Глава 24

Жму на дверной звонок, снова начиная закипать. А ведь казалось, что успокоился к этому времени. Сразу не рванул сюда, к Ксюхе домой, только потому, что боялся прибить эту заразу. Впрочем, и адресок этой воительницы я выклянчил только ближе к вечеру. Её подружайки ни в какую не хотели сдавать явки-пароли, смотря на меня так, словно я их дом поджёг. Притом вместе с ними. А потом ещё и на пепелище этом весёлую польку станцевал. Я же, как дебил, отлавливал каждую в доме и практически умоляюще выпрашивал адрес. Доходило даже до того, что приходилось чуть ли не прижимать девчонок к стенке, стараясь, правда, делать это так, чтобы их мужья не просекли этого. Как-то не хотелось получить ещё и по роже от них за то, что пытаю их благоверных. – Она просто сделала неправильные выводы из моих слов, – раз за разом раздражённо говорил я, пытаясь убедить их, что получил по яйцам незаслуженно. Но девушки были как кремень. Фыркали презрительно, посылая меня взглядом, и сваливали подальше до очередной моей засады. Слабое звено в их компашке я вычислил быстро. Им оказалась девушка Димона. Успев засечь в первый наш разговор сомнение после моих слов в её взгляде, я усилил напор. – Снежана, это просто нелепое недоразумение, которое я хочу с Ксюшей обсудить. Я очень серьёзно настроен в отношении твоей подруги. О да! Я очень серьёзно хочу надрать ей задницу. Потом, конечно, буду лечить поцелуями, но желание отшлёпать Лапулю преобладало над всеми остальными, пока ехал в такси. Адрес мне сказал Димон. Именно ему удалось убедить свою девушку, что Ксюхе ничего не грозит и что я действительно имею самые серьёзные виды на её подругу. Как неприкаянный, я шарился по дому, злясь уже на самого себя и на своё маниакальное желание увидеть Ксюху. Вот, кстати, ещё одна непонятка. Ведь сроду ни за кем не бегал. В том плане, что при любых ссорах с девушками, когда обиженные они сваливали в закат, думая, что я рвану следом, был как кремень: сидел на жопе ровно до тех пор, пока они сами не возвращались, ну, или не звонили. А тут, смотри-ка, сам еду к той, которая мне чуть сотряс не организовала, а потом ещё и яйца отбила. При воспоминании об ударе морщусь. Благо Серега, ещё один находящийся в том домике мой друган, был хирургом. – Лёгкий ушиб, можешь расслабиться, – успокоил он меня, как только Ксюха свалила из домика, а мы с ним уединились в спальне, где он меня и осмотрел. – Кстати, за что она тебя так? – кричит он из ванной, куда пошёл мыть руки после осмотра. – Обычное бабское: чего-то там услышала, сама надумала, сама обиделась. Правда, в её случае, походу, всегда ещё будет, что сама отпиздила, – кричу в ответ, аккуратно застёгивая ширинку. – Я так понимаю, у тебя что-то с ней ночью было. Планируешь продолжить? – улыбаясь, выходит из ванной друг. – Или после такого пошлёшь на хрен? – Если только на свой, – бурчу себе под нос, после чего направляюсь на выход. То, что не отпущу Лапулю, я признался самому себе сразу, как только смог дышать нормально после удара и как только салют перед глазами затух. Зацепила она меня. Сильно. И если поначалу всё было вроде как чисто из спортивного интереса– во что выльется наше противостояние, то теперь я понимал, что хочу её в свою жизнь. надолго. Возможно, навсегда. Короче, хочу её себе. В единоличное пользование. И чтобы это чудо продолжало и дальше удивлять и вводить в шок своими странными до одури поступками и словами. Единственное, правда, нужно отучить эту взрывную шипучку от рукоприкладства. Научить её