Глава 5. Комната для Шули

Убедив себя, что я со всем справлюсь и вернусь на Землю намного быстрее чем через полвека, дышать стало свободнее. Не знала, что там с моей связью с магическим резервом, но чтобы смочь дальше восстанавливать замок, нужно как минимум отдохнуть от реставрации кровати! Поэтому я вернулась к себе и легко уснула, выкинув из головы всякий романтичный бред.

Ночной сон не до конца очистил мозги, поэтому я уже целый час бродила по замковой территории, вдыхая утренний морской воздух.

Со двора не было видно, что за стенами находился обрыв, уводящий в неспокойную синеву океана. Лишь из окон замка можно наблюдать величие водной стихии. Но и здесь, среди руин, в которых все еще угадывались хозяйственные постройки, распространялся приглушенный звук волн, бьющихся о скалы.

Прошла мимо кузницы, в которой буквально несколько дней назад нашла вторую часть того самого ключа, восстановив который, потеряла сознание и очнулась уже на кухне замка. Руины помещения оставляли безграничное место для фантазии, но реставрировать их я собиралась далеко не в первую очередь. В конце концов, кому нужна кузница на данный момент? Сначала хотелось бы приукрасить внутреннее убранство замка.

Под ногами шуршала листва, ветер казался бы по осеннему холодным, если бы не ясная погода. Настроение поднималось с каждым шагом. Ласковое солнце пощипывало кожу лица, а безмятежная тишина растворяла недавние негативные эмоции после общения с драконом. Краем сознания отметила, что даже в таком разрушенном виде, ощущения от двора достаточно уютные. Будто гуляешь по старым кладбищам или средневековым развалинам. Такие места я любила, что уж говорить. Да и сама атмосфера мистики и загадки согревала душу.

Прошла мимо фонтана, с вершины которого в первый же день, свалились камни, едва не зацепив меня. Тогда я воспринимала все случившееся, перемещение сюда, козни духов двора, восстановление эпитафии, разыгравшуюся грозу и перспективу ночевать во дворе, как некое приключение. Было страшно и интересно. Но я еще даже не представляла, что меня ждет. Зато сейчас, можно сказать, пережив смерть, я выросла. Нет, я не стала серьезнее или практичнее, зато начала взращивать веру в себя, в свои возможности. Осталось только не ошибиться в том, чего я на самом деле хочу.

У меня все получится.

С таким философским оптимистичным настроем взглянула на фонтан еще раз. Очень хотелось бы его запустить в ближайшее время, чтобы приходить сюда восстанавливаться. Представила, как будет доволен Шуля, его визги, всплески, игры с водой.

Улыбнувшись своим мыслям, отметила, что мне по-настоящему хотелось видеть радость на лицах обитателей замка. Даже дворецкого, если он вообще умел улыбаться. Про дракона старалась не думать. Как вчера выяснилось, у него была женщина. Вот пусть она его и радует.

Неспешно дошла до зоны захоронения. В тот день было темнее, поэтому тогда я шла прямиком сквозь колючий бурьян, застревая каблуками в земле. Сейчас же спокойно обошла эту преграду в виде бывшего палисадника сбоку.

Ну, здравствуйте, Адриэн фон Росс, “Любимый Отец, Магистр драконовых наук всех направлений”. Восстановленная эпитафия гордо возвышалась над более мелкими захоронениями. Присела около нее как и в первый день. Отсюда открывался хороший обзор. Позади воздвигалась высокая стена с безграничным океаном за ней, справа стояла грозная махина замка, а спереди представал двор во всей своей разрушенной красе. Сделала вид, что не замечала следящего за мной, очевидно, хозяина могилы, отца дракона. Он совершенно не мешал.

Пока принимала солнечные ванны, ощущала, как остатки переживаний словно волной схлынивают и устремляются в землю. Идеальное место для отдыха и положительных эмоций! Настроение поднялось еще сильнее и я с новыми силами вознамерилась пойти в замок в поисках нового предмета для восстановления.

