Глава 4

Я приходила в сознание очень медленно и мучительно. Во рту все пересохло, и язык ощущался каким-то лишним предметом. В голове все шумело, и мысли путались, да еще сбивало то, что кто-то истошно звал меня по имени. Моему новому имени. Я попробовала пошевелиться и скривилась от боли. Все мышцы затекли и на небольшое движение отозвались покалыванием сотен иголок по всему телу. Я замерла в ожидании, когда покалывание пройдет, но громкий крик над головой заставил меня вздрогнуть и вновь поморщиться от неприятного ощущения во всем теле.

- Очухалась, - кричали с верху, - мастер, мастер, она очухалась.

Я застонала, что ж так орать-то. Голова просто гудела, но с моим движением и стоном голос, кричавший мое имя, затих, уже хорошо.

- Киани, ты жива!

Нет, не затих, но голос я узнала, это хорошо и мысленно ответила духу.

- Не уверенна. Все болит. И пить очень хочется.

С верху послышалось шуршание осыпающихся камней, я испуганно дернулась, думая, что это обвал, и с трудом разлепила веки. В глаза ударил яркий свет, и я снова зажмурилась, слез, чтобы прочистить глаза, не появилось. И осторожно промаргиваясь, я приоткрыла глаза, мне показалось, что я нахожусь в овраге, так как передо мной возвышался отвесный склон из песка, глины и камней. Именно с него сверху и осыпались камни.

Я медленно, боясь делать лишних движений, села. Моя рубашка начала сползать с плеч и неприятно царапать кожу. Прижав ее к груди, я остановила ее падение, с удивлением разглядывая выжженную, пропитанную засохшей кровью ткань. На моих плечах она держалась только благодаря длинным рукавам. Осознав масштабы уничтожения моей рубашки, я попыталась руками тронуть свою спину, боясь ощутить под ними раны и ожоги.

- Все зажило, - тихо проговорил Мирх, - прости меня, я не успел тебя предупредить, чтоб ты увернулась. Я не учел, что сдвигание силовых линий так утомит меня. Я смог отключить алтарь и отвлечь Рисрока, но дальше сил хватило только кричать: «Беги!», и я даже не смог предупредить тебя об фаерболе. Ты свалилась замертво здесь, к твоему телу дракон никого не подпустил, поняв, что ты жива. Мастер рвет и мечет. Мужик кстати с твоего мира сбежал, так и не отдав своего дара, – начал на перебой выговаривать новости, которые я пропустила.

Меня зацепила фраза, что дракон никого ко мне не подпустил. Дракон, а где он собственно говоря? В голове мелькнула воспоминание, что, когда я падала, дракона я не видела. Небо полное звезд видела, желтый песок. А где дракон-то был? Медленно, я обернулась, не потому что боялась, а потому что от слабости кружилась голова. Я увидела небо. Темно-синее, с миллиардами звезд, живое, переливающееся. Запрокинув голову, я увидела глаз у этого неба. Ярко-голубой, с вертикальным зрачком, он с интересом, как мне показалось, изучал меня. А потом мои глаза увидели надбровные дуги, вытянутую морду, длинную шею, мощный торс. Огромные лапы. Я ахнула от удивления и восторга, это был дракон, а небо и звезды были его крыльями. Распластанные практически под потолком они были расправлены словно в полете, кое-где словно впаянные в свод пещеры. Сам дракон был темно-синего, насыщенного цвета индиго, то, что я приняла за звезды, были мерцающие искры магической энергии, они блуждали под его кожей и создавали ощущение ночного неба. Я застыла в немом восторге, не имея сил оторвать глаз. Более красивого и совершенного создания я никогда не видела.

- Не красиво так пялится на человека, - вдруг прозвучал в голове смеющийся голос Мирха, - хоть он и дракон.

Я смутилась, но любоваться не перестала.

- Как тебя зовут, дитя? - Голос был сильный, бархатный и вместе с тем наполненный нечеловеческим звучанием. Мне было трудно сравнить его с чем бы то ни было.

- Киани.

- Я рад Киани, что ты поправилась.

- Спасибо, что не позволили им забрать меня, – поблагодарила я дракона. – А как вас зовут?

Дракон замолчал, внимательно смотря на меня. Как мне показалось изучая.

- Ему нельзя говорить свое настоящее имя. Илиас тогда стребует с его рода такой залог, что вся собранная за это время чешуя покажется горсткой песка в пустыне.

Решение пришло достаточно быстро, и я предложила его дракону.

