Глава 9

Я всегда считал, что так называемый кризис среднего возраста, когда люди внезапно начинают выдавать такие вещи, которых ты от них совсем не ждёшь, вроде внезапной покупки мотоцикла, желания плясать у шеста или неразборчивых половых связей – это просто выдумки.

Жалкие оправдания для тех, кто просто недоволен своей жизнью.

Считал я так до тех пор, пока сам не столкнулся с тем, что раньше никогда не приходило мне в голову.

А именно – навязчиво преследующими меня вопросами.

А так ли я на самом деле счастлив или просто убедил себя в этом?

Всё ли сделал правильно в этой жизни?

А может, чересчур рано женился, ограничил себя в выборе?

Сейчас я мог уверенно сказать, что по-настоящему никогда не жалел о том, что женился на Крис, что рано завёл семью. Но тогда… тогда я сам в себе попросту не мог разобраться.

Просто вдруг стал ощущать себя так, будто жизнь проходит мимо, а я даже не живу, а существую, повторяя одни и те же действия по кругу – работа, дом, выходные, да и те – чаще всего с семьёй…

Стало казаться, будто меня нет. Как отдельной личности – просто нет.

Я внезапно осознал, что устал. Появилось навязчивое чувство, будто постоянно упускаю что-то важное, настоящее, интересное…

Внутри меня что-то сломалось. Треснуло. Все, что прежде казалось важным, ценным и необходимым теперь стало тяготить, душить…

А я даже не мог сказать об этом никому. Не мог сказать жене, с которой привык делиться всем, ведь её это наверняка ранило бы.

И я лишь уговаривал себя, что это пройдет.

При этом был уверен – Крис не осудила бы меня, пожелай я полететь в отпуск один или уехать на выходные за город с друзьями, но у меня самого не хватало духу такое предложить, не хватало смелости сказать, что устал…

Устал от нашей близости, которая теперь казалась чрезмерной, стала ощущаться как удавка на моей шее.

Всё чаще думал о том, что, по сути, даже не знал других женщин, кроме жены. Я словно сам себя ограничил, обокрал…

Чувство недовольства своей жизнью постепенно нарастало, распирало, разгоралось и подавить его мне никак не удавалось.

Жизнь стала пыткой. Попытки делать вид, что со мной всё нормально, что ничего не происходит – высасывали последние силы.

И именно в этот период в мою фирму пришла на работу она…

Алла.

Яркая, лёгкая, беззаботная, привлекающая к себе взгляд, как экзотическая птичка. Она не влачила тягостное существование, как я сам, она, казалось, просто порхала по жизни, свободно и радостно.

Наверно, именно потому я к ней потянулся. Захотел не столько даже её молодого тела, сколько общества. Рядом с ней стал ощущать себя иным, словно сбросил с плеч все прожитые годы, все тяготы…

И в итоге совершил то, за что никогда не смогу себя простить.

Одной ошибкой – разрушил жизни сразу нескольких людей.

Влюбился ли я в неё? Может быть, на одно короткое мгновение. Но едва позволил себе перейти черту, переспать с ней… и со всем ужасом ощутил, как это было грязно, гадко…

Неправильно.

Вернувшись в тот вечер домой, не знал, как смотреть Крис в лицо. Долго стоял под душем, словно хотел отмыться от совершенного, но это было невозможно.

Мне нужно было совершить предательство, чтобы понять очевидную вещь – есть лишь одна женщина, с которой мне хорошо. Хорошо не только физически, но и душой. И это – моя жена.

А я одним ударом перечеркнул, уничтожил, обесценил двадцать лет нашей жизни.

О чем Кристина даже не подозревала. Продолжала заботиться обо мне, с любовью смотреть в глаза, доверчиво засыпать на моем плече…

А я словно в аду горел, скованный страхом разоблачения.

Но постепенно убедил себя, что лучше похоронить этот грех в глубинах собственной души…

И, наверно, сумел бы, если бы в это все не был вмешан ещё один человек.

Алла.

***

Около месяца тому назад

- Я люблю тебя.

Ее шёпот, едва слышный, коснулся моей кожи, разбегаясь по телу внезапной дрожью.

Но ничего приятного в этом не было. Так подступал ужас.

Я замер, забыв, как вообще дышать. Панически соображая – что ей на это сказать, как не обидеть?

Не хотел этого признания, не желал её любви.

Я только что осознал, что, переспав с ней, совершил настоящее преступление. Критическую ошибку, которую не откатить назад, не отменить, не стереть.

И последнее, чего хотел сейчас – это ещё одной тяжкой гири в виде её внезапных чувств. Хотя, наверно, стоило догадаться, что этим все кончится…

Мы впервые оказались в постели, но напряжение между нами искрило в воздухе уже несколько недель.

Взгляды, фразы, понятные лишь двоим намёки…

Но для меня это оказалось ошибкой, а для неё…

Я сел в постели, перебирая в голове подходящие слова. Проклиная себя за то, что должен убить чужие надежды, которые сам же и породил.

- Это плохая идея, - бросил наконец почти грубо.

- О чем ты?

Она тоже села. Потянулась ко мне, как кошка в поисках ласки, потерлась головой о моё плечо…

- Любить меня – плохая идея.

- А я не могу не любить. Не могу и все. И молчать об этом не могу тоже.

Она знала, что я женат. Но понимала ли, что я никогда не уйду из семьи?

- Мне жаль, - бросил глухо. – Мы не должны были вообще… этого делать.

- Почему?

Ее горячие ладони легли мне на грудь, руки сомкнулись вокруг меня кольцом и я ощутил себя, будто в ловушке.

- Потому что я не брошу жену.

- А мне плевать, - заговорила она горячо. – Я все равно буду тебя любить, буду ждать, буду радоваться даже тому малому, что ты готов дать…

Я ощущал – она говорит искренне. И вместе с тем понимал – мало какая женщина готова довольствоваться малым. Там, где есть чувства – нет границ.

Сейчас ей кажется, что её устроит роль любовницы. Но чем дальше – тем несчастнее она будет себя ощущать в этой самой роли.

И это уже не говоря о том, что я сам вовсе не хотел это продолжать. Просто ощущал себя виноватым – со всех сторон.

- Лучше закончим сейчас, - проговорил твёрдо, вставая и начиная одеваться.

Она молчала. Её беспомощный всхлип донёсся до меня, когда я уже застёгивал рубашку.

- Ты что… просто мной воспользовался?

Я не хотел её обижать. Но давать надежду – тем более.

- Выходит, что так.

Уходил тогда под звуки её рыданий. Но она не отступила.

Преследовала меня в офисе, караулила у каждой двери…

Стоило уволить её сразу, но я не стал наносить ещё один удар, лишая её ещё и работы…

А в итоге оказался прав.

Даже после того, как все прекратил, она не успокоилась, не смирилась.

И пришла к моей жене.