использовать свой рот по прямому его назначению. С этими мыслями жму ещё сильнее на кнопку звонка, сурово сдвинув брови и опять закипая. Так, походу, её ещё придётся учить спрашивать, кто пришёл, когда звонят в дверь. Я стою тут, понимаешь, придумываю, что мне говорить, чтобы она точно открыла. Были подозрения, что, услышав мой голос, эта зараза ни за что не откроет дверь. Но даже сейчас ей удаётся удивить меня. Ксюха без единого слова распахивает дверь настежь и застывает, удивлённо округляя глаза. – За добавкой пришёл? – язвит она, быстро приходя в себя. – Поговорим? – мрачно произношу я, делая зверское лицо. Надо бы её немного попугать, чтобы в будущем она опасалась так легко и просто бить мужика по самому святому. Это я такой добрый, а другой же запросто и всечь ей может за такие телодвижения. Моим суровым видом Ксюха совсем не впечатлилась. Она воинственно скрещивает руки на груди, обтянутой какой-то полупрозрачной маечкой, при виде которой в моём паху пошла довольна бурная реакция, дающая понять, что у меня всё там прекрасно функционирует даже после удара. – О чём? – довольно холодно интересуется девушка, копируя моё выражение лица. Мда… Видел бы нас кто со стороны, однозначно решил бы, что мы друг друга сейчас убивать будем. – О твоём неправильном поведении, – не скрывая язвительности, рявкаю в ответ. – Облезешь! – ответный рёв, и эта зараза делает попытку захлопнуть дверь. Но так как я уже немного узнал её, то, в принципе, чего-то такого примерно и ждал. Поэтому быстро поставил ногу в дверной проём, чтобы она не закрылась. А ещё для надежности молниеносно положил руку на дверь и надавил. Ну уж нет, Лапуля! Так просто ты от меня не избавишься! Можешь начинать к этому привыкать, так как теперь у нас с тобой путь один – в совместное и непредсказуемое от слова совсем, но надеюсь, очуметь какое счастливое будущее. Глава 25 Я даже теряюсь немного от того, что Айс не даёт мне закрыть дверь. Мало того, что эта оборзевшая морда нагло начинает вторгаться на мою территорию. Я, конечно, пытаюсь не пустить его, делая тщетные попытки закрыть дверь, оставив мужчину на лестничной площадке. Но, сами понимаете, силы настолько неравны, что уже через полминуты он вваливается в коридор и закрывает за собой дверь. Тяжело дыша, отступаю. Уперев руки в бок, с яростью смотрю на Айса, который как ни в чём не бывало начинает снимать с себя пуховик. – Ты совсем охренел, что ли?! – Типа того, – хладнокровно произносит он, разуваясь. – Ну, ВСЁ! Я полицию вызываю! – иду в сторону кухни, где я оставила телефон. Сделала всего пару шагов, прежде чем меня за талию перехватила твёрдая мужская рука. – А вот это навряд ли, – звучит сверху над головой. Разозлившись вконец, пытаюсь вырваться из захвата, матерясь как сапожник. Мужчина пресекает все мои попытки. И, надо отдать ему должное, старается сделать это так, чтобы не причинить мне вреда. – Да успокойся ты, бешеная! – рычит Айс, когда на его руке появляются царапины от моих когтей. Он тащит меня, рьяно сопротивляющуюся, в комнату и бросает на диван, который я уже разложила и подготовила ко сну. Садится сверху, обездвиживая мои ноги, так и норовящие опять превратить его яйца всмятку. – Там, в кухне, я говорил не о тебе, поняла?! – рычит Айс, прижимая мои руки к дивану по обе стороны головы. Он наклоняет голову, оставляя между нашими лицами буквально сантиметров десять. – Миха спрашивал про мою бывшую, с которой я расстался неделю назад! Судорожно хватаю воздух губами, замирая и пристально