Глава 4

Его вопрос прозвучал в моей голове, как выстрел. Предупредительный ли, смертельный ли?.. Я пока не знала.

Его вопрос прозвучал для меня, как замаскированное признание.

Я невольно закрыла рот ладонью, словно боялась, что боль, которая охватила все тело, вырвется наружу отчаянным, жалобным ревом.

Не издавая ни звука, смотрела на мужа с ужасом, неверием, страданием.

Не столько дышала, сколько глотала воздух рваными всхлипами. И вдруг поняла, что единственное, чего сейчас хочу – это ущипнуть себя, чтобы проснуться.

Потому что все это, конечно же – весь этот день, все эти разговоры – просто внезапный, дикий, но совершенно нереальный кошмар.

Ладони Назара легли мне на плечи. Одним сильным, точным движением он притянул меня к себе, укутал в свои объятия, словно хотел защитить, уберечь…

Вот только защищаться мне сейчас нужно было, видимо, от него самого.

Я хотела поднять руки, с силой его оттолкнуть, ибо как он смел касаться меня, прижимать к себе после того, что только что сказал?

Но собственные руки повисли вдоль тела бессильными, неподвижными плетьми, зато внутри меня все рвалось, грохотало, дрожало…

Как оглушительно бьётся сердце! Его?.. Моё?.. Я не понимала. Окружающий мир схлопнулся, размазался, погрузив меня в состояние человека, который внешне жив, но чувствует себя при этом мёртвым…

- Кристюш, ты как?.. Милая, родная, что с тобой?

Голос Назара достиг моего слуха, пробился сквозь тот белый шум, что стоял в ушах…

Почему он спрашивает так, будто ничего не случилось?..

- Ты… изменил…

Два страшных слова вырвались из горла отчаянным хрипом, а вместе с ними внезапно накатило нечто чужеродное, страшное, что наконец дало мне силу…

Силу оттолкнуть. Отступить. Стряхнуть с себя руки, которые больше не имели права меня касаться…

В его взгляде вспыхнул страх. Я видела его так чётко, чувствовала так остро, словно у нас были одни эмоции на двоих…

Но Назар внезапно помотал головой.

- Нет.

- Что – нет?

- Я не говорил, что изменил.

Я смотрела на него, ожидая каких-то пояснений, какой-то ясности.

- Ты спросил, смогу ли я простить…

- Спросил. Но это не значит, что я…

Он споткнулся о слово, которое я сама могла произнести лишь с огромным трудом – настолько чужеродным оно казалось для нас двоих.

- Не значит, что изменил, - закончил он глухо.

Я отступила ещё на шаг, прикрыла глаза и растерянно потёрла виски, в которых начинало стучать от пережитого нервного напряжения…

Я что, сама себе все придумала?

- К чему тогда… этот вопрос? – выдохнула слабо, но непривычно зло.

Впервые в жизни во мне возник этот страх – страх, что самый родной человек обидит, ударит в спину…

Предаст.

- Просто спросил, - проговорил он спешно. – В жизни ведь всякое может случиться…

Его последние слова заставили меня распахнуть глаза и уставиться на него с яростным недоумением.

- Всякое может случиться? – повторила с отвращением. – Черта с два, Назар. Измена – это не «всякое случилось», это осознанный выбор человека. Именно поэтому, отвечая на твой вопрос, скажу – нет, я не смогла бы простить.

Мне показалось, что он слегка побледнел, но так как у меня самой мир перед глазами все ещё дрожал, уверенной в этом я не была.

Зато была уверена в другом…

- Для измены нет оправдания. Я не верю во внезапную, сокрушительную страсть, от которой у людей – во всяком случае, хоть сколько-то сознательных - резко трусы слетают и мораль растворяется в дымке похоти. Мы тем и отличаемся от животных, что способны руководствоваться разумом, а не инстинктами.

Он медленно, будто заторможенно, кивнул.

- Я тебя понял.

- А вот я тебя – нет. Кто эта девица?

Он устало потёр лоб.

- Если это та, о ком я думаю, то моя сотрудница. Работает в отделе контроля качества всего несколько месяцев.

- И что у тебя с ней?

- Ничего.

- Она так не думает, судя по всему.

Он поморщился.

- Я не могу отвечать за чужие фантазии.

Мы замолчали.

Казалось, все было так, как я надеялась – девчонка просто нафантазировала себе любовь с моим мужем, вот только…

В груди у меня словно образовалась сжатая пружина, которая мешала свободно дышать, жить, двигаться… И эта пружина никак не желала разжиматься.

Я хотела ему верить. Я должна была ему верить – на этом стоял наш брак.

Но я не ощущала прежнего покоя, уверенности и душевного равновесия, и ничего с этим поделать не могла.

Наверно, мне нужно было просто дать себе время. Время все это пережить, пережевать, перемолоть…

Я перенервничала. Возможно, за этот долгий день сама себя накрутила и потому воспринимала все слишком остро и нервно…

Назар ведь и впрямь просто задал вопрос. Пугающий, но всего лишь вопрос. Такие вещи мы всегда старались обсуждать спокойно, честно и открыто…

А я уже увидела в этом признание. И успела пережить маленький ад…

- Поужинай без меня, ладно? – проговорила отстранённо. – Мне нужно прилечь.

Он перехватил меня за руку.

- А хочешь, я погружу все на поднос, мы с тобой уляжемся в мягкую постельку и все слопаем под сериальчик?

Я с ужасом поняла, что не хочу.

Что мне нужно остаться наедине со своими мыслями и эмоциями.

Заставила себя слабо улыбнуться…

- Звучит соблазнительно, но я не хочу есть. Вся эта… ситуация… здорово выбила меня из колеи. Мне просто надо отдохнуть.

Его тёплая ладонь легла мне на щеку. Я ощущала, что его взгляд упрямо ищет мой, но не могла заставить себя поднять на него глаза.

Почему-то боялась.

Боялась увидеть в его взгляде ложь. Боялась, что он разглядит в моем взгляде сомнения…

В итоге он сказал…

- Я люблю тебя.

Короткое признание, от которого в душе разлились два полярных чувства – тепло и горечь.

Кивнув, я развернулась и скрылась в нашей общей спальне.