Глава 4

– Ну что, идём? – интересуется Валентина, смотря на меня с некоторой долей неуверенности. Я малость тоже трезвею, от чего и начинает одолевать какое-то смутное предчувствие глобального пиздеца. Надо бы загасить его в зародыше. А ещё лучше – утопить. – Айн момент, – говорю подруге, возвращаясь к машине. Быстро достаю из своей сумки шейкер, в который мне девчонки из отдела «накапали» шампусика в дорожку, так сказать. – Ты издеваешься?! – чуть ли не вопит Валюха, смотря, как я по-быстрому выпиваю эликсир храбрости и бесстрашия. Игристое бахает в голову быстро. Добрая Ксюша обзаводится соседями. На скамейке запасных появляются Ксюша-Геракл, готовая к разным подвигам, и Ксюша-Халк, готовая расхерачить к чертям собачим любое препятствие, возникающее на нашем пути. – Не ворчи как старая грымза, – бурчу, захлопывая дверь машины и снова присоединяясь к подруге, от возмущения отбивающей ногами чечётку. – Усё! Я готова. – Вижу я, как ты готова, – ворчит она, пока мы медленно начинаем двигаться в сторону дома, в котором все окна светятся. – Какой план, пьянь ты брюнетистая? Просто постучимся и вызовем парня на разговор? – Не-е-е… – тяну с сомнением. – Эта компашка наверняка уже празднует. Мы появимся, а вдруг они начнут приглашать нас к столу. Ну, я бы так точно сделала, заявись ко мне нежданные гости. А если парня Снежки там нет? Прикинь, как мы будем выглядеть. Лучше давай сначала осмотримся. – Ты в курсе, что алкоголь напрочь убивает в тебе здравомыслящего человека? – Валюха укоризненно смотрит на меня. – Проще было бы постучать, вызвать его и на этом всё. Я лишь фыркаю, всматриваясь в окна дома, когда мы подходим к нему. Странно, но на первом этаже вообще никого из людей не наблюдается. Задираю голову вверх, чтобы посмотреть на второй этаж. В левых крайних двух огромных окнах вижу движущиеся силуэты. Кажется, оттуда даже музыка слышна и громкие взрывы смеха. Видимо, хозяин дома и его гости находятся именно там. Взгляд фиксирует что-то типа небольшой беседки, возведённой прямо напротив того места, где расположены эти самые окна, в которых, как я думаю, празднуют. А ещё я вижу лестницу, которая прислонена с одной стороны беседки. План моментально рождается в моей голове. Ага, Ксюша-Геракл встаёт со скамейки запасных. Совершать подвиги – да как нефиг делать! – Значит так, – торопливо начинаю объяснять подруге, что пришло мне в голову. – Надо сначала точно выяснить, тут ли он. Я залезу на беседку и посмотрю в окно, – глаза Валюхи округляются. – Ты позвонишь ему, раз у нас номер есть, и скажешь, чтобы он вышел на улицу, так как для него есть послание от Снежки. А я буду смотреть в окно и точно увижу, кто ответит на сотовый. Вернее, если кто-то возьмёт телефон, то это точно наш клиент, – её глаза раскрываются всё шире и шире. – А если никто даже пальцем не пошевелит, но тебе этот Димочка ответит, что он где-то в другом месте. И тогда мы просто свалим отсюда, никого не потревожив. Гениально, а! – Дебиально, я бы сказала, – Валюха делает жест рука-лицо. Но я уже даже не слушаю. Иду в сторону беседки и тут же начинаю взбираться по лестнице. Благо я в брючном костюме. Не представляю, как бы я это делала в платье, которое хотела утром надеть, но передумала. Как знала, что придётся заниматься физзарядкой. Пыхтя как паровоз, взбираюсь на крышу невысокой беседки. На ней какая-то странная плёнка, придавленная с четырёх сторон по углам почему-то… поленьями. По-собачьи начинаю передвигаться поближе к той стороне, которая ближе всего к окнам. Добравшись до края беседки, поднимаю голову и всматриваюсь в оконный проём. – Ты как там, жива? – слышу шёпот