Глава 8. Бабочки

— У вас пять… пальцев, — тихо сказала я, не в силах сдержать дрожь. Вен с улыбкой покачал головой:

— Это не палец, это запястье.

— Понимаю…

Я поёжилась. Откуда этот голос? Галлюцинация от жары? Нет, почему сейчас? Весь этот мир может быть одной большой галлюцинацией, но он слишком сложен и слишком целен для моего воображения. Может быть, воспоминание? Но откуда? Никаких картинок из детства я никогда не видела… Меня нашли в шесть месяцев, а помню себя лет с пяти. Тогда почему ребёнок кричит «тётушка»? Чья тётушка? Может, это я ребёнок?

— Эсси Макария, я понимаю, что вы не знаете всех тонкостей нашего этикета… — пробормотал Вен, аккуратно складывая крылья и убирая их за спину. — Именно на это я спишу ваш необдуманный жест. Никогда не трогайте крылья дракона, за которого вы не собираетесь в скором времени выходить замуж.

— Ой, — сказала я. — Неужели вы теперь, как честный человек, обязаны на мне жениться?

Вен рассмеялся, и от чопорного наставника на миг не осталось и следа. Нет, этот парень определённо мне нравится! Он взял кубок, пряча смех в лимонаде, а потом ответил:

— Не думаю, что это хорошая идея. Я просто хотел вас предупредить, эсси Макария. Другие эвьеры могут не быть такими же понимающими.

— Вы очень любезны, эвьер Венчи…вейю.

Я мысленно порадовалась за себя: надо же, выговорила его имя, почти не заикнувшись! И не буду его женой, уф. Даже не знаю, что именно меня радует больше! Но на душе определённо стало легче.

И тут произошло второе чудо за последние полчаса.

Огромная ярко-голубая бабочка прилетела в беседку, села на мой указательный палец и застыла, чуть подрагивая крылышками. Я замерла, чтобы не спугнуть эту хрупкую гостью, а Вен тихонечко цокнул языком несколько раз:

— О! О-о-о! В мире людей тоже умеют призывать животных?

— Что? Нет, — почти не дыша ответила я. — Она сама…

— Бабочки не прилетают сами. Они необыкновенно дики!

— Дикие, но симпатишные, — пробормотала я, разглядывая затейливый узор на крыльях. Какая эта бабочка красивая! И совершенно не боится меня! А вот и вторая… чуть поменьше, чуть поблёклее, но такая же прелестная и бесстрашная!

— В вас таится множество неизведанных талантов, — изумлённо сказал Вен. — Одну бабочку можно было бы списать на случайность, но две…

— Три, — тихо усмехнулась я, следя взглядом за подлетающей подружкой первых двух. Затем все они вспорхнули и закружились у меня над головой. Вен смотрел на них с восхищением, потом заметил:

— Три — это закономерность!

— У нас тоже так говорят, — вздохнула я. Взялась за кубок и поморщилась. Сладкий лимонад пить не хотелось. Водички бы…

Вен глянул на солнце, коснувшееся краем леса на холмах, и сказал:

— Эсси Макария, я думаю, вы проголодались. Ужин будет подан в малой столовой. Желаете, чтобы я вас сопроводил?

— Желаю, чего уж там, — я встала. — Мне кажется, я сразу же заблужусь, если пойду в замок одна.

— Вам это только кажется, эсси Макария.

Вен предложил мне локоть, и я с радостью ухватилась за него:

— Я совершенно не умею ориентироваться в замкнутых пространствах. Вот в лесу ещё туда-сюда… Но в лабиринте замка… Думаю, вы будете искать меня долго!

— Ирчи найдут запах, — совершенно серьёзно ответил Вен. — А если нет — я позову оборотня.

Я только профейспалмила мысленно. У драконов нет чувства юмора. Да-а-а, трудненько мне тут придётся!

