Глава 38

Клэр

Я легонько шлепнула его по наглой конечности, вызвав возмущенный возглас.

– В отличие от тебя, я еще даже в душе не была, – пояснила я свои действия, пихнув его в плечо и вынуждая скатиться с меня.

– Так даже лучше – вкусно пахнешь, – протянул Дин соблазнительным тоном, от которого мурашки побежали по телу.

– И это еще я извращенка? Оставь свои фантазии для иного случая, а мне для собственного успокоения душ просто необходим, – фыркнула я, сев на кровати. Сразу же принялась расстегивать рубашку. Ибо душ душем, а продолжить то, на что красноречиво намекал вампир, я хотела не меньше него.

– Воля твоя, владетельница моего сердца, – выдал этот позер и, не обращая внимания на свои до конца не сросшиеся ребра, перекатился по кровати так, чтобы оказаться рядом со мной. И сам принялся помогать мне избавиться от одежды. Правда, в самом деле больше не пытался приставать. Что не помешало ему, избавив меня от последней детали одежды, подхватить на руки.

– Совсем обалдел? Поставь немедленно, твои ребра… – выдохнула я, инстинктивно ухватившись за его плечи.

– Как-нибудь заживут. А я без любви, тепла и ласки с каждой лишней секундой продолжаю обалдевать все больше, – кивнул он и собственноручно понес меня в душ.

Но и там, поставив меня на холодную плитку кабинки, предпринял попытку зайти следом.

– Куда? А мазь, которую я на тебя нанесла?

– Мазь уже впиталась, а здесь достаточно места для того, чтобы принять душ вдвоем. Пока нес тебя, кажется, вспотел и очень сильно нуждаюсь в мытье, просто нет сил терпеть, – нагло заявил он.

Я негромко рассмеялась, покачав головой. Так и знала, что он выкинет нечто подобное, иначе зачем ему было идти сюда со мной?

Фыркнув, я посторонилась и потянула его на себя. Мстительно врубила сначала холодную воду, проследив за тем, чтобы под струей оказался именно мой несносный вампир. Коварно улыбнулась в ответ на его возмущенный взгляд и тут же вскрикнула, когда он резко прижался ко мне всем заледеневшим телом. Рассмеявшись, высвободилась из его объятий и настроила уже нормальную температуру воды. Улыбка медленно сползла с его лица, оставив после себя лишь темное предвкушение.

– Позволишь? – Дин принялся аккуратными и нежными движениями намыливать меня.

Зашел со спины, одной рукой продолжая покрывать спину мыльной пеной, а другой ласково массируя мою грудь. Скользнул ниже по плоскому животу, задел самое чувствительное место, вызвав мой судорожный вдох.

Он нигде не задерживал ладонь дольше, чем того требовалось для обычного мытья, но тем чувственнее были его прикосновения, тем сильнее хотелось большего.

Не выдержав напряжения, я развернулась к нему и, вырвав из рук мочалку, уже сама принялась покрывать мыльной пеной его идеальное тело, с наслаждением водить ладонями по его груди, прессу, спускаться пальцами ниже… Но как только я обхватила основание его члена, чуть сжав, Дин со стоном подхватил меня на руки и впился страстным поцелуем в мои губы.

Я обвила его торс ногами, чувствуя, как в меня упирается его возбужденный орган.

– Я хочу тебя, – прошептала ему прямо в губы, с наслаждением отметив, как от этой фразы чуть расширились его зрачки и дрогнули ресницы.

Дин осторожно опустил меня на себя, я задохнулась от восторга, принимая его внутрь, и вновь приникла к парню в поцелуе. Какая насмешка судьбы: стоило почти потерять его, чтобы осознать, насколько он мне дорог и как мне с ним нереально хорошо!

Спустя какое-то время, наполненное нашими стонами и вскриками удовольствия, мы финишировали почти одновременно. Дин помог мне встать на чуть дрожащие ноги.

