Глава 9

Напряжение не отпускало меня до утра. Я даже научился игнорировать жажду, которая жгла в груди и горле. В какой-то момент она стала таким пустяком на фоне глобальных событий. Кто-то истребил целое братство и украл сердца. Я стал новым главарем. Роксана сегодня погибла. А от мысли, что я мог не успеть, у меня могло не быть в кармане волшебного булыжника, начинало трясти похуже, чем от какой-то сраной жажды крови. Теперь я даже не представлял, как это все преподнести ей. Как объяснить Блефу.

У меня была отсрочка, пока он возился с ведьмой. Ту хорошенько трясло. Кажется, свою инициацию она все же прошла. Каждый охотник обязан прочесть Кодекс от корки до корки, где описаны особенности и качества всех высших, которые заселяют или когда-либо заселяли Землю. Но даже тогда ты не будешь знать всего. Особенно про ведьм. Я понимал базовые понятия. Ведьмы коварные, красивые, делятся на темных и светлых. В редких случаях рождаются биполярные, они удерживают в себе сразу две магии. Я не вникал в отличия, ведьма – она везде ведьма. Как и колдуны они источники информации. Потому охота на них не прекратится никогда. Кто-то удерживает их рядом с собой силой или шантажом, а кто-то пряником.

В любом случае, эту мулатку мы точно не отпустим. Она что-то знает о том, что произошло в Черногории. И она расскажет нам.

Она, наконец, перестала жутко хрипеть и содрогаться, будто в нее вселился демон. Блеф сидел рядом, контролируя процесс. Он держал ее за руку, хмуро рассматривая девушку и, кажется, ничуть не замечая, что та расцарапала его до крови.

– Темная, – произнес он, когда понял, что я смотрю.

– Не значит, что злая, – продолжил я наизусть заученную фразу из Кодекса.

Блеф фыркнул и тоже добавил.

– Значит, что источник ее силы – смерть.

Мы на мгновение замолчали, когда она вновь выгнулась дугой и захныкала. Ведьма была измотана инициацией, ведь это часто болезненный процесс. Но я все равно не мог понять, почему с ней это произошло.

– Роксана не погибла, – проговорил я, требуя у Блефа пояснений.

– Вампир умер, – произнес он, будто это все должно было прояснить для меня.

– От твоей руки, – напомнил я. – Ты забрал его силы себе.

Блеф пожал плечами, продолжая смотреть исключительно на ведьму.

– Она забрала их у меня.

Я поморщился и выругался себе под нос.

– Ты позволил какой-то ведьме залезть к тебе в душу и забрать твои силы? Блеф?! Хочешь поговорить об этом?

Он поднял на меня глаза, а затем его брови взлетели вверх.

– Ты отдал сердце какой-то девчонке! Хочешь поговорить об этом?

Я сузил глаза, потому что это не одно и то же.

– Мои силы остались при мне.

– Как насчет рассудка? – спросил он, и, думаю, выиграл этот спор.

В такие моменты ценишь его выбор не разговаривать вообще.

Он собирался продолжить, но ведьма в этот момент очень сильно заорала и, судя по судорогах по телу, ей стало действительно больно. Это финальный этап. Блеф прижал ее к полу собой. А под моей ладонью сердце заколотилось как ненормальное. Я метнул взгляд на Роксану и увидел ее перепуганные широко распахнутые глаза. Страх, который таился в них, не давал мне пошевелиться. Я даже не представлял, с чего начать. Просто смотрел на нее и чувствовал, как каждая частичка меня наполняется облегчением и ощущением правильности. Она выжила. Она здесь. Со мной.

– Эй, – прошептал я и отнял руку от сердца, чтобы дотронуться до ее лица. Роковая ошибка.

Вид крови испугал ее еще больше. Но даже хуже этого, что ее запах все же пробил защитный купол, который я выстроил вокруг вампирской сущности. Жажда взяла верх, и я потерял себя. Слишком быстро, чтобы даже понять, что происходит.

Все инстинкты хищника обострились, вызывая лишь одно желание – заклеймить, пометить. Укусить.

