Анна Скиф · Моё счастливое проклятье

– Летиция Роу, вы ведь понимаете, одного таланта недостаточно, чтобы продолжать учиться в нашей академии.

Голос декана дейны Адамс доходил до меня будто через искажающее заклятье. Вроде бы понимала каждое слово по отдельности, но уловить общий смысл никак не получалось.

– При всём уважении к вашему отцу мне придётся принять меры.

Хотелось выкрикнуть, что я так и не нашла способ вернуть ему утерянный дар, поэтому терплю её снобистские выпады.

– Не молчите, студентка Роу. Или вас прельщает перспектива вернуться домой до осеннего бала?

– Декан Адамс, у меня нет проблем с успеваемостью. Особенно по вашему предмету.

Честно, я не хотела грубить, голос сам сделался громче, а интонация увереннее.

– Дерзость вам не к лицу, Роу, – протянула декан, будто невзначай поправив лацкан белой мантии с пришпиленной к нему брошью в форме пятилистного клевера. – Есть множество способов завершить ваше обучение немедленно. Но я не прощу себе, если потеряю настолько увлечённую студентку, которая ночами пробирается в запретные архивы библиотеки в поисках дополнительных знаний.

Отпираться не было смысла. За подобный поступок отчисление – это ещё не самое страшное наказание. Рассказать правду об отце тоже нельзя. Для всех подающий надежды целитель, гордость Королевской академии магии просто отошёл от дел на пике своей карьеры. Но если слухи о моих поисках выйдут за пределы кабинета Каролины Адамс, меня первым же паромом отправят домой, отняв последнюю надежду.

– Декан Адамс, я…

Договорить мне не позволила вломившаяся в кабинет Мартиша Ротман – выскочка и задира.

– Доброго дня, Каролин! Я с подарком.

Меня покоробило обращение к декану по имени, но сама Адамс никак не отреагировала на дерзость.

Мартиша поставила на стол глиняный горшок. Я же забыла, как дышать.

Дорогущий, практически исчезнувший вид цветка. Несколько его экземпляров растут только в королевской оранжерее и больше нигде во всей Лаэрре.

Декан посмотрела на меня: мол, ты ещё здесь?

Выйдя из кабинета, я едва не впечаталась в грудь Рику Соулу. Дракон с боевого факультета стоял, облокотившись плечом о стену. Мазнув по мне безразличным взглядом, лениво оттолкнулся, заглянул в приоткрытую дверь, спросил низким баритоном:

– Долго ещё? На семинар опоздаем. – И добавил: – Доброго дня, декан Адамс.

Мне стало обидно. Такие, как Мартиша и Рик, могут вообще ни о чём не беспокоиться. Их светлое будущее предопределено. Мой же отец, отдавший служению академии большую часть жизни, вынужден скрывать своё состояние.

Я почти дошла до конца коридора, когда спиной почувствовала чей-то взгляд. Дракон без тени смущения пялился на меня и не отвернулся даже застигнутый врасплох. У меня что-то не так с волосами? Или я не заметила и села на окрашенную скамейку? С чего ему меня рассматривать?

Сжав кулаки, резко развернулась и пошла прочь, мечтая стать невидимой.

* * *

Следующую неделю я прилежно ходила на лекции, свободное время проводила за учебниками в своей комнате, но ощущение, будто за мной наблюдают, не покидало. Совсем как тогда в коридоре, только в разы сильнее. Даже подумала, что декан Адамс приставила ко мне гексаподов, но как ни старалась заметить одного из них – тщетно. Почти смирилась с тем, что стала параноиком, когда в воздухе появился сложенный вчетверо лист бумаги.

Обезличенным магией почерком, чтобы нельзя было распознать отправителя, кто-то написал: «Приходи после занятий в лес. Одна».

И это всё? Зачем приходить? Куда? Лес огромный! Может, меня решили разыграть или письмо вообще предназначалось кому-то другому? В уголке листа вспыхнул и погас защитный символ. Прочитать послание мог только тот, для кого оно предназначалось.

Последняя лекция закончилась почти час назад. Письмо опоздало. Но причин остаться в комнате, на всякий случай запершись на все замки, не нашлось. Здравый смысл помахал мне рукой, прихватил с собой инстинкт самосохранения, и я отправилась на встречу с неизвестностью.

* * *

Запал исчез, ещё когда подходила к воротам академии. У опушки леса от решимости не осталось даже воспоминаний. Хотела вернуться, когда из ближайших кустов выскочила фигура в чёрном балахоне, обдав неуловимо знакомым ароматом, едва не сбила меня с ног и скрылась в жидком подлеске.