смотря в его тёмно-карие глаза, пытаясь на их дне обнаружить ложь. И понимаю, что вижу там только правду. Ни грамма сомнения или хитрости. Оу… – Я Мишке делал предупреждение о том, чтобы отвалил от тебя. Сказал ему, что ты уже занята мной, – на полном серьёзе продолжает объяснять Айс. – Вот он и спросил у меня, можно ли тогда ему подкатить к моей бывшей. Мужчина замолкает и выжидающе смотрит мне в глаза, выгибая бровь. Весь его вид вопит о том, что он ждёт от меня извинений. – Эм… – мычу растерянно. – Ну… упс, что ли! Его глаза в неверии расширяются, а вторая бровь тоже ползёт вверх и присоединяется к первой. – Упс?! – Согласна, промашка вышла небольшая с моей стороны, – моё дыхание практически в норме. А вот сердце нет. Колотится как сумасшедшее от радости и восторга. Айс растерянно моргает пару раз, после чего начинает дико ржать, откидывая голову назад. – Ты… ты… – от смеха он даже не может что- то внятно сказать. Отсмеявшись, наконец-то проговаривает свою мысль. – Лапуль, ты НЕЧТО! – Ты тоже ничего, – на каком-то автомате бросаю я в ответ, приходя в ужас от того, что несёт мой язык. Видимо, мозг тоже пищит от радости и не функционирует нифига, выдавая такую дичь. – Значит так, Лапуль! – становясь вмиг серьёзным, начинает торжественно говорить Айс. – Договариваемся сразу. В будущем больше никакого членовредительства. Что-то не поняла, не нравится и далее по списку – сначала спрашиваешь и говоришь. Мы всё выясняем, так сказать, на берегу. И обещай мне, что свой охренительный ротик ты будешь использовать только по прямому его назначению. Мужчина замолкает, а я принимаю задумчивый вид, внутренне пища от восторга. – Ну-у-у, хорошо… обещаю, – делаю демонстративно глубокий разочарованный вздох. – Жалко, конечно, что только по прямому назначению, – и, дождавшись вопросительного взгляда, поясняю. – Минет я делаю просто отпадно. Всё, мужик в ауте. – Но раз по прямому назначению, то пожалуйста, – губы пытаются расползтись в улыбке, но я продолжаю делать серьёзную мину на лице. – Буду им только говорить. – Какая же ты всё-таки… зараза! – с восхищением произносит Айс и, наклонившись, затыкает мне рот поцелуем. Я вспыхиваю как спичка. Поцелуй мужчины настолько голодный, ненасытный и жадный, будто мы и не занимались всю предыдущую ночь любовью. Словно это наше первое прикосновение губ и тел. Чувствую стремительно каменеющую плоть Айса, упирающуюся мне в живот. Боже, спасибо! Спасибо тебе за то, что я ему не повредила там ничего своим ударом. От силы нашего обоюдного возбуждения начинаю задыхаться. Жаркая волна проходится по всему моему телу, когда он, рыча как самый настоящий зверь, начинает избавлять нас от одежды. От каждого прикосновения мужских рук и губ к моему телу дрожу, словно в лихорадке, прогибаясь в спине. – Хочу сверху… – задыхаясь, хриплю я. Молниеносное движение, и Айс оказывается на спине. Безумно хочу его в себе, но оттягиваю этот момент. Зацеловывая мощную грудь, быстро вздымающуюся и становящуюся моментально каменной, спускаюсь вниз. Чуть ли не захлёбываюсь слюной, как только его налитый кровью член оказывается перед глазами. Чувствуя вину за тот удар, нежно обхватываю губами головку и ласково веду языком по кончику плоти. Под сдавленные маты Айса насаживаюсь ртом на горячую бархатную плоть до тех пор, пока он не утыкается ею мне в горло. Продемонстрировать и доказать, что я не шутила по поводу минета, мне не дают. Айс отрывает мою голову от своего паха. Протянув меня вверх по своей груди, впивается диким