Глава 17

Перед выступлением меня даже не трясло и страха не было. Оба магистра по менталистике пришли посмотреть на концерт и понаблюдать за моим состоянием и даром. Оур остался за кулисами, Шаер наблюдал из зала в первом ряду рядом с ректором.

— Не знал, что она умеет играть, — сказал ректор Шаеру.

— В том-то и дело, что она не умеет, это ее дар проявляет себя. И после вчерашней игры он у нее чуть сильней раскрылся. Мы немного переживаем. Лия не контролирует, свой рад и тем более его раскрытие. Вообще, не уверен, что его можно на данном этапе контролировать.

Во время игры магистры с ректором смотрели на меня очень внимательно. А я кайфовала от игры на барабанах. Меня словно окутало теплое облачко, которое согревало и наполняло теплом и радостью.

— Смотрите, — сказал Шаер ректору.

— Вижу, — ответил взволнованно ректор — надеюсь, она справится. Музыка тут идет по нарастающей, потом должна быть идти на затухание.

Ничего на затухание не пошло и окончили песню мы на драйвовой ноте. И с такого же драйва начали новую песню. Мы с парнями словно чувствовали друг друга и были на одной волне, это был такой кайф. Последняя песня была тоже не менее классная, но уже более успокаивающая. И ей мы закрывали концерт. Парни сегодня выступали в конце и были шикарной финальной точкой.

— Хорошая песня наконец. Ее энергетика успокаивается. Каналы вы укрепили, этого не отнять, — сказал ректор одобрительно. — Обезболивающее еще действует, но уже гораздо слабей, видите?

— Да, — сказала мама рядом. И тихо добавила — держись моя маленькая.

Мой кайф немного портила нарастающая боль в теле. Словно огонь бежал по венам. После финального аккорда и поклона я сразу сбежала со сцены, за кулисами меня сразу поймала мама и дала обезболивающее.

— Тихо, — все хорошо, погладила она меня по спине — сейчас подействует.

А я понимаю, что обезболивающие не действует и жжение только нарастает.

— Лия, повернись ко мне, — сказал Оур обеспокоенно и строго одновременно.

Тут уже был ректор и Шаер.

— Дар раскрылся наполовину! — выдохнул Шаер в шоке.

Я уже в голос рыдала и хотела орать.

— Какие рекомендации? — спросила мама у магов.

— Нужно просто привыкнуть.

Матушка быстро сориентировалась и нажала точку на шеи, отправляя меня в бессознательное состояние.

— Так, пойдет, надеюсь?

— Ну, в ее случаи идеально.

Шаер подхватил меня на руки сразу, как мама отправила в темноту.

— Это не надолго, просто обморок малышке организовала. Лию в лекарское крыло, я приготовлю ей обезболивающее. Как понять, что дар уже не причиняет боли?

— Только при отсутствии обезболивания. От пары дней и дальше не берусь сказать. У вашей дочери все слишком быстро.

— Да уж, у нее все слишком рано! — сказала мама эмоционально — И оборот, и дар!

Очнулась я через час, мама сразу дала мне выпить обезболивающее. И когда оно переставало действовать, мы оценивали мое состояние. Могу ли я терпеть или лучше еще принять лекарство. Через пару дней болезненные ощущения стали сходить и лекарство больше не требовалось.

— Родная, мне нужно вернуться в больницу. Местных целителей я проинструктировала, они тебе помогут, если опять дар сделает скачек роста. Ты у меня умница и я тебя очень люблю.

Молча обняла ее. Никак не могу сказать те же слова в ответ, они заостряют в горле. Она для меня действительно стала мамой, потому что свою я уже давно не помню. А благодаря ей, отцу, дедушке и братьям я снова могу ощутить себя ребенком и хоть в какой-то мере насладиться детством.

После того, как мама уехала, Дерек отвел меня к ребятам из музыкальной группы. Познакомил с их гитаристом вживую. Парень мне открыто улыбнулся и подмигнул.

— Слышал восторженные отзывы о юном даровании.

— Хорошо, что я вас застал! — сказал у меня за спиной Шаер. — Ребята, вы же дадите Лии еще поиграть с вами? Мне нужно понять, повлияет ли, это опять на раскрытие ее дара.