Вернулся инстинкт самосохранения. Вспомнил, что забыл где-то здравый смысл. Исчез. В этот самый момент я и услышала слабый стон. Запоздало подумала, что могла спугнуть уединившуюся парочку, но пошла на звук.

Рик Соул лежал на земле, прижимая руку к груди. Сквозь пальцы вытекали тонкие струйки крови. Казалось, с каждой каплей из его тела уходила жизнь.

Увидев меня, он отёр ладонь о траву, попытался подняться, но тут же тяжело опустился на землю.

Нужно позвать на помощь, самой мне не справиться! Понимание этого пришло сразу, стоило увидеть рану. С ней не справлялась даже драконья регенерация. Потемневшие края не успевали стягиваться к центру и снова расползались.

Проклятья все целители изучают уже на первом курсе, как самые опасные магические болезни. Практика по ним будет ближе к выпуску, но теорию обязан усвоить каждый. Я не знала одного: как помочь?

– Сможешь идти?

Попыталась поднять парня. Куда там! Он весил, казалось, как целая скала. Неудивительно с такой-то мускулатурой.

Надо отдать дракону должное, спорить он не стал. Со второй попытки всё же смог подняться, стараясь не опираться на меня, сделал несколько нетвёрдых шагов.

– Ерунда какая-то, – протянул он, посмотрев на окровавленную руку. – Так не должно быть.

Он вообще был удивительно спокоен.

– Нам нужно идти. Я не знаю, сколько у тебя времени и как распространяется проклятье.

– О чём ты? Какое проклятье? Ерунда!

– Думаешь, если бред повторить дважды, он станет реальностью?

– Из нас двоих бредишь только ты. – Дракон ткнул в меня пальцем. – Я в порядке. Вот, сама посмотри.

Отстранив меня, Рик снял пиджак, расстегнул рубашку, обнажая натренированную грудь и подтверждая мои худшие опасения. Рана почти полностью почернела.

– Будет больно, – предупредила дракона, прежде чем прикоснуться к нему.

Рана плохо поддавалась заживлению. Дракон сжимал кулаки, глубоко дышал, но не проронил ни звука. Когда я закончила, на коже остался едва заметный шрам. И если бы не серое с алыми вкраплениями марево, я бы решила, что проклятия больше нет.

– Какие у тебя мягкие руки, – сказал Рик и накрыл мою ладонь своей.

– Ты что творишь? – спросила я, чувствуя, как по телу пробежала волна мурашек. Дракон был горячим и твёрдым.

– А тебе неприятно?

Мне начинало казаться, что я ошиблась и дракон прекрасно себя чувствует. Вон, даже улыбается. Если бы не едва заметный серый туман на месте раны.

– Мне будет приятно, когда сдам тебя в лечебный корпус. К тому же не хочу, чтобы нас увидела Мартиша. Мне своих проблем хватает.

Он переменился в лице. Догадавшись, что дальнейшие его слова мне не понравятся, возразить не успела.

– Во-первых, мы с Мартишей расстались.

Он замолчал, будто ждал моей реакции. А я не понимала, чего именно он хочет, но почему-то испытала странное удовлетворение.

– Во-вторых, клянись, что никому не расскажешь о случившемся.

– Клянусь! – выпалила я. – Можем идти?

Рик сжал моё запястье.

– Больно! Отпусти!

– Магическую клятву, – потребовал он. – Привык, знаешь ли, не доверять хорошеньким девицам вроде тебя.

– Ты в своём уме? Клятва свяжет нас, и если ты… Постой! Что значит не рассказывать никому? Я должна сдать тебя в лечебный корпус!

Дракон покачал головой.

– Можешь умирать, если тебе так хочется, но у меня на ближайшие дни совершенно другие планы!

– Никто не умрёт. У моего друга есть противоядие. Мы пойдём к нему и всё исправим.

Я никак не могла поверить в его наплевательское отношение к происходящему.

– В таком случае нет необходимости в клятве. Я не успею никому ничего рассказать.

– Так ты всё же собиралась?

– Да ничего не собиралась! – Из меня рвалось ещё много слов, но все они замерли под давлением янтарного взгляда. – Хорошо, я готова принести клятву. Лишь бы быстрее от тебя избавиться.

– Ну, это мы ещё посмотрим, – загадочно произнёс он и, пока я не начала задавать вопросов, затянул слова клятвы.