- Можно я буду называть вас Даром?

Дракон удивленно повернул ко мне голову.

- Почему Дар?

- Ну я попала сюда из-за дара. И из-за него же хочу остаться в этом мире. Именно дар позволил мне выжить здесь. И я хотела обратиться к вам с просьбой о защите, но я знаю, что ваше имя говорить нельзя, так почему не Дар?

Дракон кажется усмехнулся, но с минуту еще смотрел на меня изучающе. Честно говоря, я стушевалась, чего он пялится-то, я ведь простой человек, ну в коконе правда, но что он коконов не видел?

- Не видел, - ответил на мой риторический вопрос Мирх.

- Почему он так долго думает? - Но ответить дух не успел, заговорил сам дракон.

- Я не такой уж и хороший защитник, крылья и ноги впаяны в скалу. Все что я могу делать громко реветь и кусаться.

- Везет, я могу только бегать, да и то, не совсем удачно, – пошевелила я плечами, напоминая про ранение. – Я многого не прошу, просто не прогоняйте меня, и разрешите прятаться около вас.

- Если тебя это устроит, я готов стать твоим защитником.

- Благодарю вас! – я действительно обрадовалась.

- Обращайся ко мне на ты, - попросил Дар.

- Хорошо.

Сверху раздалось шипение. Подняв голову, я увидела, как на краю обрыва появился мастер. Заметив, что я увидела его, он скинул мне один конец веревки и прошипел:

- Обвяжи ее вокруг тела, и я тебя подниму. Не вылезешь, дракон сожрет тебя!

Ага, сейчас! Прям бегу вылезать. Отползая подальше от обрыва, я громко крикнула:

- Уж лучше он, чем ты, - я закашлялась, слезы брызнули из глаз отболи в пересохшем горле. Кот не унимался.

- Не глупи, девчонка, ты здесь подохнешь!

- С вами это произойдет намного быстрее, - огрызалась я, продолжая отползать все дальше от обрыва. Сил чтобы встать и спокойно отойти не было.

- Мирх сколько времени прошло? Почему такая слабость сильная?

- Ты пролежала в беспамятстве три с половиной дня после получения смертельного удара в спину фаерболом. Сломанные ребра, ожоги, твой дар выжал все соки из тебя, чтобы ты выжила. Отсюда и обезвоживание, и слабость.

Рисрок нетерпеливо бил хвостом по своим ногам и явно нервничал. Я наблюдала за ним очень внимательно, боялась, что он выкинет какую-нибудь гадость, и с интересом обнаружила, что взгляд кошака прыгает то на меня, то на кого-то позади меня. Дракон! Как я могла забыть! Неужели он его боится? Даже скованного?

- Девочка, - позвали меня, и от этого голоса у меня снова поползли мурашки, и волосы стали дыбом. Это был Илиас. Обернувшись, я увидела, что он подошел к краю обрыва и встал рядом с мастером. Выглядел он как всегда чисто и безупречно, но его глаза пугали меня все больше и больше. Я не стала отзываться, горло без воды пересохло и было трудно говорить, и собрав всю свою глупость, гордость и стойкость я посмотрела прямо в глаза главаря.

- Нам очень нужно, чтобы ты поднялась наверх, девочка. Ты создаешь беспокойство для дракона. Ему и так тяжело приходится, а ты нарушаешь его покой.

- Прежде чем ответить ему, имей в виду, что они решили живой тебя отсюда не выпускать. Рисрок жаждет твой дар, Илиаса ты раздражаешь тем, что он не может отследить тебя.

- Мирх, что мне делать?

- Можешь сказать им, что знаешь всю историю плененного дракона, так что пусть говорят серьезно или проваливают! Посмотрим, как отреагируют. Если что - прячься за дракона, в любом случае он знает своих врагов в лицо.

Ну помирать так с музыкой, решила я и просипела:

- Я думаю, что моя компания для дракона намного предпочтительней чем ваша, Илиас, - и мысленно спросила у духа, - а к нему не надо как-то обращаться вроде мастера?

- Нет, мастер обозначает маг, а Илиас простой-непростой человек. А называть его лэр или тей слишком жирно будет.

Пока Мирх отвечал мне, я наблюдала за главарем. При произнесении его имени наступила гробовая тишина. Мне аж не по себе стало. Но дух тут же начал объяснять, что знание имени делает человека уязвимым. Любой поисковик, взяв слепок вида человека в памяти и его имя, сможет найти его местонахождения за считанные минуты.