Мы снова вошли в замок, и Вен повёл меня совсем другим путём в глубину замка. Я рассматривала висящие на стенах гобелены и стоящие в пролётах смешные вазы, больше похожие на ночные горшки. В искусстве драконы были изящны, но несколько примитивны по сравнению с нашей эпохой Возрождения. Везде было много завитушек, спиралей, кругов. Наверняка это надписи, но прочитать их мне пока не представлялось возможным. Я обязательно выучу драконий язык, пусть даже только один диалект. Но не с Веном. Я попрошу Некса помочь мне.

Малая столовая оказалась огромным вытянутым залом, где стоял длинный стол — ожидаемо из твёрдых листьев, сплетённых между собой — и ряды стульев-грибочков. Вокруг уже ждали эсси и эвьеры, тихо переговаривающиеся между собой — чопорно и серьёзно. Заметив нас с Веном, все поклонились или присели, зашелестели крыльями, любопытно поглядывая на меня. Я, помня рассказ наставника о ступенях и иерархии, исполнила не слишком глубокий реверанс. Равная им всем или слегка выше кастой. Простите, уважаемые, у меня нет крылышек, не могу их показать…

— Пойдёмте, эсси Макария, — громко сказал Вен, обращаясь ко мне, но не для меня, а для всех присутствующих, — я умоляю вас сесть по левую руку. Вряд ли наши блюда вам известны, я покажу вам, как их надо кушать!

«Шу-шу-шу», — словно листья на ветру, зашептались в столовой. Господи, все женщины во всех мирах, да вообще вся прислуга одинакова! Похоже, я буду главной новостью замка в последующие несколько дней. Ну ничего, мне не привыкать. Я знаю отличное средство против сплетен: наплевать на них с высокой колокольни. Поэтому послушно села на шляпку гриба и взяла со стола салфетку из светлой кожи, положила её на колени. Вен устроился на соседнем стуле, продолжил:

— Я надеюсь, что вы, эсси Макария, не имеете каких-либо вкусовых табу?

— Нет, особо не имею, — ляпнула я, а потом подумала: а вдруг мне преподнесут тарелку лягушачьих глаз в соусе из слизи улиток? — Скажите, эвьер Венчивейю… — о, я прогрессирую! — а что вы обычно едите на ужин?

— Обычно… О, наши повара отлично готовят ашиму, а к ней — необычайно вкусный подземный салат.

— Подземный салат? Боже, я боюсь даже предположить, что такое ашима, — я проглотила слюну, и желудок ответил бурчанием. Я, конечно, голодна, но если вдруг эта самая ашима будет похожа на зажаренных насекомых или на полудохлые щупальца кальмаров…

Дверь отъехала в стену, и по воздуху из соседнего помещения выплыли деревянные круги тарелок, запорхали по кругу и медленно принялись укладываться на свои места на столе, прямо напротив каждого стула.

— Ашима из керраса и подземный салат с блаксами, — провозгласил голос невидимого официанта, и тут же все эсси и эвьеры поспешили рассесться. Я с опаской посмотрела в тарелку. Обычное рагу из светлого мяса и овощей, украшенное по бокам мясистыми веточками какой-то травы. Уф! Аж от сердца отлегло! Это не должно быть слишком противным, а может, даже похоже на наши блюда.

— Вот видите, эсси Макария, я угадал! — порадовался Вен, беря в левую руку лопаточку, а в правую — тонкое шило. — Попробуйте, ашима очень вкусная.

Он ловко подцепил шилом кусочек аппетитного мяса в соусе и затащил его на лопатку, а потом отправил в рот. Промычал, как настоящий гурман, и жестом пригласил меня попробовать блюдо. Мысленно перекрестившись, я взяла странные приборы и попыталась донести до рта незнакомую еду. Мясо срывалось с лопатки пару раз, но я наконец-то смогла ухватить его.

А что, вполне себе неплохо! Похоже на куриное филе. Правда, немного слаще и с каким-то непонятным привкусом, но очень даже вкусное. Я подозрительно покатала мясо в рту, проглотила и решилась спросить:

— Эвьер Венчивейю, из чего сделана эта… ашима?

