Глава 10

Я выслушала его.

С болью, непониманием, отвращением, но – выслушала.

Только для того, чтобы убедиться – его рассказ ничего не менял. Не принес ничего, кроме новой волны боли.

Он осознанно пошёл на измену. Из какого-то идиотского каприза, внезапного завихрения, он перечеркнул все, что мы строили так долго.

- Самое ужасное в этом всём то, что я много раз спрашивала, что с тобой происходит, я хотела помочь, но ты отмахивался. Ты не признался мне в своих сомнениях, ты предпочёл молча все разрушить. А я ведь думала… что между нами абсолютное доверие. Что у нас настоящие, честные, зрелые отношения… Что мы способны говорить друг с другом, слышать один другого…

- Я жалею, Крис…

Я пожала плечами.

- Жалей. С сожалениями ты теперь и останешься. Больше у тебя ничего нет. Нет семьи, которая тебя тяготила. Нет жены, которая тебя, оказывается, душила и ограничивала.

Он в пару шагов оказался очень близко. Я отшатнулась, боясь, что он меня коснётся…

Но вместо этого Назар упал передо мной на колени.

Его сильные руки обвили мои ноги, голова уткнулась мне в живот…

- Ты не должна прощать, - глухо прозвучал его голос. – Ты вообще ничего мне не должна после того, что я сделал. Но, пожалуйста… хотя бы подумай прежде, чем все закончить. Я ведь тебя люблю. Всегда любил. И всегда буду.

Его слова били по душе молотом, причиняя ещё больше страданий. Мне хотелось оттолкнуть его, отвергнуть…

Но он – такой большой, сильный, высокий - походил сейчас на доверчивого ребёнка, что ищет защиты у моих коленей.

- Эта измена – ещё не вся наша жизнь, - добавил Назар. – Пожалуйста… во имя всего, что у нас было, давай не будем рушить все так легко и скоро…

Легко…

Я чувствовала себя как угодно, но только не легко. Напротив – казалось, что в каждой моей клетке поселилась тяжесть, будто на конечности повесили гири, а сердце заковали в железо…

Но ему этого было не понять. Ведь это он предал. Не его.

Да, он тоже мучился – я это видела. Но во всем этом виноват был исключительно сам.

Собрав силы в кулак, я одним резким, решительным движением скинула с себя его руки-путы. Отошла на несколько шагов назад и отвернулась.

Внезапно осознала, что в его словах и словах этой девки есть явные расхождения.

Назар утверждал, что покончил с ней, что они переспали лишь раз. Она же говорила мне, что он приходит к ней чуть ли не каждый вечер…

Кто-то из них лгал. Но я уже не знала, кто именно. Верить не могла уже никому.

- Она сказала, у вас любовь. Сказала, что ты проводишь с ней вечера, - проговорила после паузы.

- Она лжет, - откликнулся он резко. – Ты ведь понимаешь – она к тебе потому и пришла, чтобы ты, услышав все это, меня бросила. Чтобы я в итоге к ней прибежал. Но этого не будет.

Что ж… эти его слова были логичными и ожидаемыми. Но правдивыми ли?

Я ощутила, что больше просто не могу обо всем этом думать.

- Ты сейчас едешь домой и объясняешься с дочерью, - скомандовала отстранённо. – Я приеду позже. Хочу побыть без тебя. Более того – буду рада, если к моему возвращению тебя дома не будет вообще.

- Выгоняешь? – уточнил он хрипло.

- Отделяюсь. Может, ты и прав. Мы с тобой были чересчур близки, настало время побыть порознь.

Я произнесла эти слова и вдруг поняла одну вещь…

Я пыталась решить в своём уме, как дальше быть, но, по сути, я вообще не должна сейчас ничего решать. Я просто должна выжить. Свыкнуться с тем, что все переменилось, что жизнь уже не будет прежней, как и наши с Назаром отношения, а затем я постепенно сумею понять, готова я это принять или нет. Готова ли жить в этих новых обстоятельствах.

А он – должен просто ждать. Неопределённость – его наказание за измену.

Но решение о будущем в итоге пришло само собой.

***

Прошло несколько дней.

Назар исчез из нашей общей квартиры – от дочери я знала, что он перебрался за город, где у нас была дача.

Я знала, что Алина с ним постоянно созванивается и чувствовала, что дочь от меня словно бы отстранилась.

Порой мне казалось, что она винит меня в том, что отец ушёл из дома, просто не говорит этого вслух.

А я… мне было больно от того, что она так себя вела. Но что я могла?

Конечно, я с ней поговорила. Донесла до неё свою позицию, объяснила, что чувствую…

Но дочь очень любила Назара. И я поймала себя на мысли, что ей, возможно, даже все равно, что он сделал, она готова об этом забыть, лишь бы он был рядом.

И я дала ей время примириться с тем, что мы с ним теперь живём раздельно.

Сама при этом старательно отгоняла от себя все мысли о муже, но они все равно лезли в голову, как назойливые мухи.

Наверно, просто невозможно не думать о человеке, с которым была вместе так долго. О том, кто стал частью тебя самой.

Я тяжело и мучительно ощущала его отсутствие в доме. О нем напоминало все кругом. Без него было не просто пусто – без него меня буквально ломало…

А он звонил. Часто. И мне до безумия хотелось ответить на звонок, хотелось услышать его родной голос…

Но я держалась. Поддаваться эмоциям сейчас было все равно, что добровольно себя уничтожить.

Я могла простить, могла принять обратно, как это делали тысячи, миллионы других женщин, прошедших через подобное, но могла ли я с этим жить?

Можно простить – на словах. Можно сдаться чувствам. Но как перебороть себя, видя его каждый день и зная, что он сделал?

И ещё хуже – терзаться мыслями о том, где он и с кем, когда я не рядом?

Размышляя обо всем этом, я пришла к вопросу, который прежде не приходил мне на ум.

Назар клялся, что покончил с этой Аллой. Но могла ли я ему верить? К сожалению, нет.

Зато пришла к выводу, что если он и впрямь с ней порвал, то должен был, как минимум, уволить ее из своей кампании. Это самый очевидный поступок в подобной ситуации.

И я решила убедиться в том, что он именно так и сделал.

Поэтому в один из дней я просто закрыла магазин и направилась к нему в офис, решив устроить внезапную проверку на вшивость.