Мне ничего не оставалось, как подключиться.

Я вздрогнула, когда кожу обожгло магическим клеймом.

Остаётся верить, что скоро дракон примет противоядие, а я смогу продолжить поиски. К тому же декан Адамс очень удачно собирается уехать и вернётся только к зимнему балу. Мне никто не помешает.

Я никогда не была в мужском крыле общежития и списала возникшую тревогу именно на это. Но стоило подойти к нужной комнате, как все иллюзии развеялись. В нос ударил запах соцветий костяного дуба. Я поняла, чем пахло от фигуры в балахоне. Ну уж нет! Ещё одного раненого дракона мне не вытянуть!

Ничего не подозревающий Рик толкнул дверь и, входя, крикнул в глубь комнаты:

– Крис, я не один! Оденься.

«Странные у них здесь царят порядки», – подумала я, прячась за широкой драконьей спиной.

– Крис? Ты чего разлёгся, мы же договаривались. Эй, Кристер, у тебя всё в порядке?

Никогда ещё после такого вопроса не бывало ничего хорошего. Осторожно выглянув из-за спины, увидела лежащего на полу блондина с длинными волосами. Комплекцией он недотягивал до Рика, но через пару лет точно его мог догнать. Блондин не шевелился. Он, кажется, даже не дышал. Вытянутые будто в судороге руки и ноги были раскинуты в стороны, на лбу вздулась жилка.

– Эй, целительница! – Рик легонько толкнул меня локтем в плечо. – Кажется, у тебя прибавилось работёнки.

* * *

Приятель Рика был парализован сдерживающими чарами. Только доза оказалась такой, что могла бы уложить ещё десяток подобных ему. Пришлось бежать в лабораторию и искать лекарство для Криса, чтобы он дал противоядие Рику.

Вернувшись, застала одновременно пугающую и завораживающую картину. Крис пытался обратиться. В зверином обличье справиться с парализующим заклинанием – пустяк. Полный оборот в небольшом пространстве невозможен, но здесь он и не нужен. Достаточно начать трансформацию для выведения яда. Синие глаза загорелись янтарно-жёлтым, на небритых щеках проявилась золотистая чешуя. Мгновение – и всё прекратилось.

– Молодой ещё, с оборотом не всегда получается, – сказал Рик, не глядя на меня.

– Ты ведь понимаешь, что он нас слышит?

– Неважно. Лекарство принесла?

Примерно через час отмытый, переодевшийся Рик сидел и прислушивался к дыханию друга. Тот уже мог двигать глазами, пытался что-то говорить.

Ещё через час рассказал, что кто-то напал на него со спины. Лица рассмотреть, разумеется, не удалось.

– Отдыхай, дружище. – Рик похлопал парня по плечу. – Я скоро вернусь и приведу настоящего целителя.

Я едва не задохнулась от возмущения. Что он себе такое позволяет? Если бы не клятва, убила бы на месте! А придётся лечить!

В лаборатории я прихватила не только лекарство, но ещё и диагностический кристалл. Теперь мы знали, что жить дракону осталось не больше трёх дней – плохая новость. Убрать проклятье может его создатель – хорошая новость. Кого конкретно искать, я не имела ни малейшего понятия. А самодовольный дракон, казалось, совсем не боялся за свою шкуру. Иначе почему он всё время улыбается?

– Ты чего такой спокойный, или, думаешь, красавчикам даже проклятья сходят с рук? – не смогла я удержаться от колкости.

– Считаешь меня красавчиком?

Рик Соул – спортивная звезда курса и любимчик едва ли не всей академии – покраснел?

– Считаю тебя идиотом, если доверил свою жизнь целительнице-недоучке. Может, у тебя есть план и ты его придерживаешься? В таком случае посвяти в детали.

Дракон погладил подбородок и выдал:

– А давай прогуляемся, и я всё тебе расскажу. Сойдёт за предсмертное желание?

Он точно в бреду!

* * *

Рик непринуждённо болтал, будто мы давние знакомые, а я никак не могла отделаться от ощущения чужого взгляда. Несколько раз пробовала застать преследователя врасплох, но так никого и не увидела.

– Эй, ты меня не слушаешь, – почти обиженно протянул Рик, когда я, задумавшись, отстала на пару шагов. – Для кого я тут распинаюсь?

– Извини, пытаюсь понять, как спасти одного глупого дракона.

