Глава 16

Через два часа приехала мама с отцом и дедушкой и большим тортом, и новой куклой.

— Конспираторы! — сказал присоединившийся к чаепитию ректор.

Смотря, как дедушка держится с ректором, поняла, что они очень дружны.

— Почти вся коллекция, — сказала, усаживая куколок на подоконник.

Януш с Оуром уже поработали и знали, где находиться младшая сестренка Дина. Она была на двадцать лет меня старше, красивая и как парень сказал очень наивная и доверчивая.

Мама сразу обратила внимание на обработанные царапины у парня и строго посмотрела на меня.

— Заслужено, — сказал Дин.

— Понятно.

Они долго обсуждали, что делать, а меня накормив отправили спать. Я опять-таки превратилась котенком и ушла в комнату Януша на свою подушку. Утром узнала, что девочку спасли, но арестовать удалось только исполнителей. Как на меня главное, что ее не тронули.

Вот только одним похищением бандиты не ограничились. И через время я узнала, что похитили еще одного ребенка. Лирк, брат парнишки поступил умней, сразу к моим братьям пошел. Но только итог был плохой.

— Мне жаль, но он уже мертв, — сообщил Януш, воспользовавшись даром. Потом заметил, что я слышала его ответ. — Лия, ты что тут делаешь?

— Подслушиваю, естественно.

Парнишка, что пришел, хоть и побелел от новости, но от моей реплики смог прийти в себя и едва заметно улыбнуться .

— Когда? — спросил Лирк сипло.

— Они его, почти сразу убили, и не собирались возвращать семье. Это другие и мне не нравятся те вероятности, что я вижу. Нужно звонить дедушке. Лия от меня не уходи.

— А как же магистр Ялин? Он сказал быть у него в семь.

— Я отведу, — сказал Ронбер — посмотрю как тебя гоняют.

— Януш, ты скажи, где они я их сам придушу.

— Сам не справишься, — сказал тихо Януш следя, чтобы я не услышала его — Мелкая беги уже и хватит уши греть!

Когда мы с Ронбером ушли, он сказал брату и Лирку:

— Эти какие-то слишком жестокие, просто монстры какие-то. Если сестра к ним попадет, они не ограничатся ее даром. То, что они хотят с ней сделать… меня тошнит от увиденного.

А меня Ялин попросил превратиться и побегать по небольшому кругу. Который он нарисовал специально для меня. Бегу и понимаю, что ощущаю чужой колючий взгляд.

— Хвати, — сказал он после второго круга — беги ко мне малышка.

Магистр подхватил на руки и пошел прочь с полигона. Ощутила, как он напрягся и зафиксировал мою голову. У него непроизвольно вырвался тихий рык.

— Хм, медведь, стоило догадаться. По-хорошему отдашь девчонку или надавить на твои слабые места. Например, развлечься с твоей красивой женушкой и придушить троицу медвежат?

Мою голову отпустили, и я успела увидеть кривую улыбку магистра. Он подтолкнул меня под пушистую попу к себе на плечо. Через мгновение я уже впускала когти в густую медвежью шерсть. Следом понесся средний брат. Бандюганы этого явно не ожидали и попытались сбежать, прыснув врассыпную. Успела насчитать пятерых бандитов. Но скрыться им было не суждено, им наперерез бросились студенты выпускного курса боевой магии и несколько преподавателей.

Скрутили их достаточно жестко, магистр лично поймал того, кто угрожал его семье. И если бы не мой возмущенный мяв и крик ректора был бы труп.

— Ялин держи себя в руках. Помял и хватит! У тебя ребенок на спине.

Ронбер быстро подбежал и снял меня с медведя. Обернуться человеком мне не дали, сколько бы я не мявчала и даже пыталась покусать братишку. Он умело уворачивался и крепко держал.

— Потерпи, — сказал он сердито — или у тебя что-то болит.

Мотнула головой и пришлось терпеть таскание на руках, было откровенно неудобно. К нам подбежал Дерек, Януш и Лирк. Старший брат словно почувствовал мое возмущение и забрал у Ронбера, положил на руку пузом.

