Глава 63. Ты не умеешь любить

* Демьян *

— Демьян, ты меня слышишь? — спрашивает раздражённая Даша

Прошло два дня после визита в женский монастырь

После того, как я назвал Вику по имени, я отвёз её домой и отстранился

Назвал её по имени. Впервые

Это было слишком близко. Слишком по-родному

Горошкина должна оставаться Горошкиной. Ну или Емельяновой. Не Викой

— Демьян! — Даша повышает голос

Даша стоит у книжного шкафа, прислонившись бедром к краю высокой тумбы, на которой стоит бронзовая статуэтка цапли

На Даше домашнее платье: шёлк цвета морской волны, текучий, с широкими рукавами-"крыльями", которые, когда она жестикулирует, взметаются

Обручальное кольцо холодно поблёскивает в тусклом свете торшера

— Да что тебе от меня надо?! — рявкаю я и отвлекаюсь от напряжённого созерцания потолка с лепниной в стиле ампир

Я лежу на диване, который Даша выбрала в прошлом году: итальянский бархат цвета бургунди, мягкий, но скользкий, и с него постоянно сползают подушки

Даша вернулась вчера вечером

Молчаливая и угрюмая

Смотрю на неё, а она на меня, и в её глазах столько злости, будто я сжёг её новую шубу

Но и я сам смотрю на неё без любви и терпения. Она меня бесит. Я хочу посидеть в тишине и подумать

Подумать, какого чёрта Горошкина перестала быть для меня Горошкиной? И почему она стала смотреть на меня иначе?

А тут Даша мешает мне размышлять

— То есть ты меня и не слушал? — Даша в ярости прищуривается

— Дарья, — я выдыхаю, — я сейчас не в настроении

— Так я тоже, знаешь ли, без настроения! — моя жена разводит руки в стороны, и шёлковые широкие рукава зловеще колышутся. — Опять, наверное, сидишь и думаешь о своей Горошкиной? Так она тебе и не дала, да?

Я смотрю на Дарью исподлобья

Она явно нарывается сейчас на крупную ссору. Только я не понимаю, почему она решила сейчас провоцировать меня на агрессию?

Зачем она меня так отчаянно кусает?

Где моя холодная и равнодушная жена, которой всё равно на то, кого я трахаю и о ком думаю?

— Господи, Демьян, тебе сколько лет?! — не унимается Даша. — Это же смешно!

Она ревнует?

Нет. В этой женщине никогда ко мне не было любви. Она уважала меня за силу, власть и деньги, но любви — не было. Если бы я в одночасье стал обычным человеком, то она бы потеряла ко мне уважение и не оглядываясь ушла

И меня это устраивало

Тогда почему она сейчас так отчаянно желает со мной поссориться? Почему она злится? Почему её буквально трясёт от бешенства?

— Знаешь что, мой дорогой… — торопливо говорит она.Она садится в кресло напротив меня. Резные ножки, инкрустированные перламутром, скрипят по паркету. Даша поправляет подол платья, и шёлк шуршит, как змеиная кожа. Её пальцы, тонкие, с идеальным маникюром цвета бордового вина, напряжённо сжимают подлокотники

Подаётся в мою сторону и возмущённо шепчет:

— Ты никогда не был тупым мужиком, который ради эмоций готов всё разрушить…

— Чего ты ко мне прикопалась? — спрашиваю я

— Я вижу… вижу, Демьян, — шипит она, — ты хочешь всё бросить…

— Да откуда тебе знать, чего я хочу? — удивлённо спрашиваю я

Я тут сам нихрена не понимаю, что со мной происходит. Знать не знаю, чего хочу и что чувствую, а Даша, видишь ли, всё про меня поняла

— Большая часть жизни прожита, — Даша тяжело вздыхает. — Мы родили и вырастили детей. У нас уже внуки, Демьян. У нас хорошая семья

— Да ты что, — хмыкаю я

— А что в ней плохого?

