Глава 12. Тролль от эльфа отличается больше, чем лед — от огня
Звук колокольчика вырвал Эрику из лап кошмара, тягучего как смола. Только тогда она поняла, что покрылась липким и неприятным потом. Судя по ощущениям, она всю ночь бодрствовала, разгружая бесконечные вагоны с камнями, а потому абсолютно не выспалась.
Виноватый голос дома прозвучал неожиданно, хотя уж к нему Эрика давно привыкла:
— Я не ощутил ничего плохого этой ночью, хотя обычно чувствую все твои сны. Извини, если бы я знал, что тебе снится кошмар, я разбудил бы тебя.
— Ты не виноват. Наверное, это был не обычный сон, а дело рук Эстины. Не зря она появилась там, словно для нее было обычным гулять по чужим сновидениям. А если вспомнить, что плетение снов — это очень древняя часть магии паучи, которых черные эльфы заставили на себя работать, то все становится понятно.
— Будь проклята эта черная тварь!
Эрика была удивлена бурной реакцией дома. Раньше она считала, что он привык к действиям жены Исы, который находился в далеких Внешних мирах… А дом продолжал свою мысль:
— Хорошо, что Раэль отменил связь Эстины со мной и теперь я смогу не просто защищать вас, но и атаковать ее.
Мысленная речь дома оборвалась, как будто он сказал больше, чем считал нужным. Сон про Эстину, похоже, вывел его из-за себя, раз он сболтнул чуть больше, чем собирался.
Эрика решила уточнить:
— Дом, неужели ты тоже не веришь, что мы сможем спокойно пройти к порталу в мир эльфов — без появления черных эльфов?
— Да. Особенно после слов призрака. Ты все правильно ему отвечала, но Лунные сестры не способны ошибаться в своих предупреждениях. Да и отправить к нам призрака было для них очень сложно. Мне приходилось слышать, что их магия ограничена только миром эльфов и его обитателями.
Начали открываться бутоны, в которых спали эльфята. И это натолкнуло Эрику на мысль, которую она поспешила высказать:
— Все правильно! Сейчас в этой комнате находятся три частички эльфийского мира: Невея, Нит и ты сам. Я полагаю, именно ваша магия послужила маяком для призрака.
— Ты тоже тесно связана с нами, а значит, и с эльфийским миром. Эта связь делает нас единой силой.
Эрика с трудом села на кровати. Первой из своего бутона выглянула Невея, которая с сомнением посмотрела на свою няню и задала самый простой вопрос, на который тем не менее было очень сложно ответить правду:
— Тебе плохо? Ты какая-то странная…
— Все в порядке, милая! Мне приснился плохой сон, а он может только испортить настроение. Ничем другим он не вреден.
Эльфочку удалось убедить, Нит же и вовсе не обратил на это никакого внимание. Руки Эрики сильно тряслись, когда она помогала эльфятам переодеваться в чистые одежки. Хорошо, что с каждой минутой становилось легче…
Нит задумчиво произнес:
— Хочу ням!
Эрика сорвала с ветки волшебного дерева два молочных фрукта и поманила эльфят за собой. Первой за ней побежала со смехом Невея, а следом с протестующим возгласом — Нит. Он не любил, когда кто-то, тем более сестра, его опережал.
Маленькие человеческие дети очень легко поддаются на провокации, эльфята в этом от них совсем не отличаются. И это прекрасно! Ведь заставить их двигаться в нужном направлении без стимула иногда выходило чересчур сложно. А Эрика этим утром была не способна на подвиги…
* * *
Наверное, Алона заметила неладное, творившееся с Эрикой, как только она и эльфята вошли в столовую. Как Эрика ни старалась сделать вид, что все чудесно, это не удалось.
Алона спросила с беспокойством:
— С тобой все в порядке? Ты — белая, как снег, а под глазами — черные круги.
— Я плохо спала. После всего, что мы пережили, странно, что кошмары не стали меня преследовать гораздо раньше.
За столом сидели Штар и незнакомый тролль, а мама Эрики стояла у окна. Она повернулась после слов Алоны и была в высшей степени обеспокоена, но сказать ничего не успела. И слава богу! От маминой сверхподозритетельности Эрика бы так быстро не отделалась.
Штар вступил в разговор:
— Эрика, позволь представить тебе моего учителя Брох-Тара. Он почувствовал возмущение магического поля Изначального мира и решил проверить, что его вызвало.
Эрика присмотрелась к Брох-Тару. Он был стар, но не немощен. Морщины и седина не оставляли возможности решить, что учитель Штара еще молод, но его ясные глаза показывали, что его разум старость не затронула. Он был ростом не ниже мужа Алоны, это было ясно видно, даже когда они сидели за столом. С другими троллями Эрика до этого момента не была знакома, поэтому все приходилось оценивать в сравнении со Штаром.