- Как интересно, - холодные, мертвые глаза Илиаса прищурились, и он присел, вглядываясь в меня, - и откуда дитя знает, как меня зовут?

- Дар подсказал.

- Этого не может быть, - воскликнул Рисрок.

Улыбнувшись как можно доброжелательней спросила:

- Почему, мастер Рисрок?

Кошак замер и растерянно посмотрел на главаря. Илиас же все вглядывался в меня, и я прямо кожей почувствовала что-то липкое, вязкое и брезгливо дернула плечами. Илиас резко поднялся, не спуская с меня глаз, и вдруг его лицо расплылось в улыбке.

- Может ты и дракона знаешь, как зовут?

Позади меня, пошло напряжение, но я тоже решила, где у меня враги, и посему ответила, как мне показалось очень остроумно:

- Их не зовут, они сами приходят.

Улыбка сползала с лица Илиаса долго. Заостряя его черты лица. Прошло минуты три, прежде чем, глубоко вздохнув, он резко отдал приказ.

- Девчонку не кормить, воды не давать. Следить, чтоб никуда не сбежала. Рис сможешь ее перехватить, она твоя целиком, но дракона не трогай. Рано.

Развернулась эта сволочь и ушла! Это как не кормить-то? А воды? Глупость и безрассудство моего положения и выбора медленно, но верно доходили до меня. Какой чудесный был план. Добраться до дракона и попросить его защиты. У дракона! Который в своем облике не ест! И что мне делать? Видя мою растерянность, кошак захохотал и ушел следом за главарем, по пути отдавая приказ следить за мной и докладывать, если начну что-то предпринимать. Интересно что? Дракон просто наблюдал за мной с интересом, но на разговор не напрашивался.

- Ми-ирх? Я пить хочу, и поесть бы не отказалась. Скажи, что для меня это не проблема.

- Успокойся, для тебя это не проблема, для начала вода есть. Попробуй встать и оглядеться. Практически все пещеры здесь сделаны с выходом в небо. И эта пещера не исключение. Да, вот, поворачивай направо и теперь иди прямо, уступ видишь? Иди к нему. – Мирх руководил моим медленным передвижением. Я и правда увидела уступ и, дойдя до него, поняла, что пещера имеет угловую форму. Вход или выход в небо действительно существовал, от него пещера шла с поворотом, и дракон находился в скрытом кармане от входа, зато за углом прямо из потолка стекала вода, струилась по наклонному полу и вытекала через проем в скале.

- Мирх, а почему Илиас сказал: «воды не давать»? Он что не знает, что здесь вода есть?

- Не знает, когда они готовили пещеру для захвата, то воды здесь не было, но с магическими метаморфозами по удержанию дракона они нарушили и течение внутри скальной реки, и она нашла себе такой выход. Вода стекает по стене поросшей мхом и не сильно бросается в глаза при внешнем осмотре. Так что они не знают, что вода здесь есть.

- Ну и хорошо.

Я с упоением подставила ладони под воду и начала пить, умываться, а в конце концов вся залезла под этот природный, холодный душ. С удивлением я поняла, что у меня на голове есть волосы. Пока сидела в камере просто не было ни сил, ни желания знать, как я выгляжу, а сейчас под струями воды, волосы на голове намокли и с них смывались серые хлопья кокона. Я понадеялась, что они смоются так и со всего тела, но не тут-то было. Как я ни терла, кожа розоветь не начала. А вот рубашка сильно намокла, и от нее по полу потекли грязные разводы от засохшей крови. Ее было много, слишком много.

- Киани, - заторопился предупредить Мирх, - дыши глубже, кажется у тебя эмоциональный откат пошел.

- Какой еще откат? – начала всхлипывать я, вся трусясь от холода.

- Я же предупреждал, что пока ты в опасности, твой дар мобилизует твои силы и стойкость, но когда опасность отступает, то приходит откат эмоций и то, что ты должна была пережить, возвращается к тебе.

- Очень мило, - прошептала я, сползая по стенке на пол и, обхватив колени руками, спрятала в них лицо и просто заплакала. Жалела ли я, что осталась здесь? Точно нет. Я боялась Илиаса и мастера из-за их намерений. Меня испугал факт моего ранения, хотя я провалялась все время исцеления в беспамятстве и даже боли-то особо не помню. Меня напрягала моя слабость и уязвимость. Я просто боялась не справиться и погибнуть здесь. Мне себя было жалко.

