15. Проверка олигарха

Снежинка, Снежинка…

Теряюсь, не зная, как оправдаться.

Мычу, мучительно краснея и оглядываясь по сторонам, лишь бы не встретиться с ней взглядом.

— Просто ты… То есть, я… — вздыхаю, собираясь с мыслями. — Показалось, что ты похожа!

— На снежинку?! — изумляется Тася. — Шестирукая и холодная?

— Как в детском саду, когда девочек одевают снежинками…

Вообще непонятно, зачем я выдумываю эту ерунду, вместо того, чтобы сказать правду про ее кулончик, сверкающий между ключицами.

По степени неуместности это гораздо хуже!

Посмотрел на такую горячую девушку, что аж дымлюсь — и сразу вспомнил танцующих в детском садике пятилеток. Извращенец какой-то.

В ответ на мое признание, Тася опускает глаза и краснеет.

Надеюсь, она подумала, что я просто дундук, а не всерьез вот это про маленьких девочек.

— Все! Время работать! — хлопаю ладонью по столу, и она вздрагивает. — Перерыв через час, времени нет!

К счастью, вместо того, чтобы выпереть меня к черту из квартиры, Тася послушно берется за стилус и придвигает к себе планшет.

Прикусывает нижнюю губу и начинает что-то вычерчивать.

Светлые волосы убраны за уши, одну ногу она подогнула под себя, что-то бормочет, взмахивая ресницами и глядя то на экран, то на планшет.

А я не могу избавиться от чувства вины.

Приперся, вломился, разбудил, вытащил из душа и командую.

А она слушается и доверяет. Слишком сильно доверяет, я не заслуживаю.

Только мысли из праведных довольно быстро мигрируют в другую степь.

Потому что воспоминание о том, как она выбегала из душа, встает перед глазами ярче реальности.

Не девушка — куколка.

Где надо мягкая, где надо — тонкая.

Кожа розоватая и на вид — как бархат.

Хочется обнимать и тискать, да и не только…

Потому что я как-то мгновенно забыл, что на улице такой ледяной ветер, что он выстудил душу, пока я от такси до подъезда шел. Аж в жар бросило.

Это вообще нормально, так реагировать на голую женщину в моем возрасте? Мне ж не пятнадцать, когда от взгляда на коленки одноклассницы в голове начинает крутиться полнометражный немецкий фильм.

Она была просто голая. Не в чулках, не в кружевах, не в латексе и не в соблазнительных позах. Просто — голая, мокрая, взъерошенная и смущенная.

Ничего такого, чего бы я раньше не видел.

Только в горле сухо до сих пор.

Даже когда кошусь вбок, где Тася увлеченно рисует, в голове вопросы — а под спортивным костюмом она что носит?

Так. Стоп.

Работать.

Работать!

Открываю ноутбук.

Насколько же проще работать, когда все таблицы перед глазами!

Снежинка сказала, что версткой займется издательство, но мне проще раскидать все материалы по нужным главам, чтобы увидеть систему целиком.

Выстраиваю последовательность рецептов, меняю все заголовки так, чтобы они были в едином стиле, делаю оглавление, отбиваю колонтитулы, нумерую страницы и свожу оглавление.

Сразу видно, где чего не хватает и как много осталось до финала.

Много…

Снежинке еще рисовать и рисовать.

Негромко пищит таймер — ого, уже прошел час!

Тася моргает, словно выныривая из глубин сна. Кажется, она тоже погрузилась в работу с головой и не заметила, как пролетело время.

— Перерыв! — объявляю я.

— Уффф… — Снежинка откидывается в кресле и разминает пальцы.

— Устала?

— Нет, просто… Никогда так не рисовала. Не отвлекаясь. Всегда только по вдохновению, — признается она. — Даже и не думала, что можно по расписанию.

— Все на свете можно по расписанию, это наиболее эффективно, — поучительно говорю я.

— Слушай, а что с твоей работой? — встревоженно спрашивает она. — Ты тут со мной возишься, а мог бы развозить заказы.

— Не думай об этом, — отмахиваюсь я. — Сейчас важнее твоя книга. Я за это взялся, я это доделаю.

Еще два таких захода, и после очередного писка таймера, командую:

— Обед!

Лезу в портфель и достаю контейнеры. Оглядываюсь, замечаю микроволновку и сгружаю парочку туда, снимая крышки.

— Что это? — сует любопытный нос Снежинка.

— Еда, — терпеливо поясняю я.

— Погоди, у меня же рационы… — она оглядывается на холодильник.

— Это другая еда.

Микроволновка пищит, и я достаю контейнеры, выставляю их на стол. Кладу вилки, открываю соусы, распечатываю нарезанный хлеб.

— Что будешь? Тушеное мясо с картошкой или треску с рисом? — спрашиваю Тасю.

— Откуда это? Пахнет очень вкусно!

— Так что будешь? — делаю вид, что не слышу ее вопрос.

— Треску! — решает она, забирает контейнер и сразу тащит в рот кусочек рыбы. — Обалдеть как вкусно! Боже! Я забыла, какая настоящая еда с этой доставкой!

Мне, конечно, слегка досадно, но все же видеть, как она с аппетитом уплетает обычный рис, политый ореховым соусом, гораздо приятнее.

