Глава 32

– Всем здравствуйте. Очень надеюсь, не помешаю. – Помешаешь, – бью словесно первая. – Я к тебе приехал. – Мне кажется, я здесь лишняя, вы лучше без меня пообщайтесь. И кто, кстати, это устроил? – Мариночка, – мама подхватывает разговор, – даже если решение принято, всегда стоит его еще раз обдумать, вдруг ты совершаешь ошибку. – Ошибкой было приезжать сюда. – Вот видите? – указывает ладонью на меня Игорь, вызывая у моих родных сожаление. – И вот так всегда. Ну давай хоть обсудим? Один раз же стоит нормально поговорить? – Ребята, может, просто поужинаем, ну эти разговоры. Сейчас сядем, как обычно, в кругу семьи… – Мама. Мы с Игорем разводимся. Мы с ним уже не семья. Почему ты никогда меня не слушаешь? А ты, – зло поворачиваюсь к Светке, – вообще лезешь, куда тебя не просили. Сама выйдешь замуж и будешь у себя дома воротить! – Марина, ты очень много нервничаешь в последнее время, – «расстроенно» рассуждает Игорь. – Если не хочешь ужинать, давай я тебя просто домой отвезу. Где ты сейчас живешь? Он вновь наносит прицельный удар. И показательный. Рассчитывает, я отвечу хоть что-то. Хотя бы для печально наблюдающей за нами мамой. Не представляю, что мне делать. И на что способен Игорь. Самый лучший щит для меня сейчас – это мама. Как ни прискорбно это осознавать. Но если Игорь согласится задержаться, я с ним за один стол не сяду. А развернуться и хлопнуть дверью… так он за мной может последовать. И что выбрать? – Ты останешься на ужин? – уточняю слишком резко. Игорь уклончиво говорит, что зависит от меня. Отлично! Лучше просто не бывает! И что теперь делать? – Мариш, ты маму не ругай. Ну это случайно вышло… – Игорь пытается оттеснить меня назад и завести в комнату, где мы сможем остаться вдвоем. – Зачем ты приехал? – цежу сквозь зубы так, чтобы, кроме Игоря, больше никто не расслышал. – Тебе здесь нечего делать! – Сказал же, с тобой поговорить. Ладно. А если обманом? – Вот как. И что ты мне можешь сказать? – Что жду тебя. Спросить, где ты ночуешь, где пропадаешь. Да я даже догадываюсь, – скорбно вздыхает он и продолжает представление, – но я готов закрыть на это глаза. Если ты прекратишь. Если ты будешь только со мной. Мама поджимает губы. Я вижу из-за угла. Стискиваю кулаки от бессилья. – Значит, на меня решил все столкнуть. Хорошо. Поговорим. Садитесь ужинать. Я буду курицу, картошку и салат. А еще бутерброд с маслом, – хватаюсь за любую соломинку. – Ты, Игорь, такую мелочь для меня сделать сможешь? А потом поговорим. – Как пожелаешь… Марина. Разглядывает меня пристально. Оценивающе. Раскусил? Или нет? Да или нет? – Я руки помыть. Пусть в этом и нет необходимости…Прикрываю дверь на кухню. А в ванной включаю свет. Тихонько крадусь к выходу. Почти беззвучно обуваюсь, вешаю сумочку на плечо и пулей вылетаю на улицу. Несусь по лестнице как ненормальная. Когда прохладный вечерний воздух проникает в легкие, становится проще дышать. И не так душно. И не так страшно. Быстрым шагом я иду к остановке, все еще переваривая произошедшее в маминой квартире. Дохожу не до конца. Резкий рывок в сторону дезориентирует. А как я оказываюсь в машине, не понимаю совсем. Когда взгляд фокусируется на искаженном яростью лице супруга, я начинаю трясущимися пальцами дергать ручку двери. – Никак, – спокойно комментирует Игорь, в его голосе нет ни одной эмоции. У меня возникает ощущение, что я угодила в болото. – Там не вылезти. Машина срывается с места, плавно вклиниваясь в плотный поток. – Игорь, не глупи. Выпусти меня, пожалуйста. Я как на раскаленных углях, но супруг не реагирует на мои слова никак. Уверенно смотрит на дорогу. Я боюсь ловить его взгляд в зеркале заднего вида: не увижу ведь там ничего обнадеживающего. Пытаюсь занять руки, в сумке начинает вибрировать телефон, я трясущимися пальцами перекладываю ее на колени. Не успеваю расстегнуть