Глава 5
Я всегда думал, что мы с женой проживем вместе до глубокой старости.
Был в этом уверен больше, чем в любой истине или аксиоме.
Твёрдо знал, что именно она – моя константа, и каким бы ни было будущее – бедным или богатым, счастливым или несчастным, она точно будет рядом.
Это огромное счастье – найти в этом мире человека, который разделит с тобой всё. Примет тебя со всеми недостатками, привычками, образом жизни. Того, кто останется рядом, что бы ни произошло. Того, кто протянет руку, если окажешься вдруг на дне, попытается вытянуть обратно к свету, а если не выйдет – шагнет на дно следом за тобой.
С Кристиной мне ничего не было страшно в этой жизни. Я просто знал – нет ничего непреодолимого, пока мы вместе.
И какое же это огромное несчастье, чудовищное преступление – подвести её. Разрушить её веру. Ответить болью на любовь.
Я просто не мог этого сделать.
Но сделал.
Этим вечером сидел один на кухне, мысленно перебирая в голове все её слова, признавая её правоту. Я любил её за множество прекрасных качеств, в том числе и за то, что у нас с ней были общие ценности, увлечения и понимание счастья.
Последнее, чего я хотел бы в этой жизни – это стать причиной её боли, разочарования, горя.
Я любил жену. Той особой любовью, которой не нужно слов. Той любовью, которая способна появиться лишь после долгих лет совместной жизни…
Абсолютной. Прочной. Неискоренимой.
Мы были вместе уже почти двадцать лет. Встретились, когда нам было по семнадцать – я тогда перешёл в новую школу и среди сотен незнакомых лиц сразу выделил единственное - её. И как-то сразу, бесповоротно, влюбился в её улыбку.
История, которая покажется кому-то банальной, кому-то трогательной - пара, которая вместе практически со школы. Я выбрал её – много лет назад, и знал, что буду выбирать всегда, снова и снова. Что ни за что не прожил бы эту жизнь иначе, без Крис, даже если бы вдруг появилась такая невероятная возможность.
Без неё жизнь была бы пустой, бессмысленной, пресной.
И, сознавая все это, я даже сам себе не мог объяснить одну чудовищную вещь…
Как же я мог так с ней поступить?..
Растерев глаза, уставился на собственные руки. Грязные, преступные, предательские. Ненавидел себя каждой клеткой, каждым нервом. И по кругу задавал себе один и тот же вопрос…
Что мне теперь делать?..
Я не хотел ей лгать. Я не мог и дальше нести в себе груз вины, глухую ненависть, угрызения совести.
Но как мог сказать правду? Зная, что это все разрушит. Абсолютно все…
Наши отношения, брак, семью, нас самих. Я себя без неё не видел. А её не мог представить ни с кем другим.
Может, в этом и была проблема.
Мы сошлись так рано, так неразрывно – первые друг у друга, единственные друг для друга. Все, что я делал в этой жизни, я делал всегда для жены и дочери. И в какой-то момент понял, что просто не умею жить для себя.
Что я, как отдельная личность, без них словно и не способен существовать.
Идиотский, запоздалый протест. Нелепая попытка сепарироваться…
Всё это привело к страшной ошибке, а теперь – способно было привести к трагедии. Краху всего.
Как мне признаться жене в своей грязи после того, как она сказала, что не простит?..
Где взять на это отвагу?
Как причинить ей боль?
Я не понимал, что делать, как поступить. Не понимал, где заканчивается желание уберечь и начинается малодушие и трусость…
Мучился вопросом – разве станет кому-то легче от этой правды? Что хорошего эта правда нам даст?
Ничего. Только разрушение, разочарование, гибель.
Не сомневался сейчас лишь в одном – я не хочу её потерять. Ни за что на свете не хочу потерять свою жену.
Эти слова повторял про себя как молитву, как панацею…
Но почему-то не оставляло гнетущее ощущение – не поможет.
Словно какой-то невидимый мне механизм уже запущен и остановить его – невозможно.
Это пугало, давило, душило.
Но что я мог? Либо самолично поджечь этот фитиль, либо…
Просто ждать.
Ждать, когда рванет.
И уповать, чтобы после этого взрыва осталось хоть что-то. Хоть мизерный шанс восстановить то, что вскоре превратится в руины.
До боли прекрасные руины моей жизни.