Но встав, услышала спокойное:

- Чердак.

- Чердак? - тупо переспросила немногословного призрака.

- Чердак. - повторил он

- Ну чердак, так чердак. - Сказала я, похлопав глазами, и потопала искать этот самый чердак.

Замок вмещал в себя два высоких этажа и многочисленное количество башен, торчащих ввысь. В нем можно было потеряться, я уж не говорю о том, чтобы что-то найти, тем более чердак. Поэтому обратилась с этим вопросом к более знающему планировку дворецкому.

- Это вам сказал ныне покойный господин фон Росс? - изумленно спросил Ванс. - Помнится, раньше было несколько жилых комнат в верхних частях башен, но, видимо, вам нужна та, которая находится в старом крыле. Туда никто давно не заходил, но раньше эта часть, наоборот, была самой живой, ведь в ней обитала почетная чита фон Росс. Вам нужно в четвертую башню. Чердак будет над спальней родителей хозяина. Не отвечаю за его сохранность, в прочем, как и самой башни. Меня там не было десятилетиями.

Поблагодарив дворецкого, пошла под его ошеломленным взглядом, следуя указаниям, до конца коридора на первом этаже. Нашла в закутке начало винтовой лестницы и бодро принялась подниматься. Мой пыл немного поутих, когда я поняла, что некоторые ступеньки отсутствовали, и иди нужно осторожнее. Но в остальном, настрой был боевым.

Меня съедало любопытство, что же такого захотел мне передать родитель дракона? Или ему опять нужна помощь? Что ж, в этом случае я еще подумаю. На данный момент от меня зависели все здесь живущие, поэтому только мне решать, куда я буду тратить свои силы!

Я заправила локон за ухо и важно прошествовала дальше, огибая внутреннюю стену башни по часовому кругу вверх. Широкая лестница не позволяла упасть. Перила, конечно, предусматривались, но сейчас валялись ржавой грудой где-то внизу. Пока справа сменялся уже третий оконный проем без стекол, я задумчиво касалась левой рукой холодного камня стены. Но она резко закончилась.

Просторная арка открывала взор на комнату, назначение которой можно было понять лишь по одному предмету в центре - бывшей широкой кровати, валяющейся сейчас грудой палок и коричневой ткани. Матраса не было. Закрались подозрения, что дракон все это время спал именно на нем, на матрасе своих родителей, забрав его отсюда десятилетия назад.

Так как передо мной находился явно не чердак, решила продолжить путь по лестнице дальше вверх. Ступеньки закончилась на маленькой площадке перед покосившейся массивной дверью. Толкнула ее и замерла как вкопанная.

Да ладно! Моему взору открывался самый настоящий семейный склад. Приблизившись, я бы назвала его свалкой уже ненужных вещей. Неуклюжие стопки одежды, покрывшиеся многолетней пылью, местами разъела моль. Прошерстила их, найдя всевозможные мужские нижние штаны, брюки, камзолы, платья разной нарядности и… детские штанишки с разноцветными вязаными носочками. Сердце дрогнуло, когда я взяла в руки маленькую белую шапочку. Отложила стопку детских вещей и игрушек в пустой мешок, чтобы захватить с собой при выходе и отдать Шуле.

Подозрение о том, кому принадлежали вещицы, подтвердилось картинами, грустно лежавшими сломанной грудой в углу комнаты. На одной из них узнала маленького малыша с темными волнистыми волосами лет трех. Его выдали яркие аметистовые глазенки, с любопытством взирающие на этот мир. Я чуть ли не замурчала в умилении, даже расстройство по поводу пострадавших холстов отошло на второй план. Видеть Дэймона таким малявкой оказалось сродне подглядыванию за тайным, будто прикоснулась к сокровенному. Все здесь было пропитано семейными воспоминаниями.