— Я тебе с кучей баб изменяю, — прищуриваюсь я, — ночами дома не бываю. Спим мы в разных спальнях. Неделями можем не говорить

Я резко замолкаю, потому что мне становится тошно и противно

От самого себя

От Даши

Я делаю вдох и сглатываю ком отвращения

— Я не хочу об этом говорить, — я поднимаюсь на ноги и торопливо шагаю прочь. — Встреться с подружками и по душам болтай

— Раньше тебя всё устраивало! — на повышенных тонах заявляет Даша

Я останавливаюсь и рычу:

— И тебя тоже всё устраивало

Я замираю и медленно оглядываюсь на Дашу, которая сидит с прямой спиной и в ярости смотрит перед собой

то-то не так

И дело не в Вике. Вика для Даши лишь прикрытие. Она за этими злыми разговорами о моей школьной влюблённости и провокациями на конфликт прячется. И это она себя пытается уговорить, что у нас “хорошая” семья и что половина жизни прожита

— Я не понял… — делаю шаг к Даше. — Ну-ка, посмотри на меня, Дашуль…

Даша вскидывает подбородок и переводит на меня надменный и презрительный взгляд, в котором затаилась тёмная искра тоски и разочарования

Я растерянно моргаю

Я знаю глаза моей жены, и они стали после её долгой поездки другими, будто… будто там под низким пасмурным небом она что-то важное оставила

— Дем, — она встаёт и делает ко мне шаг, — всему своё время… Да и разве умеешь ты любить? М?

Я вглядываюсь в глаза Даши внимательнее

Они меня пугают своей решительной и злой обречённостью

Она, что, в Питере кого-то убила, блин?

— А Горошкиной нужен тот, кто умеет любить, — она пожимает плечами, — не такой, как ты

Я делаю глубокий вдох, а по спине прокатывается липкий холодок

Нужен тот, кто умеет любить

А я умею делать только больно. Я умею оскорблять и унижать. Я умею презирать и ненавидеть

А любить… Я, правда, не знаю, что это. Никто не научил и никто так и не смог рассказать, что такое любовь к женщине

— Да и тебя как ей любить? — Даша подходит ближе. — Она же… я думаю, что она однолюбка, понимаешь? Такие женщины любят раз в жизни, а свою любовь она похоронила… и как ей вновь любить? А ты ведь ей жизни не дашь из-за этой мёртвой любви, Дем. Ты это понимаешь?

Я делаю медленный выдох и выпускаю весь воздух

Да, Вика точно из тех, кто любит лишь раз в жизни. Я с Дашей согласен, и именно эта преданность одной любви Вики меня и завораживает, и очаровывает.

Она не полюбит меня, потому что это невозможно. Потому что в её жизни уже был тот мужчина, который разделил с ней молодость, рождение сына и самые важные радости семьи

А я… я просто прошлое, в котором она много плакала и боялась

— Ничего из этого не выйдет, — Даша уже стоит ко мне вплотную. — Надо жить, как жили мы раньше. Дем… Мы много лет прожили. Мы прошли испытание временем. Значит, жили правильно

Я молчу

И даже не дышу

— Мы с тобой другие, Демьян. Мы смотрим на этот мир трезво…

Почему мне сейчас кажется, что Даша говорит не только обо мне, но и о себе? Словно и у неё появились сомнения во мне, в нашем браке и нашей семье?

Только вот в чём причина? Или в ком?

— Тебе сейчас не нужны все эти эмоциональные качели с той, которая будет тебя сравнивать с покойным мужем

Меня пробивает почти физической болью. Кулаки сами по себе сжимаются в кулаки

Жестокая правда на стороне Даши, и меня начинает накрывать остервенелой злобой

Я своё время упустил

Мне не стать для Вики одним единственным

Мне не быть тем, кого она будет любить раз и навсегда. Она уже познала любовь с другим мужчиной, а я…

А я и не любил никого, кроме неё

Я резко разворачиваюсь и твёрдым решительным шагом выхожу из гостиной. Сам не замечаю, как выскакиваю на улицу и направляюсь к машине, что припаркована у навеса

— Демьян! — вслед кричит мне Даша. — Куда ты?

Я не отвечаю. Молча сажусь за руль, завожу мотор и с рыком давлю на педаль газа. Я сейчас почти в состоянии аффекта

— Демьян! — слышу возмущённый крик Даши, но он затихает позади. В зеркале заднего вида я вижу, как она стоит на крыльце, и её шёлк развевается на ветру

И еду я к Вике

Зачем?

Затем, чтобы она сама себя вытравила из моей чёрной души. Затем, чтобы я понял и принял правду этой жизни: она своё женское счастье прожила с другим человеком. Не со мной

— Демьян? Что за… — ошарашенный голос Вики вырывает меня из бешеного транса, — почти полночь. Зачем ты приехал? Что-то случилось?