Глава 14

Голос Ярослава разнесся по читальному залу. Я обернулась и обомлела – капитан был сегодня не в привычном синем мундире и даже не в военной форме, а в самой обычной светлой рубахе и льняных штанах! Да, в условиях субтропиков подобный наряд смотрится более чем уместно, но… Но это же Ярослав!..

Под тихое негодующее бурчание и укоризненные взгляды посетителей библиотеки капитан спешно приблизился к нашему столу.

– Здравствуйте, Вероника! Здравствуйте, Петр Аркадьевич! Скажите, вы еще долго будете заседать?.. – не в пример тише вопросил он.

Мне в этот момент захотелось его расцеловать! Ярослав явился очень вовремя и здорово разрядил обстановку!

– Здравствуйте, господин капитан! – между тем радушно поприветствовал Полевский. – Вероника Сергеевна практически свободна. Я задержу ее еще на пару минут, не дольше.

– Отлично! – просиял Ярослав и сразу же расстроил: – Тогда не буду вам мешать и подожду в парадной.

Он улыбнулся своей заразительной улыбкой, попрощался с Петром Аркадьевичем, развернулся и направился прочь из зала.

Я уж было приготовилась к новой борьбе взглядов и целому вороху неудобных вопросов, но… нет. Опасалась я зря. Петр Аркадьевич лишь кивнул Ярославу на прощанье и как ни в чем не бывало обратился ко мне:

– Ну что же… Вероника Сергеевна, правильно ли я понял, что в следующий раз вы будете свободны через два дня?

Получив утвердительный ответ, он кивнул:

– Замечательно, тогда и продолжим. К этому времени я подготовлю вопросы для закрепления прочитанного вами материала. Вы ответите сначала на них, а потом продолжите изучение энциклопедических и газетных статей. А в конце мы с вами проанализируем прочитанное, идет?

Я обескураженно кивнула. Надо же, чувствую себя, словно в университете… И мне это чувство чертовски нравится!

– И да, еще кое-что. Это меня совершенно не касается, но я прочел специальный выпуск местной газеты.

Да что ж такое! Щеки моментально запылали, окатила волна жгучего стыда. Вот какого же беса, а?! Статью написала Анфиса, а краснеть приходится мне!

– Так вот, – продолжил Полевский, – вынужден вас предостеречь. Наверное, образ графа Вельского представляется вам романтичным и глубоким, но он совсем не тот, кем кажется на первый взгляд. Более того, я уверен, что решение вернуть его из опалы было… поспешным. Да, граф умен, неподкупен и опытен, но его недостатки сильно перевешивают достоинства. Вероника, простите, что даю вам непрошеный совет, но лучше бы вам держаться от него подальше – он очень опасен!

Разумеется, я не стала перебивать пожилого господина, тем более все, что он говорил, вполне совпадало с моим мнением.

– А вот капитан Верхоусов – очень даже приличный молодой человек. Из простых, конечно… но вы же сами видите, чего он достиг в свои годы. И ведь это только начало!..

После этих слов Полевский встал со стула и направился в сторону лестницы на второй этаж. Но тут же остановился, обернулся и произнес:

– А причиной гибели его величества Ивана Пятого действительно стал удар пресс-папье… Всего доброго, Вероника Сергеевна, жду вас через два дня у себя в кабинете.

– До свидания, Петр Аркадьевич!

Я поднялась, отдала книги библиотекарю и направилась вон из зала. Двигаясь к выходу, размышляла над словами профессора. Он сказал: «Причиной гибели Ивана действительно стал удар пресс-папье». «Удар пресс-папье», не «удар о пресс-папье»…

Шагнув в высокие двери читального зала, очутилась в уже знакомом темном коридоре около старика-вахтера. Собственно, мимо этих самых обшарпанных дверей я проходила несколько часов назад, когда искала кабинет Полевского. Попрощалась с ним и направилась к ждущему здесь же Ярославу. Капитан улыбнулся своей фирменной улыбкой и подал руку, предлагая следовать за ним. Я, все еще пребывая в смятении от фактически признания Полевского, послушно приняла подставленный локоть, оперлась на него и вышла на широкое крыльцо городской библиотеки.