Брох-Тар сказал:
— Черные эльфы никогда не ладили с троллями, поэтому мне стало интересно, что же они искали. Я погрузился в транс и легко смог отследить точку, которая была общей целью для тех, кто с высочайшей наглостью проник в Изначальный мир.
Он говорил по-эльфийски с потрясающей легкостью, так что заклинание-переводчик не затруднилось передать не только смысл его слов, но и насыщенность их эмоциями. Очень низкий голос Брох-Тара очаровал Нита, который приблизился к обеденному столу, чем Эрика и воспользовалась, чтобы усадить его над пустой тарелкой. Эльфенка возмутило отсутствие еды, он сказал очень четко и с нажимом:
— Хочу ням!
В тарелке перед ним тут же появилось блестящее розовое пюре, пахнущее какими-то незнакомыми фруктами и легким дымком. Такое же блюдо появилось перед Невеей, которая как вежливая эльфочка произнесла нежным голоском:
— Большое спасибо!
Брох-Тар посмотрел на эльфят с ласковой улыбкой, а потом перевел понимающий взгляд на Эрику. От него не удастся так просто отделаться! К тому же, Штар, скорее всего, уже поделился со своим учителем информацией, почему Эрика и ее компания возникли здесь.
Стоит извиниться…
— Простите, что привела ваших врагов. Мы не могли должным образом выбирать, в каком мире окажемся, хотя наши преследователи это, похоже, все-таки узнали.
— Не переживай! Нашим воинам давно нужна была боевая разминка, а мудрецов это так заинтересовало, что они перестали ныть о бессмысленности своего существования. Так что я ожидал вашего пробуждения, чтобы сказать тебе спасибо и посмотреть на волшебное дерево из мира эльфов. Жаль, что оно не захотело показываться мне на глаза.
В голове у Эрики раздался насмешливый голос дома, который из вредности снова стал невидимым:
— Желание этого старого тролля было так очевидно, что при входе в столовую я исчез. Чтоб ты знала, Брох-Тар — один из тех троллей, которые решают все важнейшие вопросы в Изначальном мире. Он только притворяется добряком…
— По-моему, ты подхватил от эльфов неприязнь к троллям. Мог бы и проявиться сейчас из вежливости!
Дом ничего не ответил, и Эрике пришлось выкручиваться самостоятельно:
— Брох-Тар, мне жаль, что вы не удовлетворили свое любопытство. Дом, как мы называем наше волшебное дерево, очень молод и легко смущается.
— Ничего страшного. Я ощущаю его магический отпечаток, это достаточно интересная информация, которой мне хватит на долгое время, чтобы обдумывать. Скажи, я сразу извиняюсь за свою бестактность, почему ты так истощена? Разве беременность оказывает на людей такое странное воздействие?
— Мне всю ночь снились кошмары, и я не выспалась.
Брох-Тар двигался очень быстро для своего почтенного возраста. Он встал и в одно мгновение приблизился к Эрике.
— Ты позволишь прикоснуться к тебе? — спросил он.
— Да.
Длинные пальцы учителя Штара, которого он называл вчера гениальным лекарем, коснулись головы Эрики. Сразу же ушли ноющая боль, чувство усталость и заторможенность, как будто Брох-Тар подзарядил ее своей магией.
Он улыбнулся:
— Люди обладают открытыми мыслями, которые могут подвергнуться атаке опытного мага разума. Я на время закрыл доступ к твоей голове, Эрика. До мира эльфов моя защита должна будет действовать.
— Огромное спасибо! Мне намного лучше.
И тут Эрика вспомнила, о чем она хотела поговорить с лекарями народа троллей, магия которых была известна искусностью в вопросах здоровья и регенерации тела. Казалось, лучшего специалиста в этих вопросах ей не найти.
— В одном мире, который мы недавно посетили, нам встретился народ, похожий на людей. Большая часть их женщин, и, как я предполагаю, мужчин лишены возможности зачать ребенка. Это связано, на мой взгляд, с условиями, в которых они живут. Кто-нибудь из троллей согласится им помочь?
— Это народ лотаки, про которого мне рассказывал Штар?
Алона, скорее всего, передала рассказ Эрики о ее приключениях Штару полностью, слишком многое ему было известно. А уже он сообщил эту информацию своему учителю.
— Да.
— Хм, может получиться интереснейшая практика для моих учеников, которые совершенствуются в лекарском искусстве. Я принял решение! Тролли помогут лотаки. Волшебное дерево сможет мне передать координаты их мира?
— Только после того, как мы вернемся в эльфийский мир.
— Хорошо. Тогда я буду ждать сообщения от тебя, — Брох-Тар улыбнулся, — боги очень милостиво даровали мне встречу с тобой! Надеюсь, мы еще хотя бы раз увидимся в будущем.
Он попрощался со всеми и телепортировался вместе со Штаром. Мама Эрики, которая смотрела в окно, засмеялась и проговорила:
— Алона, у вас дома стоит маячок, который сообщает Халлесану, когда Штар улетает отсюда?