молнию, как Игорь тянется к моим ногам и, не глядя на дорогу, цепляет кожаную ручку. – Эй, отдай! – выкрикиваю я, не успевая схватиться. – Игорь! Игорь… ч… что ты делаешь? – Посмотрим, кто тебе так настойчиво названивает. Сердце обрушивается в пятки, когда он вытаскивает мой телефон и разглядывает экран со смесью неприятия и омерзения на лице. Аж кривится. – Те-ео, – он презрительно растягивает короткое имя. – А я верить отказывался. Думал, ты умнее. Сосредотачивается на дороге. Разговор изживает себя. Напряжение ржавым лезвием проходится по моим натянутым нервам. – Куда мы едем? – не выдерживаю я. – Домой. Последнее слово Игоря звучит мерзким плевком. И я прикрываю веки. – Зачем? Что тебе нужно? Но больше этот бездушный человек не проронил ни слова. И телефон мой себе забрал, предусмотрительно отключив его. Я не понимаю, что делать, стараюсь не предполагать плохого. Машина грубо тормозит у подъезда дома, который я долгое время считала своим. – Игорь, не надо! Мой голос срывается на крик, когда супруг резко распахивает дверцу, заставляя меня отшатнуться. Но ему все равно. Запястье обжигает огнем. Игорь дергает на себя, и я почти выпадаю из салона. Упираться не помогает, кричать в широкую ладонь, что зажимает мой рот, – тоже. Наконец я освобождаюсь. Когда Игорь позволяет. Квартира встречает меня негостеприимной мерзлой пустотой. Вроде и вещи все на местах, но атмосфера неприятная, гнетущая. – Есть хочешь? – невзначай бросает муж и идет на кухню, уже прокрутив ключ в замке два раза и небрежно уронив ключи в свой задний карман. – Нет. – Как хочешь. Игорь распахивает холодильник, вытаскивает тарелку. Я не смотрю, что на ней. Как же мне хочется убраться отсюда. Проходит пятнадцать минут тишины, разбавляемой звуками тяжело удаляющейся о дно фарфоровой тарелки вилки. Когда Игорь доел, он даже не стал убирать посуду. Так и оставил на столе. Я все еще стою в коридоре. Ни жива ни мертва. Вдруг в меня летит небрежное: – Нравится с ним трахаться? Я задыхаюсь от мощного словесного удара. Не сразу нахожусь с ответом. – А тебе? С другими. – А я из дома не уходил. И заявления на развод не подавал. – Потому что тебе нравится так жить. А мне – нет. – То, что тебе нравится остальных мужиков обслуживать, я уже понял. Игорь вливает в себя полстакана воды. Или это не вода? Стекло с грохотом опускается на стол, а супруг… голова его слегка наклоняется в бок, губы сходятся в тонкой почти белой линии, взгляд наполняется непроглядной тьмой… Шаг. Еще один. Супруг медленно приближается. – Что будем делать, Мариш? – Просто разойдемся. Ты встретишь женщину, которая будет тебя устраивать. – А меня ты устраивала. Ты же знаешь, что я следы твои целовал. Волосы, пальчики. Люблю тебя, как ненормальный. Сучку. – Игорь. Ну нам же плохо вместе… Мой голос дрогнул, оборвавшись на полуслове. Потому что я встречаю новое обвинение: – Со мной плохо. А с ним охуенно. Он улыбается, но так неискренне, больше похоже на собачий оскал. – Можно я просто уйду?.. – Разве ты еще этого не сделала? – он наигранно пугается, округляя глаза. – Свалила к нему, пока я по тебе скучаю. Легла под него. Пока я о тебе думаю. Шлюха. Я тяжело сглатываю, пока он медленно поднимает руку. Как в замедленной съемке. Но стараюсь не зажмуриться. – Если ты многих готова принять, давай и со мной тоже, а? Он преодолевает оставшееся между нами расстояние, пытается погладить меня по бедру, но я сопротивляюсь. И в этом моя оплошность. Игорь звереет на глазах, не позволяя скинуть с себя варварскую конечность. Боже… Он перехватывает меня за затылок, больно хватая за шею пальцами, рывком притягивает к себе мою голову, остервенело впиваясь мне в рот. Внутри меня что-то умирает, когда он нетерпеливо начинает шарить по моему телу, стискивает грудь. Я не плачу, но внутри трясусь как осиновый лист. Руки