И даже зажмурилась в ожидании ответа. Он не отвратил меня, но удивил. Впрочем, и ничего не сказал.

— Из керраса.

— А как выглядит керрас?

— Это… большое животное, травоядное, безобидное.

— Корова чо… — пробормотала я. Наверное, какой-нибудь игуанодон. Драконы разводят их вместо коров, только не доят. Небось, яйца берут…

— Что такое корова? — поинтересовался Вен, жуя веточку подземного салата. Я последовала его примеру, откусив верхушку салата:

— Большое животное, травоядное, правда, с рогами!

— Дракон? — с каким-то ужасом спросил наставник, и я засмеялась:

— Нет, просто корова с рогами.

Отчего-то наши родные коровы показались мне самыми прекрасными животными на свете. Дорого бы я отдала, чтобы погладить хоть одну… А тут сплошные динозавры!

— Вам нравится салат, эсси Макария?

— Травка как травка, — я схрумкала остаток веточки и прицелилась шилом к очередному кусочку мяса.

В общем, ужин удался. Нам сервировали нечто похожее на ликёр — с кисленьким вкусом и очень слабым градусом. От него мне неожиданно стало легко и свободно на душе, даже коровы забылись! Вен галантно проводил меня до покоев, где меня ждала служанка.

Рогатая, как стилизованная корова, луна светила в окно замка. Я прошла по комнате и поняла, чего мне не хватает. Пашки, который просит яблочка, Цезаря, просящегося на ручки, Баси с Касей, кошачего Инь-Яна… А как я буду спать без дракоши на груди? Как я буду спать в этом странном месте, которое я совсем не знаю?

Вей присела в реверансе, вежливым голоском спросила:

— Эсси желает отойти ко сну?

— Эсси не знает, — вздохнула я. Повернулась. Раскарыла широко глаза: — Что это такое?

— Это? Ваше ночное одеяние, эсси Маша, — удивлённо ответила Вей.

Ночное одеяние больше походило на парашют. Что-то абсолютно безразмерное, огромное, наглухо закрытое, как кольчуга… Чтобы некто, проникший в спальню эсси, не смог даже найти, как снять этот ужас! Чтобы и я сама не смогла ни дышать, ни ворочаться. Смирительная рубашка для благочестивых драконих!

— Я не надену это, извини, — покачав головой, я оглянулась. — Где другие вещи?

— Я сложила их в ваш гардероб, — Вей аккуратно расправила складки ночного одеяния и мановением руки открыла неприметную дверцу в стене спальни. — Вот они.

Я быстро подошло, провела пальцами по ряду гладких и шероховатых тканей, парящих в пространстве гардероба, и выхватила одну шмоточку:

— Вот! Я буду спать в этом.

Длинная и просторная рубашка примерно до колен и без рукавов, с неглубоким вырезом и кружевной отделкой, была очень похожа на ночнушку. Но Вей безмерно удивилась:

— Эсси… но… Это же купальный костюм для хаммама!

— Вы извращенцы, ребята, — профейспалмила я. — Ещё не придумали купальник?

— Эсси не оголяются нигде, кроме туалетной комнаты, — наставительно ответила Вей. — Хотя совсем недавно эсси Вавинатика продемонстрировала прелестный костюм для туалетной комнаты, который подойдёт для очень стеснительных дам.

— Послушай, Вей. Я всё понимаю, всё. Я очень хочу следовать правилам вашего мира, стать одной из благочестивых эсси, но бронепеньюары носить не буду. И мыться буду голышом. Так принято в моём мире, так я и буду делать.

— О! — только и смогла выговорить служанка, видимо, шокированная моим заявлением. Но решила не портить отношения и покладисто изобразила реверанс: — Я помогу вам переодеться, эсси Маша.

— Спасибо, — мило улыбнулась я, поворачиваясь к ней спиной.

