Глава 7. Особенности драконьей натуры
Зверёныш был жаркий, его кожа чуть царапала мне руки чешуйками, которые проглядывали через оперение, но не оставляла затяжек на одежде. Зато он всё время вертелся, теребил меня маленькими передними лапками за волосы и мочку уха, попискивал, как мне показалось, довольно. Я понятия не имела, куда идти. Ведь глашатай, проводив меня, испарился, а все придворные остались в тронной зале. Какой-то странный замок! Нигде никого. Совсем не так я представляла драконий мир… И где Некс? Наверняка он уже был на аудиенции у своего папаши… Где же мой малыш теперь?
Я прошла обратно по галерее, разглядывая портреты императоров. На каждом красовалась чёрная тога с перевязью из блестящих камней и мантия, похоже, сплетённая из перьев. Не хватало только индейского роуча на головах, но тогда я точно не удержалась бы от смеха.
— Нет, ты только посмотри, какие у них пафосные морды! — тихонько сказала я ирчи. — А все, как один, диктаторы и сатрапы. Как и нынешний император. Просто фу какой противный!
— Эф!
Я вовремя отскочила, ибо на меня из некого потайного прохода вылетел франтоватый молодой человек с торчащими во все стороны вихрами и горящими от беспокойства серыми глазами. Он кричал, правда, не слишком громко, но стены радужного замка отражали эхо не хуже огромного рупора.
— Эф, вот ты где, противное животное!
Он выхватил ирчи из моих рук, и малыш принялся изо всех сил вырываться, пронзительно вереща. Парень чуть было не выпустил его, перехватывая поудобнее, поэтому мне пришлось решительно забрать Эфа себе:
— Мне кажется, со мной ему спокойнее.
— Простите ради Виуза, благочестивая эсси! — парень поклонился слегка поспешно и попытался снова взять Эфа, который клацнул рядом меленьких острых зубов. Альтер эго Цезаря! Хоть бы не описал меня!
— Это ваш хм-хм питомец? — подозрительно спросила я. — Потому что не очень-то похоже!
— Не мой, благочестивая эсси, — снова поклонился парень. — Питомец его высочества наследника. А вы… Вы не представитесь, благочестивая эсси?
И он на момент выпустил крылья-рожки-когти, как положено по этикету:
— Я Венчивейю Амаха-Ши из рода Лесных Драконов, наставник его императорского высочества, к вашим услугам.
И снова поклонился. Я изобразила неглубокий реверанс и ответила с достоинством:
— А я Макария Субботина из рода… м-м-м людей, няня его же императорского высочества.
— О-о-о! — воскликнул Венчиве… Вен. — О-о-о! Какое прекрасное имя! Весьма музыкальное! Гармоничное! Подождите, вы сказали «из рода людей»? Ах, какое имя!
Я смотрела на него с нарастающим чувством симпатии. Этот дракон определённо нравился мне. Вроде и похвалил ненавистное мне имя, но с такой стороны, с которой я никогда его не рассматривала. Лишь мимоходом упомянул, что я из другого мира…
— Спасибо, — сдержанно поблагодарила я, пытаясь выпутать лапку ирчи из причёски. — А где сейчас наследник? Мне хотелось бы его увидеть.
— Он в зале для теоретических занятий. Если желаете, эсси Макария, можете поприсутствовать, но мне не хотелось бы, чтобы венценосный наследник отвлекался…
— Я не собираюсь его отвлекать, но разве животное… его зовут Эф, да? Не помешает?
— Нет, если Эф будет сидеть тихо! И прекратит улепётывать всякий раз! — Вен даже голос повысил, обращаясь к ирчи, и тот с возмущением застрекотал, цепляясь за моё платье лапками. — Прошу, эсси Макария, я провожу вас в залу для занятий.
Мы поднялись на третий этаж по прелестной узкой лестнице с завитушками на перилах, покрытой всё той же длинной ковровой дорожкой из кожи динозавра, и Вен непрерывно говорил. Рассказывал мне о дворце, о гобеленах, о прекрасном радужном камне, но при этом информации давал слишком мало. В основном восхищался. Из чего я заключила, что сей эвьер родился далеко отсюда и в замке совсем недавно. За лестницей последовала ещё одна галерея, на стенах которой висели совсем другие гобелены. На них были изображены драконьи дети. Только мальчики. Разных возрастов, все светловолосые и голубоглазые, с крылышками за плечами и рожками на лбу. Все серьёзные, с горделиво поднятыми лицами. Наследники? Которые один за другим становились теми красавчиками-императорами из галереи этажом ниже…
По мановению руки Вена одна из дверей в длинном коридоре раскрылась, въехав в стену. Маленький Эф неожиданно спрыгнул с моих рук на пол, приземлившись на крепкие задние лапки, и бросился в большую залу. Я заглянула и увидела ряды своеобразных деревянных сот по периметру всего помещения. В каждом из отверстий лежал свиток, на торцевой части которого были нарисованы разные значки — круги, треугольники, квадраты, по отдельности и вперемешку, пустые и перечёркнутые в разных направлениях.
