Глава 39

В понедельник Крутова в офисе практически не было. Заезжал раза два, да и то за каким-то бумагами. И день прошел тихо мирно и в трудах. А вечером позвонил Мишка.

– Встретимся? Посидим где-нибудь? А то сто лет уже не виделись…

– С удовольствием, но сначала заедем к Тёмке в больницу, – обрадовалась я другу.

В половине седьмого Мишка за мной заехал, но повез меня не в больницу. Как выяснилось вскоре, ехали мы к Рите. Точнее, за ней.

– Так-так… Кажется, у кого-то перемены на личном фронте, – хитро посмотрела я на друга.

Мишка заметно смутился и отвел взгляд. Занимались мы тем, что сидели в его машине возле подъезда дома Риты.

– Ну так… – отозвался он, не глядя на меня.

И столько содержала в себе эта короткая фраза. Да, в его жизни наступили перемены. Появилась девушка, которая вроде как ему нравится. Пока он и сам не понимает, что с ним происходит. Вроде бы это еще не любовь, но уже и не просто знакомство…

Мне же отчего-то стало грустно, как будто в моей жизни закончилась определенная веха. Но это же было неизбежно, и я радовалась за друга. Наверное, было мне немножко завидно, что перемены к лучшему случились не со мной.

Рита выскочила из подъезда, на ходу надевая дубленку. Жаркая девушка – вечер выдался морозный и ветреный.

– Брысь с моего места! – распахнула она дверцу с моей стороны.

– Когда это оно успело стать твоим? – удивилась я, но из машины вышла.

Сердиться на Риту не получалось – она сделала это так естественно, словно только так и могло быть. А вот Мишка словил очередной неудобняк, и я заметила, как он посмотрел на Риту, мол, зачем ты так-то? Стало вдруг так смешно, что я не выдержала и рассмеялась.

– Ребята, расслабьтесь и не маскируйтесь больше. Я очень за вас рада! И поехали уже к Тёмке, а то скоро туда пускать не будут.

Еще полчаса, и мы бы опоздали, во всю шел последний час посещений. А в палате у Тёмки меня ждал новый сюрприз.

– Гелька, убери от меня эту ненормальную! – заорал мой брат, едва увидел нас, входящих в палату.

На его кровати сидела Олеся и чем-то его кормила. При этом она, как я поняла, плевать хотела на всё то, что говорил ей Тёмка. Он же явно отказывался есть то, что было в контейнере.

– Пусть только попробует, – прорычала Олеся, имея ввиду меня, по всей видимости, но глядя при этом на Артема. – Ты доешь всю кашу и только так сможешь от меня избавиться.

Мишка уже посмеивался втихаря. Судя по виду Риты, она мало что понимала. Я же стояла и соображала, что делает Олеся в палате моего брата. Вернее, понятно, что… Не понимала я, как и эта ситуация изменилась, а я снова не в курсе.

Как бы там ни было, а доесть кашу Олеся Тёмку заставила. Правда, последнюю ложку он чуть не выплюнул. Не рискнул, видно, сделать это под ее тяжелым взглядом.

– Вот теперь можешь отдыхать. До завтра, – встала Олеся и спрятала в сумку пустой контейнер. – Завтра я тебе привезу свежей кашки, – тут же сообщила моего брату с улыбкой людоедки. – Всем привет! – повернулась она к нам и лучезарно улыбнулась. – Больной идет на поправку. И мы уже переговорили с ним насчет хутора, – сообщила Олеся мне.

– На который я не поеду, – вклинился мой брат.

– Еще как поедешь. И ты мне обещал, – зыркнула на него Олеся. – Он мне обещал, а вы все свидетели…

Я тут сообразила, что Мишка с Ритой и Олеся видят друг друга впервые. Познакомила, конечно же, их. Слово за слово, Олеся узнала, что собираемся мы где-то посидеть, ну и захотела поехать с нами. Так и получилось, что в бар мы отправились на двух машинах. В первой поехали Мишка с Ритой, а во второй – мы с Олесей.

– Как там поживает мой братик-сатрапик? – поинтересовалась Олеся.

– Рассказывает мне сказки на ночь, – вспомнила я наш вчерашний разговор. Историю Вивьен…

Сразу же стало грустно от отголоска той печали, какой была буквально пропитана легенда. И почему-то мне в нее верилось.

– Это какие же? – с улыбкой посмотрела на меня Олеся.

– Про картину «Мир глазами Вивьен».

– А-а-а… знаю эту историю, – кивнула Олеся. – Одно время мой братик был одержим этой картиной. Искал ее повсюду… Вбил себе в голову, что только она и сможет изменить его жизнь. Дурачок! Мы сами делаем свою жизнь такой, какая она есть. Конечно, детские комплексы тоже влияют, но во взрослом возрасте можно и с ними бороться. Вот я, например, в детстве и отрочестве считала себя ужасно худой. Вот прямо ужасно! Стеснялась надевать брюки, носила юбки, больше похожие на мешки…

Олеся продолжала рассказывать про свои детские комплексы, я же, к своему стыду, отвлеклась и вовсе перестала ее слушать.

Так вот в чем дело! Вот зачем Крутову так нужна эта картина. Он верит, что с ее появлением в его жизни все изменится. Но ведь если верить легенде, то измениться все может далеко не в лучшую сторону. Как он там сказал?.. Кажется, призрак Вивьен откроет новому хозяину картины истину. Типа увидит он то, что раньше не замечал. Ну и в жизни наступи баланс…

– …Эй! Ты вообще где? – услышала я возмущенное. – Я тут распрягаюсь, а она даже не слушает.

– Извини, – стало мне моментально стыдно. – Задумалась.

– Это о чем же? И куда они едут?! – это уже адресовалось Мишке с Ритой. – Решили посидеть в баре в другом городе, что ли?

– Олесь, как думаешь, что бы твой брат хотел изменить в своей жизни? – посмотрела я на девушку за рулем.

– Известно что, – хмыкнула она. – Отношение к женщинам, думаю. Не думаю, что его устраивают кругом одни блондинки. И личную жизнь он тоже не может устроить лишь потому, что не воспринимает женщин. Вернее, не подпускает их к себе ближе чем на пушечный выстрел. Ну это фигурально выражаясь, ты поняла. Постель-то ему частенько согревают…

– Олесь, не надо, – перебила ее я.

– А что такое? Ты что, ревнуешь моего братца, что ли? – усмехнулась она. – Так зря. Спать с кем-то еще не значит любить. А вот ты его, кажется, зацепила. Впрочем, я тебе уже говорила об этом…

Разговор коснулся слишком щекотливой темы, и я постаралась побыстрее его закончить. Да и мы, наконец-то, свернули к какому-то бару, в котором и просидели чуть ли не до полуночи. Но было весело, и наобщалась я настолько с друзьями впервые за долгое время.

– Братик дома и не спит, – смотрела Олеся на горящее в доме окно, довезя меня до самого крыльца.

– Не зайдешь? – уточнила я.

Встречаться с Крутовым тета-тет не очень хотелось.

– Не-а. Спать хочу дико, и завтра у меня целая куча дел…

И в этой куче есть визит в больницу к моему брату. Тогда как я буду на работе.

– Спокойной ночи, Олесь, – открыла я дверцу.

– Ага, – кивнула она и широко зевнула.

Я поторопилась выйти, видя как сильно она уже хочет от меня избавиться. А в доме меня ждал хозяин, ведь он наверняка слышал, как мы подъехали.