствам? Да!

Он поравнялся со мной и попытался забрать у меня сумку.

– Отстань!

– Сама отстань, – огрызнулся он и сумку все же выдернул. А потом с самым довольным видом зашептал мне, чтобы стоящий в конце коридора Юла не услышал: – Я зарабатываю баллы. Вот увидишь, совсем скоро я стану любимчиком главаря.

Он торжественно улыбнулся, потянул лестницу вниз и громко заявил:

– Леди вперед.

– Ты больной! – со смешком фыркнула я и прошла мимо него.

– Ко всем моим прочим достоинствам?

Я закатила глаза и выползла из люка первой. Лучи солнца падали через цветные витражи склепа, оставляя на стенах причудливые узоры.

– Здесь мило днем, – заявил Лом, поднимаясь следом. Он остался, чтобы подавать руку остальным и зарабатывать еще больше баллов. А я тем временем вышла наружу, проверила кладбище и убедилась, что ни один упырь не угнал наштранспорт. Дорога будет длинной, но уж точно не скучной. Я прихватила кодекс. Мне осталось всего несколько разделов – про колдунов, демонов и высшие силы. Самое интересное.

– Я за руль! – выкрикнул Лом. – Я отлично вожу. Правда, не знаю дороги. Юла, сядешь на пассажирское? Мне нужен штурман.

Когда рыжик согласился, Лом нашел меня взглядом и коварно улыбнулся. Он точно не в себе!

– Итак, нам ехать тысячу семьсот километров и около восемнадцати часов, – объявил штурман Юла, как только все заняли свои места. Он повернулся к салону, убедился, что сумка на месте и подмигнул мне. – Остановки раз в три-четыре часа, чтобы ничьи попки не стали каменными.

Он просто не мог удержаться от того, чтобы вогнать меня в краску при любой возможности.

– Спасибо, что заботишься о наших попках, – поблагодарил Лом, сделал музыку погромче и тронулся с места.

Что же, я достала кодекс сразу, как только мы выехали на ровную дорогу. Ашанти и Блеф собирались досыпать, но не Код. Он жадно смотрел на книгу в моих руках, пока я кивком головы не предложила ему подсесть рядом.

– Колдуны, – зачитал он заглавие.

– Это почти конец кодекса, но, думаю, нам пригодится. С колдуна все началось, благодаря ему мы теперь охотники.

Код понимающе кивнул, и мы начали поглощать информацию.

«Колдуны – высшие существа, обладающие магическими способностями разных уровней и силы мощности. Их дар передается только по мужской линии, а потомки женского рода являются носителями дара.

Живут от трехсот до семьсот лет, при этом имеют способность вспоминать свои прошлые жизни. Одиночки, не живут рядом друг с другом, так как более сильные поглощают силу слабого. Предпочитают защиту вампирских кланов, реже стай оборотней.

До первой инициации живут, как люди, магические способности не проявляются. С пятнадцати до девятнадцати лет подросток колдун готов пройти первую инициацию. В отличие от ведьм, которые имеют разные источники энергии, колдуны черпают силы Тьмы. Начало их карьеры всегда начинается с кровопролития и жертвоприношения Смерти.

Магические направления колдунов: знахарство, некромантия, ритуальная магия, шаманизм, демонология, артефакторика, магия разума, иллюзий и другие виды, связанные с контролем. У каждого колдуна в жизни две высшие цели: оставить после себя наследника и максимально прокачать свою силу. Обожают плести интриги и заговоры, влиять на ход истории и контролировать мировых лидеров человечества...»

– Ты готова переворачивать? – спросил Код, нетерпеливо подергивая уголок страницы.

– Почти, – ответила я и дочитала последний абзац вслух: – Необходимый артефакт каждого колдуна – ритуальный клинок. Это своего рода хранилище излишков темной магии. Клинок верный помощник, им никогда не можно убить хозяина. Напротив, если колдун ранен, он вонзит в себя лезвие, чтобы получить магическую подпитку.

– Я прочитал это уже трижды, – заворчал Код.

– Что поделать? Умникам в жизни не легко.

– Эй! Он должен начать все с самого начала, – выкрикнул Юла. Этого Коду было достаточно, чтобы выхватить у меня всю книгу и начать с первой главы. Ну вот! Никаких больше колдунов.

– Не волнуйся, я владею техникой скорочтения, – заверил меня Код. – Нагоню быстро и продолжим.

Я взяла пример с Ти и, сложив руки на груди, уставилась в окно.

– Блеф? – позвал Юла. – Мы можем сделать небольшой крюк и завезти тебя в Болгарию. Нам осталось применить последний камень, справимся без тебя, брат.

Ти моментально напряглась, хоть и пыталась оставаться безучастной. Юла такой провокатор. Кажется, мы все затихли, ожидая, что он скажет.

