Глава 34

Мы медленно поднимались по винтовой лестнице. Рихард шел впереди, но по-прежнему держал меня за руку. Иногда оглядывался и загадочно улыбался, но упорно молчал. В конце концов я не выдержала и спросила:

– Что?

Гениальный вопрос, но ничего умнее в голову не пришло. Впрочем, так всегда бывало, когда я волновалась.

Дракон, кажется, меня понял. Сжал мою ладонь чуть сильнее, ответил:

– Мне приятно чувствовать твое доверие.

Не знать, а именно чувствовать – как такое возможно? Но для мага, видимо, возможно и не такое.

Мы поднялись на смотровую площадку Северной башни. Днем отсюда открывался прекрасный вид на лес и горы. Сейчас, ночью, мало что можно было рассмотреть, кроме звезд. Не ими ли позвал меня любоваться Рихард? Романтично, не спорю, но слишком неожиданно. Впрочем, с этим непредсказуемым мужчиной нужно быть готовой ко всему.

Я подошла к краю. От обрыва меня отделяли лишь каменные зубцы крепостной стены. Взглянула вниз.

– Ты постоянно оглядываешься назад, в прошлое. Пора увидеть будущее.

– Если я увижу нечто, что мне не понравится?

– Значит, перепишем его, – ответил Рихард. – Вместе.

Он подошел сзади, вплотную ко мне. Накинул на плечи свой плащ, закутал меня. От его крепкого тренированного тела исходил такой жар, что кожа покрылась мурашками, а я мгновенно согрелась. Его руки так бережно меня обнимали, что я могла бы расслабиться и задремать.

Мы стояли так близко друг к другу, что я ощущала не только тепло, но и ярко выраженное желание мужчины.

Щеки вспыхнули румянцем. Я дернулась, но Рихард не позволил мне вырваться. Сильнее прижал к себе. Наклонился и прошептал на ухо:

– Ты жаждала получить ответы на вопросы? Вот первый: я безумно хочу тебя, но не сделаю ничего против твоей воли. Мне мало твоего тела. Я желаю, чтобы все твои улыбки, закаты и рассветы принадлежали мне. Чтобы я был первым, о ком ты думаешь, проснувшись, и последним, когда засыпаешь. Хочу быть рядом, даже если далеко, в твоих мечтах, снах, мыслях.

– Собственник.

Я не спрашивала, констатировала факт. Но, что скрывать, мне было приятно слышать подобные признания.

– Все мужчины – собственники, особенно драконы. Ты так прочно поселилась в моем сердце, что стала частью меня самого.

– Почему ты не сказал мне об этом, глядя в глаза?

– Потому что не знаю, нужно ли тебе такое признание? Быть может, в прошлом ты оставила то, чего тебе недостает в настоящем. Я могу ждать, но не стану вторым, даже если моим соперником будет лишь тень мертвеца.

Боги, он ревновал меня к Берхарду! Думал, что муж Аделин еще что-то значил для меня. Конечно, месяц – слишком маленький срок, чтобы забыть дорогого человека.

– Что изменилось сегодня?

Хотела получить обещанные ответы, но никак не ожидала услышать подобные признания. Растерялась и все же продолжала пытать моего дракона.

– Ты заплела волосы, значит, твой траур окончен.

Надо же, заметил.

– Сложно любить того, кто растоптал твои чувства. – Я ушла от прямого ответа, но не солгала. – Не умею прощать. Мелочи – да, но не предательство.

Пока говорила, предприняла еще одну попытку освободиться. Чуть согнула ноги в коленях, нырнула под руки и повернулась к Рихарду. Без него сразу стало холодно и неуютно. Тонкое платье не спасало от Северного ветра, и все же я держала дистанцию. Пыталась сохранить остатки разума и не поддаться эмоциям, очарование этой ночи. Коснулась ладонью груди дракона. Подняла глаза. Хотела видеть, слышать, чувствовать его.

– Мне сложно довериться, – призналась ему, – но я попробую, если ты этого хочешь.

– А ты?

Рихард смотрел на меня. Невероятные глаза светились в темноте, зрачки вытянулись, но я не испытывала страха, только желание. Я хотела этого мужчину и телом, и душой, но боялась признаться. Слишком мало прошло времени, слишком стремительно менялись обстоятельства. Я не успевала за ними, хотя понимала, что медлить тоже нельзя. Можно всю жизнь ждать подходящий момент, пока не наступит старость.

Второй рукой обняла Рихарда за шею, вынуждая наклониться ко мне, и поцеловала.

Боги, как давно я хотела это сделать. Сколь многого себя лишала, опасаясь повторить прошлые ошибки, прячась за нормами приличий. Стоило только коснуться его губ, как все страхи растворились, будто их и не было.