И тут у меня случился легкий приступ дежавю: нашему взору предстала пустынная в сей знойный час главная площадь. Крикливого людского моря на сей раз не наблюдалось… лишь одна колоритная парочка, стоящая в паре шагов от каменного крыльца. Впрочем, орк и эльфа не обратили на нас ровно никакого внимания. Мила, истово жестикулируя, что-то яростно доказывала Руслану, в то время как орк лишь молча хмурился, скрестив руки на могучей груди.

– Э-э-э… Видите ли, Вероника, – остановился Ярослав. – Когда я отправился на ваши поиски, первым делом заглянул в трактир. На месте вас не оказалось, зато в дверях я столкнулся с Русланом, который сообщил, что у вас выходной и, скорее всего, вы в библиотеке. Он предложил наведаться туда вместе, сославшись на какие-то свои дела. Мы практически дошли, когда Руслана окликнула эта ваша знакомая, так что ему пришлось остаться здесь, – проговорив эту речь, Ярослав выжидающе уставился на меня.

Чего он ждет? Не понимаю.

– Ну, давайте тогда мы поздороваемся с Русланом и Милой, оставим их, а после вы мне расскажете, зачем искали, хорошо?

– Как скажете, – выдохнув, серьезно кивнул Ярослав.

К тому моменту пока мы преодолели спуск, нас уже заметили. И если Руслан выглядел безмятежно, то Мила буравила меня взглядом серийного убийцы.

– Привет, Руслан, Мила! Как дела?

К счастью, мой голос даже не дрогнул.

– Здравствуй, Ника, дела хорошо, – улыбнулся орк. – Вот, привел к тебе капитана, он хотел что-то с тобой обсудить…

– Да чего ты с ней возишься, а? – внезапно взревела эльфа. – Хватит, прекрати! Вот же вертихвостка поганая! Руслан, ты что, ничего не видишь? Не видишь, да?! Ты совсем уже слепой? Да она же ищет, где сытнее да теплее! Ты газету читал?! Совсем уж стыд потеряла!

– Прекрати! – прошипел Руслан. – Хватит, Мила! Тебе самой от себя не тошно? По какому праву ты обвиняешь Веронику? Зачем клевещешь? По себе людей не судят, слыхала про такое? – яростно выплюнул он, нависая над эльфой.

– Да не было ничего!!! Сколько же можно?! Зачем ты так?! – срывающимся голосом выкрикнула Мила.

– Извините, мы пойдем! – отмер первым Ярослав. Далее бесцеремонно поймал меня за руку и потянул прочь.

Скандал на площади спешно набирал обороты. Эльфа не выдержала и со всей дури толкнула орка в грудь.

– Чего это они, а? Ярослав, по-моему, нам нужно вмешаться!

– Вот уж это – точно нет! – отчего-то развеселился капитан, утягивая меня в ближайший проулок, по иронии судьбы, тот самый, где мне встретились злоумышленники, умыкнувшие Петра Аркадьевича.

Далее мы пошли нормальным прогулочным шагом.

– Вообще-то у нас с Ашшером есть общие знакомые, и они рассказывали, что Руслан и Мила год назад собирались пожениться, но свадьба не состоялась, потому как Ашшер застал невесту с любовником…

– Так вот в чем была причина их расставания! Ничего себе у вас тут страсти кипят! – изумилась я.

– Это точно, – хмыкнул Ярослав. – Право слово, я с детства считал, что скучнее Светлогорска места нет. Хотя… не похожа Мила на роковую соблазнительницу, сдается мне, что вся эта история – какое-то одно сплошное недоразумение.

Честно говоря, я думаю так же. Скорее всего, просто кто-то не мог принять союза орка и эльфы и подстроил какую-то гнусную двусмысленную сцену, свидетелем которой и стал Руслан. Далее орк, не разобравшись, «сжег все мосты» и постарался выбросить Милу из головы… Если так, то озлобленность эльфы мне хорошо понятна. Ее выставили негодяйкой, а любимый не поддержал, встал на сторону недоброжелателей и предал. Многие в подобной ситуации забыли бы к бесам такого жениха, но Мила, судя по всему, очень любила Руслана… И из-за этого за нее втройне обидно.

– Ника, не тревожьтесь, – заметив мое состояние, проговорил Ярослав. – За годы службы я научился разбираться в людях и точно знаю, что у них все наладится. Они на верном пути. Трудности их закалят и заставят доверять и ценить друг друга… Пусть даже перед тем им и придется хорошенько подраться!