Мои клыки до боли заныли и удлинились. Рокси издала хриплый стон и оттолкнулась от пола ногами, чтобы отползти, но я не мог ей этого позволить. Схватив за руки, прижал ближе к себе и сделал глубокий вдох возле ее уха. Она пахла, как божество. И, клянусь, я ненавидел эту часть себя за то, что не мог удержаться прямо сейчас. Но она была сильнее всего. Роксана сильнее всего.

– Все хорошо, – только и смог прошептать я. – Доверься мне.

Ее тело было каменным от напряжения, но когда я вонзил в ее шею клыки, уже не мог и этого отмечать. Все происходящее стерлось в пыль. Был только ее вкус, туман в голове и наслаждение, которое затмило разум.

В эту секунду я стал цельным. Больше не было никаких половин – охотника и вампира. Я нашел ту часть, которой не доставало, без которой сходил с ума, не зная своего места в этом мире. А сейчас чувство полноценности переполняло. И все лишь от одного укуса. То, ради чего я должен жить.

Крик Роксаны вырвал меня из кайфа. А вместе с ним и острый укол в плечо. Она ранила меня, достав из моего кармана кол. А когда я отстранился от нее, завизжала, всхлипнула и начала отползать. Ужас и шок на ее лице как удар под дых. Это ведь только для меня кайф. Для нее, кажется, худший из кошмаров.

– Ты вампир, – зашептала она так, будто это самое мерзкое, что она знает. И все больше и больше отползала от меня. – Ты вампир. Вампир. Нет. Нет… Только не ты. Пожалуйста.

Ее бессвязная речь превратилась в рыдания, а затем и в настоящую истерику.

– Роксана! – Я позвал ее и попытался подойти, но она толкнула ногой лавку, перекрывая мне путь, затем подорвалась на ноги и побежала. Будь я проклят, если она не бежала со скоростью охотника. А ведь ее сердце даже не прижилось полностью.

– Твою мать! Остановись! Тебе нельзя делать резких движений.

Она была полностью дезориентирована, не понимая, где находилась и в какой стороне выход. Поджав стену, моя девочка начала вертеть головой. Новый крик ведьмы привлек ее, и вызвал еще больше паники.

Со стороны выглядело так, будто Блеф душил ведьму. Черт… Со стороны все выглядело хреново. Особенно мои клыки, которые я с трудом втянул. Она должна была почувствовать наслаждение, а не боль. Но я не собирался начинать разговор с этого.

– Рокси. Детка. Посмотри на меня.

Она так и сделала. Нашла меня взглядом, и в ее голубых глазах читался уже даже не страх. Отвращение. Самое натуральное.

– Я все объясню, если перестанешь убегать. Тебе нельзя делать резких движений. Помнишь, что произошло?

Она зыркнула на ведьму, оценила размеры Блефа, ее выражение лица ничуть не смягчилось. И следующее, что это упрямица сделала, влетела в толстую дубовую дверь, которая, судя по запаху, вела в подвал. Роксана снесла ее с петель и скрылась, а я опять выругался и бросился за ней.

В узком коридоре было темно, но я слышал ее быстрые шаги, тяжелое дыхание с рыданиями и, конечно, чуял ее страх и кровь.

– Рокс!

– Не подходи, – заорала она. – Даже не…

Ее голос резко оборвался, и я ускорился. Едва не врезался в нее, когда узкий коридор закончился. Подземелье церкви и было логовом охотников. И они все еще были здесь. Трое трупов. Без сердец.

– Дерьмо!

Я схватил оторопевшую Роксану за плечи и развернул к себе.

– Прости за это. Следующее пробуждение будет лучше. Обещаю.

Она даже не вздрогнула, когда я надавил на болевые точки, чтобы погрузить ее в транс. Она вообще больше ни на что не реагировала.

Это все оказалось слишком для нее. И это, мать его, моя вина. Я впервые в жизни укусил женщину в самом греховном понятии для вампира. Это был чистый кайф, вот только момент самый херовый.

Подняв ее на руки, я поднялся наверх к Блефу. Ведьма закончила. Она была так измотана, что отключилась.

– Бери свою девчонку и спускайся, – позвал я. – У нас много работы внизу.

– Она не моя, – буркнул Блеф и закинул ведьму на плечо.

– У нее потом будут болеть ребра от этого, – предупредил я, показывая, как надо носить женщину на руках.

