Глава 25. Терапия

Через пару дней тройняшки пошли на очередное задание — разведка и зачистка территории по возможности. Зачистив ряд ловушек, Майкл сделал шаг и замер.

— Пс, братья, я крупно влип, меня сейчас порвёт! — прошипел он своим близнецам громким шёпотом.

Мирл развернул проекцию ловушки, и они с Митчелом сглотнули.

— Мит, открывай портал домой, но над землёй сантиметров в двадцати. Сразу переходи в него и растягивай. Я тоже шагну в него, и потом будем брата выдергивать. Нужно за пару секунд его срезать с цветка и успеть удрать. А ты не вздумай даже пукнуть! Не то что шевелиться!

— Я воздух не порчу! — прошипел он братьям.

— ДА?! — А пока мы собирались в поход, кто воздух испортил?

— У меня мелкий на руках был, и тогда артефакт разрядился, и мелкий конкретно обделался.

— Он тебя просто отвлекает, — улыбнулся Митчел младшему близнецу, который только сейчас понял, что они уже во дворе их дома.

— Ну ты шутник, братишка!

— Зато ты не нервничал, — улыбнулся Мирл. — Родная, ты нас видела?

— Только когда портал открылся.

Мира подала мужу свои инструменты.

— Тая сейчас антидот принесёт. Убирайте пока остатки ловушки. Кстати, отцы, артефакты зарядить всем детям нужно. И у меня к вашей наглой тройке вопрос — кто сожрал запасы молока?

— Не я! — сразу от троих в один голос.

— Честно, не я! — опять хором.

— Ладно, — у старших ещё спрошу. — А то Ариша уже грозит когтями шкуру попортить. Хм, — Мира блеснула голубыми глазами. — Вон почему у него такое виноватое лицо было. Ага, вычислила троицу прожорливую.

— Кто? — спросил Майкл, который пытался отвлечься, пока братья над ним колдовали.

— Ваш дядя и два старших брата за компанию. Скажу Арише, она хоть шкуру не прорвёт.

— Ты очень добрая.

— Пф, я им просто пришлю сейчас счёт за новый молокосос двойной. И ещё новых пакетиков заказала. Хорошо похомячили, пусть теперь оплатят наши с ней расходы. И плюс некоторую компенсацию нам сделаю. Нужно придумать, что я хочу. Не ревнуй!

— Я и сам могу тебе купить этот гаджет.

— Можешь, но им это будет наукой. А вы, детворе, лучше артефакты зарядите. Наташа, если что, уже пошла в школу. И вам пора на работу зайти отчитаться. Потом приведёте малышей домой.

— Моих, — догадался Майкл.

— Конечно! У тебя считай ещё две дочки добавились. Девочкам терапия пошла на пользу, и они с твоими близнецами весело тусят. О, Тая, наконец-то!

— Я пока нашла универсальный антидот на его вес, — рыкнула медведица.

Она обняла любимого мужа и заставила выпить очень горькую микстуру.

— Молодец, — проворчала мужу в губы. — Не задерживайся на работе! Мир, там кнопки просыпаются.

— Всё, убежала кормить.

Тройняшки после извлечения остатков паразита-ловушки заглянули в дом.

— Какие артефакты срочно зарядить?

— Чистых пеленок, — улыбнулась Мира, как раз кормя младшего сынишку Майкла и передавая ему артефакт. — Этот очень срочно, пока меня не намочили. А то он у тебя любитель струю пустить, пока кормят. Папочки, чего стоим? У остальных младенцев то же самое.

Майкл вовремя вернул артефакт. Мира успела его закрепить на Максиме, и тот сразу наполнил штанишки, но они сразу стали чистые, как и сам ребёнок.

— А кто-то на меня пенял! — сказал он строго братьям.

— Мы тебя отвлекали, — сказал как само собой разумеющееся Мирл. — Ты сам знаешь, в той ловушке одно движение — и ты труп.

— Я вас покусаю, — прошипела Ариша, просыпаясь на втором диване.

— Ой, милая, прости, не хотели тебя будить! — сразу покаялся Мирл.

— Мира, ты выяснила, кто сожрал?

— Да, один из них твой муж и двое самых старших.

