Глава № 21 Лера

Мама очень удивляется тому, что я утром собираюсь в школу. Я и сама этому удивляюсь, и моя решимость немного поубавилась, конечно. Страшно до жути, хотя я готова к тому приему, что меня ждет. Обманываю себя, но по-другому нельзя. Главное — зайти в класс. Остальное как-нибудь само сложится.

На ватных ногах выхожу из дома и медленно иду в школу, пытаясь отложить неизбежное. И чем ближе подхожу, тем сильнее дрожат колени. Чего я боюсь? Смеха, издевок? Да плевать, я проходила это. Проходила, но знаю какого это, насколько это унизительно и обидно.

Уже представляю, как все тыкают в меня пальцем, обзывают воровкой. Боже, может ну ее эту школу? Перевестись на домашнее обучение или в другую школу и никому ничего не доказывать. Думаю, этот день я запомню на всю жизнь как один из самых худших.

Подхожу с надеждой, что мои одноклассники не на улице. До урока осталось пару минут, и скорее всего, они уже в кабинете. Так и есть — крыльцо почти пустое. Со вздохом неизбежности открываю дверь, захожу в школу и сразу вздрагиваю от криков. Кричат не мне, а кажется, что мне. У меня паранойя.

Поднимаюсь на второй этаж и звенит звонок. Ладно, я уже пришла, осталось сделать последний шаг. Подхожу к кабинету и мечтаю стать невидимой, чтобы проскользнуть на свое место. К сожалению, такой способности у меня нет, и приходится мне в видимом облике зайти в кабинет. Сердце громыхает уже везде, трясутся руки и ноги.

Задержав дыхание, захожу в класс. Разговоры резко затихают. Не смотря ни на кого, уверенно двигаюсь к своей парте, старательно пытаясь не запутаться в ногах.

Шепот за спиной. Еще и еще. Становится громче, настойчивее. Я уже отчетливо слышу усмешки в свой адрес, громкое «воровка», «берегите свои вещи». Господи, как же это выдержать? Я не различаю голоса, только один — Полины. Этого следовало ожидать.

Смех усиливается, слова врываются в мозг через уши, и я уже готова сдаться, уйти, убежать. И тут поверх этого гула и шума летит другой, громкий, властный голос Дани.

— Рты все закрыли!

Как по команде, в классе наступает тишина. Где-то позади еще пытается пробиться чей-то неразличимый шепот.

— Ты не расслышал?! — снова громыхает голос Дани. — Я сказал замолкни!

Тишина становится абсолютной. Только слышно, как кто-то шаркает ногой под столом, как чирикают птицы за окном и бьется мое сердце. Громко, гулко, бешено. Нервно сглатываю и понимаю, что надо достать учебник. Придерживая собачку пальцем, аккуратно открываю замок, чтобы не создавать шума и добираюсь до содержимого. И только после этого выдыхаю.

Кидаю взгляд на растерянную Дину, улыбаюсь ей. Она улыбается в ответ и расслабляется. Ну хоть она не считает меня воровкой. Я надеюсь, что она верит мне.

В класс заходит классный руководитель и, видимо, сильно удивляется как полной тишине, так и моему присутствию. А мне хочется сказать ей, что ее приказ работает. Заступился. Защитил. Не знаю, с какой целью, но пока это не имеет значения.

— Даниил, ты подготовил список, который я просила? — говорит Елена Викторовна.

За спиной шаркает стул, слышатся тяжелые, хромающие шаги, и Даня оказывается в поле моего зрения. Я хочу отвернуться, не смотреть. Но взгляд замирает на нем и что-то тревожится внутри. Какой-то он… уставший что ли. Бледный, дрожат кончики пальцев, синяки под глазами. Он кладет листок на стол учителя, ловит мой взгляд и тут же отворачивается. Сразу уходит за свою парту.

Так, это не мое дело. Однажды я уже повелась на это. Хватит. Чтобы с ним не было, больше он меня не разжалобит. Больше мне его не жалко.

