Глава 38. Белов
Раз*бал всех! Реально всех! От начальника тыла до всех, кто ходит в патруль.
В стратегически важной для нашей страны военной части дыра в заборе размером с жигули. Не то что дети или диверсанты, там слон пройдёт и даже *уем не зацепиться.
Сверху на всех причастных была накинута задача исправить это упущение в кратчайшие сроки. Потом я лично сходил и убедился, что дырку хотя бы временно замотали колючей проволокой и обмазали гудроном, чтобы у детей и поварих не осталось желания попробовать её оторвать от стены.
Засёк время и ждал, с какой частотой патруль заглядывает сюда. Оказалось, что в пределах нормы. Меньше пяти минут.
Видимо, мой ор слышали вообще в части, раз так засуетились.
Не страшно. Не будут расслабляться.
Измотанный морально и физически, я возвращаюсь домой. Но замечаю свет у Юли в окнах.
Что она там с мальчишками делает? Телек смотрят? Пьют молоко с печеньем?
Я уже примерно знаю их расписание. Знаю, что Тима любит передачи про армию и военную технику, а Ваня ещё любит мультики, но уже стесняется этого.
Мне становится невыносимо тоскливо.
До одури, до зудящей кожи на всём теле мне хочется увидеть её, мою Дюймовочку.
Нежную и недоступную, такую сильную и такую хрупкую.
Да и пацанов я бы повидал. Хорошие мальчишки. Непоседливые, но толковые.
Их бы энергию да в мирное русло. На футбол бы их отдать или на хоккей. Эх, знаю, что у Дюймовочки пока нет такой возможности.
Сжимаю кулаки и челюсть и обещаю себе обязательно с этим разобраться, а пока...
Меняю траекторию, пизд*ц, как резко.
Чей-то шелудивый кот от страха шарахается в сторону кустов. Правильно, нечего мне тут!
Шутливо грожу пальцем коту и захожу в Юлин подъезд. Практически влетаю на второй этаж и не раздумывая стучу в дверь.
Повод явиться так поздно я ещё не придумал. Что-нибудь скажу, а там...
Я слышу шаги за дверью, какую-то возню и невнятное бормотание.
На уровне инстинктов во мне шевелится неясная тревога.
Щелчки отпираемого замка звучат слишком громко и резко в тишине тёмного подъезда.
А потом дверь распахивается и на пороге замирает...
Удивление слишком быстро сменяется ревностью. Глаза заволакивает кровавой пеленой, а грудь разрывает от яростного рыка и желание разорвать голыми руками того, кто стоит передо мной.
- Чего надо, товарищ подполковник? — щурится тот, кто открыл мне дверь.
Я хотел бы сказать, что это чмо какое-то подзаборное. Но нет.
Молодой, младше меня, высокий. Не крепкий, но тренированный, жилистый, подтянутый.
И явно чувствует себя здесь хозяином.
- Мне нужна Юля, — чеканю каждое слово, сжимая кулаки.
Едва сдерживаюсь. Почему она сама не открыла дверь? Почему не выходит? Или она не может, раздета?
Почему мальчишки не бросаются в коридор, услышав мой голос, как делают всегда?
Кажется, меня сейчас разорвёт от ярости и желания настучать этому идиоту.
- А ты кто такой, подполковник? — этот смертник облокачивается локтем о дверной косяк и нагло скалится.
- Не твоё собачье дело, — тихо рычу я. - Где Юля и мальчишки?
- Оу! — он морщится, приподнимает брови и кривит губы. - К бабе моей яйца подкатываешь?
- Повтори? — тихо, но предельно чётко произношу я.
- Что слышал, — фыркает этот... смертник. - Юлька — моя жена. Я содержу её и сыновей. И мне не нравится, что кто-то к ней таскается. Так что шли бы вы, товарищ...
Договорить он не успевает.
- Ах, муж... — шиплю я и добавляю тише. - Объелся груш!
Выкидываю руку вперед, обхватываю идиота за шею и организую приятную встречу его кривой рожи и дверного косяка.
А потом ещё раз.
- Ууу! — ревёт этот имбецил. - Ты чего творишь?
- Учу тебя, как нужно разговаривать со старшим по званию, сержант Ильин! — рявкаю так, что в подъездных рамах звенят стёкла. - Ну-ка пойдём выйдем, поговорим! Там и твою материальную помощь бывшей жене и сыновьям обсудим.
Я подталкиваю его к лестнице и отрезаю пути отхода, когда бегающий взгляд его немного заплывших глаз мечется к двери.
- Легко драться, когда старше по званию! — сипит это недоразумение и поправляет съехавший ворот футболки.
- А ты, сержант, на погоны не смотри. Шагай! Поговорить можно и без драки. А там, как пойдёт!