— А я думаю, чего она вырывается и кусается.

— Неудобно ее держал, — брат еще и почесывал за ушками, а я тихо мурчала.

— Разве она стоит, чтобы из-за одной девки убивали? — сказал бандит, когда его уводили.

— Это у вас стоит спросить! — сказал зло Януш — Это вы и подобные вам убиваете и мучаете людей.

— Думаешь, своими видосиками скрыть правду про ее дар? — зарычал бандит — Если на нее надавить она может найти любое решение на любой ответ.

— Что за бред! — выдал Януш и Оур в один голос.

— У девочки дар провидицы, а не всезнайки. Неучи! — рявкнул магистр Оур.

— До нее все равно доберутся! А нас отпустят!

Через некоторое время мы были в кабинете ректора. Ректор на меня внимательно посмотрел и перевел взгляд на Оура и моих братьев. В кабинете был еще и следователь, что взялся вести дело о моем несостоявшемся похищении и проникновении в академию.

— Оур, что скажешь о юной Ринвер?

— Дар открыт на сотую долю, и я немного боюсь того дня, когда он полностью распустится. Януш не в обиду тебе, у тебя едва треть, оттого что будет у сестры.

Я фыркнула и увидела уютное кресло, подошла к нему и в него уже запрыгнула котенком. Сразу свернулась калачиком, нос, накрыла хвостом.

— Попрошу когти в кресло не впускать, — обеспокоенно попросил ректор — мое любимое кресло.

— Она скоро уснет, — сказал Януш — и я не обижаюсь, что есть то есть.

Брат промолчал, что рад, что дар вообще открылся и он ощущает, что часть потерял. Я приподняла голову и посмотрела на него и фыркнула.

— Что? — не понял Януш.

Пришлось превратиться, а для этого слезть с такого уютного теплого кресла.

— У тебя самого не полностью раскрыт дар. А я устала.

— Отдыхай, — сказал ректор, снова указав на кресло.

Оур теперь более внимательно посмотрел на Януша и чуть подзатыльник не отвесил. Братишка ловко увернулся.

— Почему молчал? Ты сам не даешь дару раскрыться, а я понадеялся на твою взрослость. Стой не шевелись нужно проверить, — когда магистр Оур издал, рык я снова встрепенулась и подняла голову, вырываясь из сладкой дремы. — У тебя раскрыто только половина дара, и его можно раскачать! Нужно внимательней Лию изучить. А то я сканировал ее только на первом занятии.

Когда я в виде котенка просканировать меня ни у магистра, ни у ректора не получилось. Братья попытались осторожно разбудить. Добились сначала мурчания, а потом рычания, а когда разбудили, Дерека спросонья еще и покусала.

— Ай, больно. Вот вам приспичило, она устала.

Брат посмотрел на выступившую кровь на руке и сердитого котенка в кресле.

— Вам точно сегодня нужно знать размер ее дара? А то сегодня рискуем узнать всю ярость невыспавшегося котенка. Не шипи на меня! Не моя идея была.

Оур сделал шаг назад и погрозил мне пальцем.

— Давно она спит котенком?

— Последнее время, особенно в академии на ночь превращается и спит у Януша на подушке.

— Лапочка, превратись в девочку, очень надо.

Слезла с кресла и то чуть ли не кувырком. Дерек успел поймать и поставить на пол, лапы почти не держали. Села и только тогда превратилась. И уже сидя на полу, посмотрела на взрослых. Брат опять-таки быстро усадил в кресло. Оур стал рядом и стал внимательно на меня смотреть. Ощутила, как его магия исследует мой источник. Он зашипел не хуже кошки, это меня взбодрило.

— Что там такого интересного? — спросила, сонно потирая глаза.

— Дар уже не сотая часть, а одна десятая. А твои потоки вялые и тонкие. Нужно срочно разрабатывать их.

Я маленько покраснела, фантазия у меня не на тот возраст, что во мне видят.

— И кто возьмется? — с прищуром и улыбкой спросил ректор.

— Я, понятное дело. А то стоит этой малышке напрячься, у нее физиология не выдерживает и приходиться откачивать.