– Ты знаешь, купание в душе вдвоем ни черта не экономит время, – выдала я ценное замечание, вновь становясь под струи воды.

– Согласен. Зато насколько приятнее… – протянул Дин, нежно поцеловав меня за ухом, и дразняще нежно принялся намыливать мне спину. Я почувствовала, как в мою попу упирается его вновь возбужденный член.

– Давай нормально домоемся, а потом уже в кровать? – улыбнувшись, предложила я.

Больше нами не было сказано ни слова. За нас все сказал язык тел, сплетающихся воедино под аккомпанемент стонов удовольствия. Все вокруг стало абсолютно неважным, второстепенным, пока мы насыщались друг другом. Но ничто не длится вечно.

Спустя какое-то время, когда мы просто лежали в обнимку и Дин рассеянно водил большим пальцем по моему плечу, я решилась начать не очень приятный, но безумно важный разговор.

– Та твоя банда будет и дальше преследовать тебя, узнав, что ты выжил, – произнесла я.

– Я знаю, – спокойно ответил Дин, продолжая ласкать меня.

– Я могу предоставить тебе политическое убежище. Объявить во всеуслышание, что у меня с тобой отношения. Прогуляться по твоим трущобам. Никто не рискнет связываться с оборотнями. Тем более с девушкой нашей расы. Особенно с альфой. Нас выгоднее иметь в союзниках, – озвучила я свои мысли.

– Ты правда сделаешь это? Переведешь наши отношения из сугубо постельных в нормальные? Больше не будешь прятать свою брачную татуировку, заявишь во всеуслышание, кто твоя истинная пара? – удивленно переспросил Дин, подавшись ко мне.

В его глазах отразилась недоверчивая радость. Тем неприятнее мне было продолжать. Но я не могла это сделать, глядя ему в глаза. Поэтому я выпуталась из его объятий и, избегая его взгляда, потянулась к своей одежде.

– Не совсем. Отношения – только для иных рас. Оборотням нет никакого дела до того, с кем гуляли их оборотницы среди других рас и продолжают ли гулять, если сам оборотень по каким-то причинам пока не может быть рядом. Там свои тонкости, толком неизвестные другим расам, на чем можно сыграть. Тебя же я хочу попросить провести обратный ритуал, избавляющий нас от меток. Разорвать нашу «истинность», – выдохнула я.

Какое-то время от Дина не доносилось ни звука, хотя подспудно я ожидала от него злости, резких высказываний, обвинений, да чего угодно!

– Зачем тебе это? – спросил он вместо этого тихо ровным тоном.

Я могла сейчас промолчать. Отделаться ничего не значащими фразами. Соврать, в конце концов, или просто сослаться на дела оборотней, в которые мы не посвящаем посторонних, но…

– Велики шансы, что этой весной мой клан будет уничтожен. Но даже если выстоит, значит, приговор будет приведен в исполнение следующей весной, и поделать будет уже ничего нельзя, – честно ответила я и, так и не одевшись, встала с кровати.

– И как на это повлияет то, что у тебя не будет истинной пары? – нахмурился Дин.

– Будет, – выдавила я, скривившись, словно от зубной боли.

В два шага приблизилась к небольшой нише в стене и достала оттуда начатую бутылку вина. Но не успела достать следом бокал, как рядом появился Дин. Одним движением выхватил у меня бутылку и отпил прямо из горла.

– Чувствую, мне понадобится допинг, чтобы выслушать эту историю от начала и до конца. Ты ведь доверишь ее мне? – спросил он, глядя мне в глаза.

Вместо ответа я перехватила у него бутылку и сделала глубокий глоток, чувствуя, как алкоголь горячей волной прокатывается по пищеводу. Откровенность за откровенность. И начать мне также придется издалека, примерно с того момента, как мой отец осознал, что, кроме его дочери, других альф в его клане нет и помогать с нежитью никто не станет…