Погладила изображение сверху, стирая пыль. Высокий статный мужчина с такими же фиолетовыми глазами, в котором узнавался призрак, отец-дракон, стоял слева мальчика. Справа обнимала Дэймона миловидная женщина с мягкой улыбкой и гордостью в глазах. С удовольствием отметила, что цвет глаз женщины походил на мой небесно-голубой.

Положив картину на место, обернулась к другому углу комнаты. Помимо разломанных музыкальных инструментов, детских игрушек, охотничьего лука и прочей кучи, в которой уже невозможно было вычленить вещь, под остальными завалами комнаты находилось то, что изначально бросилось в глаза и заставило меня широко улыбнуться. Все таки призрак отца Дэймона хотел нам помочь и сообщил, где я могла получить эту помощь.

Это была детская кроватка с высокими деревянными бортиками, которые, правда, лежали на полу. Две противоположные ножки гордо держали чудом всю конструкцию, оставшиеся две покоились на полу. Осмотр этой прелести я оставила на десерт, ведь именно ее и собралась сейчас восстанавливать. Шуле нужна была кровать, поэтому она будет его, и не важно, что она принадлежала нынешнему хозяину замка.

Подойдя к кроватке, убрав сверху шахматную доску и мешок очередных вещей, отметила новизну подушечки и одеяльца. Несмотря на годы пыли и окна без стекол, все выглядело, будто до этого никем не использовалось. Но приподняв подушку, увидела то, что явно не предназначалось мне. На простыне лежало письмо.

Ни секунды не сопротивляясь своему любопытству, развернула многолетнюю пожелтевшую бумагу.

“Мальчик мой, тебе сейчас тоже не легко, но твой отец был для меня всем. Мне сложно находиться в этом замке, где все напоминает о нем, и ходить бледной тенью, омрачняя тебе жизнь. Я уезжаю, чтобы побыть одной и научиться жить заново. Ты полноценный хозяин этого гнезда, поэтому строй свою новую яркую жизнь. Тебя ждет хорошее будущее.

Целую. Мама.

Дарю кроватку для моих внуков. Не забудьте позвать меня, когда они появятся. Я буду хорошей бабушкой, обещаю.”

Ну и отлично. Ну и прекрасно. Они планировали ребенка? Судя по кровати, на ней никто не спал. Получается, либо письмо не видели, что практически невозможно, либо проигнорировали, либо никаких новых детей в этом доме не было.

Ну да, какие еще дети-драконята, если тут такой погром, а замок вместе с драконом на нулевом магическом резерве? При таком раскладе, наверно, даже зачать будет сложно. Лилит, конечно, устроила веселую жизнь своему любимому. Но некоторым нравится огонь в отношениях. Подумаешь подрались… Драконы же. Потом наверняка помирились. Такую шикарную статную женщину не бросают.

Получалось, я помогала восстанавливать гнездо не только для того, чтобы вернуться на Землю, но и чтобы мама наконец-то увидела внуков. Что ж, Деймон и Лилит, не благодарите. Вам просто повезло, что я нашлась на вашу голову. Такая сильная и добрая.

Обреченно вздохнув, засунула зарождающуюся противную эмоцию куда-то очень глубоко. Положила письмо в карман новых черных джинс, которые нашла утром в шкафу. Да, не по местной моде. Но пока я тут хозяйка, что хочу то и делаю! Ну, ладно. Сверху, конечно, была белая рубашка оверсайз с черной вышивкой на рукавах, возможно мужская, прикрывающая бедра.

Интересно, отец дракона послал меня сюда, чтобы я использовала кроватку для нужд замка или чтобы нашла письмо, намекая мол “и не думай на моего сына заглядываться”? Больно надо было!

Вспомнила, для чего я здесь и села в центр комнаты. Закрыла глаза, пока не почувствовала уже приятную тяжесть реставрационного скальпеля в кармане джинс. Достала инструмент и направила на нестабильные контуры кровати, облепленные астральной грязью. Привычными движениями очистила все, просматривая событийность в обратном порядке.