– У нее в любом случае будет болеть все после того, как ее душу вывернуло наизнанку.

Тоже верно.

– Значит, ты не будешь возражать против нежной пытки? Она может что-то знать.

– С какого хера я должен возражать? – спросил брат раздраженно и поморщил нос от запаха. – Я сам ее допрошу.

РОКСАНА

– Спрячься, Рокси. Сиди тихо, чтобы не произошло.

– Мам! Я не хочу.

Я потянулась к ней рукой, но она лишь затолкала меня поглубже в шкаф, доверху забитым старыми кожаными дубленками. Они ужасно пахли, и я сморщила нос.

– Мама?

Я позвала ее тихо, потому что знала, она разозлится. Но я тоже злилась, что она почти каждую ночь будила меня вот так. Я была послушной и сидела тихо, пока она не приходила за мной. Но сегодня я решила, что с меня хватит.

Тихий стук, после шипение и булькающие звуки привлекли мое внимание. Я выбралась из дубленок и подошла к дверце шкафа, немного приоткрывая ее. Свет луны скупо обрисовывал образы двух людей в спальне.

– Мама?

Она лежала на кровати, а над ней склонился кто-то еще. И этот кто-то резко повернулся ко мне, напугав до крика. Я завизжала, потому что его лицо было ужасным. От страха сердце было готово вырваться из груди. Я вдруг поняла, для чего мама учила меня прятаться. Она знала, что однажды этот монстр придет. Она мне рассказывала страшные сказки о таких, как они. Вампиры.

Я затряслась в немых рыданиях и забралась поглубже, тихо всхлипывая и ожидая, когда он найдет меня. Эти секунды убивали. И пока я ждала, разозлилась. Что он сделал с мамой?

Страшные звуки в комнате только усиливались. И в конце концов, что-то врезалось в дверцу шкафа, заставив меня опять завизжать. А спустя несколько минут там все стихло. Я дышала слишком громко, но не могла иначе. Понимала, что он все равно придет за мной. И когда дверца открылась, я первой бросилась с кулаками на мужчину.

Он поймал меня быстро и ловко. Схватил за руки и присел, давая рассмотреть себя. Вовсе не ужасный, как мне показалось вначале. Он был… обычный. И смотрел без злости. Посмотрев ему за спину, я увидела еще троих людей. Один тащил мешок, а второй на руках уносил маму.

– Мама!

Я дернулась, пытаясь добежать до нее, но незнакомец меня не пустил. Он притянул меня к себе крепче и обнял.

– Тише, малышка, тише, – проговорил он, начиная гладит мои волосы.

– Я хочу к маме.

– Знаю. – Он посмотрел мне в глаза и улыбнулся. – Как тебя зовут?

– Роксана, – ответила я. Сразу подумала, что сплоховала, забыла указания мамы никому не говорить своего имени.

– Роксана. Это красивое имя, – похвалил мужчина. Он казался таким… спокойным. Тогда как я держалась из последних сил, чтобы не забиться в истерике. Меня все еще пугала неизведанность. – А меня зовут Финн. Ты красавица. Где твой папа?

– Я меня нет папы, – проговорила я, едва шевеля губами.

– Это ничего. Так у многих бывает. Сколько тебе лет?

– Пять, – прошептала я.

– Совсем взрослая, – похвалил он. – Ты все уже понимаешь, правда? Ты увидела того, кто был здесь?

Я кивнула. И подумала еще секунду, прежде чем доверить ему секрет. Я надеялась, что так он отведет меня к маме.

– Это был вампир.

Удивленно подняв брови, Финн рассмотрел меня и кивнул.

– Мама предупредила тебя.

– Я хочу к ней.

– Нельзя, малышка. Вампир забрал ее. Но все будет хорошо, Роксана. Все будет хорошо. Я позабочусь о тебе. Твоя мама просила меня присмотреть за тобой, если с ней что-то случится. Ты будешь в безопасности. Да?

Я не понимала, что он мне говорил. Он ждал от меня ответа, и я кивнула. Но все равно не понимала.

– Ты отведешь меня к ней?

Он лишь грустно улыбнулся и прижал меня к себе. Чмокнул в макушку и взял за руку.

– Пойдем, милая. Я отведу тебя домой. У тебя теперь будет новый дом.

