23

Мне не приходилось изображать из себя нежный цветочек, чтобы понравиться Редгарду или его родственнице. Все и так было понятно, она — мегеровна, он — ну очень терпеливый мужчина. Хотя не исключено, что проблема была гораздо глубже. Может быть, он плохо обращался с покойной женой, чем завоевал извечную нелюбовь от ее матери. Сам же Редгард, когда упоминал о жене, говорил о ней с нежностью и теплотой.

Когда мы вошли в дом, то стол уже был накрыт на три персоны. Вероятно, кухарка не подумала, что гостья останется. Я подозвала Кэрона, и пока Редгард помогал своей теще снять пальто, усадила его на стул. Глаза мальчика восторженно засияли, как только я пододвинула к нему наполненную чаем кружку, а на блюдце положила пару профитролей.

— Это мне?

— Тебе, конечно, — улыбнулась я, поглаживая его по голове, а сама наблюдала за кипящими родственниками. — А они всегда такими были?

— Папа и бабушка? — Кэрон уже весь измазался в крем и облизывал пальцы.

— Угу.

Я достала салфетку, чтобы помочь мальчику привести себя в порядок перед тем, как его чумазое лицо заметят взрослые, как вдруг поняла, что кожа на его еще словно двигается. Это так странно и… Нет, просто очень странно было это наблюдать, не зная, то ли хвататься за сердце и капать себе корвалол, то ли вызывать экзорциста.

— Кэрон, эм… твоя кожа… она…

Он поднял на меня ясные глаза и улыбнулся.

— Это временно. Скоро я научусь контролировать себя, а ты привыкнешь.

О, точно. Но это и правда так странно, как будто маленькие змейки передвигались под кожей пухлой детской щеки.

Пока я размышляла о том, куда угодила и хочется ли мне отсюда выбираться, то к нам приблизились Редгард с гостьей. На лице мегеры было написано явное и ярое недовольство. Я оглядела Кэрона, потому как ее взгляд был устремлён на него. Чумазик был чист. Тогда я совсем не понимала причину ее неудовольствия.

— Детям не место за взрослым столом, — отчеканила она, глядя на внука.

А я вдруг поняла, что даже имени ее не знаю, или не помню. Да и не нужно совсем. Было интересно другое, если прибью ее в этом мире, мне ж не должно грозить ничего в собственном. Спрячу труп и сбегу обратно на родину. Жаль будет, конечно, бросать Кэрона и Редгарда, но может быть они согласятся со мной туда переселиться на ПМЖ. Отдернув себя за крамольные мысли, я улыбнулась женщине.

— Простите, но у нас семье принято собираться за одним столом, вне зависимости от возраста. Так дети получают необходимый для адаптации в обществе опыт и могут обсудить интересующие и волнующие их вопросы, спросить совета и просто побыть с близкими людьми. Серьезные взрослые темы следует потом обсудить не за столом в кабинете или спальне, чтобы детских ушей не касалось лишняя информация.

Женщина сглотнула, собираясь с мыслями для ответа, но предугадав ее выпад Редгард шумно отодвинул стул и сел рядом с сыном. Судя по застывшему лицу Кэрона, он не знал, что ему делать, то ли скрыться, то ли воспринять это за отцовскую защиту. Я положила ему ладонь на плечо, пытаясь зарядить его позитивом. Только доброе и справедливое отношение к ребенку завоюет его сердце и научит так же относиться к своим детям.

Фыркнув, «заботливая и любящая» бабушка гордо развернулась и покинула поле боя. И если отец и сын выдохнули от облегчения, то не я. По велению какой-то неведомой силы, полетела вслед за удалявшейся спиной мегеришны.

— Подождите, — я нагнал ее уже у двери.

На пороге она замерла, но не обернулась.

— Мне пора.

— Мы позаботимся о Кэроне. Если Вам когда-нибудь захочется его повидать или взять в гости, то мы будем рады, — я решила, что обиды и выяснения отношений — удел неустойчивых морально людей.

Поправив на шее легкий шарф, она ухмыльнулась, явно недооценивая мой потенциал. Скорее всего думала, что мне ругаться с ней охота.

— Не захочу. Более того, Король еще не получил прошение о передаче прав на ребенка.

— Кэрон единственный ребенок своего отца. Не каждому дано легко и просто справляться с собой и стрессом. Им нужна помощь. Редгарду было больно потерять любимую женщину, и он не справился. Он непонимал, что значит малыш, который лишился не просто женщины, а родной матери. Получилось, что и вовсе остался сиротой при живом отце. Вы умная женщина, смогли воспитать его и сохранить ему детство. Я не буду говорить, что Вы делали все неправильно, и держали его в ежовых рукавицах. Вы сделали все, что смогли. Мы благодарны Вам за это, — мой голос осип, горло начало болеть от того, с каким жаром и запалом я выдавала свою речь. — Но теперь мы попробуем сами. Мы будем рады видеть Вас в гостях.

Она коротко кивнула, а в следующую секунду, ее объяло ярким светом, а передо мной оказался крупный серый дракон.

Дракон⁈ Живой? Услышать о них это было одно, но увидеть в живую — совершенно другое.

Мама, это дракон!