Рихард отвечал, то нежно, то усиливая напор. Играл со мной, искушал. Мысли исчезли. Кажется, весь мир перестал существовать. Осталось только острое желание стать еще ближе к мужчине, раствориться в нем без остатка, и целовать, целовать.

Гром грянул неожиданно. Раскаты следовали один за другим, словно два великана сошлись в бою. Я прижалась к груди Рихарда. Он обнял меня, снова укрыл плащом. Дышал тяжело, часто. Его сердце сбивалось с ритма, как и мое.

– Идем, пока ты не промокла, – произнес он.

– Не хочу. Придется снова играть какие-то роли, притворяться.

Страх вновь зашевелился в душе, но я усилием воли подавила его. Обещала доверять, так почему бы не начать прямо сейчас?

– Не придется, если ты скажешь мне “да”.

Слова звучали как предложение руки и сердца, хотя сам вопрос так и не был озвучен.

– Не слишком ли быстро? Мы так мало друг друга знаем.

– У нас будет вся жизнь впереди, чтобы узнать. Подумай и соглашайся.

– У тебя на все есть ответ.

Рихард неопределенно пожал плечами. Я не столько видела, сколько чувствовала, поскольку продолжала его обнимать. Он накрыл меня с головой полой плаща и повел вниз. Мы медленно спускались по ступеням. Как могли, оттягивали тот момент, когда придется расстаться. В голове даже мелькнула мысль не отпускать моего дракона. Мы оба свободны, могли проводить время с кем угодно и как угодно. В моем мире, но здесь даже у стен были уши. Слуги точно распустят сплетни, если в моей комнате переночует мужчина. Даже если его самого не найдут, следы пребывания точно останутся. Что за жизнь?

– Соглашайся, – словно змей-искуситель, повторил Рихард.

Я вздрогнула не от страха, от предвкушения и желания поддаться соблазну. Чтобы отвлечься, спросила:

– Вы с Готфридом говорили о пожаре. Кого-то подозреваете?

– Этот вопрос тебя волновал? Пока нет, но трава сама не загорелась бы. Ее кто-то поджог, не применив магию. Ее я сразу почувствовал бы. Значит, это обычный человек, который по какой-то причине не желал открытия сыродельни. У тебя есть враги?

Я задумалась. Недоброжелатели были, но не более. Едва ли та вредная старуха стала бы мне вредить. На ум пришел только Герхард, но его кандидатуру я сразу отмела. Он слишком радел за Туманный утес, чтобы поставить личную неприязнь выше благополучия марки. Оставалась только Агнес. Она вела почти затворнический образ жизни, но это не значило, что не имела контактов за пределами замка.

О врагах Берхарда я ничего не знала. Если они и существовали, Аделин о них муж не рассказывал. Он защищал жену от внешних угроз, но лучше бы позаботился о том, чтобы не ранить ее душу.

– Не хочу никого обвинять.

– Ты всегда была слишком доброй к людям, – произнес Рихард.

Я остановилась, не дойдя нескольких ступеней. Отступила на шаг. Оказалась еще ниже Рихарда, зато видела его глаза.

– Ты плохо меня знаешь. Раньше мы не были знакомы.

– Ты не помнишь. – Он печально улыбнулся. – Семь лет назад я был в Изумрудной долине вместе с Берхардом и еще несколькими молодыми людьми. Один из них был моим приятелем и мечтал жениться на хранительнице.

– Прости, я не помню.

– Конечно, ведь ты не видела никого, кроме него.

– Я была так глупа! Только не говори, что уже тогда влюбился в меня.

Я зажмурилась, прикрыла лицо руками. Где были глаза Аделин, если она не заметила Рихарда? Любовь и правда зла.

– Нет. Я видел хорошенькую девушку, но она не вызывала во мне никаких чувств. Все изменилось, когда я встретил тебя снова, здесь. Будто впервые увидел. Тогда я пожалел, что не посватался к тебе уже раньше. Зато ты не разбила мне сердце.

– К лучшему. Я с тех пор очень изменилась, а ты ничего не потерял.

Не могла же я признаваться, что еще несколько недель назад меня здесь вовсе не было. К Аделин я имела не больше отношения, чем к любому другому книжному герою. Теперь была даже рада тому, что моя предшественница выбрала Берхарда. Я бы ревновала Рихарда к ней.

Снова повернулась к нему. Мимолетно коснулась губами его губ и сбежала вниз по ступеням. Не обернулась, потому что тогда не нашла бы в себе силы уйти. Осторожно пробралась в свою комнату, как в прошлом, когда боялась, что родители станут ругать за поздние прогулки. Закрыла дверь на засов. Не раздеваясь, упала на кровать, обняла подушку. Кажется, я влюбилась окончательно и бесповоротно. Запретила себе думать о проблемах, трудностях, с которыми могла столкнуться. Сегодня я хотела быть просто счастливой.