— Ты у нас во всем ранняя, — сказал с улыбкой старший брат и погладил по голове.

— Можете идти, ребенку пора спать.

Мигом обернулась обратно и на руках у Дерека уснула. Меня уложили на диване и укрыли пушистым пледом. Не просыпаясь, зарылась в него с головой и стала тихо мурчать. Братья переглянулись с улыбкой и занялись своими делами.

Занятия по основам магии у меня начались после занятий в школе. Это было интересно, но больно. Пропускать магию по каналам было неприятно. Ощущение, такие же, как делаешь растяжку и пытаешься сесть на шпагат. Оур еще не мог адекватно реагировать на мою расстроенную мордашку и с глазами на мокром месте. И позвал на помощь своего коллегу. От них двоих я уже реально закатила истерику. Потому что я девочка слишком старательная, но адекватно реагировать на боль никогда не умела. Мои слезы со всхлипами и швыряниями в преподавателей вещей поставили обоих умудренных преподавателей в тупик.

— Ты должна гордиться, тебе два магистра внимания уделяют в свое свободное время. У нас, между прочим, окно и мы могли бы отдыхать, а не заниматься два часа с тобой! — попытался отчитать меня магистр Шаер.

Я на него очень внимательно посмотрела, сдержав слезы, и показала одну картинку, иносказательно, но неприличного характера.

— Другого сравнения у меня нет, особенно цензурного! — зло прошипела я им — А то, что вы заставляете делать, у меня с этим ассоциируется.

Оба магистра были менталистами и сейчас стояли красными от смущения.

— От куда знаешь про такое?

— Это так важно? Ладно вспомнила другую ассоциацию, приличную. Шпагат за один день.

— Бред!

— Я об этом же! Вы хотите разработать каналы или порвать? Если пихать во что-то узкое и некрепкое, то оно точно пореветься. И я вам показала просто как в колечко пластиковое запихивать деталь от конструктора. И каждый думает в меру своей распущенности.

Каюсь, сама первым делом вспомнила про интим. Но показала намек на то, что чувствую через детали детского конструктора. Когда я это объяснила, преподавателям лица их стали виноватыми.

— Ладно. Давай попробуем научиться дозировать магию и пропускать ее по каналам так, чтобы тебе было не больно.

Это было проще, но каналы болели и тело тоже.

— Ну чего ты сейчас рыдаешь? — спросил грубо Шаер.

— Все болит, — сказала сквозь слезы.

— Думаю, на сегодня стоит закончить, — сказал обеспокоенный магистр Оур.

— Ты слишком мягок, — рявкнул на него коллега.

— Она ребенок, у которого магия слишком рано раскрывается. И к пятидесяти годам у детей каналы естественным образом укрепляются и уже понемногу пропускают магию. Мы насильно это делам, а все насилие — это больно.

— Раз раньше раскрылась магия и дар, значит, и каналы уже готовы к минимальным нагрузкам. Мы ничего серьезного не заставляем делать. Продолжаем!

В конечном итогое я даже на упрямстве до комнаты в общежитии дойти не могла. Меня банально пришлось нести на руках. И Оур заставил делать это Шаера.

— Сам заставлял ее выкладываться вот и на руках носить теперь будешь.

Шаеру повезло, что братья были на занятиях, и не видели в каком я состоянии оказалась в общежитии. Когда они пришли за мной, чтобы пойти на обед, то нахмурились. Я даже не спала, просто лежала на спине и боялась пошевелиться.

— Я за целителем, — сказал Ронбер и убежал.

Какой втык сделал ректор обоим магистрам, я могу только догадываться. Но потом неделю меня ни то не трогал. Мне даже на утренние тренировки запретили приходить. Боюсь, даже если бы и хотела, то не смогла. Тело болело просто нещадно, и я могла только лежать и стараться не шевелиться. Магистр Ялин пришел следующим утром и тихо прорычал, что он сделать с двумя менталистами, если поймает. Братья, смеясь, рассказывали про забег преподавателей.

— Ялин их реально гонял, правда, не превращаясь и тем самым, спасая их жизни. Но они много о себе узнали, заодно повеселили всю академию. Ректор потом сказал, что Ялин еще легко их наказал.