Я сразу напряглась и с опаской посмотрела на музыкантов. Геннадий, посмотрел на меня задумчиво. Потом перевел взгляд на новую барабанную установку.

— Так значит это ваши родители нам это счастье подогнали, — указал он новинку.

Дерек просто улыбнулся и подтолкнул меня вперед. Брта выдал наушники, для защиты чувствительных ушей.

— Домой это не имеет смысла покупать, все оглохнем. А тут она с вами поиграет некоторое время. Потом это счастье академии останется.

— У нас сегодня по планам запись некоторых песен. Но думаю, мы можем кое-что сделать вместе. Лия, садись на стул, будем импровизировать.

— Тебе лучше четко представить, что я должна делать, чтобы я могла это считать. Тогда на концерте я просто чувствовала, чтобы ты делал и повторяла.

Геннадий на минутку закрыл глаза и задумался. Когда открыл, посмотрел на меня и магистра Шаера. Я парню кивнула.

— Лия, — у тебя же есть друг, может, ему позвоним покажем, как ты играешь?

Это предложение от Шаера было очень неожиданным. Посмотрела на него и ребят вопросительно.

— Вы же не думали, что малышка Лия влюбится в кого-то из вас? — спросил нагловато улыбаясь магистр — У девочки уже есть сердечный друг. Звони ему, думаю в военной школе, уроки уже закончились и у ребят свободное время.

— Звони, — Геннадий кивнул мне и ободряюще улыбнулся.

Алекс ответил сразу же. Посмотрел на меня внимательно сосредоточенно и расслабился. В камеру заглянули друзья.

— Привет, — сказали мальчишки одновременно.

— Уже лучше выглядишь. Ты это где?

Отошла немного в сторону и показала актовый зал.

— Говорить ничего не буду, просто хотела предложить вам послушать один эксперимент с музыкой. Магистр Шаер подержите телефон?

— Конечно! Иди, иди!

Когда вернулась за барабанную установку, и взяла палочки, Люк взял микрофон и еще один приборчик. Обернувшись, сказал:

— Раз, два, три начали.

Руки словно жили своей жизнью и работали палочками. Внутри была сначала напряжена, но понемногу зажатость уходила, и поднималось удовольствие. Геннадий улыбнулся, у нас с ним получалось хорошо дополнять и усиливать друг друга. В конце первой песни поняла, что вокруг каждого инструмента с музыкантом и вокруг певца какое-то поле. После первой песни был короткий перерыв в несколько секунд и снова играли. Так прошли пять песен.

— Так, на сегодня все. Ребята это было круто! Мы сделали это с первого раза! Такой чистой записи у нас еще не было! Мелкая ты молодец!

— Это было круто! — услышала я из телефона голос явно не моих друзей.

Посмотрев, узнала их куратора.

— А это нормально, что девочка светится?

Шаер быстро сбросил звонок и подлетел ко мне.

— Ты как?

— Больно, — сказала сипло.

Меня за плечи обнял Геннадий и повернул к себе.

— Закрой глаза и дыши медленно. Один медленный, глубокий вдох на четыре счета. Раз, два, три, четыре. И такой же медленный выдох на четыре счета.

Он мне считал для вдоха и выдохи и так несколько минут. Это помогало! Открыла глаза, когда ощутила, что осталось только терпимое распирание по каналам.

— Ну как?! — спросил Гена.

— Уже не больно, но распирает.

Парень довольно улыбнулся и щелкнул меня по носу.

— Это нормально. Больно от зажатости. Что скажите магистр?

— Молодец! Раньше только обезболивающим приступ снимали.

— Ну, у меня в подростковом возрасте тоже каналы болели, бабушка научила дыхательным техникам.

— В подростковом возрасте они, может и больше помогают, но дело в том, что Лия еще не доросла до подростка. Разве что ростом вымахала. Не сердись мелкая! Но тебе все еще двадцать три.

Музыканты как-то быстро изменились в лицах. И стали странно на меня смотреть. А я чуть не расплакалась от обиды.