— То-то они меня по дуге обходят.

— Не переживай, я им уже отправила номер карты и сколько прислать. Уже прислали денег на наш заказ. Но я предупредила, что одна коша будет их драть. Не стала уточнять, кто из нас, пусть маринуются.

— Я так понимаю, ты отдаёшь мне их на растерзание?

— Да, — Мира улыбнулась родственнице, — они обернутся, и ты их не сильно ранишь. А вот после моих когтей Тае придётся штопать, сильно.

— Хм, на любимом сегодня опробую.

Тая сидит, тихо смеясь в плечо мужу.

— Братьям и дяде только не говорите, — сказала она сквозь смех. — Но это будет весело. А они, может, ещё одного ребёнка быстро сделают.

Ариша зарделась и накрыла лицо руками. Мире достался поцелуй от мужа.

— Мы пошли, думаю, не надолго. Что-то принести вкусненького?

— Пирожных Таниных. Хм, может, её предупредить? А то ещё обидеться, что её мужа обижают?

— Я сама предупрежу и пожалуюсь, — сказала Ариша. — И прямо скажу, что им пора ещё детей сделать, тогда муж будет у неё на груди. А не запасы подъедать.

Троица медведей уходила смущённо-довольная.

— Осталось дожить до рождения дочек, — глотнул Митчел. — Я уже едва держусь! Наши кошки порвут за детские запасы, а так у родной жены напрямую… Мирл вообще счастливчик.

— И не говори, — довольно улыбнулся парень. — Начинаешь заигрывать, и оно уже течёт, и только успевай слизывать.

— Ну вы гады, дразнитесь!

— Кто тебе мешает ещё медвежонка жене сделать! — сказал Митчел, хохоча.

На работе отчитались о том, что удалось сделать, и с какой заразой столкнулись.

— Ну вы везучие шкуры! — воскликнул их шеф. — Повезло, что живые выбрались.

— И не говорите, опосля хорошо так накрыло, — сказал Майкл. — Благо, родственницы в себя привели, и кажется, Тая мне не только антидот дала выпить, а ещё успокоительным накачала. А то что-то я как-то слишком спокоен.

— Слепок по-быстрому делайте, а то ваша банда уже бежит. Сотрудники мои будущие полным составом.

— Папа! — с радостным криком бросился Глеб к отцу.

Майкл подхватил сынишку на руки.

— Откуда синяк? — погладил, едва касаясь, скулу сына.

— Упал. А они подрались, — показал на близнецов.

— С кем? — спросил спокойно шеф Майкла.

— С ребятами из класса старше, они толкались. Мы тоже толкнули, они решили подраться, — буркнул Аким. — Ну мы вдвоём их и побили, немножко. Нас сразу растащили. Даже к директору не повели.

А мы с Аней уже обнимали Тина. Он к нам присел и тоже обнимал.

— Ты где вторую кнопку прятал?! — хохотнул шеф, смотря на меня с Аней. — Наташ, присаживайся!

— Спасибо, — сказала кошечка, умащиваясь в отодвинутое её мужем кресло. — Думала, не застану вас троих. Это малышки к отцу рвались. Вы уже справились?

— Вынужденно раньше вернулись, — увильнул от ответа Митчел. — Одну пакость встретили, не знаем, как с ней справиться. О, Тони! Стой!

— Чего тебе?! Опанька, а где вторую девочку прятал?

— Хотел бы я знать где, раньше бы забрали.

— Эй, Тони, — позвали медведи. — Да не серчай ты у нас, по твоей части дело. Не для нежных женских ушей то, что мы нашли.

— Мне с вами? — спросил мой отец.

— О нет, Тин, это по части магических паразитов гигантских размеров. Таких, что медведя проглотят, не жуя.

Тони замер, коллеги заметили, как загорелся в его глазах интерес.

— Где вы эту прелесть нашли? О, молчи, детям и беременным лучше не знать, что вы видели. Просто мысленно мне покажи. Прелестный цветочек. Захвачу-ка Рика, он будет в восторге! Такого в его коллекции ещё не было. Мира видела?

— Скорей всего мельком, но она сильно малышами занята. А кое-кому шкуру порвут.

— Смотря кто из двух кошек, — подал голос старший брат Ялинов.