– У меня задание помочь тебе с поиском всех четырех, – пророкотал он. – Миссия не завершена.

– Понял. Тогда на обратном пути, – протянул Юла.

На это Блеф ничего не ответил, и по выражению лица, как всегда, ничего не понять. Он так и остался для меня загадкой. То есть, я вижу, что он не ровно дышит к Ти, но достаточно ли этого, чтобы вызвать чувства в его сердце? А Ашанти? Все еще жалит, если ее задеть, но внутри она все та же маленькая девочка, у которой отняли все. Она не боится только Блефа, кажется, только с ним чувствует себя в безопасности, тянется к нему, хоть и вздрагивает каждый раз, когда он делает резкое движение. Как сейчас. Он сменил позу, кладя руку между сидениями поближе к ней, а она напряглась еще больше. Но затем расслабилась, и ее руки упали на колени. Еще немного, и они бы коснулись друг друга. За ними были забавно наблюдать. Слишком забавно. Ти это заметила и опять спряталась в домик, почти полностью отвернувшись к окну и перебросив волосы через плечо, что почти не было видно половины ее лица.

«Ну, спасибо», – с явным недовольством говорили глаза Блефа. А я что? Это ведь не я веду себя как школьница и отрицаю очевидное влече… Хм… Ну ладно. Я уж точно не эксперт в любовных делах. Профан, откровенно говоря.

​***

Лом не шутил, он оказался действительно хорошим водителем, довез нас без приключений, да еще и раньше времени. На горизонте только начало светать. Мы с Кодом успели пройти весь разделов колдунов, оставив два последних на потом. Слишком многое нужно было обсудить, особенно вампиров. К сожалению, о полукровках в кодексе было сказано ничтожно мало.

– Земля пива и сосисок, – объявила Ти, прочитав дорожный знак. Она потянулась и посмотрела на меня. – Итак, какой план?

– Едем сразу в клинику. Расспрашиваем местных, поднимаем архивы. Ищем любые данные о женщине, которая меня создала из пробирки. Я возлагаю большие надежды на то, что тебе придут воспоминания.

Ти поморщилась, уже предвкушая боль.

– Не могу обещать, – обнадежила она. – В местах скопления людей получить конкретные видения сложно.

– Ты попытаешься, – заявила я, натянув улыбку. Для меня не существовало других вариантов, я была уверена на все сто, что ответ там, и я еду за ним.

– Сорок минут, детки, – объявил Лом. – И мы на месте. Надеюсь, они работают круглосуточно.

– Хорошо, если там вообще что-то работает, и здание не снесли, – вставил Код. – Я же говорил, что информации у меня было минимум, данные не надежные.

Они рассуждали и спорили, а моя уверенность, в том, что мы движемся в правильном направлении, только крепла.

Наконец, мы въехали в богом забытый поселок. Узенькие улочки, неприветливые сонные людишки и ветхие вдоль дороги. Старую частную клинику мы нашли быстро. Она стояла на отшибе селения, дальше только лес и холмы. Здание выделялось на фоне остальных строений размерами как в ширину, так и в высоту, но казалось спящим – ни единого звука не доносилось изнутри. Лишь несколько припаркованных машин и запахи говорили о том, что внутри кто-то есть.

Лом заглушил мотор, повернулся к нам и вздохнул.

– Приехали. Дальше что?

– Юла? – позвала я. – Ты со мной, остальные ждут в машине.

Он медленно поднял одну бровь, взглядом насмехаясь надо мной и как бы говоря: «Да неужели».

– Прости. Конечно, тебе решать.

– Мы с Рокс идем на разведку, остальные в машине, – повторил он деловито и вышел. Я выпрыгнула за ним.

Стоило ногам коснуться земли, и я ощутила такой мощной прилив самых разных эмоций. От грусти до восторга. Но больше всего поражало чувство переполненности, я буквально физически ее ощущала.

– Ух! Мне кажется, я сейчас одолела бы целый вампирский клан, – похвасталась я. – Маленький.

– Ты на своем месте силы, – с усмешкой объяснил Юла, рассматривая дом. Кирпичные стены обросли плющом и виноградом. Окна третьего этажа были закрыты коричневыми ставнями, а некоторые на первом и втором оказались приоткрыты. – Место рождения – самое сильное место для нас. Земля подпитывает тебя. У меня так было во Франции.

– Ты давно там был? – спросила я, пока мы шли к входу.

– Около сорока лет назад. Был проездом. Меня туда не тянет.

– Почему? Мне бы хотелось вернуться сюда еще хотя бы раз.

Юла фыркнул и толкнул дверь. К счастью, оказалось не заперто.

– Мне не нужна Франция. Мое место силы в тебе.