— Зря вы про ее возраст сказали, — сказал Дерек, он до сих пор был в зале и сидел тихо. — Она же переживает, что ребята с ней ни то, что играть на барабанах не будут, общаться прекратят.

У парней сразу стали виноватые лица.

— Тебе действительно двадцать три? — спросил хрипло Гена.

— Да!

Слезы уже потекли по щекам от обиды. Генка резко обнял и прижал к себе.

— Ну и чего ты расстроилась?

— Вы свои лица, видели?

— С кем не бывает, — Люк виновато пожал плечами. — Но играешь ты круто.

Это высказывание заставило довольно заулыбаться.

— У меня еще есть идеи по поводу игры на барабанах. Поможешь нам с записью альбома. Согласна?

Немного неуверенно кивнула.

— Хочешь другой инструмент опробовать? Гитару, например?

— Нет, пальцы будут болеть от струн. На барабанах мне нравится!

— Хорошо, завтра продолжим. У нас на сегодня время закончилось.

За неделю ребята записали альбом и были довольные тем, что получалось. Позже мне показали обложку альбома, меня на ней вписали рядом с Геннадием. Пока играла на барабанах, чувствовала, как раскрывается резерв и дар. Магистр Оур и Шаер следили за мной внимательно и хмурились. При этом их радовало, что нет боли, только небольшое распирание.

Алекс за меня тоже радовался. Мы с ним общались не каждый день, а по мере того, как у нас время совпадало. И он очень переживал, когда мне было больно и я не справлялась с даром.

Было очень неожиданно, когда на утренней тренировке, после обычной пробежки, я ощутила сильную слабость в теле. От чего ноги подкосились, и я плюхнулась на попу рядом с магистром Ялином. Мы с ним еще удивленно переглянулись. А потом был резкий выплеск силы. Это было чертовски больно!

Думала, меня сейчас порвет на множество котят. Землю сначала тряхнуло, и по ней прошлись волны. Потом закрутились воздушные воронки, полыхнуло рядом с магистром, так что он отпрыгнул. И как вишенка на торте с неба хлынул ливень, правда, только секунд десять и локально над огнем. Я после этого выброса превратилась в котенка и попыталась спрятаться в кустах. Ялин быстро поймал беглянку и стал успокаивающе наглаживать.

— Тихо все хорошо мелкая. Просто сила решила полностью открыться, — он нервно хохотнул. — Сочувствую твоим учителям. Больно?

Фыркнула раздраженно.

— Тогда не нервничай, ты ни в чем невиновата.

К нам подлетел Януш и перепугано посмотрел на меня и магистра. Молча поладил мою голову. Я даже не муркнула, только раздраженно фыркнула.

— У твоей сестры магия полностью открылась, — едва слышно сказал Ялин. — Это были фееричные десять секунд. Мне чуть кхм, не подпалила. Все стихии проявились.

Януш посмотрел, что вокруг магистра земля немного вздыблена и мокро. Перевел вопросительный взгляд на меня, я отвернулась. Даже не пытаясь слазить с рук магистра. Тепло и спокойно.

— Надеюсь, только я ощутил, что с тобой что-то случилось, — сказала брат тихо.

— Нужно ее специалистам показать, отпускаю вас двоих с разминки. Лия, иди к брату на ручки.

Сразу показать меня ректору и магистрам не вышло. Целители сказали, что я здорова и отправили восвояси. Я все время сидела в комнате, даже не пытаясь превращаться, от чего-то было страшно! Вдруг опять будет такая же боль как на разминке. Я тогда даже пискнуть не смогла, хотя хотелось орать в голос. Братья даже в столовую не уговорили меня сходить. Принесли в комнату и завтрак, и обед. Но я к еде не притронулась. Есть, как животное для меня было перебором.

Вечером у нас в комнате было столпотворение. Пришел ректор оба магистра по менталистике, главный целитель академии и магистр Ялин. Ну и трое моих братьев. Как только двери в гостиную открылись, я позорно сбежала к Янушу под кровать.

— Где наша звезда? — спросил ректор с легким сарказмом.

— Уже у меня под кроватью, — грустно вздыхая сказал Януш — Она сегодня как превратилась в котенка, так и не возвращалась в человеческий облик. И ничего не есть!

