Глава 7.

«ВНИМАНИЕ! В ЗДАНИИ ПОЖАР! ВСЕМ ПОКИНУТЬ ПОМЕЩЕНИЕ!»

По ушам бьёт громкий вой непрекращающейся пожарной сирены.

Пожар! Твою мать!

Я подскакиваю с места, в полумраке коридора бросаюсь к самой дальней палате, из-под двери которой уже валит сизый дым.

Не успеваю пробежать и пары метров, как кто-то хватает меня за шкирку, как котёнка, встряхивает и оттягивает назад.

- Куда? — ревёт надо мной комбат.

- За бойцами! Вы что, не видите? — в горле уже начинает першить от горьковатого запаха гари. Сердце срывается с ритма.

Страха нет, есть только доведённые до автоматизма инструкции. Недаром два раза в год у нас в части учебный период по технике безопасности.

- Вижу! — чётко, по-военному бросает Белов. - Я сам! А ты собирай тех, кто самостоятельно вышел из палат, строй и выводи на улицу.

- Я должна проверить по списку, чтобы все вышли...

- Марш выполнять поставленную задачу! — рявкает он так, что я приседаю от неожиданности и больше не спорю.

Чего я лезу? Он старше меня по званию и должности, а драгоценное временя утекает.

Поэтому я хватаю ключи от ближайшего запасного выхода, а одному из бойцов в руки вручаю медицинскую укладку.

- За мной! — командую я оборачиваясь.

Сквозь заполняющий коридор сизый дым вижу массивную фигуру комбата и то, как он исчезает в дальней палате.

В голове мелькает мысль: лишь бы он справился, лишь бы всё обошлось.

Через запасный выход вывожу лазарет на малый плац — место для построения прямо за санчастью, строю и проверяю всех по фамилиям. Не хватает двух бойцов. Тех самых, что лежали в палате, из-под двери которой повалил дым.

Быстро отзваниваюсь дежурному по части, он сам вызовет из пожарки машину, после этого звоню начмеду и докладываю об инциденте и о том, что комбат и ещё двое бойцов внутри.

Вроде бы можно выдохнуть. Я сделала всё, что должна была по инструкции. Но комбат не вышел сам и не вывел двух солдат.

Минуты тянутся непозволительно долго. Время уходит, а их всё нет.

Волнение накатывает волнами.

Внутри меня растекается леденящий холод и крепко сжимает когтистой лапой внутренности. Что могло случиться?

Может, они отравились угарным газом и лежат там?

Всматриваюсь в тёмные окна второго этажа. Открытого огня я не вижу и решаюсь пойти за ними.

Открываю укладку, отматываю пару метров бинта, складываю его в несколько слоёв, пропитываю водой для инъекций и прикладываю к лицу.

- Уфимцев! — командую солдатику. Он старшина роты, справится. - Остаёшься за старшего. Я захожу...

- Никуда ты не заходишь! Команды не было! — с ноги распахивается дверь запасного выхода. Из неё практически вываливается комбат и словно нашкодивших щенков держит в руках двух бойцов.

Не просто держит, но ещё и тащит за собой.

Солдатики выглядят вполне живыми и здоровыми, но совершенно несчастливыми.

В это время за нашими спинами раздаётся сирена пожарной машины.

- Вовремя, — недобро ухмыляется комбат, сверяясь с наручными часами. - Исправим!

- Что случилось? — подхожу ближе, стараясь сдержать нервную дрожь. Пальчики дрожат, как у запойного алкоголика. А дыхание сбивается.

Не передать словами. Как я рада, что с ними ничего не случилось, что все живы. И даже один очень наглый комбат.

- Эти два интеллектуала решили покурить в палате, — опасно щурится подполковник, встряхивая виновных.

Мимо нас уже пробегает пожарный расчёт и исчезает в темноте дверного провала.

- Покурить? — внутри меня тут же взрывается небольшая такая адреналиновая бомба! Глаза заволакивает красной пеленой. Упираю одну руку вбок, а другой тычу в виновных. - Убью! Кадыки вырву обоим! Я вам ещё в прошлый раз сказала, что если засеку за курением в палате...

- Юлия Сергеевна, — едва сдерживает смех комбат.

Конечно, смешно ему! А я тут извелась вся. Между прочим, не только из-за этих оболтусов, но и за его задницу переживала! Думала, что они уже того... а он смеётся.

Конечно! Пускай бойцы выше меня, а я кажусь ему моськой, что лает на слона. Но у меня в лазарете не бывает второго предупреждения. Обычно я с первого раза умею доносить свои мысли. А эти...

Перевожу яростный взгляд с бойцов на комбата, а он меняется в лице. Вся его весёлость моментально исчезает, а насмешливый взгляд быстро становится цепким и озабоченным.

- Ну-ка отошли и встали в строй! — рявкает он провинившимся бойцам. - С вами я разберусь позже.

После этого быстро, но без лишней спешки расстёгивает свой китель и накидывает его мне на плечи.

- Вы что? — меня словно током бьёт от его прикосновений. А он словно не обращает на это внимания.

Заставляет меня засунуть руки в рукава, и сам застёгивает на мне китель под самое горло.

- Не нужно! — вяло сопротивляюсь я, но замолкаю, когда чувствую, как приятное живительное тепло от его кителя передаётся мне. Успокаивает взвинченные нервы и... нет, не согревает.

Наоборот.

Я ощущаю, как я замёрзла. Меня начинает потряхивать крупной дрожью. Зуб на зуб не попадает.

Колотит так, что я сама не могу застегнуть последней пуговицы.

- Тише, тише, Дюймовочка! Уже всё хорошо! Выдыхай! Уже всё! — подполковник Белов сокращает расстояние между нами, притягивает к себе и растирает мою спину огромными ладонями.