Ничего нового не увидела. Комната и правда покоилась десятилетия, сюда совершенно никто не заходил и именно в таком состоянии, с вещами родителей по углам и разбросанными старыми игрушками, ее и застал результат гнева белой драконицы. Молнии сотрясли замок, отчего пару шкафов рухнули. А уже со временем все предметы здесь начали терять форму, картины падать от ветра, вещи ломаться и выцветать под солнцем, пол вздуваться. Чинить никто не пытался, видимо, наученные опытом. Пока резерв магии находился на нуле, починка становилась бесполезным мероприятием. Духи вещей разбежались кто куда, заснули или исчезли, и поддерживать энергетическую форму предмета было некому.

Засунув аккуратно скальпель обратно в карман, чтобы не поранить пальцы лезвием, открыла глаза. Передо мной стояла чистая собранная кроватка. От нее буквально пахло свежестью. Ткань покрывала и подушечек чуть ли не сияла, а спинки были на месте.

Я уже предвкушала, как показывала Шуле его новую кроватку, а мать радовалась, что теперь ребенку будет не тесно с ней на узком ложе, но проблема нарисовалась сама собой.

Как притащить эту махину на первый этаж?

Обдумав несколько вариантов, в том числе, прибегнуть к помощи дворецкого, решила остановиться на самом маловероятном. Другого не оставалось, потому что дворецкий в лице одного мужчины не провернул бы все это. Тем более не каждая ступенька на лестнице была в наличии! Тревожить Истара пока не хотелось, и подвергать всех опасности тоже, поэтому принялась делать то, с чем неплохо справлялась - договариваться.

Села опять в центр комнаты, закрыла глаза и позвала духа кроватки. Звучало глупо и самонадеянно настолько, насколько было мое удивление, когда этот самый дух явился в астрал. Бесформенный сгусток с круглыми добрыми глазами уставился меня в ожидании.

- Здравствуйте, я тут вас починила, - начала неуверенно я.

- Ага, вижу, спасибо. Что надо? - ответила субстанция без рта, передавая слова сразу в мой мозг.

Мда, щедрой благодарностью дух не отличался.

- Мм, мне нужна эта кровать. Но нужна на первом этаже, а не здесь на вершине башни. Можно как-то организовать? - произнесла уже уверенно, намекая, что он мне вообще-то должен.

- Кому кровать нужна? Ребенку хозяина?

- Э-э, слава Богам, нет…

- Тогда нет.

- Что?! Кровать нужна для мальчика, за которого ваш хозяин поручился вообще-то! Если вы не хотите неприятностей, я бы советовала помочь!

О том, какие такие неприятности могли быть у духов, придумать не успела. Кроме как отсутствие магического резерва, конечно.

- Ты про белокурого мага чтоль? - говорил, видимо о Шуле

- Именно! - важно ответила я.

- Сильноват будет. Даже не знаю.

Ломался как девка, честное слово.

- Я не верю, чтобы такой прелестный сильный дух, выстоявший десятилетия, и не превратив кровать в груду щепок, не смог совладать с маленьким магом! - Я перешла к лести.

- Так-то я сильный, конечно, - дух сделал задумчивую паузу, а потом не сказал ничего.

Я просто поняла, что пора открывать глаза, когда контуры кровати начали ехать. А делать они это принялись потому что кровать реально взмыла в воздух и величественно прошествовала с угла комнаты к ее выходу. Я быстро поднялась за ней, чтобы не потерять ее из виду, едва успев подобрать мешок с вещами и игрушками для Шули.

Так мы и шли. Сначала кровать, плавно парящая сверху вниз по центру башни. И я с гигантским мешком в руках, наматывающая спирали вокруг спускающейся мебели. А внизу офигевающий от всей картины дворецкий с застывшим лицом и округлившимися глазами.

Ванс посторонился, чтобы пропустить не маленький предмет мебели, я пробежала мимо, улыбнувшись на ходу мужчине, отслеживая, чтобы одежда с моих рук не рассыпалась. Кроватка, как ни странно, привела меня в одну из тех комнат, которые находились около спальни Лорэн и Кларин, матери ребенка. Прежде она была заперта на замок.