— Конечно, у ребенка такой стресс, — пробасил медведь.

— Доставайте ее из-под кровати, — попросил ректор.

Януш прошел в свою комнату и обернулся. Я высунула мордочку, брат разлегся на боку и помурчал. Выбралась к нему и потерлась о его морду. Меня лапами поймали, немного вылизали, даже не возражала. Правда увидев «чужаков» попыталась удрать обратно под спасительную кровать. Брат попытался схватить за шиворот и едва не поплатился. Я яростно оборонялась и рычала на него.

— Так хватит! — рявкнул ректор и применил магию.

Меня подняло в воздух и насильно сменили ипостась. Накатила резкая слабость и отголоски боли. Барт мигом обернулся и подхватил под руки. Помогая устоять на ногах.

— Вот и ничего страшного не произошло, — проворчал ректор. — Да магия раскрылась полностью. Музыка поспособствовала прокачке каналов и их укреплению. Что скажете, коллеги?

— Каналы выглядят хорошо. Если бы не возраст я бы поздравил с раскрывшимся полностью даром, — высказал целитель свое мнение.

— Поздравить можно и сейчас. Оур, Шаер на вас обучение азам магии в полном объеме. В академию на первый курс приять мы не сможем ближайшие десятилетия. Правила! Но ребенок должен мастерски овладеть даром, чтобы сама выжила и никого не прибила по незнанию. Блокировать дар никто не будет, за это могут не только в тюрьму посадить, но и жизни лишить. А тебе Лия ближайшие месяцы придется впахивать очень много! Если не хочешь, чтобы твое обучение ограничилось подавлением, всплесков магии. И желательно, чтобы как можно меньше живых знало, что у тебя так рано магия раскрылась полностью. И да, ее основному дару уделите время. И завтра проверим, к чему еще есть предрасположенность.

— А разве другим магам не видно, что магия моя раскрылась полностью?

— Для этого нужно знать, на что смотреть, — с улыбкой сказал целитель. — И когда ты научишься контролировать магию, то не будет бесконтрольных выплесков. А следовательно, не будет магических колебаний, и никто не догадается, что ты чем-то отличаешься от сверстников. Так что советую работать над своими козырями милая.

Я несмело улыбнулась целителю. За оставшийся вечер магистр Шаер и Оур учили распознавать меня выплески и в первом приближении их контролировать. И поужинали мы тоже у нас в комнате. Преподаватели сами заказали доставку ужина. И еще и проследили, чтобы я хорошо поела, а не просто поколупалась в еде.

Утром была обычная тренировка. А потом занятия в школе, которые у меня были онлайн. Для определения моей предрасположенности как мага меня отвели только после занятий братьев. Процедура проходила в кабинете ректора. Братья провели до дверей, а Дерек постучал. Заходила я одна. В кабинете было как на меня слишком много людей. Правда, присмотревшись, поняла, что часть из них слегка странные. Напряглась, уж очень они походили на призраков. Под определенным углом их пронизывал свет. А еще один мужчина хоть не был слегка прозрачным, выглядел не совсем живым. Присмотревшись чуть внимательней уже не могла сказать, почему решила, что он не совсем жив.

— Ей одна дорога на боевой факультет, — прошелестел не совсем живой мужчина в преподавательской мантии.

Он что еще и преподает?! Кажется, мои глаза немного увеличились, я только сейчас рассмотрела на нем преподавательскую мантию. Странный преподаватель то ли прокаркал, то ли рассмеялся.

— Однозначно, — хмыкнул с довольной улыбкой ректор — раннего даже не заметила. А призраков мигом вычислила. Дерек с трудом отличает призраков от иллюзий и порой просто в упор не видит. А он уже на седьмом курсе! И очень хорошо учиться.

— Раненного?

Мне жестом показали на иллюзию раненого парня.

— По ее мимике могу сказать, иллюзию высшего порядка она на раз распознала. Правда, милая? — спросил странный преподаватель. — Или ты видишь тяжело раненого парня?

— Парня вижу, но вижу сквозь него диван, и он лежит неправильно. И нет запаха крови хоть ее и видно. И на таком диване так ровно не полежишь, только в целительском блоке на их жестких кроватях.

