Глава 7

Вот он.

Тот страшный миг, те страшные слова, которые я проигрывала в своей голове накануне, пытаясь понять, что стану делать, как буду себя вести, если это станет реальностью.

Они прозвучали, а я поняла, что у меня так и не появилось решения. Что все эти размышления все же не подготовили меня к этому удару. К сбывшемуся кошмару…

- Ясно.

Собственный голос звучал словно со стороны – чужой, пугающе-мертвенный. Я буквально ощущала, как обрастаю со всех сторон ледяной коркой, которая должна меня уберечь, сохранить, стать моим щитом, моим панцирем.

И вот тогда он шагнул ближе. Не посмел коснуться, просто пытался отыскать мои глаза, которые неотрывно смотрели в одну точку…

Узор на кухонной плитке. Я цеплялась за него взглядом, как за спасательный круг.

- И все? Ты ничего… не спросишь? Не скажешь?

Кривая ухмылка разрезала моё лицо.

- А зачем? Это ведь ничего не изменит.

Ещё вчера я думала, что должна его выслушать, попытаться понять… А сейчас ощущала – не могу. Просто не могу. Не сейчас, когда я даже не была уверена в том, что все ещё жива.

На что похожа боль от измены? Может, это слишком громко сказано – но для меня это была маленькая смерть.

Смерть его – в моих глазах. Смерть самой себя – той, какой я была ещё вчера утром.

После измены невозможно остаться тем же человеком. И мне предстояло теперь как-то обрести себя заново…

- Я себя не оправдываю, - заговорил он после паузы. – Но…

Голос его звучал напряжённо, надтреснуто. Казалось, он так долго и отчаянно искал нужные слова, что в итоге растерял их все.

Но мне и не нужны были никакие слова после того, что он уже сказал.

Это признание словно отрезало нас, ещё вчера бывших единым целым, друг от друга. Образовало пропасть, через которую я не просто не могла перейти… я не хотела.

В голове был лишь один вопрос.

- Почему не признался ещё вчера? К чему тянул?

Я не видела, но чётко услышала, как он тяжело сглотнул.

- Не знал, как лучше поступить. Не понимал, что делать. Не хотел тебя ранить и врать не хотел тоже…

- Но врал. Ты не торопился признаваться в своей измене, пока эта девка сама ко мне не пришла.

- Я просто пытался забыть о том, что сделал. Убедить себя, что это больше не повторится, что эта ошибка не должна разрушить наши отношения…

Он говорил, а я даже самой себе не могла ответить на вопрос – лучше было знать или не знать правду?..

Хотя будь я более недоверчивой и подозрительной, догадалась бы обо всем сама. Теперь вспоминалось – был период, когда Назар переменился, стал замкнутым и отстранённым, постоянно погруженным в себя. Но на все мои вопросы отвечал, что просто устал, что много проблем на работе…

И я ему верила. А что ещё я могла? Нельзя просто по собственному желанию заглянуть в душу другого человека и прочитать то, что там таилось. Я понимала, что с ним что-то творится, но последнее, о чем подумала бы – это измена…

Но именно она тогда и случилась, судя по всему.

- Это началось три месяца назад, - проговорила я глухо. – Верно?

- Да, - подтвердил он коротко. – Как ты?..

- Ты тогда стал сам на себя не похож. Жаль, что я слишком тебе верила, чтобы добиться правды любой ценой.

Хотелось добавить – жаль, что я вообще с тобой связалась, но эти слова были бы ложью.

Я ведь была с ним счастлива. Все эти годы…

Просто счастью внезапно наступил конец.

От следующей мысли по спине пополз холодок…

А первый ли раз он мне изменил?.. Может, я и раньше чего-то не замечала, не знала?.. Может, до этой девки были и другие?..

Я перевела на него взгляд. Тело охватывал ужас, хотя, казалось бы – чего теперь бояться? Все уже случилось.

Но мне не хотелось узнать, что вся моя жизнь была ложью. Что все совместные годы оказались обманом.

Вопрос вырвался наружу хриплым карканьем…

- А с кем ещё ты мне… изменял?

В его глазах промелькнул шок. Такой, словно я смертельно его оскорбила.

- Я никогда прежде… никогда даже не думал о том, чтобы такое сделать. Крис, родная, я виноват… но не думай обо мне так. Я не смог бы…

Я холодно усмехнулась.

- Ты меня предал. Если такое случилось хоть раз – значит, ты способен на подобное в принципе. Значит, это могло происходить постоянно…

Он молчал. И мне казалось, что своим молчанием он будто признает мою правоту.

Впрочем, чего я хотела? Чтобы он клялся, что просто отступился, что больше такого не повторится?..

Да, именно этого я и хотела. Но сама же и не поверила бы в эти слова.

А он, тем временем, проговорил…

- Что ж, ты имеешь право думать обо мне как угодно плохо. Я заслужил. И можешь меня даже ненавидеть… но поверь – я сам ненавижу себя ещё сильнее.

Он произнес эти слова и я поняла – именно ненависти к нему во мне и нет. Есть целый ворох раздирающих душу эмоций, но только не ненависть.

Возможно, если бы он оскорблял, унижал, хамил, винил меня в своей измене – я бы отыскала в себе это спасительное чувство гнева, эту целительную ненависть.

Но он стоял передо мной именно таким, каким я его любила - открытым, честным, мягким и одновременно - стойким…

А ещё – бесконечно виноватым. И эта вина ему самому причиняла боль. И эта боль в его глазах, голосе, в каждой черте лица, рикошетила в меня, умножая мою собственную.

Мне не хотелось кричать на него, что-то доносить или доказывать, срывая в отчаянии голос… в этом не было смысла – он все прекрасно понимал сам. И от этого было ещё больнее. Эмоции не рвались наружу бешеным, сносящим все со своего пути потоком, они тихо душили изнутри. Убивали пониманием – он не изменил своего отношения ко мне, все ещё уважал и оберегал, просто он…

Изменил мне.

И в этот момент мне хотелось лишь умереть.

- Крис…

Снова его голос – молящий, взывающий. Такой бесконечно родной, вошедший мне под самую кожу.

- Я просто хотел сказать… что я жалею о том, что сделал. Жалею страшно. Хочу, чтобы ты знала – я тебя не разлюбил, я даже не думал о том, чтобы уйти… У меня нет на этом свете никого роднее, и ни с кем и никогда я не буду так близок, как с тобой. И если ты меня выслушаешь, если позволишь хотя бы понадеяться на прощение… Я сделаю все на свете, чтобы ты об этом не пожалела.

Он говорил, а я ощущала, как моё сердце рвётся к нему, как оно попросту отказывается понимать, что все изменилось, что этот человек оказался совсем не таким, каким я его считала…

Сердце болело, разрывалось, но не могло в одночасье забыть о том, как я любила.

И я ощущала, что не должна слушать Назара сейчас. Понимала, что слишком уязвима. Что все ещё хочу верить тому, кому верить больше нельзя.

И мне нужно было спасаться. И от него, и от собственных чувств.

Назар ждал ответа. Он молил о самом простом – быть услышанным…

Он мучился. Мы оба мучились, словно охваченные агонией, но виноват в этом был только один из нас.

Я медленно отошла к двери. Боялась, что он схватит, остановит, сломает.

- Мне надо на работу.

С этими словами я вышла из кухни, спешно прошагала в спальню, нацепила на себя первое, что попалось под руку, наскоро расчесала волосы, после чего, схватив сумку и ключи, выскочила из дома.

А по пятам за мной бежала боль, от которой отныне не было никакого спасения.