поцелуем в рот, одновременно с этим проникая в меня сразу до упора. Не давая мне ни единого шанса на то, чтобы, так сказать, встать у руля, Айс начинает двигать бёдрами вверх и вниз, со стремительной скоростью вколачиваясь в меня. Всё ощущается настолько остро и горячо, что хочется кричать в голос, что я и делаю, отрываясь от его губ. Мы кончаем одновременно, после чего мозги окончательно отключаются. Когда я прихожу немного в себя, то оказываюсь лежащей рядом с мужским телом, а моя голова покоится на его груди. Мужчина лениво гладит меня по слегка потной спине, словно успокаивая всё ещё дрожащее тело. Сглотнув, поднимаю голову вверх. Лицо Айса выглядит умиротворённым и довольным, а глаза закрыты. – Кстати, имя твоё я узнала, – хрипло шепчу, подбородком укладываясь на свою руку. Ласкаю взглядом каждую черту мужского лица. Никакой реакции. – А что за секретность-то? – делаю попытку расшевелить мужчину. Тянет что-то на «поговорить». Ну а что? Я тоже иногда бываю прям девочкой-девочкой. – Максим очень даже хорошее имя, – доказываю ему, что действительно знаю его настоящее имя. – Так я и не спорю, – тихо бубнит Айс, начиная улыбаться краешками губ, хотя продолжает лежать с закрытыми глазами. Чувствуется какой-то подвох. Уж слишком он спокоен и невозмутим. – Тебя же Максимом зовут? – требовательно спрашиваю я, поднимая голову, чтобы освободить руку. Сжимаю пальцы в кулак и ими слегка пихаю его в бок. Он охает, наконец-то открывая глаза. – Лапуль, мы, кажется, договорились – никакого членовредительства с твоей стороны, – прищурившись, хитро смотрит на меня. – Колись давай! И не будет никакого членовредительства! – Я имя своё поменял, когда «Айсберг» создал. Побоялся, что с настоящим никто со мной не захочет дел иметь, – спокойно объясняет он, усмехаясь. – Но по факту это не моё настоящее имя, поэтому все и зовут Айсом. Растерянно хлопаю глазами. Вот же хитрожопый жук. – А тебе не кажется, что после всего случившегося между нами уже можно… я бы даже сказала, нужно сказать мне своё настоящее имя? – с возмущением смотрю в его хитрющие глаза. – Ну, если ты, как говоришь, серьёзно настроен в нашем плане. Ха! Выкуси, дорогой! Вот сейчас и проверим всю твою «серьёзность» в плане меня. – Лапуль, я же тебе уже говорил, – он нисколько не пугается. Так и продолжает лыбиться как Чеширский кот. – Моё имя ты узнаешь только в одном-единственном случае, который, я надеюсь, произойдёт в самое ближайшее время. – Это в каком таком случае? – подозрительно интересуюсь у него, немного разочарованная. Неужели я всё-таки ошиблась? И он, несмотря на свои слова и поступки, не воспринимает меня всерьёз? Неужели я для него всего лишь новогоднее развлечение, о котором он собирается забыть, как только пройдут праздничные дни? – Своё имя я тебе скажу только в ЗАГСе. Сразу же после того, как нас объявят мужем и женой, – резко перестав улыбаться, произносит на полном серьёзе. – Ну так что? Согласна узнать моё настоящее имя? Эм… Это он… что? Делает мне… предложение?! От шока, от того, что вижу в его тёмном ледяном взгляде, по спине скользит холодок. Там всё настолько серьёзно и по-настоящему, что дыхание перехватывает. Он совсем, что ли, чокнутый?! Растерянно отвожу взгляд и натыкаюсь им на настенные часы, показывающие начало десятого вечера. Он реально делает мне предложение всего лишь после суток знакомства?! Офигеть! Ладонь на спине становится тяжёлой. Снова смотрю на него, так как понимаю, что этим нажатием он даёт мне понять, что ждёт ответа. – Хочу