Там и тут висели распрямлённые свитки, где были нарисованы карты, пейзажи, фигуры драконов в различных воплощениях. Увидела я и скелеты, как в нашем кабинете биологии. Только у нас был человеческий, а тут стояли драконьи. В первый момент меня слегка передёрнуло, а потом стало жутко интересно. Есть ли среди учебных пособий схема превращения из почти человека в драконью морду? Надо будет осмотреться повнимательней.
На подиуме в середине залы за самой настоящей, хотя и не квадратной, а круглой партой сидел мой маленький Некс. Он был одет в кружева, финтифлюшки и строгий тёмный камзол, в руке держал костяную палочку с наконечником из пучка перьев и что-то рисовал на развёрнутом свитке. Эф подскочил к нему, сунул маленькую острую мордочку под локоть. Некс взвизгнул:
— Эф! Ты нашёлся! Мой славный!
Обернувшись, заметил нас с Веном и быстро встал:
— Маша! Ты пришла! Отец не выгнал тебя…
— Ваше императорское высочество, — укоризненно ответил ему Вен. — Не отец, а венценосный император. И не Маша, а Макария. Впрочем, вы принц, а перед вами дама, поэтому я настаиваю на благочестивой форме.
Мальчик вздохнул с такой непосредственной детской досадой, что я прикрыла смешок ладонью. Затем Некс поклонился с неожиданной грацией и достоинством, поправился:
— Эсси Макария, мы бесконечно рады видеть тебя в замке подле нас.
— Лучше, ваше высочество. Но я вам уже говорил по поводу императорского плюрализма. Не стоит употреблять его раньше положенного времени.
Вен прошёл к подиуму, поднялся на него рядом с мальчиком и наставительно продолжил:
— Вы сможете говорить так, лишь когда займёте место вашего венценосного отца на троне. Либо если его императорское величество посадит вас подле себя на одном из высших собраний и позволит вам высказаться от имени империи.
Мой бедный Некс… Теперь понятно, почему малыш сбежал в другой мир! Я бы тоже сбежала…
— Скажите, Вен… простите, эвьер Венчи… я всё время забываю ваши сложные имена… А что я должна сделать после такого приветствия?
Я хотела отвлечь наставника от Некса, и мне это удалось. Вен оживился:
— В нашем мире имена необыкновенно важны — как и представления в парадном воплощении. Если хотите, это правила вежливости. Скажите, эсси Макария, как вы здороваетесь с незнакомыми людьми?
— Ну… С мужчинами — я подам руку. С женщинами — просто «здравствуйте».
— У вас… нет второго воплощения? — изумился Вен. Он прямо-таки застыл в неверии и остолбенении. С улыбкой я ответила:
— Нет. Только внутреннее, но его обычно не видно!
— Как любопытно… — пробормотал наставник, прохаживаясь по подиуму. — Я близко общаюсь с Фирис, с некоторыми мицеллиусами, и у всех них есть второе воплощение. У драконов их всего три. У некоторых рас из других миров число воплощений достигает пяти! Но неважно, это не ваша вина…
Он обернулся и с улыбкой взмахнул рукой:
— Реверанс и отвечайте: ваше императорское высочество, для меня нет большей чести, чем пребывать в вашей близости.
Я не удержалась от смеха, но Вен схватил ребристую указку:
— Прошу не смущать венценосного наследника! Даже если вам непривычны такие обороты, у нас они являются частью жизни.
Указка… Всё во мне напряглось. У Тины Валерьевны была линейка, которой она без стеснения била нас, девчонок, по рукам. До синяков.
— Положите, — тихо ответила я сквозь зубы. — Немедленно положите указку на стол!
— Эсси? — удивился Вен, посмотрел на указку и аккуратно опустил её на край парты. — Прошу прощения?
— Занимайтесь, — отмахнулась я, с трудом разжав челюсть. — Не обращайте на меня внимания. Я тут посижу, почитаю…
— Вы знаете наш язык и умеете читать по-драконьи?