— Арина.

— О, — протянул мечтательно Анрес, — я тогда домой пораньше пойду.

В участке все захохотали.

— Булочку дай! — сказала отцу, не смотря на смех.

Отец задумался, о какой булочке я говорю. Тони выручил его.

— На полке лежит, купил тебе, как договаривались. И кто-то явно это увидел? — я смущённо кивнула.

— Это Аня, моя сестра! Она умеет как я!

— Прям всё-всё?

— Ещё не всё. Но проекцию умеет и видеть слои тоже умеет.

Нас обеих погладили по головкам.

— Вы очень похожи. По крови разные, но кровь ещё не показатель родства. Порой родство душ куда важней. Правда?

Мы кивнули мужчине.

— А у нас в субботу танцы! И нас уже пригласили, а мама сказала, что мы будем в красивых пальтецах.

— Рад за вас, малыши. Уже учились танцевать? — Тони посмотрел на нас с медвежатами, мы дружно кивнули.

— Я тоже девочку пригласил, из класса, Кэйт, — сказал тихо Глеб отцу. — Она согласилась. Сестричек сегодня тоже пригласили ребята. Но учитель сказал, что нас всех приводят в школу, и никто из нашего класса не идёт за парой. Почему так? Мишка ведь пойдёт за Асей.

— Нет, в этом году все сразу идут в школу! — вмешался Вадим. — Никто никого не встречает. И мне это не нравится.

Взрослые, слушая нас, улыбались.

— Можем собраться все у сестричек и оттуда большой компанией переправить вас в школу, — предложил Майкл сыну.

— Угу. Пап, а ты домой скоро?

— Отчёт сделает и домой, — сказал шеф. — А вы сейчас домой, тогда меньше ждать нужно будет. Анрес, дуй домой, пополнение в штате обеспечивать.

После этого весь отдел зашёлся хохотом. Отец поделил булочку на троих, и мы с ним её съели.

— А почему Тони на медведей так странно реагирует? — спросила я у отца тихо.

— Это у них взаимное, — отец задумался и посмотрел на Тони. — Тони, иди сюда! Тут про тебя спрашивают.

— Пап, одень защиту и на ноги, ту, что как штаны, — сказала, смотря на отца.

Мужчина, подошедший, улыбнулся, видя, как Тин морщится.

— Папа! — сказали мы с Аней в один голос. — Одевай!

— Послушай дочерей, плохого не посоветуют.

— Вот тут вот проходит крупная артерия, — показала на бедро отца, место близкое к паху, — и если её пробить, даже скорость и регенерация оборотня тебя не спасут. А пережать её будет сложно.

— Откуда ты знаешь?! — спросил удивлённо отец.

— Мама книгу оставила, — сказала Аня. — Мы полистали, там были картинки. Мама нам почитала немного и рассказала про анатомию. Она к переаттестации сейчас готовится и много читает.

— Так-с, Тони, вот они хотят знать, почему ты с тройняшками друг на друга волком смотрите. А я пока пойду, поддену защиту, с ней же даже в туалет не сходишь толком.

— Потерпишь, — улыбнулся маг. — Так-с, кнопки, что вам сказать?

— Правду, — сказали мы в один голос, к нам ещё и медвежата подошли.

— О, какая у меня компания. Даже не знаю, как ответить. Просто эта троица балаболы и шутники. И у нас с ними взаимная нелюбовь.

— Почему? — спросил Глеб. — Мой папа тебя обидел?

— В начале своей карьеры они вели себя слишком нагло и не извинились до сих пор.

— А ты до сих пор зуб на нас точишь? — спросил Мирл, его братья стояли рядом. — Так бы и сказал прямо: «Эй, трое олухов, извинитесь!».

— Так нельзя говорить! — насупился Вадим.

— Ну или по-другому, мы не гордые, извинимся.

— А ты тогда чего на меня крысишься? — улыбнулся Тони.

— А он просто ревнует любого, кто к его жене чуть более ласково улыбнётся, — сдал с потрохами Мирла Митчел. — Он её столько ждал.

— Так-с, я оделся. О, какая у вас здесь компания. Смотрю, детки для взрослых терапию устроили. Померились?