— Молодец! — похвалил ректор — этот парень реален, это магическая проекция, она же иллюзия высшего порядка.

Парень на иллюзии зашевелился и посмотрел словно на меня и потом что-то сказал, но я ничего не увидела. Ректор развеял иллюзию.

— Мальчик пострадал на сегодняшней тренировке, к вечеру поправиться.

— А это призраки?

— Духи, — сказал один из призраков, мужчина с кучерявыми седыми волосами и старой преподавательской мантии.

Его соседка, дама почтенного возраста только кивнула.

— Эти трое будут с тобой заниматься.

— Трое?

— Лишкорт, — представился странный преподаватель — я лич, высшего порядка!

Чуть не упала, меня попытался поймать почти живой преподаватель, я от него сиганула уже в виде котенка. И когда он догнал меня, получил пятерней когтей и злое шипение.

— Как мило, она меня боится.

— А ты, чего хотел, восторга? Ты себя со стороны видел? Хоть помылся бы и переоделся, от тебя смертью за версту несет.

Лич, попытался взять котенка на руку и огреб по полной. Я была напугана и яростно оборонялась.

— О, кажется я вовремя, — рассмеялся магистр Ялин — что Лишкорт, разозлил котенка? Она боевая девочка. Правда, раньше она только драпала от обидчиков.

— Что я тебе сделал?! — удивленно воскликнул магистр.

А я рычала и пыталась его расцарапать и покусать посильней. Ялин запустил Дерека. Брат, видя, что мы с личем делаем, закрыл на секунду глаза.

— Лия, не стоит магистра темных искусств драть! Он тебе еще понадобится! И желательно с ним не ссориться.

— Я пока не в обиде, сам виноват, хотел на ручки взять. Магистр темных искусств кажется был доволен, как его атаковала. Это вводит в недоумение.

— Лия, иди ко мне на ручки, — позвал Ялин, лич отошел, а я потрусила к медведю.

Правда, стоило Лишкорту приблизиться, я на него зарычала.

— Будешь помогать мне тренировать малютку в атаках.

— С удовольствием, давно меня так не развлекали дети.

Правда, когда дотронулся, до моих ушей уже сам зашипел от боли и погрозил раненым пальцем.

— Милая это было больно.

— Она защищается и что могу сказать похвально, смелая девочка. Но Лия, тебе стоит учесть одну маленькую, но безумно важную деталь. Видишь лича, беги! Тебе повезло, что магистр Лишкорт просто играл с тобой и не хотел тебя обидеть. Он очень силен и физически, и магически.

Мигом превратилась и сказала виновато:

— Простите, не могла удержаться.

— Нормальная реакция молодого оборотня, — ответил Лишкорт, смотря на заживающую руку от моих клыков.

Занятие с личем мне назначили на после обеда. Чтобы я успела отдохнуть после школы. Магистр темных искусств был не один с парой призраков, что и вчера в кабинете ректора.

— И чего ты такая грустная?

А я очень старалась удержать обиду и не высказывать все, что думаю. А то уже досталось от братьев за то, что магистра покусала.

— Кто тебя обидел? — подошел близко Лишкорт, я едва удержалась, чтобы не зашипеть и не отпрыгнуть. — Это уже не нормальное поведение для столь юного оборотня. И глаза на мокром месте. Ну что сама расскажешь или отцу позвонить?

Упрямо посмотрела на него.

— Рой, не дави на девочку, ее кто-то обидел, — сказала дама призрак. — Напоминает тот милый период у детей, когда все вокруг враги, особенно если еще что-то особо умное сказали.

Тут уже не смогла сдержать слезы, но быстро их вытерла.

— Дай угадаю братья? — усмехнулся Лишкорт криво. — Втирали, как плохо себя вела?

Я смутилась его догадливости и отвела взгляд.

— Да ладно, они что отчитывали тебя за самозащиту?!

— Каждый счел своим долгом высказаться, как плохо я себя вела. И что я дура раз так не сдержано себя веду и нападаю.

— Мария, я помню, что ты этого не любишь, но будь так добра, позови троих кошаков!