Братья заботились обо мне и помогали прийти в себя. Целители рекомендовали лежать и восстанавливаться. Обезболивающие помогало пережить этот период и хотя бы самостоятельно добраться до ванной. А кушать мне братья приносили и помогали со школьными занятиями. Мне присылали видеоуроки и мне их включали и помогали разобрать все, что непонятно. Говорить хоть с трудом, но я могла. И выполняла задания устно, а кто-то из ребят записывал на диктофон и отправлял преподавателю. К концу недели целители стали помогать мне вставать с кровати и понемногу двигаться.

— Теперь можно дать зелье для ускорения регенерации, — сказал целитель — поспишь крепко ночью и проснешься с ощущением, словно ничего не было.

Так и получилось. Утром даже поплелась за Янушем на тренировку. Магистр Ялин посмотрел на мою сонную мордашку, и отправил на пробежку, крикнув вдогонку:

— Мелкая один круг! И потом сразу ко мне!

Когда подошла, к нему он внимательно меня осмотрел и спросил:

— Как ты себя чувствуешь? Когда тебя увидел, ты тогда на покойника была похожа. Едва сдержался, чтобы не порвать двух оболтусов.

Обняла магистра, он опешил и легонько потрепал по волосам.

— Так, ладно, пошла приседать.

Когда пришла к Оуру, застала еще и Шаера. Занятие у меня снова было после школы. Сейчас видя их вдвоем у меня внутри поднялся страх, из-за ожидания боли. Не ошиблась, нагрузку снизили, и я смогла сама уйти и даже дойти до комнаты в общежитии. Но тело болело так, словно меня ногами били всю, долго и методично. Я даже в ванну пошла и разделась, синяков не было, но когда дотрагивалась до тела, было больно. В спальне Януша превратилась в котенка, зашипела от пронзившей боли. Пришлось обратно превратиться, иначе на кровать не залезу. Забралась на кровать и только потом превратилась. Свернулась клубочком, стало чуть легче. Лежать комфортно, особенно на мягкой подушечке. Но сна нет и близко, хотя я сильно устала. Услышала, как хлопнула входная дверь и старший брат через пару секунд оказался в спальне Януша.

— Не спишь? — подняла голову — Как занятие прошло, — фыркнула и зашипела коротко. — Все так плохо, — снова фыркнула.

Брат снова погладил, это было очень приятно, хоть тело и болело от прикосновений.

— Нужно идти в столовую. Сможешь?

Тяжело вздохнула и сошла с любимой подушки на одеяло. Превратилась. Заметила, как лицо брата стало суровым.

— Пошли кушать, — сказала хрипло.

Прокашлялась и слезла с кровати.

— Ты уверенна, что хочешь продолжить эти занятия?

— Говорят, они мне необходимы и это как в спорте, вначале больно после тренировок. А потом я наработаю мышцы, будет легко. Только в моем случае укреплю и прокачаю каналы. Но у меня ощущения, словно меня ногами били.

Даже спустя несколько недель тело и каналы болеть не перестали. Магистры переглядывались и советовались с целителем. После «удачного» занятия теперь всегда присутствовал целитель и следил за моим состоянием и самочувствием.

— Думаю, стоит дать ребенку перерыв минимум в неделю. Она не успевает отдохнуть и привыкнуть к нагрузкам. Магия спокойно циркулирует по потокам. И ближайшую неделю лучше не увеличивать силу потока.

— Вы в курсе, что мелкая еще и на полигоне упахивается?! — сказал серьезно Шаер, скрестив руки.

— Знаю, она подходила, спрашивала, может ли больше бегать. По моему опыту это должно помочь, не только в укреплении тела, но и повысить выносливость. Но, это произойдет не за один день и даже не за один месяц. На наработку выносливости нужны годы. То же самое и с развитием каналов нужны годы. Сейчас девочке нужно отдохнуть. Бегать Лия можешь и дальше, магистр Ялин как-то лучше тебе нагрузку подбирает.