Валюхи. – Конечно. Только брюки от снега стали мокрыми. Бр-р-р… Коленкам холодно, мать вашу! Я была права. Праздновали именно тут. Огромная комната с наряженной ёлкой, а посередине накрытый стол. Куча мужиков (на счёте девять я сбилась) и ни одной представительницы слабого пола. Кто-то сидит за столом и ест, кто-то передвигается по комнате, а кто-то то выходит из комнаты, то снова появляется. И все выглядят абсолютно счастливыми, веселыми и не совсем трезвыми. Хотя нет, один экземпляр, стоящий у камина с бокалом, в котором плещется что-то тёмное, хмур и серьёзен. Экземплярчик, конечно, выделяется из всей массы мужских особей в этом помещении. Огромный симпатичный мужик с бородой лет так за тридцать. Тёмно-синий тонкий свитер подчёркивает мощные плечи и такую же мощную грудь. – Ну чего там? – и дальше любоваться красавчиком мне не даёт вопрос подруги. – Давай, Валюха, звони, – командую я, стараясь отследить всех мужиков, чтобы поймать того, кто из них ответит на вызов. Подруга, что-то тихо бурча себе под нос, видимо, начинает набирать номер. Меня накрывает волной разочарования, когда я вижу, что достаёт из кармана чёрных джинсов тот красавчик у камина. Смотрит на экран сотового и, ещё больше нахмурившись, подносит его к уху. – Я его вычислила, – оповещаю подругу. – Вызывай парня на улицу. Эх, повезло всё-таки Снежке. Такого мужика заграбастала. Я передвигаюсь в сторону края, где стоит подруга и свешиваю голову вниз, смотря на неё. – Дима, здравствуйте, – кинув на меня яростный взгляд, Валюха быстро начинает тараторить. – Вас беспокоит подруга Снежаны, Валентина. Наверняка она вам про меня рассказывала. Понимаю, что моя просьба прозвучит странно, но не могли бы вы выйти на улицу. Я тут вас жду. Хотелось бы сказать вам кое-что, это касается Снежаны… Чёрт-чёрт-чёрт! – разочарованно чертыхается Валентина, убирая от уха телефон. – Ты чего? – удивленно интересуюсь у неё. – Телефон сел. Он не успел ничего мне в ответ сказать. Я быстро поворачиваю голову и смотрю в окно. Тот мужчина, который ответил на звонок, что-то сказав другим мужикам, отходит от камина и выходит из комнаты. – Всё нормально, – успокаиваю Валюху, чтобы она не расстраивалась. – Наш «прЫнц» выходит из комнаты. Значит, всё услышал. Сейчас прибежит сюда. – Давай уже сползай оттуда, – говорит подруга, задирая голову. – Ты у нас главная по этому новогоднему чуду, так что сама будешь с ним говорить. Я начинаю пятиться задом назад, но за что-то одной брючиной цепляюсь. Судя по всему, на что-то острое напоролась. Замираю на месте, так как не хочется рвать брюки. Матерясь себе под нос, на ощупь пытаюсь рукой отсоединить себя от внезапного препятствия. Время идёт, а у меня ни фига не получается. И тут мы слышим, как открывается входная дверь. Я с какого-то перепуга принимаю лежачее положение, распластавшись звездой, и пытаюсь словно спрятаться. – Валюха, я тут застряла намертво, – шепчу Валюхе, повернувшейся лицом к выходящему из дома мужика. – Короче, речь на тебе. А как поговорите, отправляй его отсюда, чтобы я могла слезть. – Ты издеваешься?! – шипит грозно подруга. Мы обе видим, что на крыльцо выходит мужчина в пуховике. Узрев, что на улице идет снегопад, он накидывает капюшон на голову и начинает спускаться по ступенькам. – Ты прикинь, что он может подумать, если увидит меня на крыше. Ясно же, что я тут подглядывала за ними. Да он никогда не станет мириться со Снежкой, посчитав её подруг немного «ку-ку». Испугается парень, что и она такая же. Короче, говори сама с ним и даже не вздумай смотреть наверх, поняла?! Я затыкаюсь, как только мужская фигура поворачивается в нашу сторону и топает к беседке.