— Ещё нет. Детвора, выйдите, мы так уже и быть пообщаемся, выскажемся. Поди, не подерёмся, нам ещё работать вместе.

— Пап, покажи, то что ты поддел?

— Можно не на себе?

— Да.

Мы ушли в другое помещение нашей малышковой компанией с отцом. Он достал штаны из плотной ткани и показал нам.

— Продень в штанину руку, — попросила я его, он сделал, а я взмахнула когтями и ударила его по руке. — Вот видишь, и ткань даже не порвалась! А у меня очень острые когти!

— Ничего себе, — удивился отец. — Теперь я спокоен за свои ноги и торс.

Отец поднял рубашку и показал часть костюма. Он состоял из штанов и облегающей водолазки. Только на груди и шее ещё была защита от лазера и пуль.

— Ну что, краш-тест когтями прошёл? — спросил подошедший шеф.

Тин показал ему испытуемые штаны и место, по которому я полоснула.

— Хм, это хорошо. Ваши коготки, девочки, острей ножа будут. А эта компашка решила выяснить отношения наконец-то?

— Да, давно пора. А то одни морщатся, Тони на них тоже недобро смотрел.

Через пару минут мужчины вышли уже довольные друг другом.

— Померились? — спросил шеф у парней.

— Да, сер!

Наташа с медведями привела нас всех к ним домой. Сегодня мы гостили полным составом у них. Старшие добрались сами порталом, а мы — с заходом к папе на работу. Пообедали и сели за уроки. Потом играли с младшими детьми. Аня осторожно дотрагивалась до малышей. Нам даже дали покормить их из бутылочек. Никиту занимали старшие дети Миры. Несмотря на разницу в год, они хорошо ладили и вместе бегали и играли.

На танцы мы с Аней выбрали одинаковые платья голубого цвета. Старшие сестры ни в какую не хотели одинаково одеваться. Могли выбрать один фасон, но обязательно разные цвета. В этот раз Тина одела черное фатиновое платье, а Тоня темно-синее. Фасон платьев у нас четверых был одинаковый — нежный колокольчик, только у сестричек уже начала прорисовываться грудь, и образ был более законченный. За полчаса до танцев нам привели Видима с Акимом и Глеба. Ребята были одеты одинаково — в черные брючки и белые рубашки без галстуков и бабочек. Сестрички и брат свои пары встречали уже в школе. Это только медвежата вытребовали пойти к нам.

— Чуть что случится, сразу нам звонить! — напомнила мама нам всем. — Мальчики, вы тоже, если что, родителям звоните!

Все дружно сказали: «угу». Нас проводили до входа в школу и пожелали хорошо отдохнуть. Мы и правда чудесно потанцевали большую часть вечера. Аким с Вадимом, маленькие ревнивцы, никого к нам с Аней не подпускали. И каждый медвежонок танцевал со своей девочкой. Наша одноклассница Кэйт тоже была в восторге от танцев с Глебом. Мы мельком ещё посматривали на старших. Но те иногда менялись парами.

На танцы старшие ребята пытались пронести алкоголь, но были пойманы сразу же при входе, и запрещёнку у них отобрали. Так эти умники в коридоре выпили и уже в пьяненьком состоянии начали хулиганить. Без драк не обошлось! Аким и Вадим, как истинные джентльмены, нас защищали и умудрились подраться с старшими ребятами. Вызвали отца близнецов.

— Ну что случилось? — спросил мягко Майкл, обняв своих малышей. — Что за повод?

— Ты говорил, что юбки девочкам задирать неправильно, — насупившись, сказал Аким. — А они, — пальчиком на чуть старших ребят, — задирали девочкам юбки. Мы им сначала сказали, а потом оттолкнули, ну и подрались потом.

Майкл перевёл взгляд на учителя, что его вызвал. Тот только закатил глаза и едва сдержался, чтобы не отвесить старшим ребятам подзатыльники.

— Думаю, конфликт тогда исчерпан? С этим я поговорю на счёт задирания юбок!

Благо, это уже был конец дискотеки, и он нам только немного смазал общее впечатление. Мы ещё на часик зашли к нам в гости и нас подбодрили вкусным тортом. Мы родителям показали, как танцевали. Близняшки с Кевином с улыбкой смотрели на наши две пары.