– Я не хочу.

Я мотнула головой и попыталась вырвать свою руку. Он встал, возвышаясь надо мной и поднял голову, больше на меня не смотря.

– Я не хочу, – повторила я и уперлась ногами. Но он потянул меня все равно.

– Не хочу! НЕ ПОЙДУ!

Я плакала и умоляла его, но он тихо уводил меня прочь. И с каждым шагом сердце болело все больше. Так сильно, что становилось трудно дышать.

Я сделала один большой вдох и вырвалась из сетей прошлого в не менее мрачное настоящее. Мои последние воспоминания о маме стали моим собственным кошмаром. Они мучили меня почти каждую ночь, а сегодня казались реалистичнее чем когда-либо. И сердце… Жгло как в аду.

Я положила ладонь на грудь, нащупала бинтовую повязку и медленно села. Я не узнавала место, в котором проснулась, но откуда-то знала, что оно под землей. Тупиковое. В маленьком темном помещение с лавкой, на которой я очнулась, была лишь одна дверь. Где-то там был и он. Вампир.

Юла. Почему? Я была уверена, что он другой. Кто угодно, но только не один из этих ублюдков. У него не было никаких признаков, пока…

По телу пронеслась волна мурашек, стоило вспомнить, как его клыки вонзились в мою шею. Боли, как я того ожидала, не было, только онемение. Потянувшись пальцами, я нащупала две засохшие ранки и поморщилась. Хотела бы я, чтобы все оказалось лишь очередным кошмарным сном. Но нет, явь от видений я различала очень хорошо. Эта ночь была жестока и беспощадна ко мне.

Я впервые в жизни встретила ведьму, и она сразу подставила меня, заманила в ловушку, чтобы убить. Но ее дружок вампир лишь успел ранить меня. Я попробовала развязать бинты, чтобы посмотреть, что под ними, но не нашла узелок. Каждое движение отзывалось тупой болью в сердце, потому я решила отложить это на потом. Для начала было не плохо разобраться в остальном. Юла пришел на помощь? Не выдержал вида моей крови и укусил? Кто тогда тот здоровяк с ним? Он не стал на меня нападать, был занят ведьмой.

Слишком много вопросов, на которые я хотела знать ответы, но точно не хотела спрашивать у Юлы. И все же он не оставил меня. Я все еще его пленница. И теперь знаю даже больше. У него нет причин держать меня в живых. Надо сматываться, бежать без оглядки и как можно быстрее.

Я поставила ступни на холодный пол и на какие-то секунду просто сидела так, прислушиваясь к своему телу и странным ощущениям. Мне страшно было допускать мысль, что со мной что-то не так, но… Что-то не вписывалось. Все, если честно. Воздух был насыщен десятками запахов, и я прекрасно понимала, откуда они, могла представить, кому или чему принадлежат. Обычная ровная плитка под ногами ощущалась так диковинно, будто на моих ступнях появились новые нервные окончания. Я даже осмотрела их и ничего не нашла. А потом поняла и то, что мое зрение в свете одной крохотной и очень тусклой лампы поражает своей четкостью. Я поднесла ладонь к лицу и буквально разглядела каждую выемку отпечатков пальцев.

Резко выпрямившись, я затаила дыхание и прислушалась. Приблизительно на расстоянии двадцати метров, через три стены послышались голоса Юлы и того бугая. А еще вялый страдальческий женский стон.

К черту все! С собой я разберусь позже. Они взялись за ведьму, а следующей буду я.

Встав, я на цыпочках приблизилась к двери. Совершенно бесшумно, потому что чувствовала, в какое место ступить. Положив ладонь на дверную ручку, я мгновенно обрисовала в голове механизм, а затем прикинула, в какой момент металл может заскрипеть, и где нажать посильнее, чтобы этого не произошло. Это бред, ведь я никогда не интересовалась ничем подобным, но на уровне какой-то безумной интуиции все понимала.

На секунду мелькнула утешительная мысль, что, возможно, Юла дал мне каких-то лекарств, которые заставили мой мозг реагировать на все острее. Но затем я допустила худшее. Если дело не в лекарствах, то он сделал что-то со мной.

Господи… Я, возможно, даже больше не человек.