— Язык… Я вас понимаю, вы меня понимаете, но я его не учила. А читать… Вот уж не думаю.
— Да, драконий язык невероятно сложен, — Вен горделиво поднял голову. Попросту — задрал нос. И мне захотелось сделать то же самое, чтобы позлить этого наглого наставника. Поэтому я вытащила один из свитков из сот и улыбнулась как можно более ехидно:
— Уж всяко не сложнее русского!
— Это высокогорный диалект, — небрежно склонил голову Вен. — Сей свиток написан на высокогорном наречии.
— А говорим мы на каком?
— На южноморском, эсси Макария.
— И что, большая разница между ними?
— Я не смогу вам объяснить без примера. Но нам с его высочеством необходимо заниматься, чтобы компенсировать дни отсутствия.
Вен снова поклонился мне, а я взмахнула свитком:
— Занимайтесь. Я буду учиться читать.
Некс, которому надоело слушать нашу вежливую перепалку, со скучающим видом играл своей палочкой для письма. На её кончике застыла капелька синих чернил. Но чернильницы нигде не было видно. Интересно, как работает эта драконья ручка? Но я решила отложить этот вопрос на потом, осмотрелась. Под узкими окнами залы были разложены высокие подушки — будто наши пуфы, только на вид мягче и удобнее. На одну из них я и уселась, не обращая внимания на всполошённый взгляд Вена. Пусть идёт лесом в эротическое путешествие, хотя с этим у драконов, походу, проблемы…
Эф подобрался ближе ко мне, устроился на коленях, свернулся в чуть провисшей юбке и положил острую мордочку на коротенькие передние лапки. Я аккуратно сдвинула ноги, чтобы малышу было удобнее, и развернула свиток, потянув за кожаный язычок.
Похоже, что я слегка поторопилась с высказываниями. Как научиться читать, если не знаешь, что обозначает каждый символ? Нужна азбука, какое-нибудь пособие для маленьких детишек… Но спрашивать у Вена я не буду, ещё не хватало, чтобы он посмеивался надо мной! Спрошу потом у Некса. А пока попробую вычленить самый часто встречающийся символ. Во многих языках это гласная…
— …Эсси Макария, проснитесь!
Вскинувшись, я открыла глаза. Эф дышал мне в лицо, пытаясь облизать, но я заслонилась от него:
— О нет, у тебя воняет из пасти! Уйди!
Вен стоял надо мной, протягивая руку. Оказывается, я задремала со свитком в руках. Вот стыд-позор! Тоже мне, блаженная Макария… Учила, учила и уснула!
— Позвольте мне помочь вам, эсси, — Вен галантно поднял меня с подушек и снова поклонился. Эти их поклоны… Я даже начала различать степень важности каждого дракона. Чем ниже кланяется — тем ниже его чин. Некс очень изящно склоняет голову, а его папаша вообще не двинулся передо мной.
— А где Некс… то есть, венценосный наследник? — я поискала глазами малыша и снова глянула на Вена. Наставник улыбнулся:
— Он упражняется в зале психокинетики. Желаете, чтобы я проводил вас туда, эсси Макария? Или, быть может, вы хотите ещё почитать?
Ах-ах, как мы тонко шутим! Как мы то-о-оненько издеваемся! А ведь он мне почти понравился. Может быть, и мне шуткануть? Я ведь могу…
— Знаете что, эвьер Венчивью, его императорское величество разрешило мне брать уроки этикета, — вкрадчиво ответила я. — Я выбираю вас своим преподавателем. Начнём прямо сейчас.
— Сейчас? — растерялся Вен, и его руки дрогнули. — Разве вам не следует находиться рядом с венценосным наследником, эсси Макария?
— Следует, — покладисто согласилась, а потом улыбнулась послаще: — Но ведь наследник занят! А мне необходимо как можно скорее изучить правила вашей жизни, дорогой эвьер Венчи.
Он повёл глазами, закатив их. Прямо как Дауни-младший с известного мема. Но взмахнул руками, вероятно, примиряясь со злодейкой-судьбой, которая не даёт отдыха:
— Хорошо, эсси Макария. Давайте пройдём в сад, закажем прохладительные напитки и начнём с азов.
Похоже, обучение началось ещё в пути, потому что Вен снова говорил без остановки:
— Вы эсси, даже если не по крови, а по имени, поэтому ведите себя, подобно эсси. Вы знать, аристократия, четвёртая ступень, вы намного выше прислуги. При встрече с вами служанки должны исполнить реверанс, а слуги поклониться. Кроме эвьера Радоривана, он также четвёртая ступень знати.
