Глава 31

ТЕО Хочется провести ладонью и снести одним движением тарелки и приборы. Вскочить и перевернуть стол. Расколотить всю посуду, что попадется под руку. Хочется орать Марине вслед и заставить вернуться! Но я… молчу. Молчу, уставившись в пол, стараясь справиться со внутренними демонами. Такой силы, как сегодня, они не обретали никогда. В груди печет, вот-вот расколошматится что-то. Рядом с ней адски прекрасно. Мощно. Сладко. Непередаваемо. И одновременно отвратительное чувство снедает изнутри: а вдруг потеряю. Я не знаю, что сделать, как этого избежать. Наверное, не как сейчас. Как сейчас только хуже и не срабатывает никогда. Сижу. Сижу и просто стараюсь утихомирить бурю в душе и не наломать еще больше дров. Ушла. Да, она ушла, и это ее право! И я должен его принять! Но я, мать твою, не принимаю! Я не принимаю! Бешусь от неизвестности и страха лишиться того, что уже есть. Все из-за этого долбанного страха, что она выберет не меня. Пусть не Игоря, но свободу. Одиночество, не меня! Руки сами собой тянутся к карману в поисках пачки сигарет, хоть я давно уже бросил. А потому что смог. А потому что сильнее привычки. Потому что я так решил. Значит, сделал. Но иногда жутко хочется сделать хоть одну затяжку и вновь засрать легкие никотином. Глотнуть едкий дым, позволить горечи вновь хозяйничать, разъедая меня изнутри, а потом заходиться в изнуряющем кашле. Очень хочется. Потому что всегда это проще. Поддаться слабости и соблазну. И сейчас я вновь это сделал. Поддался слабости и страху. Перегнул там, где хрупко. Очень хрупко. Вместо несуществующей пачки сигарет выуживаю из кармана мобилку. Ищу в списке ее имя. Смотрю на него долго. Не знаю зачем: жду, что ли, что она сама мне наберет? Дурак. Она сама никогда бы ко мне и не приблизилась. Даже в сторону мою не посмотрела. Не дыхнула даже. Постепенно плечи расслабляются, пальцы не так сильно впиваются в корпус телефона. Выдыхаю уже размереннее. Воздух из груди выходит легче, без напряга. Он так и остался чистым. Без никотина. Я выдержал и теперь. И не сорвусь дальше. – Алло, – дрожащим голосом отвечает. Не игнорирует. Да, я все же с ней гребаный слабак, не выдержал и нажал на кнопку. Мне это важно. – Я чувствую себя идиотом, – выдаю как на духу. – Не надо. – Ты плачешь? – Нет. – Марин… – Я не буду с тобой жить, – отрезает она, отважно готовясь к скандалу. Приехали. Добился, блядь! – Мариш, я вспылил. – Я заметила. – Помоги мне, а? – В чем? – Быть другим. Уравновешенным. Нормальным. А я отбитый на голову. Ну вот такой я. Прости, мне очень жаль, что я накричал на тебя. Да! Да, я поползу за ней, скуля раненным щенком! И позвоню, и приеду! И долбал я эту чертову гордость! Эта женщина так мне нужна… МАРИНА – Тео… Я торможу резко, каблуки впиваются в асфальт. Голос в динамике насквозь пропитан горьким сожалением и досадой. – Я сделал, как ты сказала. – Не поняла… – Я успокоился. Обещаю впредь быть сдержаннее. Давай я за тобой приеду и мы вместе вернемся в ресторан? – Нет, – отрезаю. Молчание затягивается. – А куда ты направляешься? Не ко мне, да? – с явной надеждой уточняет он. – Нет. – Даже говорить не хочешь? – Я поеду к маме. – Давай я тебя отвезу? Подожду внизу, сколько надо. – Тео. Я приеду сама. Я не ребенок. Доеду как-нибудь. – Марин. Ну я же не хотел… правда… – Даже и не вздумай приезжать. И если я не возьму трубку, значит, не могу или не хочу. Не нужно панику разводить. Договорились? – Я не научился по-другому. Я не умею, понимаешь? Я не всегда мягкий и покладистый. – Я тоже. Не всегда мягкая и покладистая. – Мягкая ты всегда, – удивляет он, и я даже через динамики и сквозь шум вокруг различаю игривые нотки. – Не подлизывайся! – А ты долго у мамы будешь? – Часа два точно. – Давай хоть такси тебе вызову. – Я подумаю, – остываю. – Тогда пока займусь делами. Сориентируешь, как закончите? Душа воспарила от маленькой, но весомой победы. А может, дело в том, что ссора осталась позади, а углы сгладились уже сейчас, а не как я себе успела придумать. – Может быть. А может и нет! Тео принимает и это. Прощаемся мы на доброй ноте. К маме приезжаю уже улыбчивая и веселая. На всю квартиру распространяется пикантный запах курицы. Ммм… все же я дико голодная. С мамой и Светой общаемся непринужденно. Они настроены теперь не столь враждебно. И приятно здесь, и вкусно, и тепло. Ровно до тех пор, пока в дверь не раздается настойчивый звонок. Первая мысль – примчался Тео. Но как он мог, мы ведь договаривались! Да и он не знаком с моими родными, как посмел так заявиться?! – Я открою, – уверяет Света и несется в коридор. А мама произносит такое, отчего у меня волосы дыбом становятся. – Мариш. Ты на нас не ругайся. Это Игорь. Он просил помочь увидеться с тобой. Он очень расстроен сложившейся ситуацией и головой об стенку бьется, лишь бы с тобой встретиться. Ну извини! – мама кладет руку мне на плечо, видя мои круглые от потрясения глаза. Я даже как-то умудрилась не подавиться курицей. – А вдруг вы еще помиритесь? Тяжелый холодный взгляд я чувствую кожей. Мне становится зябко и хочется убежать. Откладываю в сторону полуобгрызенную куриную ножку и тянусь за салфеткой, но не чтобы вытереть пальцы, а чтобы чем-то занять руки. Ошарашена так сильно, что и слова вымолвить не могу. Вот гад, даже моих подговорил. А они… я же их просила!!! – Марин. Ну давай, наконец, поговорим?