узнать твоё имя через месяц! – быстро выпаливаю я, пока не передумала. О, тут, похоже, не только он чокнутый. Моя крыша, видимо, тоже со свистом куда-то летит, раз я даю своё согласие. – Да не вопрос, Лапуль! – усмехается расслабленно Айс, после чего затаскивает моё офигевшее в край тельце к себе на грудь и целует в губы. Мда… Никогда и подумать не могла, что похищение человека может привести меня в ЗАГС, а не на скамью подсудимых! Эпилог Ксюша Мужик сказал – мужик сделал, ну… это точно про Айса. Ведь спустя ровно месяц, первого февраля, мы стоим с ним в огромном зале ЗАГСа, действительно собираясь пожениться. Я в пышном свадебном платье с дебильной фатой на голове, он – в тёмно-синем костюме, а вокруг нас родные и близкие, единственное чувство которых, судя по их лицам – охреневание. Кажется, они до сих пор не верят в наше с Айсом такое стремительное бракосочетание. По правде говоря, я и сама до конца не верю, что решилась на это – выйти замуж за мужика, которого знаю всего месяц. – Готовься имя своё говорить, – шепчу практически беззвучно Айсу, растягивая губы в улыбке, как только регистраторша в синем костюме начала говорить: «Мы собрались здесь…». Стою посреди зала, смотрю на тётку, вещающую что-то там про любовь, которая, судя по её словам, является гарантом нашего с Айсом счастья, а сама чуть ли не пританцовываю от нетерпения. Пофиг на всю эту свадебную атрибутику. Мне безумно хочется наконец-то узнать его имя. Ведь даже его родители и дед, которые приехали из Грузии, где они проживают, не раскололись. У нас с ними сразу наладился контакт. Простые люди, без единого грамма высокомерия или ещё какой фигни. А мама Айса, кажется, готова была пылинки с меня сдувать за то, что охомутала её великовозрастное дитя. По её словам, она уже отчаялась, что он вообще когда-нибудь женится и подарит ей внуков. Честно признаюсь, каждого из них уговаривала рассекретить имя своего мужчины, но никто из них не проговорился. – Только после «Объявляю вас мужем и женой», Лапуль, – также тихо шепчет мне в ответ Айс, улыбаясь краешком губ. Чуть ли не пританцовываю на месте от нетерпения, переминаясь с ноги на ногу, слушая вполуха, что там вещает регистаторша. Господи, да ускоришься ты или нет?! Мы и без твоих «долго и счастливо» намерены именно так и прожить с Айсом. Тётка читает текст, а сама уже с тревогой поглядывает в мою сторону. Ну да, согласна, мои телодвижения выглядят так, словно мне срочно нужно в туалет. Видимо, она думает, как бы у неё тут невеста на ковре от счастья не обоссалась. Самое забавное, что речь у неё реально становится быстрее. – Отныне вы муж и жена! – звучат наконец-то эти долгожданные слова. –Жених, можете поцеловать невесту! Я мысленно потираю ручки в предвкушении и поворачиваюсь к Айсу лицом, хищно улыбаясь. О да! – И кого же я буду целовать? – задаю быстро вопрос, как только мужчина, притягивая меня руками за талию к себе, начинает склонять голову. – Акакия. Ты будешь целовать Акакия. – Ты прикалываешься, да? – нахмурившись, кладу ему ладонь на губы, притормаживая. – Ничуть. Чтобы ты знала, это очень популярное имя в Грузии, – прилетает хладнокровно в ответ, после чего мужские губы всё-таки накрывают мои. Ну… что сказать… Да ничего я не могу сказать, потому как внутри ржу так, что обоссусь от смеха реально сейчас. Даже на поцелуй практически не отвечаю, пытаясь контролировать мышцы губ, которые так и норовят расползтись в улыбке. Крепись, Ксюха! Главное– вслух не заржать, чтобы гости не подумали, что невеста