Я не удержалась и широко улыбнулась. Так незаметно мы вышли на оживленный проспект. Как оказалось, Ярослав никуда не торопился, так что мы решили немного погулять по тенистым улочкам и исследовать город. Здесь же выяснилось, что с капитаном время летит легко и незаметно. Мы ели мороженое и непринужденно болтали. Кстати, о деле Ярослав так и не упомянул, отчего у меня сложилось впечатление, что никаких срочных дел ко мне у него попросту не было.

Жаркое летнее солнце уже начало клониться к закату, когда мы неспешно вышли на набережную. Очень красивое место в классическом стиле приморских южных городов: широкая мостовая, ажурные белые перила, лотки со всякой всячиной и внушительная толпа гулявших здесь людей. Правда, за ограждением – совсем не синее море, а быстрая горная река, мелководная, но с острым каменистым дном и многочисленными порогами.

Выйдя на середину набережной, мы остановились, облокотившись на белые перила. А вокруг кипела жизнь – гуляли пары, бегали, прыгали и голосили дети. Обычный теплый вечер в уютном мирном городе… Даже не верится, что в каких-то нескольких десятках километров шла затяжная изматывающая война…

– Ярослав, а как случилось, что вы из военного переквалифицировались в полицейского?

– А я и не переквалифицировался вовсе. Я служил в военной полиции, занимался расследованием различных ЧП, в том числе в зоне боевых действий. Сейчас войне пришел конец, и меня просто перевели в Особый отдел. Вот и все.

Верхоусов помолчал с минуту.

– Вероника, а вы бы не хотели…

Но вдруг капитан резко осекся, развернулся спиной к реке и начал внимательно вглядываться в толпу. Я встревоженно последовала его примеру, но ничего необычного не обнаружила.

– Что такое? Ярослав, что случилось?

– Да так… – все еще напряженно следя за толпой, проговорил он. – Похоже, просто показалось… Извините, Вероника, не обращайте внимания. – Ярослав виновато улыбнулся и слегка расслабился.

Мы вновь развернулись к реке, и тут случился очередной дикий треш. Мне в спину ударилось что-то тяжелое. С болезненным оханьем я навалилась на перила. Ярослав, который сначала ринулся на помощь, бросил взгляд мне за спину и изменился в лице. Несмотря на боль от сильного удара, я нашла в себе силы развернуться и… взвизгнула. Потому что в шаге от меня лежала бомба. Такая, как рисуют в мультфильмах или изображают в исторических фильмах, – круглая, черная, с торчащим искрящимся фитилем.

Все произошло за доли секунды. Я в оцепенении таращусь на бомбу, но в то же мгновение Ярослав хватает устройство и со всей дури швыряет его в реку, одновременно толкает меня на землю и с оглушительным криком «Ложись!» падает сам, успев оттащить за рукав любознательного мальчишку, что свесился с перил, с интересом следя за полетом бомбы.

А дальше – оглушительный взрыв.

Бомба не успела упасть в быстрый горный поток и взорвалась в воздухе. От осколков и ударной волны частично обвалились перила. Тут же со всех сторон раздались полные боли и ужаса громкие крики – судя по всему, мелкие камушки посекли стоящих рядом людей. Между тем все вокруг пришло в движение. Люди забегали, заголосили, стали звать городовых и врачей.

Ярослав тут же принял вертикальное положение и помог подняться мне. Но на меня не смотрел, пристально сверля взглядом толпу. Со всех сторон слышались испуганные крики, стоны раненых и детский плач. В этой какофонии очень хотелось сесть на корточки, зажать уши ладонями и самой закричать, оглушительно и жалко. Тут же накатили воспоминания о другой толпе и потрясенных криках, а в нос словно наяву ударили запахи асфальта, пыли и бензина… Плечи задрожали, из горла вырвался всхлип.

Теплые руки обхватили голову, зафиксировали напротив знакомого лица.

– Все кончено, Ника. Кто бы это ни сделал, его здесь уже нет. Все кончено. Успокойтесь!

В следующую секунду мое лицо отпустили, чтобы тут же прижать всем телом к широкой и теплой груди.

Ярослав тихо твердил что-то успокаивающее, гладил по голове и пытался приободрить. Я закрыла глаза и просто стояла, наслаждаясь минутами мнимого покоя. Не знаю, сколько мы так простояли, но в один не так чтобы прекрасный момент у меня над ухом раздался знакомый неприятный голос:

– О, Вероника, и вы здесь?! Ну и во что же вы вляпались на этот раз?

