Глава 14: Болезнь, суп и крах империи

Судьба, видимо, решила, что хаоса в доме Черновых недостаточно, и подкинула новый сюрприз — на этот раз в лице бабушки Ксюши, матери Артема, Ирины Петровны. Женщины, чья любовь к порядку и контролю превосходила даже артемовскую.

Ее визит начался с того, что она, войдя в квартиру, сняла перчатку и провела пальцем по верхней части дверного косяка.

—Пыль, — объявила она, как врач, ставящий смертельный диагноз. — Артем, у тебя дома беспорядок.

Артем, встречавший ее в дверях, на мгновение выглядел так, будто снова стал пятнадцатилетним подростком, пойманным за курением.

—Мама, это не беспорядок, это... творческая атмосфера.

Ирина Петровна одним взглядом окинула прихожую, застывшую на мгновение на висящем на вешалке плаще Ксюши, и издала короткий, ничего не значащий звук. Этого было достаточно, чтобы даже Марсик, обычно презиравший всех и вся, спрятался под диваном.

— А это кто? — ее взгляд упал на Софию, которая пыталась стать невидимой у двери в гостиную.

—Это София, — представил Артем с такой гордостью в голосе, будто демонстрировал новый слиток золота. — Наша... няня. И переводчик.

— Няня? — Ирина Петровна подняла бровь. — В таком возрасте? И в таком... — ее взгляд скользнул по джинсам Софии, — ...неформальном стиле?

— Я предпочитаю практичность формальности, — парировала София, чувствуя, как по спине бегут мурашки. — Особенно когда имеешь дело с Ксюшей.

— Ксюшей? — бабушка улыбнулась, но улыбка не дошла до глаз. — А где же моя внучка?

Как по сигналу, из глубины квартиры вылетела Ксюша — не в своем обычном образе агента хаоса, а в нарядном платье, с аккуратно заплетенными косами.

—Бабушка! — крикнула она с подобострастием, которого София никогда от нее не слышала. — Я так по тебе скучала!

Ирина Петровна обняла внучку, но ее зоркий глаз продолжал сканировать помещение.

—Я вижу, тебя хорошо воспитывают, — заметила она. — Платье чистое. Волосы прибраны.

— О да! — воскликнула Ксюша. — София просто волшебница! Она научила меня... э-э-э... готовить! И... говорить по-итальянски!

Артем и София переглянулись. Это была засада.

— Готовить? — заинтересовалась Ирина Петровна. — Что же ты умеешь готовить, милая?

Ксюша замерла. Ее мозг, обычно генерировавший гениальные планы по сводничеству, дал сбой.

—Я... умею... пельмени разогревать! — выдавила она наконец.

Наступила тягостная пауза.

— Пельмени, — повторила Ирина Петровна без эмоций. — Как... практично.

Вечер прошел в атмосфере вежливой, но напряженной холодной войны. Ирина Петровна задавала Софии вопросы, каждый из которых был похож на умело замаскированную ловушку.

— А вы где получили образование, София?

—В университете. По специальности «Лингвистика».

—Ах, лингвистика. Интересно. А почему тогда работаете няней? Невостребованная профессия?

Артем пытался вмешаться, но его мать одним взглядом заставляла его замолкать. Казалось, даже воздух в квартире застыл.

Спасение пришло с неожиданной стороны. Поздно вечером, когда Ирина Петровна удалилась в гостевую комнату, Ксюша прокралась на кухню, где София мыла посуду.

— Она тебя проверяет, — прошептала девочка. — Она всех проверяет. Папу. Меня. Теперь тебя.

— Я заметила, — вздохнула София. — Чувствую себя на допросе в КГБ. Жду, когда включат яркую лампу.

— Не волнуйся, — Ксюша похлопала ее по руке. — У меня есть план.

— О боже, — простонала София. — Только не еще один план.

План, однако, оказался гениальным в своей простоте. На следующее утро Ксюша, обычно спавшая до последнего, встала раньше всех. Когда Ирина Петровна вышла на кухню, ее ждал идеально накрытый стол и Ксюша, помешивающая кашу на плите.

— Бабушка, — объявила она. — Я приготовила завтрак! Сама! София научила меня!

Ирина Петровна была поражена. Накрытый стол? Внучка, готовящая завтрак? Это было так же невероятно, как снег в июле.

— Я... тронута, — сказала она, и в ее голосе впервые прозвучала искренность.

В этот момент на кухню вошел Артем. Увидев сцену, он остановился как вкопанный.

—Ксения... готовит? — произнес он с легким ужасом. — Добровольно?

— София вдохновила ее, — сказала Ирина Петровна, и ее взгляд на Софию стал чуть мягче. — Возможно, я поторопилась с выводами.

За завтраком атмосфера потеплела. Ксюша сияла, Артем выглядел осторожно оптимистичным, а София наконец-то смогла дышать свободно.

Когда Ирина Петровна уезжала, она взяла Софию за руку.

—Милая, — сказала она. — Вы, кажется, оказываете на эту семью... неожиданно положительное влияние. — Она бросила взгляд на Артема, который делал вид, что не подслушивает. — И, кажется, мой сын наконец-то встретил женщину, способную с ним справиться.

После ее отъезда в квартире воцарилась тишина. Артем, Ксюша и София стояли в прихожей, словно пережившие ураган.

— Ну что, — сказал наконец Артем. — Кажется, вы прошли проверку.

— С помощью стратегической каши, — улыбнулась София.

— Ага, — кивнула Ксюша. — Теперь ты официально принята в семью. Поздравляю. — Она вздохнула. — Жаль, конечно, что не пришлось использовать запасной план с подложной родословной и слезами крокодила, но и так сойдет.

Она убежала в свою комнату, оставив их вдвоем.

Артем посмотрел на Софию.

—Вы знаете, — сказал он. — Иногда мне кажется, что вы с Ксюшей — как стихийное бедствие. Но сегодня... сегодня вы были как... спасательный круг.

— Всегда рада помочь, — скромно ответила София. — В следующий раз, если понадобится, научу ее готовить борщ.

— Не надо, — поспешно сказал Артем. — Одной каши мне хватило для восстановления нервной системы на год вперед.

Они стояли в прихожей, и впервые за два дня в доме Черновых воцарился мир. Нервный, выстраданный, но мир. И все трое понимали — что бы ни случилось дальше, они справятся. Вместе.