— С удовольствием! — улыбнулась призрак и исчезла.

— Она их заиками сделает, — сказал второй призрак и тоже исчез.

Братья прибежали через пять минут. На меня очень сурово и строго смотрели.

— Что ты уже учудила?! — устало спросил Дерек. — Магистр она опять на вас напала?

— Дерек, ты идиот?

— Что? Простите сер, не понял вопроса.

— Молчи мелкая, я сам озвучу твои мысли. Да я умею слышать чужие мысли. Тебе еще не учили блоки ставить. На днях только займутся. Как ты думаешь, твоя сестра должна была реагировать на опасность? Спокойно смотреть, как к ней приближается то, что ее пугает и несет угрозу? Или же ей нужно было раньше тоже спокойно реагировать когда, что? — он резко развернулся и уставился на меня. А потом криво улыбнулся и сказал миом братьям — ваша сестра должна была быть овцой с которой делай, что в голову взбредет? Хотят насилуют, хотят заставляют дар применять. Это ведь неопасно, так вы считаете?

— Нет, — хриплый ответ старшего брата и офигевшие взгляды от двух других.

— Так какого дьявола она должна была спокойно смотреть на лича? Мы на подсознательном уровне у таких малышей вызываем страх. Она ребенок! Она меня и еще парочку призраков увидела впервые в жизни. И это была великолепно правильная реакция. Либо бей и беги или сразу беги. И вам сказочно повезло, что она хорошо понимает, в какой последовательности это делать! Еще раз доведете сестру до истерики выреру! Свободны! Пошли вон!

Братья вылетели из аудитории с офигевшими лицами.

— А вы живой?

— Живой. И нет, не так личем становятся. Откуда у тебя в голове такая фигня? О, а это интересно. Другой мир, любопытно. Покажи еще. Скучно.

— Угу. А как личем становятся?

— Нужно быть очень сильным магом, укреплять тело магией. И она же его немного меняет. Потом умереть становиться практически нереально. И нет мне не скучно жить. Приятно, что ты рада за меня. Много кто хотел бы видеть меня в гробу.

Фыркнула, и подумала, что те кто этого хотят наивные глупцы. Подошла осторожно и дотронулась до лича. Он позволил потрогать его руку и даже понюхать.

— Тебе не страшно? Хотя не отвечай. Чувствую, что страх еще есть, но любопытство сильней. Убедилась, что я живой. Облизывать и кусать не стоит. Хватит меня исследовать, — сказал он строго.

— А чему вы будете меня учить?

— Магии во всех смыслах. Для начала будешь учиться ее дозировать и пользоваться малым количеством. Несмотря на то, что у тебя ее много и каналы широкие. Так больше шансов не выгореть и чему-то научиться.

— А они, простите, не знаю, как вас зовут, кто и чему будут учить?

— Призраки пока будут наблюдать и скорей всего комментировать. Так что на их дружный стеб не обижайся. Давай начнем.

Магистр Лишкорт показывал все и рассказывал очень подробно и доступно. Мы так увлеклись, что даже на двух призраков не реагировали. И когда они нас дозвались, поняли, что уже восьмой час вечера.

— Замучаешь ребенка! Она мало того, что не обедала, так теперь рискует ужин пропустить.

А я только сейчас поняла, что дико устала. И когда встала со стула, то пошатнулась, едва не падая на пол. Магистр подхватил за локоть и виновато посмотрел на меня.

— Было интересно, увлеклись.

— Да, — подтвердил он — ты способный котенок. Пошли, отведу тебя. Нужно тебя хорошо накормить.

Он сводил меня сначала в столовую, заставил плотно поесть. А потом мы медленно пошли в комнату.

— Чуть шустрей? Ясно, иди как можешь, что-то я перестарался. Ничего сейчас приляжешь и еда усвоится и пойдет тебе на восстановления и энергетических сил, и физических.

Братьев в комнатах не было. И я сразу растянулась на диване. Лишкор уходя закрыл двери. А к приходу родственников я уже крепко спала. Утром обнаружила небольшой тортик.

— Прости нас, — сказал Ронберт — мы не хотели тебя обидеть!