Только он мог так опошлять самые милые признания. Я поймала его руку, когда он зашел первым. Мы осмотрелись и прислушались. По одним только звукам можно было составить полную картину. Здание старое, отапливается плохо, пахнет лекарствами и старостью. Но было чисто, стены и двери выкрашены в молочный цвет, на полу ковровая дорожка. Юла кивнул на табличку у входа, и я зачитала про себя.

«Частный пансионат фрау Фуллер».

Первая дверь вела в приемный кабинет, внутри никого не было. За второй дверью кто-то тихо спал. Я не видела, но почему-то представила мужчину лет сорока. Юле он не показался интересным, и он прошел мимо, направляясь в самую отдаленную комнату здания. Оттуда раздалось тихое ворчание, затем и шаги. Стоило нам приблизиться к двери, она открылась, показав нам горбатую старушку с очками на половину лицу. Но даже они не особо ей помогали, потому что она сильно морщилась, пытаясь нас рассмотреть.

– Кто вы такие? – спросила женщина недоуменно. – Разве Колин не запер дверь?

– Нет, было открыто, – ответила я и улыбнулась ей. – Простите, вы фрау Фуллер?

– Да. Это я. Но я ничем не смогу вам помочь, пансионат еще закрыт, мы не принимаем посетителей.

– В особо важных случаях принимаете, – заверил ее Юла и, собственно, внушил ей это.

Старуха мгновенно изменилась в лице и отошла в сторону, пропуская нас внутрь комнаты, которая напоминала больничную палату. Койка, тумба, старенький телик в углу и небольшой столик с чайником и коробкой печенья. И, конечно, все белое и стерильное.

– Что же, располагайтесь. Чаю?

– Спасибо, нет, – отказалась я, ведь не терпелось перейти сразу к делу. – Нас интересует информация двадцатипятилетней давности. У вас сохранились записи о пациентах?

Старушка все же поставила электрочайник кипятиться и хмыкнула.

– Этот дом перенес три пожара. Все архивы давно сгорели, данные не удалось восстановить. Если хотите что-то узнать, – она постучала пальцем себя по голове, – спрашивайте. Все здесь.

– Женщина по имени Линда Брах родила в стенах этого здания ребенка.

Старуха послала мне такой пугающий сканирующий взгляд, что кожа на руках покрылась мурашками. А затем она улыбнулась, и ее добродушная улыбка совершенно не соответствовала тяжелому взгляду.

– Вы путаете, милочка. Двадцать пять лет назад здесь действительно рожала женщина по имени Линда. Ее фамилия Мюллер. Линда Мюллер. Бедная, она сама еще была ребенком, когда на свет появилась ее дочь. Я лично выписывала свидетельство о рождении.

– Но в свидетельстве стоит фамилия Брах, – не согласилась я. Эти буквы навсегда въелись в моей памяти. Я не могла ошибаться, если только мама сделала новый документ.

– Боже тебя храни, девочка, мы не называем эту фамилию уже много лет! – прикрикнула на меня старуха. Она явно разнервничалась, даже села на стул. Я послала Юле красноречивый взгляд, и он что-то сделал с ней, чтобы успокоить. Остальное она выдала на автопилоте.

– Проклятое то имя. Его носили черти, что здесь проживали веками. Последняя девица из родов Брахов сгинула. В аду ей и место. Уж сколько бед пришлось нам вынести, пока они по нашей земле ходили. До сих пор злой дух по лесу бродит. Туда и не суется никто. Боятся. Ходили смельчаки и пропадали. Говорят, до сих пор старая хижина стоит. Сжигали ее не раз, а она стоит.

Старуха уставилась на меня и округлила свои блеклые голубые глаза, отчего они стали пугающе огромными.

– Ведьмой она была!

Женщина сплюнула и перекрестилась. И пока я с ужасом на нее смотрела, затараторила молитву. Юла подошел ко мне и послал безмолвный вопрос.

«Ты как?»

Я хотела убраться отсюда. Но последнее должна была выяснить.

– Как ее звали? Ту ведьму?

– Роксана Брах, – выплюнула старуха, как ругательство. – В те времена мой брат здесь всем заправлял, приводил ее сюда зачем-то. Я его предупреждала. Ведьма на него чары пустила, он умер спустя две недели. А затем и она исчезла.

Старуха вновь перекрестилась и поморщилась.

– Вот говорю о ней, и на языке горький привкус. А чего это вы о ней расспрашиваете? Вам что до нее?

– Ничего, – произнес Юла, гипнотизируя женщину. – Никого здесь не было. Никто ничего не расспрашивал.

Взгляд старушки стал пустым, и она задумчиво закивала. И кивала до тех пор, пока мы не вышли из палаты. Юла вывел меня, сама я едва перебирала ногами.