малость ку-ку. Айс оставляет мои губы в покое и со смешинкой в глазах смотрит на меня. – Ну… – я кремень, ни единого намёка на смех на моём лице. – Хорошее имя. Необычное. Даже не понимаю, почему ты его сменил. – Думаешь, стоит Максима снова поменять на Акакия? – губы Айса дрожат, словно он сейчас засмеётся. – Почему бы и нет, – только бы не заржать! Блин, я однозначно уговорю его поменять Максима на Акакия… наверное. Слышу удивлённый шепоток, пробегающий по толпе гостей. Видимо, недоумевают, почему жених с невестой продолжают стоять истуканами, о чём-то тихо перешёптываясь. – Ты права, имя всё-таки хорошее. Да и мой дед порадуется, ведь это он меня так назвал, – моська у Айса становится задумчивой. – Наверное, зря я его сменил. Я вот только сейчас подумал, какое прекрасное отчество будет у наших детей именно с этим именем. Ой! А вот про это я совсем не подумала. – Даже не смей! – испуганно воплю на весь зал. Этот гад только хитро улыбается и разворачивает нас лицом к регистраторше. – А теперь близкие могут поздравить новую семью! – облегчённо выдыхает она. Видимо, чтобы продолжить, ждала именно момента, когда мы перестанем шептаться. – Я серьёзно, Айс! – шепчу ему яростно, краем глаза замечая, как все гости рванули в нашу сторону. – Если сменишь, я с тобой разведусь! – Лапуль, забудь это слово, а ещё лучше вычеркни вообще его из своего лексикона, так как с этого момента у нас с тобой только «Ооочень долго и ооочень счастливо». И прежде чем нас атаковали родня и друзья с поздравляшками и лобызаниями, он быстро чмокает меня в губы, хитро прищуривая взгляд. Нет… я не поняла! Он будет менять имя или нет?! ***** Айсберг И снова корпоратив. И опять я стою у шведского стола. Вот только мне, в отличие от прошлого новогоднего корпоратива, вовсе не скучно. Ха! Да мне вот уже как целый год не даёт испытывать это чувство одна хрупкая миниатюрная особа, которую я сейчас и ищу, внимательно сканируя взглядом зал. Жизнь с Лапулей пока реально напоминает «Ооочень счастливо». Единственное, что огорчает – это то, что она пока никак не может забеременеть. Мы же этот год совсем не предохранялись, решив, что не стоит затягивать с появлением детей. Всё-таки возраст уже…. Особенно у меня, через год вообще сороковник стукнет. И то, что наши попытки зачать малыша ни к чему так и не привели спустя год… мда, вот это расстраивает нас. Мы с Ксюхой уже даже решили, что после новогодних праздников обратимся в какую-нибудь клинику, чтобы провериться. Я ей, конечно, об этом не говорю, но мне жуть как страшно, что обнаружат что-то серьёзное. И получится так, что мы не сможем иметь детей. И страшно только из-за Лапули. Ведь если я, по сути говоря, уже настроился и на такой вариант развития событий, то она… Она безумно хочет ребёнка. Я даже не могу представить, что с ней будет, если вдруг нам скажут, что родителями нам не быть. Откидывая эти невесёлые мысли, продолжаю дальше искать жену. Обнаружив свою пропажу, выдыхаю, но не до конца. Внимательно и с подозрением наблюдаю за своей Лапулей, которая о чём-то шепчется с моей секретаршей в углу огромного зала, а у самого очко-то поджимается. Эти две мадамы вообще как-то быстро сдружились. И то, что они решили совместно придумать развлекательную программу для сотрудников, меня ещё месяц назад, когда Ксюха об этом сообщила, пиздец как напрягло. То, что пока всё проходит вроде как тихо-мирно, вАще не показатель, что вечеринка продолжится в таком же спокойном режиме. Судя по их заговорщическому виду, они