Глава 18

Михаил

Я куда-то бежал и… Провалился… Это яма… Нет, подвал… Не пойму. Кручусь, пытаясь выбраться, но вокруг все темное, скользкое, мерзкое… Лиза! Где Лиза? Пытаюсь ее позвать и не могу. Из горла вырываются лишь невнятные стоны. Разбегаюсь, толкаюсь в земляную стенку плечом, и вдруг…

Свет!

Чистый свет!

Луг… Так пахнет разнотравьем!

Небо голубое, то тут, то там разбросаны пушистые облака.

Вдалеке березы и сосны. Солнце подсвечивает листву, в траве трещат кузнечики и что-то жужжит назойливо около уха и… Воздух…

Такой чистый, сладкий…

Я рядом слышу смех. Два голоса. Один – Лиза, а второй? Инга? Что она здесь делает…

Хочу посмотреть, собираю остатки сил в кулак, делаю шаг и…

Просыпаюсь…

Блин!

В сознании осталось послевкусие от того изнурительного бега, но осталась и сладость деревенского воздуха и жужжание…

Стоп…

Жужжание…

Черт!

Телефон на вибрации!

Тянусь, смотрю на время.

Офигеть! Давно я так поздно не просыпался.

Подхватываю звонок.

– Да! Да… Точно? – спрашиваю с наездом. – Понял… – отвечаю упавшим голосом.

Вроде бы радоваться надо, но…

– Совещание проведем он-лайн, я приехать сейчас не могу. Все. Остальное как обычно.

Это был мой помощник. На самом деле основной доклад от моих безопасников, но СБшники не рискнули звонить мне напрямую, чтобы отчитаться. А у этого вроде как был повод. Сегодня у нас стандартное еженедельное совещание. Обычно я на него приезжал. Полезно напоминать сотрудникам, что я хоть и не в офисе, но совсем недалеко.

Сегодня не поеду.

Сегодня буду с дочерью.

И…

И с Ингой.

Они так ничего и не нашли.

Ни одной возможной точки пересечения. Пахали всю ночь.

Вскрыли основную массу переписок Стеф, и все… ВСЕ в компьютере Инги, в том числе и в школьном.

НИ ОД-НОЙ точки пересечения.

И журнал она купила на станции. Не заранее, не тогда, когда шла в районо, не тогда, когда спешно собирала вещи… Просто подошла и купила журнал перед электричкой…

Мои архаровцы сняли видео с камер на платформе… Она минуты три рассматривала витрину. У нее не было цели купить именно этот выпуск. Она просто выбирала что-то, за что глаз зацепится…

Да, блин…

Сажусь на кровати, вцепившись в край матраса пальцами, жмурюсь…

Я ошибся?

Накрутил себя до состояния бабы-истерички… Страх за дочь, за ее благополучие… Страх потерять Лизу отключил мозг…

Так нельзя.

Так можно еще больше дров наломать.

А перед Ингой надо извиняться.

Растираю лицо, резко встаю, распахиваю дверь в коридор…

Ух ты…

Вот это ароматы! А может, я еще сплю?

Медленно выхожу на кухню, у плиты, поджав ногу, стоит Инга…

.

Инга

– Зачем ты встала?

Ой!

Черт!

От неожиданности вздрагиваю и роняю миску с остатками молока.

Я делала с утра гренки…

Лиза есть попросила. Батон показался мне уже старым, так что…

– Мне что, уже и вставать запрещено?

Игнорирует мой вопрос.

Быстро подходит, наклоняется…

Миска.

Отрываю бумажное полотенце, чтобы убрать брызги…

– Как нога? – он попросту забирает салфетку из моих рук, не давая мне ничего делать самой.

– Лучше, спасибо, – отзываюсь сухо.

Нога и правда почти не болит. Вес на нее не переношу, а так почти норма. Чуть-чуть прихрамываю.

– Старайся ее пока не нагружать, – произносит участливо, но тут же отводит взгляд.

Молчит.

Я тоже молчу.

Отворачиваюсь к сковороде, переворачиваю подрумяненную булку.

– Лиза проснулась?

Мне показалось, или его голос дрогнул?

– Проснулась, – киваю, – умывается.

Он вдруг шумно набирает воздух в легкие, сжимает кулаки.

– Инга, я…

И замолкает.

Смотрю на него удивленно.

– Инга, я должен перед тобой извиниться, – выпаливает. – Вся эта история… – жмурится, трясет головой. – Я виноват… Я, похоже, ошибся. Принял одно за другое и повел себя как… Как…

– Как полный придурок, – помогаю ему подобрать определение.

Поднимает на меня сверкнувший возмущением взгляд, но тут же покорно кивает.

– Да. Похоже, что так.

Заводит руки за спину, расправляет плечи, склоняет голову… Несмотря на то, что на нем пижамные штаны и тонкая футболка, выглядит сейчас почти благородно.

– Инга, я прошу меня простить. Я был не прав, – произносит смиренно. – Я… – резко поднимает взгляд на потолок. – Мы не просто так живем удаленно от людей. Это вопрос безопасности Лизы, и… – вздыхает, смотрит мне в глаза. – Я испугался. За дочь.

– Я останусь тут только ради нее, – поджимаю губы, отворачиваюсь. – Я ей пообещала, что останусь, но как только что-то прояснится со служебной квартирой!.. – вскидываю вверх указательный палец.

– Да, – кивает. – Я обещал. Со школой разберемся.

– Вот, – отзываюсь уже тихо, выкладываю на тарелку последние гренки, пытаюсь переставить их на стол.

– Только, Инга, – он вдруг оказывается рядом и забирает тарелку из моих рук. – Насчет того, чтобы не общаться ни с кем вне деревни, – проникновенно смотрит мне в глаза. – Это важно.

– А вы не перегибаете палку? – смотрю на него с вызовом.

– Инга, мне сложно это объяснить, но хотя бы пару недель…

Набираю в легкие воздуха, чтобы высказать ему все, что думаю о его просьбе, но тут…

В дверном проеме появляется тоненькая фигурка.

– Лиза!

Он присаживается, распахивает объятья, но…

Девочка оббегает его по большой дуге и прижимается к моему боку.

– Лиза… – произносит он растерянно и поднимает на меня взгляд.

Боль, страх, растерянность.

У меня перехватывает горло.

Я не знаю, что на него нашло вчера, но… Он любит свою дочь, совершенно точно любит. То, что происходит сейчас как минимум несправедливо.

– Лиза, – опускаю я взгляд, – помоги мне накрыть на стол, – подаю ей чашки, – на троих. – Мы все вместе будем завтракать!

.