— Ребята, у нас новый проект. Вы будете парами работать по произведениям, которые я дам. Это будет такой конкурс на лучший проект. Предупреждаю сразу: в паре работать должны оба. Презентация, потом ее представление, — говорит Елена Викторовна. — И чтобы было честно, в паре будут ученики с разной успеваемостью.

Вспоминаю свое предложение. Тихо радуюсь этому — Елена Викторовна решила им воспользоваться. Она начинает зачитывать распределение по парам, но хватаюсь за те имена, которые мне нужны:

— Полина и Паша, — говорит учитель, и позади раздается недовольный возглас. — Кристина и Юля.

Да, сильный плюс лузер. Отлично, это то, что нужно.

— Володя и Дина, — кажется, с легким удивлением говорит учитель.

Я поворачиваюсь к соседке и вижу ее бледное лицо. Не самый плохой выбор, вот если бы ей достался…

— Даниил и Лера, — заканчивает она.

Заканчивает она и заканчиваюсь я. Что за очередная подстава от него? Класс, я сама попалась в придуманную мной ловушку. Только зачем он поставил себя со мной? Очередную пакость придумал? Не хочу думать об этом.

— Вы можете оставаться в классе после уроков, работать в библиотеке, дома, на улице. Где угодно, но через две недели проекты должны быть готовы, — заканчивает учитель. — Распределение по парам и список литературы сегодня скину в нашу группу.

Ладно, это всего лишь проект. Всего лишь неделю потерпеть его. Попробую большую часть работы сделать сама, чтобы как можно меньше времени проводить вместе.

На перемене выхожу из класса последней. Неспеша иду на следующий урок уже с большей решимостью. Интересно — что ему будет за то, что он заступился за меня? Судя по тому, как отреагировал класс на его крик — он еще имеет влияние. Хотя куда ему деться. Я же ничего пока не сделала, чтобы снять корону с его головы.

Только я не должна быть благодарна ему за то, что он остановил травлю, которая возникла по его вине. И жалеть его из-за этого я тоже не должна.

Иду по коридору и уже издалека вижу Полину в компании девчонок. Они меня тоже видят и смеются. От этого сводит скулы, но выбора нет, придется пройти мимо. Чем ближе я подхожу, тем отчетливее слышу издевки над собой. Вот же крыса! Сама устроила, и теперь глумится. Наверное, Ромка прав — она ревнует. И, заступившись за меня в классе, Даня вызвал у нее новую порцию ревности.

Она думает, что я боюсь ее, что буду, как остальные, ходить с опущенной головой. Не дождется. Гордо подняв подбородок, я прохожу мимо. Но недалеко.

Всего на втором шаге моя нога цепляется за препятствие. Тело теряет равновесие, руки пытаются ухватиться за что-нибудь, но попадается только воздух. Пол стремительно приближается к лицу и единственное, что я могу сделать — выставить руки.

С громким шлепком я приземлюсь на колени и ладони. Резкая боль пронзает ноги до кончиков пальцев. Но она быстро отступает, ее заглушает гнев. На пару секунд задерживаюсь на полу, разглядывая рисунок на плитке, позволяя гневу взять верх надо мной.

Медленно поднимаюсь на ноги под дружный смех и издевки. Спокойно отряхиваю ладони, потом брюки. Снимаю рюкзак и ставлю возле стены. Делаю все без спешки, без слов и эмоций. А злость уже подкатывает к горлу, и я понимаю, что больше не выдержу ее.

Поворачиваюсь к блондинке и секунду смотрю на нее. Она резко затыкается, исчезает усмешка в глазах, и приходит страх. Кажется, она уже пожалела об этом. Но поздно.

Я делаю к ней широкий шаг, выбрасываю руку и хватаю ее волосы. Полинка вскрикивает, хватает мою руку, а я тяну ее вниз, хочу приложить лбом об тот пол, на котором только что сидела я. Она сопротивляется, впивается ногтями в мою руку, пищит. Вокруг ахают и отступают ее подружки.

