Часть 8

Увидев машину Артёма Викторовича, Иванна нервно хохотнула. Дорогой внедорожник. Что ещё можно было ожидать от него? Интересно стало — это пожертвования, выделенные на один ремонт или больше? Она села в салон и сморщилась от запаха явно недешёвых ароматизаторов, которыми было пропитано всё.

Иванна пристегнула ремень безопасности и постаралась думать о подруге. Оксана. Если бы она умерла, следователь пригласил бы на опознание. Может быть, она ещё жива? Из-за неопределённости было сложнее всего, ведь надежда на то, что она жива, всё ещё теплилась в сердце.

Оксана была старше Иванны на семь лет и стала для неё старшей сестрой: она постоянно заступалась за девочку, была для неё лучшей подругой и матерью, если можно было так сказать. Оксана стала для Иванны всем. Даже когда она выпустилась из детского дома, частенько приезжала, чтобы навестить свою «Малую», как Оксана называла Иванну. На первом курсе Оксана связалась с каким-то непонятным мужчиной, думала, что это любовь на всю жизнь и говорила, что скоро выйдет замуж, но он исчез, стоило ей только рассказать о своей беременности — не захотел брать ответственность за Сашку, и Оксана стала матерью-одиночкой. Иванна частенько приходила к ней на выходные и помогала с ребёнком, а когда выпустилась сама, то стала бывать у подруги ещё чаще. Они были семьёй друг для друга, и ничто не смогло бы разрушить столь сильную связь. Ничто кроме смерти.

Иванна снова тяжело вздохнула. Она постаралась убедить себя, что пока ещё ничего не известно, что будет кусать локти и лить слёзы только тогда, когда следователь скажет, что Оксаны нет, а пока есть самое главное — надежда! И её нельзя убивать, потому что надежда — мощнейший двигатель нашей жизни.

Едва машина остановилась около участка, Иванна принялась дёргать ручку, но дверь не поддавалась.

— Да куда вы так спешите? — удивился Артём Викторович. — Я даже блокировку с дверей снять не успел.

— Там… — Иванна ткнула указательным пальцем в сторону участка, — Оксана.

— Вряд ли ваша подруга там! — отрицательно помотал он головой.

Однако стоило дверцам щёлкнуть, уведомляя о разблокировке, как Иванна пулей вылетела наружу и поспешила в здание. Сердце рвалось на части, а слёзы застилали глаза.

«А где она, если не тут?» — била наотмашь настойчивая мысль.

— Девушка, у следователя Васнецова занято сейчас! — буркнул парень в форме, сидящий на входе. — Ожидайте!

Иванна плюхнулась на скамью, обхватила себя руками и принялась раскачиваться вперёд и назад.

— Не волнуйтесь вы так! Пока ещё ничего плохого не сказали! — произнёс Артём Викторович и присел рядом.

Иванна покосилась на него, желая отодвинуться, но это напомнило бы ребячество, поэтому она постаралась собрать всю свою ярость в кулак и временно отказаться от неё.

— Скажите, вас пригласили бы, если всё хорошо было? — поинтересовалась Иванна.

Артём Викторович пожал плечами. Прошло минут двадцать, и стоило только мужчине выйти из кабинета следователя, как Иванна подскочила на ноги и побежала туда.

— Иванна Ивановна, — произнёс мужчина в форме. — Присаживайтесь. Артём Викторович, вы тоже можете зайти сразу! — чуть громче произнёс он, наверное, заметив заведующего краем глаза.

Артём Викторович прошёл в кабинет и присел рядом с Иванной, пододвинув стул ближе, а она негромко фыркнула, напоминая больше кошку, распушившую хвост, впрочем, мужчина этого, казалось, и не заметил.

— О как! Общее горе объединяет? — с ухмылкой поинтересовался следователь, и Иванна поняла, что они с Артёмом Викторовичем не переоделись даже: приехали в форме детского дома.

— Что случилось? Почему вы вызвали нас? — принялась заваливать вопросами Иванна, потому что ждать больше уже попросту не могла. Её нужны были чёткие ответы.

— Пришёл сегодня к нам похититель с чистосердечным признанием.

Следователь раскрыл какое-то дело, а затем закрыл его и посмотрел на своих посетителей.

— Похититель?! — спросила Иванна, а её сердце начало трепыхаться, как птенчик в силках.

— Сосед Оксаны Витальевны. Написал чистосердечное признание. Сейчас находится в следственном изоляторе.

— А Оксана? — спросила Иванна, потому что дела до похитителя-соседа ей не было никакого. Пока…

— В больнице. Состояние у неё удовлетворительное.

Неопределённость отпустила, и Иванну стало трясти теперь уже от облегчения. Всё хорошо.

Оксана жива!

— Что с ней? — голос Иванны почему-то стал писклявым.

— Это лучше будет у врачей спросить. Мне нужно, чтобы вы кое-какие бумаги подписали, а потом можете поехать туда.

— Зачем он это сделал? — не унималась девушка.

— Он пытался принудить вашу подругу к браку, но она отказывалась, поэтому он подкараулил, когда она выбежала в магазин за молоком, и похитил её. Он запер её у себя на даче и держал там, желая вынудить принять его предложение. Скорее всего, его определят в психиатрическую лечебницу.

— Всё так просто? — подал голос Артём Викторович. — Ребёнок говорить не может, испытав стресс, из-за того, что мама не вернулась, а он отделается психиатрической лечебницей?!

Такая «забота» о Саше показалась Иванне очень странной. Девушка сильно удивилась, но говорить ничего не стала. Может, он и не такой бесчувственный, хотя… обворовывать и без того обделённых детей может только человек без сердца.

— К сожалению, это не нам решать, — ответил следователь. — Подпишите бумаги, — протянул он какой-то листок Иванне, и она, не глядя, поставила подпись. — Артём Викторович, вам нужно будет организовать визит ребёнка к матери… Когда она придёт в себя.

Заведующий кивнул. Уже через несколько минут они вышли на улицу, и Иванна прижала к себе бумагу, которую получила от следователя и адрес больницы, где находилась Оксана. Живая. Самое главное, что живая.

— Вас подвезти? — спросил Артём Викторович, покосившись на Иванну. — До больницы?

— Нет. Спасибо. Я сама доберусь, — отчеканила она, но вспомнила, что забыла сумку в детском доме. — Чёрт… — выдохнула Иванна сквозь зубы.

— Я на него не похож, но если хотите, можете называть меня и так… Мне не привыкать, — улыбнулся Артём Викторович. — Садитесь уже. Чем быстрее вы увидите подругу, тем быстрее мы сможем решить, что делать дальше с вашей работой в детском доме.

«Ты от меня так просто не избавишься!!!» — подумала Иванна и поджала губы, садясь в машину.

Теперь, когда она выяснила, что подруга жива, важно было заступиться за детей, которых незаслуженно обделяли и лишали того, что по всем писаным и неписаным законам должно было принадлежать им.