Даже спустя неделю боль не прошла, чем подтачивала мое душевное состояние. На утренней тренировке уткнулась в магистра Ялина лбом и разревелась. Мужчина сначала застыл, потом просто прижал к себе и обнял.

— Что уже случилось, малышка?

— Тело не перестает болеть, это сводит с ума!

Меня чуть сильней прижали и бережно погладили по спине. Подбежал Ялин, услышала его беспокойство:

— Сестренка, что случилось?

— Ей больно и говорит, боль не проходит. Это из-за занятий с менталистами?

— Да, — ответили мы с братом одновременно.

— Как на меня тебе рано заниматься магией.

— Может, и рано. Но магия не спрашивает моего желания и прорывается бесконтрольно, и делает еще больней.

— Обезболивающее тебе не пробовали давать?

— Нет, — сказала задумчиво. — А оно не вызовет привыкания?

— Не знаю мелкая, нужно у целителей спрашивать. Но оно тебе точно нужно.

Когда сообщила целителям, что мне нужно, обезболивающее на меня смотрели как на больную. А тот, что приходил на мои занятия с Оуро и Шаером спросил:

— У тебя настолько сильно болит, что ты спать не можешь?

— В основном да.

— Как же ты тогда спишь? — спросил он, не веря мне.

— Когда сознание теряю от усталости. Обычно на вторые сутки. В остальное время лежу без сна.

— Девочка, ты здорова, у тебя нет ни переломов, ни травм. Потому и обезболивающее тебе не дадим.

— А что делать с тем, что у меня все тело болит уже больше месяца? Я так с ума сойду!

— У нее это из-за разработки потоков.

— Тогда тем более никакого обезболивающего! Можем разве что снотворное посоветовать, и то для твоего роста и веса у нас нет. И в обычной аптеке тебе его не продадут.

— И что мне делать?

— Терпеть. Каналы разработаешь, и боль пройдет.

Легко сказать. Спустя еще месяц я была похожа на приведение. С непроходящими темными кругами под глазами и с чрезмерной худобой. С родителями я отказывалась встречаться. И спустя два месяца мама не выдержала и приехала с отцом и дедушкой. Братьев поколотила сразу же, сняв с отца ремень.

— За, то что молчали! — сказала сердито.

Парням досталось не сильно. Они дали матери выпустить пар, а сами успевали прикрываться щитами от физического воздействия.

— Немедленно идем к ректору, хочу узнать, что он на это скажет. Еще немного и у него на территории будет труп.

Ректор, увидев меня, вызвал обоих преподавателей. Обоим сделали выговор. Преподаватели настаивали на том, что занятия нужно продолжать.

— Совсем ополоумели? — спросил строго ректор — Она скоро умрет, если продолжать. У ребенка сильнейшее истощение из-за ваших занятий. Я поднимаю вопрос о вашей компетенции!

— Что?! — шокированный вопрос от преподавателей.

— Досрочная переаттестация. Маита, как ребенку помочь?

— Я домой ее заберу. Вы бы сделали втык еще и целителям. Они не смогли ей сделать обезболивание и не сделали снотворное на ее возраст и вес. Если бы ей сняли хотя бы большую часть боли и помогли спать, не было бы такого сильного истощения.

— Сер, но тогда это не наша вина, — робко сказал Оур.

— Ваша! Вы видели, что происходит с вашей подопечной, и ничего не предприняли, чтобы помочь ей.

Забирать меня из академии не решились, потому что к родителям в дом на днях влезли, когда их дома не было. Потому мама устроила разборки с целителями в академии и преподала им практический урок. Как рассчитывать дозировку для разных мелких студентов, не только для меня. Оказывается, были еще девушки хрупкого телосложения, для которых дозировку лекарств нужно снижать. Матушка даже взяла отпуск в своей больнице и с согласия ректора академии и жгучего согласия местных целителей осталась в академии.

Меня тоже временно поселили в лазарете. Правда, всего на один день. Пока мама показала, как рассчитывать и выдавать нужную дозу лекарства для легковесных, типа меня и еще десятка девушек. А когда принесли парня, что на тренировки слетел со снаряда и сломал ногу, так что кость вышла наружу. То тут ее помощь была незаменима. Кровь, то приостановить смогли еще на улице магистры. А вот академические целители очень редко имели дело с такими травмами. И раньше таким занимался один пожилой специалист, но он уже несколько лет как на пенсии и за это время не было таких ужасных переломов.