На невидимо-мягкой перине спать было, конечно, очень удобно, но страшно непривычно. Мой матрас был гораздо твёрже. А теперь я ворочалась с боку на бок, пытаясь найти позу, в которой не буду провисать или выгибаться. Хоть бы кошку обнять, и то было бы веселее!

Вей похрапывала в гостиной на диванчике, а я вздыхала. Неужели так будет всегда? Когда же я смогу заснуть? Что за мучения… Может, сходить найти Некса? Нет, малыш наверняка спит в своей постели, не стоит его будить. Дома я бы встала, согрела стакан молока и выпила бы его с кусочком батона. А тут что делать? Интересно, есть ли у драконов молоко? Вряд ли, ведь рептилии несут яйца… Есть ли в этом мире млекопитающие? Или только я такая?

Мерцающие огоньки привлекли моё внимание. Господи, это ещё что такое? Похоже на светлячков. Летают такие фонарики под потолком… Рассмотреть бы…

И будто по заказу один из фонариков спустился пониже, запорхал прямо над моим лицом. А вдруг это особо кусачий комар? Я уже подняла было руку, чтобы отмахнуться, как вдруг поняла, что это бабочка. Да неужто? Светящиеся бабочки? И они слетаются ко мне, опускаются на руку…

Я села на кровати, спустив ноги. Чудо чудное! Вытянув кисть, я с улыбкой смотрела на них — на голубых бабочек, как в саду. Надо же, нашли меня тут! Нет, нет! Не улетайте!

Но насекомые вспорхнули испуганной стайкой и метнулись к двери. Почему не в окно? Может быть, мне надо идти за ними?

Я встала тихонечко, на цыпочках прошла через открывшуюся дверь. Бабочки точно вели меня куда-то, потому что сразу сгрудились возле выхода. Оглянувшись на Вей, я прикусила губу и вышла в коридор. Там было тихо и темно. Словно замок спал беспробудно. Словно его на сотню лет усыпила старая ведьма с веретеном… Как такое возможно? Я думала, что тут всегда кипит работа…

На лестнице я остановилась. Стало страшновато. Бабочки улетели вперёд, потом вернулись, тревожно порхая перед лицом. Я слегка отмахнулась и шёпотом пожаловалась:

— Я боюсь! И заблужусь!

Мои ночные гости потусовались общаком, словно посоветовались, а потом одна из бабочек села на стену рядом с лестницей. Остальные полетели дальше, и под лестницей ещё одно насекомое село живым фонариком на статую. О как! Умно. Я Гретель, раскидывающая живые крошки на своём пути! Прелестно! Я словно попала в сказку…

Я прошла по коридору, миновав несколько зал, и вышла на крыльцо. Со мной осталась одна бабочка — самая большая, самая светлая, самая преданная, если можно так сказать. Она вела меня по саду вглубь, в душную прохладу тропиков, а я доверчиво шла за ней. Может быть, слишком доверчиво. Но сия умная мысль держалась на задворках сознания ровно до того момента, как я услышала звуки льющейся воды.

Вода! Водичка моя! Надеюсь, это не мираж! Я ускорила шаг, почти побежала за бабочкой. Какая же милая у меня провожатая, и как только догадалась, что мне надо вымыться, поплескаться? Прямо всё тело зачесалось — так захотелось под душ, в ванну, хотя бы в реку… И боженька смилостивился надо мной.

Это оказался водопад. Со скалистого грота, спрятанного в зарослях папоротников, из фонтанчиком бившего сверху родничка лился самый настоящий водопад из чистых прохладных струй. Бабочка покрутилась немного над ним и, облетев небольшой пруд, образованный стекавшей водой, присела на куст голубоватых цветов, похожих на розы. Её сияние чуть погасло, а потом вспыхнуло ярче, освещая мою импровизированную ванну. В том, что буду купаться, я не сомневалась ни секунды. Только оглянусь. Никого. Вот и славно.