Где-то внутри кричит голос разума, что я должна остановиться, пока не прибежали учителя. С моей репутацией эта драка точно будет последней. Но не могу остановиться.

Полина сопротивляется, пытается ухватить меня за рубашку, я отталкиваю ее руки и продолжаю тянуть за волосы. Уже не замечаю ничего вокруг. Замахиваюсь, чтобы влепить ей ладонью по лицу, но мою руку останавливают. С силой оттаскивают от Полины, она пытается меня ухватить, но ее тоже останавливают. Я вырываюсь, но хватка слишком сильная.

Мне приходится успокоиться. Еще тяжело дыша, смотрю на Полинку, на стоящего рядом Вовку. Она хнычет, поправляет волосы, но уже не осыпает меня оскорблениями.

И только сейчас я понимаю, что меня держат. Сильно держат, прижав к себе. Под спиной чувствую биение чужого сердца. И тот самый запах.

— Отпусти, — рычу я.

— Ты успокоилась? — спрашивает Даня у меня над ухом.

— Да!

Он медленно разжимает руки, и я резко отхожу от него. Полинка, увидев, что я освободилась, вздрагивает, а Вовка загораживает ее от меня. Я подхожу ближе и через его плечо говорю ей:

— Еще раз ты сделаешь что-нибудь подобное, я размажу твое лицо по стенке.

— Так тебе и надо! — говорит она за спиной у Вовки. — Надо было тебя еще и пнуть, пока ты на полу распласталась, неудачница!

Я подхожу ближе, и через плечо Вовки пытаюсь ее достать, но он останавливает меня, выставляет ладони вперед.

— Тише, тише, — говорит он.

Тут же Даня снова хватает меня за руку и оттаскивает от них.

— Полин, помолчи лучше, — говорит Вовка. — А то и мы не сможем остановить ее.

Я смотрю на них, и гнев отступает. Почти.

— Убери руки! — говорю я и выдергиваю запястье из крепкой хватки Дани.

Хватаю свой рюкзак с пола и ухожу в класс. Сердце еще бешено колотится в груди, но я успокаиваюсь.

Все оставшиеся уроки с ужасом жду, что за мной придет директор или классный руководитель. Если кто-нибудь доложит о драке, мне будет плохо. Полина притихла, как и все остальные. Надеюсь, я выбила себе место в этом дурдоме и больше мне не придется делать то, за что я осуждаю других.

Чертова блондинка вывела меня на эмоции! Я сразу вспомнила все: краску, блокнот, ее усмешки в мой адрес.

Еле дожидаюсь звонка с урока, но меня задерживает классный руководитель. А так хотелось сбежать быстрее всех! Я напрягаюсь, но она спрашивает про работу анонимного ящика. Быстро и бессвязно рассказываю ей, а потом убегаю.

Выхожу из школы, понимая, что они, как обычно, стоят на крыльце. Так и есть. Все в сборе, а с ними Ромка. Увидев меня, он жмет руки парням и подходит ко мне. Боже, я еще никогда не была так рада его видеть!

— Что, Краснова, домой тебя проводить? — спрашивает он и улыбается.

— Ромка, — выдыхаю я. — Мне столько тебе надо рассказать!

— Ну пошли, по дороге расскажешь, — говорит он, хватает мой рюкзак и закидывает себе на плечо. — У тебя там труп что ли, что такой тяжелый?

— Дурак, — смеюсь я. — Ты зачем пришел?

— Я же знаю, что обычно травят за школой. Пришел убедиться, что тебя не тронут, — говорит он и кладет руку мне не плечо. — Идем?

— Идем, — киваю я. — Спасибо, Ром.

Знаю, что нам вслед смотрят. Чувствую их бессильные взгляды на своей спине. Кажется, сегодня счет перевалил в мою пользу.