– Не такой уж он и глупый. – Тон его стал вдруг серьёзным. – В твоих глазах я очередной сынок богатеньких родителей, поступивший на учёбу от скуки. Отчасти так и есть. С детства меня окружали книги, в том числе очень редкие, научные исследования отца. Амплуа тупого качка в чём-то даже удобно, никто не ждёт от тебя чего-то сверхъестественного.

– Мой отец потерял дар.

Не понимаю, что на меня нашло. Рик первый в академии, кому я открылась.

– Знаю, Летиция.

Моё имя, произнесённое тихим, ласковым голосом, приглушило первый шок. Сердце пропустило пару ударов, ноги стали ватными.

– Откуда?

– Мы частенько пересекаемся на общих лекциях, но ты настолько поглощена учёбой, что не замечаешь никого вокруг.

– Ты понял, о чём я. Не притворяйся.

Дракон поднял руки в неуместно-шутливом жесте:

– Обещаю унести тайну с собой в могилу.

Я всё же не сдержалась и ткнула его кулачком в живот. Тут же мир вспыхнул разноцветными огнями, а потом в глазах потемнело, и в непроглядной темноте туманной кляксой выплыло видение. У главных ворот академии собралась толпа народа, все смотрели на парящего высоко в небе дракона. Ему было больно. Дракон ревел, хлопал крыльями, а затем упал с высоты. Картинка сменилась, и я увидела Рика, лежащего на земле. Бледный, с закрытыми глазами, он… не дышал.

Очнулась от того, что меня трясли за плечи. Рик, живой и почти здоровый, смотрел на меня расширившимися глазами. В янтарных радужках плескалось пламя.

– Я видела твою смерть, – произнесла тихо, не в силах смягчить удар. – От мамы мне достался неконтролируемый дар прорицания.

Ожидала чего угодно: гнева, отрицания. Обвинения, в конце концов! Но только не лёгкого прикосновения к моим губам губ Рика.

Всё вокруг перестало существовать, время замедлило ход. Поцелуй повторился, но уже настойчивее, требовательнее. Мне ничего не оставалось, как ответить.

– Так вот ты где! – резко ворвался в образовавшийся вакуум знакомый голос.

Мартиша! Зачем она здесь?

Время ускорилось, нагоняя упущенное. Рик отстранился, выпуская меня из объятий.

– Ты в своём уме, Рик Соул? – Мартиша стояла, уперев руки в бока. – Я тебя по всей академии ищу, а ты тут целуешься с… этой? Ты бросил меня ради… Ради кого?

– Тиш, успокойся. – Дракон подошёл и приобнял её за плечи. – Всё хорошо, мы просто гуляли.

– А потом ты решил засунуть язык ей в рот?

– Уверен, я смогу всё объяснить. Летиция уже уходит. Так ведь?

Он наконец посмотрел на меня. Хотела беспечно улыбнуться в ответ. Не смогла. Рик и Мартиша стояли рядом, но их образы расплывались, теряли чёткость.

– Милый, не пугай меня так больше, – мурлыкнула Мартиша, тесно прижимаясь к дракону.

Связанная клятвой, я не могла уйти. Преданная – не могла остаться.

Он не пытался её оттолкнуть, лишь болезненно поморщился, когда рука Мартиши легла ему на грудь. Марево стало плотнее, окутало дракона смертоносным коконом, разбрасывая колючие искры, одна из которых вонзилась ему в сердце, и на сорочке диковинным цветком зацвело алое пятно.

Рик покачнулся, вцепился побелевшими пальцами в плечи Мартиши. Я бросилась на помощь, но не успела. Он упал, будто пронзённый стрелой. Над ним склонилась Мартиша. Попыталась её оттолкнуть, но та была сильнее меня.

– Я не виновата! Он сам! – путано бормотала она, вцепившись в лацканы моего пиджака. – Сделай что-ни-будь!

В нос ударил запах соцветий костяного дуба. Я нашла того, кто проклял дракона.

* * *

Вокруг не оказалось никого, кто мог бы нам помочь. Дракон был чертовски тяжёлым, мы едва смогли дотащить его до ворот, где нашу компанию приняли за загулявших на кладбище некромантов.

И тут я увидела Криса. Покачивающейся походкой он направлялся к нам.

– Дружище, что с тобой? – Он взял Рика за голову. – Что с ним? – повторил, обращаясь ко мне.

– Пошёл прочь! – огрызнулась Мартиша. – Если бы не ты, ничего бы не случилось.

Растерянный блондин пару секунд переводил взгляд с меня на Мартишу, но, похоже, так ничего и не понял.