Ночнушка полетела на траву, я попробовала пальцами ног воду и не ощутила холода. Ни тепла. Вода была как раз такой, как надо. Вода была, и этого мне хватило, чтобы почувствовать восторг. Даже дно не скользило под стопами, слегка кололось камешками и песком, и я смело вошла по пояс. Боже, какое счастье! Никогда не думала, что наличие ванны и воды приведёт меня в подобное состояние. Жалко, что нет шампуня, чтобы помыть волосы, но, говорят, можно прожить и без этого. Некоторые даже специально перестают использовать мылящие средства, чтобы волосы натурально очищались простой водой…

Я поплескалась немного, чувствуя себя лесной нимфой, первобытной женщиной, дорвавшейся до купания русалкой, а потом решила испробовать природный душ. Пошла к водопаду, разводя воду руками, нежась от её ласковых объятий. Помедлила, набираясь смелости, и на выдохе, с тихим визгом ринулась под струи звенящей воды. Незабываемо! Просто волшебно! Ради такого момента я готова простить этому миру все его заморочки и чопорные выкрутасы драконов! Я останусь здесь на всю ночь…

Но, занятая потреблением собственного счастья, я не заметила того, что в саду оказалась не одна. А когда заметила, было уже поздно. Чьи-то сильные руки схватили меня сзади за плечи, прижали к горячему телу, и я заорала со всей дури от страха. Но годы, проведённые в казённом доме, не прошли даром. Рефлексы не притомились, а выскочили в нужный момент. Удар пяткой по колену, а затылком по предполагаемому носу — и я уже свободна! Сзади раздался вопль мужчины, я тотчас отскочила, плюхаясь спиной в воду, и, когда вынырнула, увидела нападавшего, который держался за челюсть.

— Эх, не попала! — отфыркиваясь, пожалела вслух.

— А куда вы целились? — обиженно спросил он.

— В нос.

— Это неправильно! — возмутился мужчина. — А если бы вы мне его повредили?

— Да, и ногой надо было не по колену бить! — уже веселее посетовала я.

— По чему же?

В его голосе мне послышалось искреннее любопытство. Ишь, какой! Железная морда, честное слово… Неужели даже не больно?

— Вот по тому самому, — с достоинством ответила я, подбираясь ближе к берегу.

— Выражайтесь яснее, — потребовал мужчина, приближаясь.

— Стойте там, где стоите! — я собрала рукой волосы, стараясь не высовываться из воды. — И отвернитесь.

— Зачем?

— Я хочу одеться, неужели не понятно? Вы вообще джентльмен или так, рядом стояли, когда эвьеров делали?

Мужчина поперхнулся собственным языком, явно обдумывая мои слова, но послушно повернулся лицом к водопаду. Не мешкая, я вскарабкалась на берег, схватила ночнушку и принялась с пыхтением напяливать её на мокрое тело. Когда глянула на мужчину, то увидела, что он смотрит на меня. Нет. Жрёт моё тело глазами! Да уж, до эвьера ему как до луны!

— Знаете что? Вы совсем даже не эвьер, — заявила я зло. — Что вы тут делали? Зачем прятались?

— Я не предполагал, что кому-то захочется искупаться в это время, — усмехнулся мужчина, выбираясь на берег рядом со мной и отжимая мокрые панталоны и рубашку. — Тем более эсси, тем более в таком совершенно неприличном виде.

— А что ещё мне делать, если в ванной песок насыпан, — с обидой я махнула на бабочку, отгоняя её в сад. Вот предательница, заманила прямо в лапы… кому?

Я посмотрела на мужчину исподлобья, но внимательно. Он был хорош. Староват, конечно, но мне же его не варить! Лет сорок на первый взгляд. Хотя тут темно, я могу ошибаться. Волосы светлые, черты лица приятные. Как у Вика — благородные. И глаза голубые. Правда, есть в них что-то дьявольское. Огонёк. Наверное, все они тут огненные драконы…

— Вы что, садовник?

— А вы что, няня? — он невольно передразнил мой тон, и мы оба рассмеялись. Весёлое приключение, что ни говори.