Глава 6

Скукота… Хмуро взираю на друганов, которые веселятся так, словно они на первой своей гулянке, на которой нет родаков, но есть море спиртного. – Айс, ты чего такой кислый? – кричит Серёга, сидящий за столом и разливающий по пустым рюмкам водку. – Давай к нам. – Я с вами, мужики, – поднимаю бокал с коньяком, из которого сделал буквально пару глотков. – Жду важного звонка, а вы там так ржёте, что я ни хрена не услышу. – Нет, всё-таки классно мы решили отмечать Новый год чисто пацанами, без баб, – радостно гогочет Ванька, намахнув полную рюмаху. – Димон – красава! Надо бы ему за эту идею подогнать какой-нибудь презент. – Ты только ему это не ляпни, – усмехаюсь я. – У него так-то горе вселенского масштаба. Наш общий друг Дмитрий, можно сказать, настоящий виновник того, как мы пришли к решению собраться мужиками. Первоначально хотели праздновать Новый год по старой традиции: со своими жёнами, девушками, ну или с проститутками, у кого не было баб. Но буквально на днях Димон разосрался со своей кралей. Друган впал в дикую депрессию, и мы, чтобы его поддержать, единогласно решили: никаких баб. Будем отрываться по-мужски, не боясь постоянных одёргиваний со стороны своих женщин, которые в большинстве своём только портят нам этот чудесный праздник. «Много не пей!», «Эту рюмку ты пропускаешь!», «Веди себя прилично!» … Ну, вы поняли. Никакого расслабона с этими бабами. Поэтому в поддержку Димона все мужики в этом году раскидали своих жён кто куда: к родителям, на Мальдивы или в крутой клубешник. Любовницы пролетели вообще практически без объяснений. Ну а эскортниц мы даже вызывать не стали. Друзья реально кайфовали, а вот мне было скучно. Я был холостой. С любовницей расстался неделю назад, потому что она стала качать какие-то непонятные права, ведя себя так, будто мы уже лет десять женаты. Набухиваться, что делали сейчас друзья, мне никогда не было интересно, так как к алкоголю я относился равнодушно. Вот по всем этим причинам и не понимал их такой щенячьей радости. Ну и ладно. Главное, мужикам весело, а я уж как-нибудь переживу эту ночь. – Кстати, а где Димон? – орёт Серега, пытаясь перекричать музыку, которую погромче врубил вставший из-за стола Ванька и начавший танцевать. Вот, кстати, да. Где это носит нашего общего друга? Собираясь уже вытаскивать сотовый из кармана, я случайно бросаю взгляд в окно и… Охреневаю! Стою как дебил, чуть ли не открыв рот от шока, наблюдая за женской фигурой, ползающей по крыше беседки. И судя по тому, как двигаются её губы, пока она смотрит куда-то вниз на землю, там присутствует ещё кто-то. Это что вообще за херня такая?! Точно знаю, что мужики не вызывали никаких «снегурочек». Да даже если бы и вызвали, то за каким хреном она полезла на беседку?! Как только вижу, что девушка начинает поворачивать голову в сторону окна, нахмурившись, резко отвожу взгляд, чтобы не спалиться. Надо бы выяснить, не спугнув, что она там забыла. В кармане вибрирует телефон, и я достаю его. Звонит наша пропажа. – Айс, слушай, извини, но я не приеду. Извинись перед парнями за меня, но… – слышу заискивающий голос Димона, как только подношу сотик к уху. – Я просто со Снежей помирился, и сам понимаешь… – он смущённо замолкает. Понятно. И я, конечно, вставил бы ему матерных люлей за то, что слинял с этой мужской вечеринки, устроенной, можно сказать, в честь него. Но происходящее за окном и особенно девчуля эта перетянули на себя всё моё внимание. Даже скука куда-то подевалась. – Ладно, Димон, не парься, – отвечаю другу. – Всё норм. Мы и без тебя тут оторвёмся, – отключаюсь. Ага, друганы уже отрываются, а я, похоже, начну это делать уже через минуту, как только выйду на улицу. – Я за мандаринами, – сообщаю друзьям и выхожу из комнаты, не обращая внимания на то, как они орут мне вслед, что фруктов на столе дохрена. Быстро спускаюсь на первый этаж, накидываю пуховик и выхожу на улицу. О, а снег-то конкретно повалил. Когда мужики приехали, с неба вообще ничего не падало. Накидываю капюшон на голову, поворачиваюсь к беседке и начинаю медленно идти в сторону ещё одной женской фигуры, но только, правда, стоящей на земле. Вторая так и продолжает находиться на крыше беседки. Судя по тому, как она распласталась по ней, девчуля изображает из себя невидимку. Нет, она что, реально не догоняет, что я её сейчас прекрасно вижу. Мои губы раздвигаются в предвкушающей улыбке. Нихрена себе, какое мне развлечение привалило. Останавливаюсь в паре шагов от девчонки, стоящей на земле. А ничего так, симпатичная. Только ужас на лице и паника в глазах всё портят. Вид такой, словно напрудит сейчас. Ну, или уже это сделала. У-у-у… Так неинтересно. Надеюсь, та, что сверху, посмелее будет. – И чего мы тут забыли? – спецом спрашиваю довольно грубо, в надежде, что эта каменная статуя хоть немного оживёт. Даже пальцами щёлкаю перед её носиком. Но реакции ноль. Паника в глазах сменяется ужасом. – Просыпаемся-просыпаемся, дамочка! – продолжаю хамить я и начинаю обходить девушку по кругу. – Проснулась? – интересуюсь, смотря, как девчуля медленно разворачивается, вставая ко мне лицом. Она бросает быстрый взгляд поверх моего капюшона, безмолвно изображая типа «звонок другу». Видимо, таким образом просит помощи от той, которая так смешно сейчас пыхтит прямо над моей головой и которую я прекрасно слышу. – Давай, дамочка, врубай речевой аппарат и отвечай уже на мой вопрос: чего мы тут без приглашения шарахаемся? Я открываю рот, чтобы обратиться уже к той, что наверху, потому как у этой, походу, речь напрочь пропала. И не успеваю ничего сказать, так как мне чем-то тяжелым херачат по башке. В ней словно что-то взрывается, перед глазами, сука, новогодний салют. Ноги подкашиваются, стон непроизвольно вырывается из моих губ, когда я с грохотом падаю на землю. Слава богу, что хоть сознание не теряю. Нет, оно, конечно, сейчас немного затуманенное, но писклявый испуганный визг и продолжение этого бредового спектакля я прекрасно слышу. Скучно тебе было, да, Айс?! А вот нехрен было ныть, мечтая о развлечении в виде этих двух девчонок. Напугать ты их решил, дебила кусок. Космос, он же такой, не дремлет никогда. Прислушивается к твоим желаниям. Так что, Айсберг… С наступающим тебя, сука, Новым годом! У меня теперь только один вопрос. И к космосу, и к себе в первую очередь. Какого хрена я продолжаю лежать на земле, изображая из себя бессознательную глыбу, и чего-то ждать? Новогоднего чуда, что ли, ожидаю?!