– Это он придумал покушение на Рика. Ты должна была найти его и помочь. Я просто внесла в план некоторые коррективы. Рик мой, понимаешь? Мой! Я его люблю, и у нас всё серьёзно. Ты же для него лишь забавная зверушка, не попавшая под его чары.

– Неправда! – выкрикнул Крис, легко подхватывая Рика. – Ты ничего не знаешь, Мартиша. Мой друг не такой, как другие. Летиция ему действительно нравится.

– Мартиша права.

Я не сразу поняла, что едва различимый хрип принадлежал Рику. Он пришёл в себя.

– Зря мы всё затеяли, приятель. – Рик закашлялся, замарав кровью белоснежную рубашку. – А ты свободна от клятвы, целительница. Можешь идти.

– Я никуда не уйду, пока не буду уверена, что тебе помогли, – ответила, превозмогая боль.

– Мне не нужна нянька. Исчезни, Роу! Мартиша справится.

Я смотрела на удаляющиеся силуэты, не в силах осознать, что за один день моя жизнь перевернулась с ног на голову и никогда уже не будет прежней.

* * *

Ближе к вечеру в комнату настойчиво постучали. У соседки был ключ, а никого другого видеть не хотелось.

– Открой, – раздался с той стороны голос Мартиши Ротман, когда ожидание затянулось. – Поговорим.

В один миг слетев с кровати, вытерла на ходу мокрое лицо и поспешила к двери.

Мартишу было не узнать. Всклокоченные волосы, тёмные круги под глазами. Её губы дрожали, будто она вот-вот собиралась расплакаться.

– Мне нужна твоя помощь. Без противоядия Рик долго не протянет, – сквозь зубы процедила гостья и, не спрашивая разрешения, вошла.

– В рецепте к проклятью должен быть и антидот, – стараясь не выдать беспокойства в голосе, предположила я. – Это закон. Если только ты не…

– Не одной тебе можно шастать по секретным архивам. Я давно за тобой следила. Мне плевать, чего ты там ищешь, но надеюсь, однажды тебя поймают и выкинут из академии.

– Почему ты не сдала меня?

– В первый же день сдала, – скривилась Мартиша. – Кретинка Адамс подняла меня на смех и вытолкала из кабинета. А я, как дура, цветочки ей таскала, чтобы зачёты получать. Ничего, мы ещё найдём на неё управу.

Почему декан так поступила? Мне казалось, она меня ненавидит.

– Ты её любимица. – Мартиша поморщилась, будто подслушав мысли. – Может, кровь твоей мамочки-феи сыграла роль одурманивающего зелья?

– Ты пришла оскорблять меня, Мартиша?

– Ты глухая или идиотка? Сказала же, нужно противоядие. Тот облезлый куст, который я подарила Каролин, входит в состав нейтрализующих заклятий. Ты должна его забрать.

– Не я прокляла Рика.

– Да плевать мне на него. Он целовал тебя. Просто не хочу проблем, если Рик вдруг…

В кабинет декана мы пробирались поздним вечером. Пришлось ждать, пока уйдёт секретарь. Дверь не запиралась, никому в здравом уме в голову не придёт заходить сюда без приглашения.

Декан Адамс была здесь. Мартиша тут же исчезла, изобразив блуждающего по ночам призрака.

– Вы ведь уехали, – выдала я, от неожиданности забыв поздороваться.

– Пришлось срочно вернуться, студентка Роу, чтобы вы не натворили ещё больших бед.

– Не понимаю, о чём вы.

Я бросила взгляд на горшок с цветком, ради которого рисковала обучением в академии.

– Если скажете, какую часть растения заберёте для приготовления противоядия, я не только прощу вам проникновение в мой кабинет, но и поставлю автоматом зачёт по соответствующему предмету.

– Мне нужны бутоны, декан Адамс. Они как раз набрали силу. – Я кивнула в сторону открытого окна, где в темнеющем небе взошла полная луна.

– Блестяще, Летиция! Не ошиблась в вас. Но позже мы обязательно обсудим ваши ночные прогулки и сокрытие смертельно раненных студентов.

Она впервые назвала моё имя без добавления фамилии. По академии гуляло поверье, что это настоящий знак отличия, вроде пятилистного клевера – символа высшей гильдии целителей. И даже прозвучавшая следом угроза не напугала.

На приготовление зелья ушло почти три часа. Мартиша всё это время занималась тем, что поправляла маникюр, дважды переоделась, покрутившись у зеркала, даже поболтала с подружкой, вызвав её изображение на дорогущем артефакте.