готовят что-то грандиозное. – Смотрю, тебе больше нескучно, – слышу откуда-то сбоку вкрадчивым голосом, который очень даже знаком мне. В неверии поворачиваю голову и вижу перед собой… цыганку. Ну, ту, что была здесь в прошлом году. Правда, одета уже не в свои национальные наряды, а довольно-таки прилично так. И волосы уложены в какую-то стильную замысловатую причёску. Глядя на эту пожилую женщину, сроду не скажешь, что она и цыганка с прошлого корпоратива – одно лицо. Только взгляд такой же хитрый. Да ну нафиг! Не могли же Ксюха с Марьей Валентиновной опять эту даму пригласить?! – А я тут как раз мимо ехала. Дай, думаю, загляну, – продолжает говорить цыганка, своими словами давая понять мне, как она тут оказалась. – Поздравлю тебя, красавец, с наступающим, – улыбается она, пока я, буквально онемев, лупаю как дебил на неё своими широко открытыми глазами. – Эм… вас тоже с наступающим, – бубню в ответ, пряча руки за спину. Ну его нахрен! Больше я не хочу никаких гаданий. А вдруг старушка сейчас скажет, что Ксюха совершенно не та, про которую она мне нагадала?! Для меня именно моя Лапуля – то чудо, которое я получил от вселенной на прошлый Новый год. Так что на этом всё! Точка! Видимо, на моём лице проступают всё-таки признаки паники, потому как цыганка хитро улыбается. – Не переживай так, дорогой. «Подарочек» ты правильный получил. И мне очень приятно, что послушался меня, – успокаивает меня цыганка, хлопая по плечу ладошкой. – А мой тебе подарок на этот Новый год – опять небольшой совет. У меня всё внутри замирает, когда старуха поворачивает голову и смотрит прямо на Ксюху. Та в этот момент берёт бокал шампанского, который подаёт ей и секретарше мой главбух, проходящий мимо них. – Не давал бы ты ей пить, красавец, – цыганка широко улыбается и начинает отходить от меня. Чего, блять?! Это что за намёки такие?! У Ксюхи вообще нет проблем с алкоголем. Она даже по праздникам не всегда пьёт. Да и все наши романтики, которые мы с Лапулей устраиваем достаточно часто друг другу, в восьмидесяти процентах обходятся без алкоголя. Словно поймав волну моего возмущения, цыганка резко тормозит и оборачивается. – Вашему сыну, думаю, не очень понравится вкус напитка, который она выпьет через три минуты, – невозмутимо говорит цыганка, после чего подмигивает и уходит в сторону выхода из зала. Мозг жёстко буксует, пока я в отупении смотрю за уходом старушки, исчезающей за дверью. Какого… сына? А потом как обухом по голове. То есть Ксюха сейчас… беременна?! Сыном?! Твою же мать! Охренеть! И почему-то у меня нет ни капли сомнения, что цыганка ошиблась или соврала. Хочется закричать от восторга и дикой радости, но… Приходится резвым конем нестись к своей Лапуле, которая в этот момент кидает на меня хитрющий взгляд и начинает поднимать руку с бокалом к своим губам. Похрен уже на то, что они там задумали с моей секретаршей. Пусть хоть слона сюда притащат ради развлечения. У меня теперь другая миссия. Спасти – обалдеть! Аж не верится! – нашего с Ксюхой СЫНА! Кстати! Чтобы вы знали. Вместо слона на корпоративе были самые настоящие змеи. И мне даже спрашивать не нужно было, чья это была идея – притащить этих скользких и противных пресмыкающихся, чтобы… а теперь, внимание! «Чтобы таких классных фоточек с корпоратива не было больше ни у кого»! Хотя… Думаю, в будущем сын всё-таки восхитится и порадуется, когда будет смотреть на фотографию, где у новогодней ёлки стоят его родители, обвешенные по пояс этими ползучими тварями всех цветов и размеров.