Значит, быть тут детской комнате, подумала я, оглядывая пустое, не считая новой кровати и ковра, помещение.

Высыпала вещи и игрушки из мешка прямо на кровать и с улыбкой оглядела помещение. На удивление стекла остались целыми, а пыли почти не наблюдалось. Вот и прекрасно, пока нет необходимости начинать реставрацию. Под ногами расположилось сплошное подобие ковролина. Мягкий ворс небесного цвета, местами с проплешинами, не терял своего уюта. Возможно, эта комната и предназначалась как детская или развлекательная. Высокие каменные стены лимонно-песочного цвета плавной аркой переходили в белый потолок. На данный момент это была самая “веселая” в плане цветового решения комната из всех в замке.

Кровать поставилась аккурат у задней стены между двумя высокими окнами, гармонично вписавшись по размеру. Потом бы сюда соорудить стол и стулья, с ребенком надо заниматься. Для начала, конечно, придется на кровати или ковре, среди раскиданных игрушек, но это мелочи.

Только хотела развернуться, чтобы выйти попросить подмести здесь пол, как расплылась в еще более широкой улыбке. В дверном проеме стоял дворецкий Ванс все еще с таким же неверящим лицом, горничная Лорэн и кухарка, а по совместительству мать Шули Кларин. Обе радостно вскинули руки, а мама выдохнула с облегчением. Конечно, теперь не придется ютиться на узкой кровати с ребенком!

Кларин рассыпалась благодарностями, обещая все тут прибрать и сделать максимально удобно для своего дитя. Мы все вчетвером начали разбирать вещи, отсеивая кофточки и штаники большого размера, удивляясь причудливым узорам на детских комбинезонах, а я даже запищала, увидев милейший детский темно-синий мундир. Мундир! С настоящими эполетами золотого цвета на плечах, с висюльками, как у императоров! Мини-императоров! Я не сдержала своего веселья, это было чересчур умилительно для моей психики.

- Да вы я посмотрю были важной персоной уже с пеленок, господин дракон. - Произнесла я шутливо вслух. Девушки вторили моему смеху.

Становилось тепло на душе вот так вот находиться здесь и сейчас, заниматься общим делом, ловить добрые благодарные улыбки женщин, чопорную критику дворецкого, и не менее милые улыбки в ответ. Я не упустила пошутить про крупные размеры детей-драконят, но уверила, что у Шульена тоже хороший потенциал. Поэтому все, что мы отложили, оставили ему на вырост.

А вот и он. Вдали раздался постепенно нарастающий топот маленького слоненка и вот уже в центр комнаты ворвался ураган детского визга. И когда только так осмелел?

- Арнольд сказал тут игрушки!!! - Кудряшки малыша взволнованно тряслись, щеки порозовели, а глаза искрились.

Все то знал этот Арнольд. Кларин подхватила дитя и села на ковер возле нас, разместив малыша на коленях. Мы логично решили отложить сортировку вещей, переодеть ребенка в новые старые зеленые штаники и мятную рубашечку, а потом приступить к разбору игрушек.

Ребенок жадно разглядывал каждую фигурку, деревянных драконов, упряжки с конями с крутящимися колесиками, кубики всевозможных цветов, два мяча - не резиновые, конечно, но скакали тоже хорошо. Оказавшись очень усидчивым, мальчик минут тридцать выстраивал башню своего роста из всех подручных игрушек, а если она рушилась, начинал сначала, пока в итоге не справился с задуманным.

Нашу веселую идиллию прервал влетевший ураган постарше. Если честно, совершенно здесь не уместный. Чего он тут забыл? Ему общества своей драконицы не хватает? Явно же живут не тут, сюда бы и я никого не привела.

- Что случилось? - произнес мужчина, любопытно осматривая все происходящее.

На дракона непонимающе уставились восемь пар глаз.