Я приоткрыла один глаз и оторвала голову от груди Ярослава. Да, так и есть, напротив нас стоял граф Вельский собственной недовольной персоной.

– Около двенадцати минут назад на этом месте было совершено покушение на убийство. Неустановленные лица подкинули взрывное устройство под ноги госпоже Воронцовой. Я успел перехватить бомбу и отшвырнуть ее за ограждение, так что удалось избежать крупных разрушений и человеческих жертв, – четко и по существу отрапортовал Ярослав.

К слову, я вцепилась в капитана, как белка в орех. Во-первых, для того, чтобы стоять ровно, мне нужна была какая-то опора, во-вторых, тепло и уютно, ну и в-третьих… хоть какая-то защита от Вельского.

Кстати, сам граф был каким-то потрепанным – его обычно тщательно уложенные волосы разметались, а недовольное лицо побледнело и осунулось. Советник его величества слушал капитана очень внимательно, поминутно кивая и сосредоточенно окидывая взглядом место происшествия, пострадавших и мои плотно сжатые кулаки, что неосознанно сминали светлую рубашку на груди Ярослава.

В итоге граф поджал губы, подумал и кивнул:

– Хорошо, в целом все понятно. Пока версии случившегося строить рано, но допросить вас обоих придется тщательно, – и, взглянув на Ярослава, добавил: – Капитан, проводите барышню в мой автомобиль. А вы, Вероника, пока отдохните… Кажется, этой ночью нам с вами придется изрядно попотеть!

Фу ты, батюшки! Хорошо хоть его Анфиса не слышит! И вообще, почему я должна сидеть в машине?!

– Ярослав, – продолжил Вельский, – как только убедитесь, что Вероника в автомобиле, сразу же возвращайтесь. Место преступления следует хорошенько осмотреть. – И снова обратился ко мне: – Только без глупостей! Если вы решите проявить инициативу, то я отправлю вас за решетку на ближайшие дни! У меня тут скоро государь прибывает, а вокруг вас творится бес знает что! Выполнять! – рявкнул он на Ярослава.

Меня – за решетку?! За что?! Я-то здесь при чем?! Вот же… Вот!.. Но все же у меня хватило ума промолчать. Более не глядя на советника, выпрямила спину и в гордой тишине проследовала к припаркованному здесь же автомобилю. Далее без лишних слов устроилась в салоне, скрестила руки на груди и уставилась перед собой. Предатель-Ярослав ободряюще улыбнулся и захлопнул дверь, отсекая меня от тревожного гула людских голосов.

Минут через пять прибыли бригада врачей и полицейские дознаватели. Место происшествия было оцеплено и осмотрено, свидетели опрошены, пострадавшие вылечены. В тесном салоне автомобиля пришлось просидеть пару часов…

Вскоре по мне ударил неминуемый откат. Адреналин схлынул, оставив после себя лишь дикую усталость да противную слабость и дрожь. Ежеминутно хотелось разреветься, хотелось просто пойти в свою комнату, залезть под одеяло и тихо горько плакать. Потому что… потому что этот мир слишком опасен для меня. Потому что со мной здесь постоянно случается что-то ужасное… Потому что меня только что чуть не разорвало на куски, а рядом пострадали невинные люди…

Наконец, когда уже окончательно стемнело, а на небе зажглись яркие звезды, время ожидания подошло к концу. Двери автомобиля открылись, и на водительское сиденье плюхнулся Вельский, а рядом со мной сел Ярослав.

– Здесь закончили, – сообщил советник. – Теперь отправляемся в управление, снимем ваши показания, и на этом на сегодня все… скорее всего.

Помня о нерушимом законе подлости этого мира, могу предположить, что в жизнь воплотится вариант «скорее всего».

Между тем Вельский завел автомобиль и выехал на дорогу. Взглядом из-под ресниц окинула Ярослава – тот устало отвернулся к окну, за которым мелькали яркие огни большого города… Неожиданно мою кисть обхватили и ободряюще сжали. Бросила еще один взгляд на Верхоусова, который мимолетно улыбнулся и снова отвернулся к окну. Сосредоточилась на ощущении тепла. Было приятно и немного волнующе.

Через зеркало заднего вида Вельский бросил на меня недоумевающий взгляд, и я поймала себя на том, что улыбаюсь. Постаралась принять как можно более независимый вид, но… руку из ладони Ярослава так и не вырвала.

