8

Когда все вокруг перестало крутиться и встало на свои места, оказалось, что я сама уже не на своем месте нахожусь, а узкий коридорчик сменился широким холлом с картинами по обе стороны в золоченых резных рамах.

— Мать моя женщина, — выдала я то, что первое пришло в голову, выворачивая голову, чтобы оглядеться.

— Очень на это надеюсь, — хмыкнул Редгард, выпуская из своих рук и отступая на пару шагов назад. — Спасибо, что согласилась мне помочь, Катерина. Я очень признателен за помощь и поддержку.

Чем больше он говорил с максимально дружелюбным выражением лица, тем сильнее хотелось ему что-нибудь посильнее по голове заехать. Я, конечно, признаю, что была готова пуститься в авантюрное путешествие с малознакомым мужчиной неизвестно куда, но это никак не предполагало моего внезапного… А, собственно говоря, чего?

— Где я? — последовал вопрос как из низкопробного кино, в котором у одного из героев то ли амнезия, то ли склероз. В моем случае, девичья память, надеюсь.

— Это поместье Фрай. Одно из самых отдаленных в Империи.

Времена империй давно канули в лету, разве что истории о них сохранились до наших времен. Все, что вновь говорил мужчина больше всего напоминало бред умалишенного.

— Я умерла?

— Что ты, с тобой все в порядке. Это просто первичный шок. Он скоро пройдет, — затараторил мужчина, направляя меня в сторону арки.

Там дальше была расположена огромнейшая гостиная, которая в себя вмещала пару моих квартир по квадратуре. Здесь был камин, диваны с красивыми подушками и кисточками на пледах, журнальный столик и много тропических растений в горшках. А как же Новый год?

Я перевела взгляд на мужчину. Он выглядел обеспокоенным и немного нервничающим. Неужели все на столько плохо?

— Ты меня обманул?

— Нет, ни в коем случае. Я же говорил, что, когда граница между мирами истончается можно пройти через нее. Вот, например, в новогоднюю ночь, ночь зимнего и летнего солнцестояний, равноденствие… Да, много таких ночей. Ты обязательно вернешься в свой мир, а пока тебе следует отдохнуть. У нас есть некоторая разница во времени и у нас сейчас день. Чуть позже…

Пока Редгард продолжал свой краткий экскурс по этому миру, я пыталась сообразить в какой момент моя психика дала сбой, и я сошла с ума. Очевидно, что это не могло произойти одномоментно, а пожирало меня длительный период и незаметно. Точно. Мой бывший нейрохирург. Он работал с проблемами мозга, а значит мог мне помочь, но неужели он не замечал, что я прощаюсь с «кукушкой»?

— Ты не думай, ты не сходишь с ума, — словно угадал мои мысли мужчина. — Все нормально.

Он ласково провел рукой по моей ладони, стараясь успокоить и дать понять, что все здесь осязаемо.

— Ладно, — я не смирилась, но решила подыграть новой реальности. Если уж сходить с ума, то не в траурном режиме самобичевания и самокопания, а весело. — Где ёлка?

Редгард замер, словно впервые слышал о зеленой красавице, и что она главная гостья на зимнем празднике.

— Ёлка? — вдруг переспросил он.

— Ага. Такая зеленая и пушистая. Если нет, то и сосна сойдет. Так как?

Мужчина встал и прошелся по гостиной, остановившись у окна. Он отдернул тонкий тюль, и вгляделся куда-то вдаль.

— Я добуду елку, если это необходимо, — произнес не оборачиваясь. — Думаешь дерево способно подарить праздничное настроение?

Нет, я так не думала. Но была практически уверена, что без нее не обойтись. Как и без гирлянд и подарков. Кстати, о них.

— Конечно. А что ты подаришь сыну на праздник?

Редгард обернулся и посмотрел на меня долгим пристальным взглядом, словно и этот момент не предусмотрел. Странный мужик, чего уж там.

— А что нужно дарить?

Казалось, мужик с луны свалился.

— Подарки! — я уже чувствовала, как начинаю раздражаться. — Так, давай, шуруй за елкой, только быстро. А дальше разберемся. И нам нужно составить новогодний список дел, а времени в обрез.

Хозяин кивнул. Он был сосредоточен и серьезен, что ни могло не радовать. Значит был шанс хорошо отыграть этот спектакль и программу Снегурочки на Новый год.

— Все слуг я отпустил. Праздники ведь, — виновато произнес Редгард. — Но я все еще помню, как готовить. Жена любила, когда мы вместе возились на кухне. Говорила, что это делает ее счастливее. Не смотря на экономку, лакеев, дворецкого, управляющего и повара, она предпочитала частенько готовить на всех сама своими руками.

Похвальное качество для женщины иметь свое небольшое хобби, даже при наличии тех, кто может все сделать вместо нее. У меня проснулось уважение к покойной, которую я даже не знала.

— Тогда делаем следующим образом. Ты добываешь елку и подарок, а с меня украшения и новогодний стол.

Чуяло мое сердце, что если срочно не взять все под свой контроль, то мужчина сам не справится. Как там Гургеныч говорил, одинокий вдовец нуждается в женском приятном обществе? Будет ему общество!

— Ты, наверное, хочешь освежиться после перемещения и рабочего дня? — неуверенно начал хозяин.

— Хочу, но не сейчас. Я обычно перед самым столом уже навожу марафет. Где у тебя бумага?

Через несколько минут передо мной уже лежала стопка бумаг и газет, а Редгард поправлял шарф, чтобы оставить меня ненадолго одну, пока он добывает нам ёлку.

Пока его не было, я успела сделать множество снежинок разного размера из газет. Старалась их красиво вырезать, чтобы они все отличались друг от друга своей эксклюзивностью и оригинальность. Весь круглый пушистый ковер был буквально завален моими самоделками. Я даже успела нарезать полосок для гирлянды, чтобы потом обогнуть ей вокруг зеленую красавицу, разве что склеить не нашла чем. Уверена, что ПВА у них здесь сроду не водилось.

Послышался шум, и я выскочила в широкий холл, чтобы понять, что происходит. На пороге стоял Редгард, на плече у него была, наверное, самая пушистая из всех виденных мною елей. Таких красивых, даже с учетом специфики своей работы, никогда не встречала.

— Ого!