Отвлеклась она лишь единожды, чтобы спросить, долго ли ещё ей ждать.

– Осталось добавить каплю твоей крови для привязки зелья к хозяину, и готово, – ответила я.

Это была маленькая месть. Никакой крови не требовалось. Мартише достаточно было лично дать лекарство Рику.

Посетителей в лечебный корпус ночью не пускали. Но у Мартиши, похоже, везде имелись связи, нам не препятствовали, не спросили даже, что за пробирку мы пытаемся пронести.

Рик выглядел совсем как в моём видении. В первый момент я даже не поверила, что он ещё жив. И когда он издал слабый стон, вздрогнула, как от прозвучавшего в тишине грома.

– Дай сюда!

Мартиша выхватила у меня пробирку, процокала каблучками к постели дракона. Половину дозы она влила ему в приоткрытый рот, вторую нанесла на рану.

– Ну всё? Чего он до сих пор не очнулся?

– Зелье действует не быстро. Проклятье успело забрать много сил, нужно подождать.

– Вот и жди, а я пойду. Потом расскажешь.

* * *

Кажется, я только прикрыла глаза, а проснулась от яркого солнца, бьющего из открытого настежь окна.

Рик полулежал в постели. Всё ещё бледный и слабый, он совершенно точно шёл на поправку. На щёки вернулся румянец, губы больше не пугали синюшным цветом, да и весь его вид говорил, что умирать дракон передумал.

– Подожди, – попросил он, когда я поднялась на ноги. – Я ведь даже не поблагодарил тебя за спасение.

– Я тут ни при чём. Зелье принесла Мартиша.

Слова острыми осколками застревали в горле, в груди ворочался тяжеленный камень.

– Просто пообещай, что выслушаешь меня, а потом сделаешь выводы и примешь решение.

– Первую лекцию всё равно проспала, пойду к следующей, – как можно беспечнее ответила я, стараясь унять бешеное биение сердца.

Рик рассказал о своём отце, участнике войны с южной страной Дакхартой, где получил серьёзное ранение. Никто не давал гарантий, что он выживет, когда один из целителей академии вызвался помочь. У него получилось. Но сразу после того, как отец Рика пошёл на поправку, целитель будто растворился в воздухе, и никто больше не слышал о нём.

Он говорил, а я понимала, что целитель никуда не исчезал. Он потерял свой дар и теперь прятался от всего мира.

– Отец искал его и нашёл, но спаситель отказался от благодарности. Отец до сих пор чувствует себя его должником.

– И ты решил действовать через его дочь? Но забавная зверушка не поддалась твоим чарам?

Я едва сдерживала рвущиеся наружу слёзы, а дракон вдруг усмехнулся:

– Мартиша тебя укусила? Это ведь её слова?

– Никто меня не кусал, – буркнула я, чувствуя, как нахлынувшая злоба отступает. – Только наглый дракон сначала поцеловал, а после велел убираться!

– Так спроси у него, зачем он так поступил?

– И зачем же?

В голосе было больше вызова, нежели любопытства.

– Может, ты нравишься ему, Летиция Роу? Разве не мог он, наблюдая за тобой издалека…

Закончить фразу не позволила практикантка, пришедшая осмотреть больного, и меня быстренько выставили за дверь.

* * *

Увидеть Рика удалось только спустя три мучительных дня. Он сам пришёл в мою комнату, откуда словно ветром сдуло соседку, загадочно улыбнувшуюся и подмигнувшую мне в дверях.

Молча положил на тумбу возле кровати конверт. Печать я срывала дрожащими пальцами, даже догадываясь, что внутри, не смогла сдержать удивлённого вздоха.

– Пообещай, что никуда не уедешь и закончишь обучение, – потребовал Рик, пока я вчитывалась в строки, рассматривала схемы и мысленно сплетала заклинание, которое вернёт дар моему отцу.

Быстро закивала, а потом бросилась дракону на шею.

– Решила завершить то, с чем не справилось проклятье? Задушишь ведь!

Дракон мягко отстранил меня, но расстояние между нами всё ещё оставалось критически близким.

– Зачем ты попросил меня уйти, когда Мартиша увидела нас вместе?

Я наконец задала вопрос, который не давал мне покоя.

– Ей многое может сойти с рук. Я не хотел подвергать тебя опасности.

– И что теперь?

– Летиция Роу, я приглашаю тебя на осенний бал, – широко улыбнувшись, произнёс он.