На матушку было приятно смотреть. Как она менялась, когда была врач, а не просто мама. Четкие приказы, что кому делать. Парню тут на месте сделали операцию и правильно сложили кость. Я в это время сидела тут же в лазарете. Меня пытались сначала выставить, но я уперлась. Мама только рукой махнула и сказала:

— Если не страшно оставайся. Только не подходи, чтобы не мешать нам. Может, захочешь на врача пойти учиться, или на целителя.

— А в чем разница? — спросила, вытягивая шею, чтобы рассмотреть, что она и целители делают.

— Я, например — врач. Да я еще и маг, но не могу своей магией исцелять людей. Эти господа могут остановить кровь восстановить ткани в пределах разумного. Много чего могут, на что хватит их резерва.

— А я кем смогу быть?

— Ну, дорогая у тебя пока только одна способность вырвалась на свободу и то частично. Годков в пятьдесят, надеюсь, не раньше, откроется полностью магия, и специальный артефакт сможет определить на, что направлены твои способности.

— Сейчас никак?

— Рано, — ласково ответила мама. — Можешь иди гулять, Дерек за тобой пришел.

— Ты как мелкая? — взволнованно спросил брат, присаживаясь на корточки перед моей кроватью в лазарете.

— Хорошо, ничего не болит.

Брат подхватил на руки и вынес из лазарета. Повел гулять по академии. Услышав музыку слезла у брата с рук и потащила его в направлении звучания инструментов, там еще и кто-то напевал, явно разминаясь. Зайдя в приоткрытую дверь слегка обалдела, это был зал для концертов. На противоположной стороне стояли инструменты и трое ребят разминались, играя на своих гитарах. Только барабанная установка пустовала. Сразу рванула к ней. Брат и парни из группы проводили меня удивленными глазами. Я шустро поднырнула под барабанами, подключила установку к колонкам и сети.

— Ты хоть умеешь ей пользоваться дитя?

— Сейчас узнаем, — сказала довольно улыбаясь.

— Дерек, закрывай двери, — крикнул парень, который у них был за главного — А ты наушники одевай, а то уши могут пострадать, котенок. Они будут играть на гитаре, я петь. Посмотрим, что ты нам наиграешь.

Странно, что он мне разрешил, а не погнал метлой или той же гитарой. Но когда послышались первые аккорды и парень запел, а поняла, что знаю, что мне нужно делать с барабанной установкой и как на ней играть. Это был реально кайф! Парень, когда понял, что я им не мешаю, а только усиливаю, даже повернулся и продолжал петь. Только мимикой и жестами показал, что он удивлен и я молодец.

Парень допел песню и кивнул двум другим. Сразу начал петь другую. А я играть на барабанной установке. Через полчаса он повернулся и сказал:

— Ты словно заменила нам Генку. Будешь выступать с нами на завтрашнем концерте.

— Только один раз, я не буду играть вместо него. Он же вернется.

— Пусть сначала вернется.

А брат видел, что когда я играю, у меня глаза слегка светились голубым светом.

— Люк, ты уверен? — спросил Дерек у певца.

— Да. Твоя сестра одаренная, и она нас очень выручит. Сам слышал вчера, без Генки мы коряво звучим, а с мелкой гармонично. Приводи ее завтра за час до выступления.

Брат взял меня за руку и повел к магистрам по менталистики. Они на меня смотрели с опаской.

— Можете посмотреть ее дар?

— Что случилось? — строго спросил Шаер.

— Она играла на барабанной установке вместо Генадия, и играла, словно это был он!

— Милая у тебя ничего не болит? — спросил Оур.

— Мама дала обезболивающее и ничего не болит! А играть было интересно, такой прилив сил и тут, — показала на центр груди — было очень тепло и приятно.

— Хм, — сказал Шаер — дар чуть увеличился и приоткрылся сильней. Надеюсь, твоя мама ближайшие дни никуда не уедет.