— Вы были очень милыми парочками, — сказала Тина, когда ребята ушли домой.

А ребята, с которыми сцепились мальчики, стали обзывать моих друзей Ялинов, не делая различия, что подрались они с близнецами. Таню с Маей обзывания очень обижали, братья, видя это, сразу заступались за них и прогоняли хулиганов. Почти спустя неделю мы всё же подрались с ними. Были мы с Аней и наши мальчики-близнецы. Они стали обзывать Акима с Вадимом, те намеревались их проигнорировать.

Но эти ненормальные назвали их тупыми увальнями. Что-то у меня перемкнуло, и я набросилась на забияку. Потом следом сестра кинулась, но она уже пыталась мне помочь. А Аким с Вадимом сцепились с двумя другими ребятами, которые пытались сначала меня отцепить от их друга, а потом близнецов поколотить. Из школы нас забрал Тэйлин, а троих забияк — один из отцов ребят.

— Тэйлин! — подошёл к другу Линдон. — Кто эту кнопочку посмел ударить?!

— Не рычи, разберёмся, — сказал медведь.

Меня поставили на землю, Аня на руки не дала себя взять, у неё живот болел. А я была слишком напугана, у меня болел глаз и скула. И фингал у меня налился приличных размеров. У Вадима тоже начал наливаться синяк на челюсти. И только Аким отделался царапинами.

— Бегом марш! — рявкнул Тэйлин своим студентам. — О, Лари, наконец-то мне твоя консультация нужна. Тут младшая школа подралась.

— Младшая?! — спросил подошедший Лари и Линдон в один голос.

— Тэйлин, эти двое в какой класс ходят? — показали на нас с сестрой. — Первый класс?

— Восьмой, — буркнула я.

— А те, с кем вы подрались?

— В десятый, — это уже от Акима. — Деда, девочкам в больницу нужно. У Ани живот болит, её пнули ногой. А у Вадима челюсть болит сильно, даже я чувствую. А у Лили скула очень болит.

— Так-с, у меня окно, и мы с парнями тебя подменим, — сказал Линдон. — Ректору я сам скажу.

— Две минуты, — попросил Лари. — Кто драку начал?

— Я, — сказала и шаркнула ножкой. — Они обзывать ребят начали, я не сдержалась и попыталась их побить. Но получилось одному порвать одежду когтями. Потом Аня меня оттаскивала. А ребята с парочкой других сцепились.

— Я укусил за руку, — признался Вадим, — но у него на запястье было что-то очень твёрдое. Я точно зуб сломал, и говорить больно.

— В вашу пользу будет, — сказал Лари. — Но пригласи кого-то из провидцев, не Миру, чтобы не ваш родственник был.

К нам как раз подбежал запиханный Майкл.

— Пап, спасибо, я заберу их в больницу. Тим в участок поехал трындюлей раздавать. Кто на руки пойдёт?

Аня заупрямилась, но её всё равно осторожно подхватили и посадили на сгиб локтя, а меня — на вторую руку. Аким с Вадимом быстро бежали за отцом к выходу из академии. В больнице нас сразу приняли, быстро осмотрели, и больше всего волнение у врачей вызвала Аня. Она почти всё время молчала. Мама сама нас осматривала и даже по отдельности от мальчишек, хотя и сказала мимоходом.

— Возраст, конечно, ещё позволяет вас в одном кабинете осмотреть, но не будем.

— Торин, нужен твой взгляд, я проекцию сейчас разверну. Меня Анечка очень тревожит. Родная по десятибалльной шкале, на сколько болит? Только честно.

— Семь, — сказала сестра тихо.

Мама развернула проекцию и что-то показала коллеге.

— Нужна операция, но ты сама понимаешь, что мало шансов.

— Нет, ни в коем случае! Это её покалечит! Нужно целительское восстановление, для капсулы она не стабильна. Я смогу восстановить!

— Твоих сил не хватит.

— Я могу быть донором энергии, — подал голос Майкл.

— Это хорошо, медведь. Но одного тебя будет мало.

— Так я братьев позову! И накопители сейчас соберём быстро.