Прошло, наверное, минут двадцать, пока я отревелась, потом, полностью опустошенная слезами, постаралась хоть как-то привести свою рубашку в пригодный вид, но получилось это плохо. Мирх пытался меня успокоить и говорил, что как только я немного отойду от ранения, он постарается меня научить править вещи с помощью дара. Он был убежден, что у меня все получится, и рубашка снова станет как новенькая. Понемногу я успокоилась, вода в огромном количестве плескалась у меня в желудке и притупила чувство голода.

- Мирх, что дальше-то делать будем?

- Я прошу тебя помочь дракону. Здесь он перестал верить людям и остальным жителям мира. Помоги ему пережить линьку и просто скрась его одиночество. Тебе надо восстановить силы, и я научу тебя, как подать сигнал родне Дара о том, где он находится. Они придут за ним обязательно и тебя возьмут под свою защиту. Ни Илиас, ни мастер, ни подобные им до тебя тогда добраться не смогут, и ты сможешь здесь жить в мире и безопасности.

- Надеюсь, Илиас за все ответит, что творит здесь, а если нет, то мы обязательно вырвемся от сюда и накостыляем ему сами. Правда, Мирх?

- Правда!

Я засмеялась своему глупому, на мой взгляд, оптимизму, но от него стало немного легче на душе и спокойней на сердце. Дракон был на своем месте. Выходя из-за поворота, я увидела его с боку и поняла, в каком виде он находится. Как дух, да и сам дракон говорили, задние лапы были просто впаяны в камень, длинный хвост лежал на полу и только кончик нервно подрагивал. Сам дракон мог подниматься и опускаться на передних лапах, но его движение в стороны были ограниченны несколькими метрами. Крылья, были огромны и застилали практически весь свод пещеры. Хотя и сам дракон был не маленький, размером как большой грузовик или фура. Самое интересное, что поражало меня, я его совсем не боялась, он манил и притягивал меня к себе, хотелось подойти к нему прикоснуться, погладить его морду, я даже знала, в каких местах ему будет особенно приятно. Но Мирх осадил меня, сказал, что за три года заточения дракон держится из последних сил, и не надо его нервировать своим поведением. Хорошо, поглажу его потом.

Дракон заметил мое появление, сразу втянул воздух носом и, шумно выдохнув, с тоской посмотрел в ту сторону, с которой я шла. Мирх тут же объяснил, что хоть дракон и не ест, но от воды он бы не отказался. К сожалению, здесь ничего нет в чем я могла бы принести дракону попить так, что я решила, что подумаю об это потом, да и дух сказал, что у него идея есть.

Подойдя к дракону на небольшое расстояние, я села на один из находившихся здесь валунов и обратилась к дракону:

- Можно у тебя спросить?

Дракон кивнул.

- Что такое золотой род?

- Откуда ты знаешь это название?

- Услышала от одного друга. Он рассказывал о вашем мире и упомянул, что есть золотой род. Мне стало интересно, что это значит.

- В нашем мире род, семья имеют очень сильное значение. Чем больше в семье потомков и поколений, тем он сильнее и крепче во всех отношениях. И в магической защите, и в финансовой, и в родовой. Золотыми называют тех, кто сохранил свой род с момента переселения сюда. Их не так и много - среди драконов их девять, среди демонов - семь, среди торков - пять. Остальные же не могут похвастаться таким большим родом. И они делятся на старших и младших. Старшие придерживаются традиций семьи и сохранения наследия из поколения в поколение. Младшие - это те, кто только встает на этот путь. Но в их семье должно быть минимум четыре поколения. Ты, кстати сказать, в нашем мире безродная, здесь у тебя никого нет.

- Зато род есть, - обиделась я. Почему это я безродная. Вспомнились коты и собаки на улице. Как их подкармливали всем миром, а вот домой брать никто не хотел.

- И как называется твой род?

- Рохатаи.

Дракон вглядывался в мое лицо, наконец спросил:

- А кто назвал тебе этот род?

- Не говори ему, хотя нет скажи: «тот, кто разрешил тебе здесь остаться», – вклинился Мирх.

- Тот, кто разрешил мне остаться в этом мире.

Дракон опять стал всматриваться в меня, я не выдержала:

- На что ты смотришь?

- Драконы все без исключения могут видеть правду или ложь говорит их собеседник. Ты говоришь мне правду, но я не могу понять, кто мог тебе такое разрешить, и кто обладает такой властью, чтобы дать тебе род. Можешь сказать - кто это?

- Скажи: «узнает тогда, когда ты узнаешь его имя пламени», - подсказал Мирх.