Обедаем мы быстро, и остается еще минут десять свободных.

Снежинка тянется к планшету, но я качаю головой:

— Обязательно надо отдохнуть, — говорю я. — Отвлекись.

— Но мы не успеем! Отдохну, когда все доделаю.

— Отдых — это не награда, — говорю я. — А часть работы. Ты же не даешь миксеру остыть, только если он хорошо взбил меренгу? Нет, ты его выключаешь, когда это требуется, чтобы он не перегрелся. Иначе он сломается. Ты не хуже миксера, тебе тоже нужны технические перерывы.

Снежинка смотрит на меня, склонив голову и в глазах ее пляшут звездочки.

Не помню, когда последний раз мной так восхищались, когда я говорю очевидные вещи.

— Ты такой умный!

Не знаю, как реагировать. Мне приятно, но хочется отказываться от ее похвалы, будто не заслужил. Ерунда же.

Утыкаюсь в телефон, открываю рабочий чат.

Тут же сыплется куча уведомлений — сегодня курьеры жалуются, что снега слишком много, снегоуборочная техника расчистила середину дороги, не подумав о тех, кто едет по краю и приходится лавировать между машинами.

Некоторое время смотрю на чат, не понимая, что не так.

Потом вспоминаю — все, я больше не курьер. У меня другие дела. И нужный мне чат руководителей филиалов спрятан в архив, хотя проблем там не меньше.

С трудом переключаюсь из мира снегопада, горячего кофе на морозе и сварливых клиентов на мир банковских проверок, налогов и задержек поставок.

Тася тоже утыкается в свой мобильник. У нее там повеселее — играет веселенькая музыка, что-то вещают фальшивыми голосами и раздается хихиканье.

— Что там? — Любопытствую я, когда она хмыкает вслух.

— Ой, ничего! — Она быстро переворачивает телефон, хотя я успеваю заметить мускулистого китайца в одних кожаных штанах. — Просто залипаю в рилсы.

— Да, я слышал, что это популярно… Но сам пока не видел.

— Не сидишь в соцсетях?

— Времени нет, — пожимаю плечами. — Да и смысл? Это как в тетрис играть. Только чтобы время убить.

— Ну-у-у-у… Иногда да. Но иногда есть, о чем подумать, — возражает Тася.

— Серьезно? Поделись, о чем там подумать?

— Смотри.

Она протягивает телефон.

Я внимательно смотрю короткий ролик, в котором какой-то парень сначала крутит руль «Лады Калины», паркуется во дворе, выходит из машину и со словами:

— Возвращаюсь со свидания, проверку она прошла, — пересаживается за руль черного «гелика».

Достает из бардачка дорогие часы и надевает на руку, выключает дешевый разбитый телефон и включает «айфон» последней модели.

На этом ролик заканчивается.

И начинается заново.

Снежинка тыкает в экран, ставит его на паузу.

— Не понял, — честно говорю я. — Что за проверка? Машины?

— Девушки! — со вздохом поясняет Снежинка. — Он приехал на свидание на дешевой тачке, чтобы узнать, не меркантильная ли она. А на самом деле у него дорогая.

— Странно как-то… — бормочу я.

— Не странно, а отвратительно! — фыркает Тася. — Вообще не понимаю, зачем так делать!

— Возможно, у него тяжелый опыт в прошлом? — пытаюсь найти оправдание для неизвестного мне парня.

Кажется, зря.

Потому что ноздри Таси раздуваются, она вся пылает от негодования.

— У меня бывший был тоже с тяжелым опытом! Ему в интернете сказали, что все женщины изменяют. Поэтому он всех друзей подсылал ко мне знакомиться. Они меня везде преследовали! В магазинах! В кафе! На работе! Один раз даже подговорил нашего сисадмина, чтобы он пристал ко мне на корпоративе. А потом гордо рассказывал, что ко мне неслучайно все эти парни клеются, это проверка.

— Реально? — хмурюсь я.

— Знаешь, я в такси боялась на вопрос ответить, а то вдруг его тоже подослали и мне потом влетит за то, что флиртовала!

— Кхм… — не знаю, что сказать.

— А потом оставлял свой телефон прямо передо мной и сам себе слал провокационные сообщения, чтобы они на экране высвечивались. «Спасибо за прекрасный вечер» и типа того. Однажды я спросила его, кто это пишет — и получила скандал за то, что не доверяю ему. Ненавижу проверки!

— Наверное, ты права, — говорю я осторожно.

— А с этим! — Она потрясает телефоном. — Еще ужаснее! В изменах никто не признается, а тут зачем проверять? Не хочешь платить за девушку — так скажи честно! А притворяться дворником, когда ты олигарх, лишь бы она на твою машину не позарилась — просто днище!

Когда ситуация успевает зайти так далеко?

Сейчас был самый подходящий момент, чтобы сказать Тасе, что я не совсем курьер…

Но в начале разговора было как-то не к месту.

И рано.

А сейчас уже поздно.

Или нет?

— Если бы я узнала, что мужчина, который мне понравился, меня проверяет, я бы просто забыла его имя в ту же секунду!

— Жестко ты.

— У меня тоже тяжелый опыт!

Точно поздно.