В управлении вовсю кипела жизнь. По длинным коридорам туда-сюда сновали полицейские в белой форме, из кабинета в кабинет на крейсерской скорости перемещались люди в штатском и «синие мундиры». То тут то там слышались взволнованные голоса. То и дело уха касались слова и обрывки фраз типа «бомбисты», «террористы», «скоро прибудет государь» и «срыв подписания договора». В воздухе витали тревожное возбуждение и… странная подавленность. Впрочем, едва люди замечали государева советника, как тут же успокаивались, переставали шептаться и паниковать.

Как ни в чем не бывало, Вельский стремительно прошествовал в свой кабинет, кивнул вытянувшемуся в струнку орку-секретарю и, пропустив нас вперед, захлопнул дверь.

– Сейчас послушаем ваши показания, Вероника Сергеевна, и решим: то ли нам вводить чрезвычайное положение и запрашивать усиление личного состава, то ли своими силами справимся… – деловито проговорил граф, заняв свое место под портером государя. – Садитесь, – приказал он, жестом указывая на два стула для посетителей (которых в прошлое мое посещение тут еще не было). – Итак, Вероника, вспомните: быть может, вы видели что-то необычное?

– Нет, ничего такого не припоминаю, – устроившись на стуле, честно сказала я.

– Хорошо, расскажите свою версию событий.

– Свою версию? – Я несколько растерялась.

– Ну да, просто расскажите, что случилось, – спокойно кивнул Вельский.

– Ну… мы гуляли с Ярославом, остановились на набережной и повернулись лицом к реке. И через какое-то время мне в спину ударило что-то тяжелое. Оказалось, что это была бомба. Ярослав быстро среагировал и выбросил ее в реку… тем самым спас меня, мальчика и множество людей, что были рядом!

– Да, капитан Верхоусов повел себя более чем героически, – снова кивнул советник. – Хорошо, вспомните тогда, с кем у вас за последнее время сильно испортились отношения?

– Настолько сильно, что кто-то решил швырнуть в меня бомбу? Да ни с кем! Хм, вы что же, всерьез считаете, что это было покушение?.. Покушение на… на меня?!

– Ну, честно говоря, у меня две версии, – пожал плечами Вельский. – Первая – покушались действительно на вас либо на кого-то еще, кто находился неподалеку. Вторая: произошедшее – теракт, и действие это было направлено на дестабилизацию обстановки с целью срыва подписания мирного договора. По секрету скажу, что мне больше нравится первая версия, та, где кто-то очень желает прибить именно вас, милая барышня.

От этих слов Ярослав закашлялся, а я подавилась воздухом. Да как он… вот ведь… да разве так можно?..

– Так что давайте-ка напрягитесь и вспомните, кому за последние две недели вы успели столь сильно насолить? – между тем как ни в чем не бывало поторопил Вельский.

– Ну… Я не нравлюсь Миле. Это эльфа, она сидит на первом этаже администрации и раздает квитки с номером посетителям.

– И каким образом вы умудрились ей досадить? Попытались протиснуться без очереди?

– Ну, вообще-то нет. Там, э-э-э…

Я замялась. Ну как о таком скажешь?

– Это недоразумение. Эльфа Миланиэль считает, что Вероника является новой невестой ее бывшего жениха, – кратко обрисовал ситуацию Ярослав.

– Не подходит, – уверенно заявил Всеволод Александрович. – Женщины часто идут на преступления ради устранения соперниц, но ни разу не слыхал, чтобы кто-то из них изготовил бы взрывное устройство, чтобы разнести врагиню в клочья… Да и откуда у эльфы такие возможности? Нет, не то. Кто еще?

– Ну, я больше ни с кем не ссорилась.

– А Ждан? – вдруг спросил Ярослав. – Да, братья Крендели сейчас за решеткой, но семьи-то их на свободе! Что, если кто-то из них счел Веронику источником всех своих бед?

– Хм… А что, это мысль! – оживился Вельский. – Некто решил отомстить и заказал убийство… Значит, необходимо встретиться с оставшимися на свободе Кренделями и допросить. Ярослав, распорядитесь о немедленном задержании всех близких родственников бывшего градоначальника и его брата. Кроме того, следует провести повторные обыски в их домах и в домах близких к ним людей… Списки причастных у нас уже есть, а взрыв на набережной – прекрасный повод копнуть поглубже… Выполнять!