дрожат. Оттолкнуть это чудовище не получается. Могу лишь приглушенно стонать от боли, но Игоря это лишь подзадоривает, он налегает сильнее. Как могу пытаюсь освободиться, пуская в ход все: ногти, зубы, колени. Игорь взвинченно дергается от укуса, слизывает капли крови с губы. – Вот стерва! И тут же мне прилетает ответ. Ожесточенная резкая боль обжигает висок. И пол-лица. Меня ведет в сторону. Я натыкаюсь на стену. Губа саднит. Как я жила с этим монстром. – Еще раз тронешь, и он от тебя живого места не оставит, – глухим голосом угрожаю я. И самое главное – ничуть не сомневаюсь в правдивости прозвучавших слов. – Давай. Попробуй. – Я попрошу защиту у него и у Яна. – Яна тоже обслуживала? – Какой ты отвратительный, Игорь. Мне прилетает новый удар, и в голове плавно оседает туман. Я соображаю, все вижу. Но будто заторможенно. Игорь кричит на меня, бесцеремонно дергает за плечо. Я чувствую себя мелкой песчинкой в льдистом океане мужского безумия. Вот сейчас… сейчас уплыву далеко… куда-то… Но сознание не покидает меня, наоборот, оно успевает всколыхнуться, как только ледяная струя летит мне в лицо, разливается на груди и животе. Я вздрагиваю от пробивающего холода. Губа начинает ныть сильнее. Голову будто хорошенько взболтали, но теперь все встало на место. Сейчас доходит: Игорь набрал воды в стакан. И брызнул на меня. Он щелкает у меня перед лицом пальцами, я пытаюсь нарочно не реагировать. И тогда он совершает ошибку. Поворачивается ко мне спиной. И снова удаляется в ванную за водой. Я мигом оказываюсь на ногах, у нас в прихожей в верхнем ящике лежит бита. Гордость Игоря. Она у него с пятнадцати лет. Мне удается быстро и неслышно дотянуться до нее. Адреналин придает сил. Хоть я испытываю неимоверную слабость во всем теле и ногах. Но руки слушаются. Прячусь за распахнутой дверью ванной комнаты и заношу биту. Знаю, что если мне не удастся ударить Игоря как следует, деревянный снаряд пройдется по мне. И не факт что разово. ТЕО Телефон горит в руках. Я набираю ее номер снова и снова. Она отключила мобилку. Отключила! Сижу как на иголках, не знаю куда поехать и себя деть. Марина сказала, сегодня ее не трогать. Она приедет сама… А я не могу так! Мне нужно знать, что у нее все хорошо. Ну что в этом криминального?! – Да хорош ты! Я пропускаю взмах руки, и Гоша тыльной стороной ладони ощутимо проезжается мне по груди. – Че хорош?! Я дозвониться до нее не могу! – Значит, достал ты ее. Так что она свалила. Погоди, сама перезвонит. – Дождешься от нее. – Вот поэтому я и не женюсь, – ржет этот придурок и откусывает смачный кусок шаурмы, распространяя тошнотворный запах в салоне. – Нафиг эти заботы все. – Да заткнись, Гош! И хватит жрать в тачке! Домой ехать не хотелось, Марина видеть меня отказывается, поэтому я сдернул Гюрзу и заставил его куковать вместе со мной. А он троглодит тот еще. – Че заткнись-то?! Я тебе реальный расклад даю, – он нее успокаивается. – Не женишься ты, потому что ни одна нормальная баба за тебя не пойдёт, – рявкаю я. Вот что он меня добивает-то?! – Слушай, может, в бар? – Гоша легко игнорит мой выпад. Ему вообще срать. – Там подождешь, пока Марина твоя повеселится без тебя. Он беззаботно запивает откусанный кусок газировкой. – Гош! – вскидываюсь нервно. – Я тебе сейчас реально вытащу! – Уже пошутить нельзя. Ну… давай причалим хоть где-нибудь! Или ты по всему городу просто колесить будешь?! – Ладно, поехали, – киваю я, разворачиваясь. – Ты домой. Я к себе. Вдруг Марина приехала. – Во больной. Тебе время дали. Сво-бо-да! Пользуйся! В итоге Гошу я высадил у очередного бара, куда он так торопился. А сам дернул домой. Может и правда, уже приехала… Из лифта я выхожу совсем опустошенный. Душа не на месте. Все клокочет внутри, не желает смириться. Подгребаю к квартире и… столбенею от ужаса, а ключи выпадают из моих деревянных пальцев.