- Не могу, - пробурчала я дракону, что-то мне этот разговор напоминал сломанный телефон.

- Почему?

- Ты сможешь это узнать только тогда, когда я узнаю твое имя пламени, - Дракон отшатнулся от меня, и его глаза расширились. - Злишься?

- Нет, я просто удивлен тому, что ты знаешь такие вещи, которые не должна знать девочка из другого мира.

- Мирх, а почему ты не хочешь, чтобы он знал о тебе.

- Они перестали меня слышать, - проворчал дух, - так зачем знать обо мне.

Мне показалось или в голосе духа скользнула обида?

- Скажи, иметь род в вашем мире так важно?

Дракон не успел ответить, мой желудок полностью переварив воду издал дикую трель, и мы с драконом растерянно переглянулись. На помощь пришел Мирх, он успокоил, сказав, что здесь в пещере растет мох, который достаточно питательный, чтобы я могла насытиться и восстановить силы.

- Извини, я сейчас, - отпросилась я, и дракон с удивлением наблюдал за мной, как я поднялась и молча, подойдя к стенам, начала выковыривать растительность из расщелин. Мох был интересным, и больше походил на небольшие комочки, состоящие из зеленых шариков. Набрав целую пригоршню, я сбегала к водопаду, где промыла мох от остатков земли, и вернулась к дракону.

- Ты будешь это есть? – поинтересовался дракон.

- Других вариантов пропитания пока нет, - посетовала я, - а этот мох съедобный.

- Ты хоть его название знаешь? - сомневался дракон.

- Мирх, - воззвала я мысленно к своей мировой энциклопедии.

- Это мох Эроха. Он растет в тех местах, где есть магия. Благодаря дракону споры, что занесло сюда ветром, проснулись, и за три года здесь неплохой урожай нарисовался.

Все это я и передала дракону. Тот пожелал приятного аппетита и, ухмыляясь, стал за мной наблюдать. Вот пятой точкой подвох почувствовала, но, наивно доверившись духу, я сунула целый пучок в рот и стала жевать. И как только сок мха перемешался со слюной, мой рот свело от просто ужасающей горечи, полынь и рядом не стояла. Но горечь - это было только начало, у меня свело мышцы, и челюсть просто парализовало.

- Глотай быстрей, - посоветовал Мирх, но и глотать у меня не получилось. Замычав с диким завыванием, я бросилась за угол к водопаду, чтобы хоть как-то прочистить горло и рот, вдогонку мне несся громкий смех дракона.

Добежав до воды, я с ужасом поняла, что мне даже челюсти не разжать. От горечи все сводило во рту, и в горле все сжималось и крутилось. Кое-как сквозь полу сомкнутые губы мне удалось втянуть из ладоней немного воды, и стало чуточку легче. Чтобы выплюнуть даже мысли не приходило, я разжать челюсть вообще не могла. Вода оказалась моим спасением, чем больше я пила, тем меньше горечи становилось и мышцам лица возвращалась пластичность. Я пила, а потом полоскала рот еще минут пятнадцать, когда во рту вкус горечи спустился до терпимого. В животе опять плескалась вода в огромном количестве, а вот чувство голода отбито было начисто. Как только я представляла себе вкус мха на языке, меня начинало просто мутить.

- Мирх, ты что за отраву мне подсунул? Я умру? Я такое есть просто не смогу.

- Неужели так плохо? Я сам видел, как люди ели этот мох, и по энергии в их организме понимал, что он придает им сил и полностью поддерживает их физические потребности.

- А других вариантов пропитания здесь нет? – признаться честно меня мутило, и достаточно сильно.

- Я обязательно что-нибудь придумаю, - пообещал Мирх, - потерпи пару дней.

Медленно я возвращалась обратно в пещеру к дракону. Тот скалился во все свои десятки зубов. Улыбающийся дракон - это нечто, я вам скажу. Увидев мое лицо, дракон улыбаться перестал и склонив голову на бок спросил:

- Что, сильно плохо?

Говорить сил не было, и я просто кивнула. Дошла до своего валуна и, подняв кинутый мох, села прямо на песок, облокотившись на валун. Разглядывая горькое растение, я поддалась унынию.

- Вообще-то, мох Эроха едят в сушёном виде, - заметил дракон.

Я удивленно подняла голову

- А чего раньше не сказал?

- Я думал, ты знаешь, ты так уверенно говорила название. Что решил, что и как его едят, ты знаешь.

- Мирх? А те люди как мох этот ели?