Дальше были какие-то цифры. А мама обнимала Аню, и я видела, что она уже начала её понемногу лечить.

— Лили, Вадим, вас мой коллега отведёт в капсулу интенсивного восстановления.

— Нет! — пискнула я. — Я никуда без тебя не пойду! — мама заметила, как на секунду блеснули мои глаза голубым.

— Хорошо, а если попросим Маиту вас отвести?!

Мы втроём кивнули. До того, как нас положили в капсулы для восстановления, Маита успела дать нагоняй младшему врачу, который должен был укладывать в капсулу. Я из-за него заупрямилась.

— Максим, ты глаза открой, только двоих в капсулу! Одна девочка и один мальчик. Брат просто за компанию пошёл с нами.

— Блин, а который из них?! — спросил молодой врач.

— А он точно врач? — спросила я.

— Я уже не уверена, — сказала женщина строго. — А мозг включить, а Максим? У кого из близнецов уже лицо опухло?

Пальцем показали на Вадима. Маита сама нас уложила в капсулу и правильно установила настройки. Потом вернулась к моей маме и наблюдала за работой целителя. Ялины уже принесли много накопителей, и пришло ещё пятеро братьев с дядей.

— Какие шансы? — спросил тихо Анрес, смотря на работу моей мамы в кабинете.

Они стояли цепочкой, так чтобы быть одним звеном и непрерывным потоком передавать энергию через друг друга и не прерывать процесс исцеления.

— Торин опытный хирург, Таис — талантливейший целитель, — Маита погладила Акима по волосам. — Всё будет с малышкой хорошо. Обычно с такими травмами кладут в капсулу интенсивного восстановления. Но девочка слишком маленькая, и вообще чудо, что она выжила. У неё же внутреннее кровотечение началось, а к детям даже врача не привели. У Вадима, к счастью, перелом челюсти без смещения, иначе операция. У Лилии тоже перелом без смещения и обширная гематома.

— А у Лилии где перелом? — тихо спросил мой медвежонок.

Маита пальчиком показала на нем, на скуле.

— Вот тут вот косточка треснула в нескольких местах.

— Нужно было его сильней ударить, — сказал сердито Аким.

Исцеление Ани закончилось чуть раньше, чем наше с Вадимом. Семеро медведей выложились для этого почти полностью и полностью израсходовали накопители.

— Не жалеете, что помогли? — спросила мама строго.

— Таис, ты вроде умная женщина, а такую глупость спросила! — сказал Анрес. — Она же ребёнок, почти член семьи. Пройдёт каких-то лет сто, и мы породнимся окончательно и ещё будем общих внуков нянчить! Да, не для каждого такая компания соберётся. Но, по-моему, это стоит практиковать более регулярно.

— К счастью, такие случаи раз в десятилетие, — сказал у них за спинами главврач больницы. — Тут, ребята, ваши коллеги пришли узнать, как дела у детей. И смогут ли те сейчас пообщаться.

— Я могу! — встрепенулся Аким.

Тим уже благодаря своему дару показал, что произошло и почему. Но для протокола нужно было выслушать ещё и нашу компашку. Троица старших ребят пыталась выставить медвежат хулиганами. Но благодаря Тиму все увидели, что драку начали мы с сестрой, а братья уже пытались нас защитить и не реагировали на слова.

— У вас неуправляемые дети! — пытался возмутиться куратор наших обидчиков.

— А с какой стати дети должны слушать про себя гадости? — спросил следователь по делам несовершеннолетних. — У девочек вполне адекватная реакция — дать в морду обидчикам. Раз слов не понимают, будут кулаками доносить их неправоту. А вы, как куратор, должны были подсуетиться пораньше и растащить детей. А теперь две малышки в тяжёлом состояниях просто потому, что они младше и более хрупкие, чем их друзья медвежата. Притом одна из девочек только чудом не умерла! А это уже убийство, могло бы быть! Сейчас вы отделаетесь выговором и предупреждением. Но впредь сразу растаскивайте хоть за шиворот!

Со следующего учебного года нам разрешили ходить на тренировки по борьбе, но там будет именно подготовка к единоборствам. Словно физкультура, но интереснее. Разные физические активности — игры, учиться падать и тому подобное.