19. Белый Олень

Много в моей жизни было обломов. В том числе с девушками. Особенно — в юности.

Но такого жестокого я не испытывал даже когда выяснилось, что три модельки, плескавшиеся в бассейне отеля в Турции строили глазки не шестнадцатилетнему мне, а моему папе.

Сгрести бы Тасю в охапку и зацеловать до золотых звезд в глазах, чтобы не думала отвлекаться на посторонние сообщения!

Но она восклицает:

— Ой! Это от редактора!

И я смиряюсь со своей судьбой. От редактора — это важно.

— «Не думала, что ты справишься, — зачитывает Тася вслух. — Нам с тобой не советовали сотрудничать. Рада, что ошиблись. Берем в работу!»

Хмурюсь. Всерьез хмурюсь.

Ничего себе у них общение!

— Справедливо! — слишком звонким голосом говорит Снежинка и нервно крутит свой крошечный кулончик. — Обидно, но справедливо.

— Тасенька… — не могу видеть, как блестят льдинками слезы в уголках ее глаз. — У тебя все получилось. Ты молодец.

Тянусь к ней — и к моему изумлению, она сама обнимает меня и утыкается лицом в свитер.

Осторожно, все еще опасаясь, что вихрь снежинок и лепестков, чудом превращенный в нежную девушку, рассыплется от резкого движения, обнимаю ее за плечи и прижимаю к себе.

— Если бы не ты, ничего бы не получилось, — говорит она и поднимает ко мне лицо. Одна слезинка все-таки оставила дорожку на щеке, и Тася быстро ее смахивает. — Спасибо огромное, Федор.

— Не стоит… — голос хриплый, и я откашливаюсь прежде чем продолжить. — Не стоит благодарности.

Но все-таки ма-а-а-аленькой благодарности мне очень не хватает.

Совсем небольшой. Может быть…

Но пока я колеблюсь и все-таки сдавшись склоняюсь к ее губам, Снежинка продолжает болтать:

— Нет, стоит! Ты из-за меня пропустил свою работу! И не спорь! Наверняка тебе это дорого обошлось. Может быть, я могу…

— Нет! — возмущенно рявкаю я, забыв, что только что хотел ее поцеловать, настолько изумлен ее порывом. — Даже не думай!

— Ну тогда… — Снежинка делает очень умильные глазки, и я все-таки слишком хорошо знаком с девушками, чтобы не понимать, что меня сейчас ждет предложение, от которого невозможно отказаться. — Можно я угощу тебя ужином?

…и не собираюсь отказываться!

— Конечно! — поспешно соглашаюсь я. — Буду очень рад!

— Отлично! — и она отодвигается от меня и тянется за телефоном. — Тогда сейчас узнаю, есть ли на сегодня свободные столики. У тебя на вечер планов нет?

Черт!

Черт-черт-черт!

Я был уверен, что приглашен на ужин, который Снежинка приготовит собственными руками!

В моей голове уже пронеслись вихрем самые прекрасные картины этого вечера — и ужина при свечах, и продолжения… А она хочет куда-то пойти?

— Нет, я… — начинаю, но она прижимает палец к губам.

— Алло! Здравствуйте! Простите, понимаю, горячее время, но есть ли у вас на сегодняшний вечер свободные места? Неужели? Ох, настоящее новогоднее чудо! Спасибо большое! На имя Таисия забронируйте, пожалуйста, на восемь.

И Снежинка, счастливо улыбаясь, отключает телефон.

— Ура! Я так боялась, что перед Новым Годом все занято! — она даже хлопает в ладоши. — Мне давно советовали сходить в «Белого оленя», но такого роскошного повода просто не подворачивалось! А тут — надо же отметить успех!

Голову ведет, звуки становятся глухими, как сквозь вату, а мир вокруг — нереальным.

Все вокруг замедляется — улыбка Снежинки становится широкой-широкой, а ладони ее двигаются, чтобы сомкнуться, невыносимо долго.

Какова вероятность, что для отмечания успеха она выберет ресторан моего отца?

В огромной Москве, где десятки тысяч заведений, в которых не стыдно отметить законченный проект?

Черт с ним, она захотела по-настоящему хорошее место — так и их сотни две только тех, что на слуху. Какова, спрашивается, вероятность? Я, наверное, мог бы посчитать, если бы не был так ошеломлен.

— Послушай… — лихорадочно соображаю, пользуясь замедленным временем. — Это очень дорогое место, насколько я знаю. Давай куда-нибудь попроще…

— За мой счет! — хлопает ладонями об стол Снежинка. — Даже не спорь! Это моя благодарность за твою помощь, так что не беспокойся ни о чем, я плачу!

Она подумала, что я испугался размера счета?

Чер-р-р-рт…

И как назло — реально есть места. Знаю, что отец терпеть не может многолюдные банкеты, поэтому ни корпоративов, ни свадеб, ни дней рождения в «Белом Олене» не бывает. Поэтому перед любыми праздниками легко найти столик на двоих.

Как же выкрутиться-то?

И ведь если я сейчас реально откажусь — кто знает, не обидит ли это ее?

Мне слишком нужна эта девушка, поэтому надо как-нибудь аккуратно…

— Федь… — Снежинка берет меня за руку, и взбесившееся сердце подпрыгивает к горлу, а мозг выключается. — Не отказывайся, пожалуйста. Мне это очень важно!

И смотрит.

Смотрит.

Это запрещенный прием.

— Хорошо. Только… мне надо переодеться, — наспех выдумываю причину уехать сейчас, чтобы предупредить персонал. — Давай встретимся там?

— Конечно! Мне ведь тоже надо привести себя в порядок!

И Снежинка обвивает мою шею руками и звонко чмокает в губы, а потом захлопывает ноутбук и подскакивает с места.

— Все, я в душ! Дверь захлопнешь, ага?

Ага…