— И вы? — невежливо перебила я. Вен поморщился:
— И я. Эсси Макария, не стоит говорить до того, как мужчина окончил речь. В нашем мире мужчины играют гораздо большую роль чем женщины.
— Чудесно! — воскликнула я, отчего служанка в простом платье испуганно шарахнулась в сторону. — Патриархат плюс кастовая система! Но ведь это неправильно!
— Разве можем мы судить о том, что правильно или нет? — повысил тон Вен. Мне показалось, что он хочет заглушить мой голос. А вдруг я посею сомнения в юных умах низшей касты? Со смешком взяла Вена под руку, чувствуя себя прогрессивной леди, чуть ли не суфражисткой:
— А кто должен судить?
— Виуз, разумеется, эсси Макария, — он посмотрел на меня, как на городскую сумасшедшую — с пониманием и лёгкой жалостью.
— Я не знаю, кто это.
— Это наш великий предок, отец всех драконов.
— Мать драконов знаю, отца… нет, — я с трудом удержалась от смешка, потому что какой-то частью мозга вспомнила пословицу «Не лезь со своим уставом в чужой монастырь». Пусть будет отец драконов.
— Виуз, Великий и Ужасный Змей, создал всё живое на нашей земле, создал Солнце и звёзды, создал драконов по образу и подобию своему, вдохнул в них ум и повелел слушаться заповедей, которые высек для них на огромной скале в центре мира.
Вен говорил, как старый афроамериканский проповедник — вещал. Он не был против моей руки на своём локте, значит, с этим жестом я угадала. Видимо, драконы остались где-то в эпохе Возрождения. Искусства, прекрасные замки, империя… Магия в стенах и дверях, магия в мыслях. Они просто пошли другим путём. Впрочем, весь этот мир пошёл другим путём. Если бы тут миллионы лет назад упали метеорит или комета, этой прекрасной империи могло бы и не быть…
Мы вышли в сад через боковое крыльцо. Водопад запахов обрушился на меня. Тяжёлый аромат больших цветов, весенняя зелень, влажная трава… Словно вошла в ботанический сад, где нет оранжерей, а все растения свободны жить там, где сами хотят. Цветы такие знакомые и, в то же время, неизвестные в моём мире. Пальмы рядом с обычными лиственными деревьями, рядом с маленькими, отлично подстриженными кустиками, похожие на наши живые изгороди. Вен жестом пригласил меня пройти в небольшую беседку из вьющихся растений, которые, казалось, ничего не оплетали, а сами по себе образовывали подпорки и крышу. Там стояли уже знакомые мне плетёные кресла — те самые, мягкие без подушек, а посередине огромный лист тропической пальмы держал поднос с кубками красного металла.
— Прошу вас, — Вен показал на одно из кресел и подождал, пока я опущусь на него, только потом сел сам. — Вам нравится сад?
— Он очень красивый, — ответила я, отпивая немного… лимонада? Да, это оказался лимонад с ярко выраженным привкусом малины. Как интересно посмотреть на фрукт, из которого делают этот напиток!
— Ещё один урок, эсси Макария. Когда вы делаете комплимент, делайте это как можно более цветисто. Не стесняйтесь на витиеватые образы. Вы можете сказать, что сад необыкновенно прекрасен, как рассвет над жерлом вулкана, или настолько красив, что у вас не хватает слов, чтобы описать его без свитка самых сложных наречий и прилагательных.
— Хорошо, я запомню, — кивнула, укрепляясь в своём решении выучить драконий язык и вызубрить свиток самых сложных наречий и прилагательных наизусть.
— «Хорошо, я запомню, эвьер Венчивейю», — поправил меня Вен.
— Эвьер Венчи…вейю… Господи, почему у вас такие длинные имена?
— Наши имена — наша ступень. У вас и у меня, эсси Макария, четырёхсложные имена, это знак нашей принадлежности к четвёртой ступени. На это также указывает наличие четырёх вспомогательных пальцев на крыльях.
Вен принял парадное воплощение и вытянул одно крыло, чтобы продемонстрировать наглядно. Я коснулась кожистой перепонки с опаской, провела по пальцу до самой пясти и задрожала. Словно пахнуло ветерком на моё лицо, словно душа наполнилась детской радостью, захотелось рассмеяться просто так…
«Смотрите, тётушка, она смеётся! Смеётся!»
Господи, откуда этот звонкий мальчишеский голос в моей голове?