- Сильно голодные как ты, а потом сушеный.

- А сразу об этом рассказать?

- Свежий мох более питательный и быстрей восстанавливает силы.

- Понятно, - и, обращаясь к дракону, сказала: - Мог бы сразу предупредить.

- Всегда лучше личный опыт, - заметил дракон.

Я ничего не сказала, но очень выразительно посмотрела на его крылья. Дракон намек понял, фыркнул. Я подумала, он обиделся, но, покрутив головой, оглядываясь, он предложил:

- Собери побольше мха, огнем дышать я не могу, но вот высушить мох получится. Поверь, сушёный он даже вкусный.

Я решила не отказываться от предложения, тем более из еды выбора у меня не было, а тут дракон сам предложил помощь. Я набрала его достаточно быстро, промыла от земли и принесла дракону. По его просьбе разложила мох на валуне и отошла. Дракон наклонился в его груди раздалось странное урчание и, открыв пасть, он начал дышать на мох. Я увидела, как зеленые шарики постепенно желтеют и становятся ярко желтого цвета. Когда зеленых совсем не осталось, дракон остановился и предложил проверить, как мох сейчас на вкус.

Честно говоря, есть мне не хотелось, но и отказывать дракону я не решилась, а потому подошла к валуну и опустилась перед ним на колени, рассматривая высохший мох. Что меня удивило это то, что валун был теплый, точнее горячий, и я с удовольствием положила на него руки, чтоб немного согреться. Заметив это, дракон наклонился и обдал меня теплым дыханием, в течении нескольких минут я согрелась полностью, и моя рубашка высохла. Я была в восторге и рассыпалась в благодарности Дару, дракон ухмыльнулся, но про мох напомнил.

- Не бойся, при сушке из него уходит вся горечь, разотри веточку мха в ладони и добавь немного воды.

Я так и сделала, веточка превратилась в порошок, а когда я добавила немного воды, стала походить на тесто. Пробовала я его с величайшей осторожностью, но на мое удивление на вкус он действительно стал вкусным, чем-то напоминал ореховую пасту. Остатки мха я доела достаточно быстро, отметив, что с каждой минутой мне становится лучше и сытнее.

- Спасибо, Дар. Ты мой спаситель! – довольно проговорила я, прижимаясь спиной ко все еще теплому камню.

- Я тебя не спасал, - возразил дракон

- Нет спас, - засмеялась я, - от голодной смерти. После первой пробы я боялась, что уже никогда не решусь съесть его еще раз. А тут такая вкуснятина получилась.

- Навряд ли бы тебе грозила смерть от голода, - усмехнулся дракон.

- Ну не знаю, мне кажется здесь, кроме мха и дракона, больше ничего нет, что могло бы подойти на пропитание. Мох бы я есть не стала…

- Драконов не едят, - кажется дракону нравилось со мной болтать. Во всяком случае его глаза довольно щурились.

- Как говорила моя бабушка: «ты просто не умеешь их готовить».

Я и дракон засмеялись. Неожиданно свет в пещере начал меркнуть, и это меня напугало.

- Не беспокойся, - предупредил Дар, видя, как я нервно закрутила головой, - просто солнце село, и наступила ночь.

С темнотой пришла и усталость, свернувшись калачиком, я уснула рядом с теплым камнем. Ночью камень остыл и стало холодно, я пыталась завернуться поплотней в свою рубашку, но это плохо получалось. Неожиданно огромная лапа подхватила меня, и я оказалась прижатой к груди дракона.

Стало очень тепло и комфортно. В его лапах стало, как в кровати, очень уютно. Под ухом раздавалось равномерное биение сердца дракона, как шум прибоя слышалось движение его магии. И только треск электричества нарушал гармонию и мешал нырнуть в воды морфея. В полусонном состоянии я мысленно потянулась к этому шуму. Он шел из груди Дара. Словно оборванные высоковольтные провода в груди бились два обрезка. Приглядываясь к ним, я увидела, что они действительно устроены как электропровода: множество проводков внутри, закрытые сверху предохраняющим от повреждений слоем. Мысленно подтянув провода друг к другу, я обнаружила, что мелкие проводки сами тянутся друг к другу. Действуя скорей на бессознательном уровне, чем что-то осознавая, я мысленно взяла жемчужное сияние своего дара и словно изолентой соединила присоединенные друг к другу провода. Дракон дернулся и замер. Больше дисгармонии ничего не приносило, и, потершись о чешую дракона щекой, я крепко уснула.