Ярослав отрывисто кивнул и вышел. Всеволод Александрович, впрочем, на месте тоже не остался. Встал и направился к двери.

– Тимур, мне необходимы личные дела всех свидетелей происшествия, – обратился он к своему секретарю. – В зоне поражения было чуть больше десяти человек, уточните радиус, сверьтесь с протоколом.

– Будет сделано, вашбродь!

– Обратите особое внимание на капитана Верхоусова. Мне нужны все дела, что он вел за последние три года. Подключите к выполнению задачи всех свободных дознавателей. На решение вопроса даю вам час. Далее на моем столе должны лежать все документы. Выполнять!

Ого, а Вельский – весьма жесткий руководитель и… к счастью, не мой!

– Всеволод Александрович, можно вопрос?

– Слушаю, барышня? – кивнул граф, возвращаясь за стол.

– Зачем вам дела, которые вел Ярослав, и информация о тех людях на набережной?

Советник взглянул на меня как на идиотку.

– Ну, Вероника Сергеевна, вы у нас, конечно, персона видная и значимая, но все же на набережной были и другие пострадавшие. Вполне возможно, что главной целью злоумышленников были все же не вы, а кто-то из них. Тот же капитан Верхоусов, который занимается расследованием особо важных происшествий без малого пять лет…

Я густо покраснела, а его сиятельство хотел сказать что-то еще, но тут послышался стук в дверь, после чего в кабинет шагнул Ярослав.

– Распоряжение передано дежурным унтер-офицерам. Подозреваемые будут доставлены в управление в течение ближайших сорока минут.

– Отлично, капитан, можете быть свободны, все же у вас сегодня выходной… И барышню с собой прихватите! Идите-идите, Вероника, до скорой встречи… Надеюсь, к приезду государя я еще не поседею!

– Э-э-э… всего доброго, Всеволод Александрович!.. – Скомканно попрощавшись, я тут же вскочила и спешно потрусила к двери.

Переступая порог, не удержалась и бросила взгляд на портрет государя. Все такой же красивый и… и привычный? М-да… Развернулась к совершенно реальному, в отличие от портрета, Ярославу. Тот устало улыбнулся и подал руку. Сцапав его ладонь, потянула к выходу. Право слово, не люблю это место… хочу скорее выбраться на волю, мне здесь даже дышать тяжело!

Ярослав вызвался проводить меня домой. В это время на Светлогорск давно опустилась ночь. Вместе с приятной прохладой в город пришли тишина и покой. В полнейшем безмолвии слух начал улавливать размеренный стрекот цикад. В столь поздний час городские улочки практически опустели – нам с Ярославом встретилась лишь пара поздних пешеходов да редкие влюбленные пары, что наверняка будут бродить по тихим улицам до самого утра. Наверное, со стороны мы с Ярославом кажемся такой же парой.

– Вероника, будьте осторожны, хорошо? Я не упомянул об этом в управлении, но… но есть большая доля вероятности, что данное покушение – это месть Вельскому.

– Э-э-э… что?!

Нет, я правда не поняла. А граф-то тут при чем?

– Весь город обсуждает небылицы из местной газеты. Вполне возможно, что семейство Кренделей хотело насолить именно Вельскому, тем более что однажды его уже пытались вывести из игры… таким способом.

А вот теперь до меня дошло! Вот же бесы!.. Судя по всему, злоумышленники поверили, что я и впрямь встречаюсь с Вельским. Они решили меня убить, чтобы… чтобы хоть как-то досадить ему! Вот же Анфиса, вот же сволочь, такую свинью мне подложила!

– Ника, вам в ближайшее время будет лучше ограничить свое перемещение. Это… В данный момент это очень опасно.

Мы остановились у входа в трактир.

– Ярослав, а вам далеко до дома? Обещаю, что буду осторожна, но вдруг целью преступников все же были вы?..

– Мне идти всего пять минут, – усмехнулся капитан. – Не тревожьтесь, я сумею за себя постоять. И, Вероника, – неожиданно добавил он, – давай перейдем на «ты»?

– Давай, – завороженно повторила я.

И действительно: мы уже столько всего пережили вместе, что наша подчеркнутая вежливость начинает смотреться как-то странно…

– Вот и славно, – улыбнулся он. – А теперь иди в трактир. Сейчас уже очень поздно, а завтра нам рано вставать.

– Спокойной ночи, Ярослав, – кивнула я и послушно направилась к входной двери.

– Спокойной ночи, Ника.