— Нет, насколько я знаю.
— Этот кабанчик появился из леса, как по волшебству.
Не стоило это говорить при Ните, потому что он стал ныть и не успокоился, пока не отправился на прогулку к своему хрюкающему другу. С ним пошли Невея и мама Эрики, которая безапелляционно сказала дочери:
— Отдохни, а то на тебя смотреть без слез не получается.
Пришлось согласиться. Эрика только перебралась поближе к окну, чтобы наблюдать за своими подопечными.
* * *
Алона приготовила укрепляющий чай для них обоих и ойкнула, схватившись за живот. Эрика мгновенно ощутила свою никчемность в вопросе эльфийских родов, поэтому предложила с опаской:
— Может, ты позовешь Штара обратно? Я, честно признаюсь, не умею принимать роды даже у человеческих женщин, а ты эльфийка…
Эти слова вызвали у Алоны улыбку.
— Мне это не нужно. Еще слишком рано для появления моего малыша на свет.
— Почему ты так думаешь?
— Если тебя беспокоят размеры моего живота, то не переживай — тролленок не может занимать мало места.
Эрика почувствовала, что чего-то не понимает, и решила уточнить:
— Но мне говорили, что эльфы не смешиваются с другими народами. То есть ни с кем, кроме драконов.
Алона кивнула:
— Все верно. От нашего союза со Штаром может родиться как эльфенок, так и, с очень маленьким шансом, тролленок. Никто из них не будет полукровкой.
И она добавила:
— Ты же знаешь, что для эльфов важен психологический настрой? И что у нас не могут появиться дети, пока мы не будем на это согласны?
— Да.
— Так вот. Очень редко эльфийка способна справиться со своими страхами. Только в этом случае она решается на ребенка, который будет полностью отличен от нее. У меня это получилось.
Эрика дотронулась до своего живота и тоже улыбнулась. Рядом с Алоной невозможно было грустить… Она продолжила:
— Лишь драконы не обращают внимания на согласие эльфов и их психологический настрой. Это крайне невежливо с их стороны. Раэль, должно быть, был сильно удивлен, когда увидел тебя беременной.
— Да, очень сильно. Он превратился на целую минуту в соляной столб.
Алона хохотала так искренне, что Эрика не смогла удержаться от смеха. Эльфийка, которая жила в Изначальном мире и ждала ребенка от тролля, меньше всего сейчас напоминала ту гордую и слегка высокомерную красавицу, танцевавшую в Небесном зале. Нет, она не потеряла свой прекрасный облик, но стала намного более живой, очаровательной и излучающей свет.
Как же жалко, что ее родители не могли этого увидеть! Эрика помнила, что из-за идиотских законов в мире эльфов Алону ждала смерть…
Эрика поинтересовалась:
— А что Штар думает об этом? Он, наверное, безумно счастлив? Ты настолько доверяешь и любишь его, что готова родить ему тролленка.
— Как это — ему? Это будет наш общий сын.
— Прости, я неправильно выразилась.
Прежде, чем ответить на заданный вопрос, Алона покраснела.
— Он не знает. Я… я хочу сделать ему сюрприз. Тролли необоснованно считают, что сканирование нерожденного ребенка может отпугнуть от него душу.
Эрика покачала головой и ответила на это неожиданное признание:
— А я думала, что преподнесла самый неожиданный подарок, когда забеременела. Но ты…
Она не смогла подобрать слов, и Алона помогла ей:
— Я думаю, что мы с тобой очень похожи. Я ведь тоже не живу в своем родном мире…
Ее лицо внезапно помрачнело. Она не смогла продолжить свою мысль и замолчала, но потом спросила:
— Эрика, пожалуйста, выполни одну просьбу для меня.
Помочь той, которая приютила странников по мирам в своем доме? Да запросто…
Эрика ответила:
— Все, что угодно! В разумных пределах, конечно.
Алона сжала свою левую ладонь, а когда снова раскрыла ее, там лежало небольшое запечатанное письмо. Она попросила:
— Передай, пожалуйста, это письмо моим родителям. Только тайно! И обязательно — когда они будут вдвоем! А то с них станется скрывать друг от друга письмо дочери, чтобы не подвергать второго опасности.
После всех сложностей Внешних миров это была очень простая просьба. Эрика проговорила:
— Я не могу гарантировать свое возвращение в мир эльфов, но если я в конце концов окажусь там, твои родители получат письмо.
— Не сомневаюсь, что окажешься. Драконы — очень упрямые. Ах, как бы мне хотелось взглянуть на твое общение с Советом эльфийских лордов. Я думаю, что это будет в высшей степени поучительное зрелище…
— Мне сложно заглядывать в такую даль. Иногда кажется, что за порталом в мир эльфов располагается какое-то идеальное будущее, потому что я не могу его представить.
— Не придумывай! Тебе просто нужно выспаться там, где не нужно беспокоиться о новом дне. Спасибо!
Алона сосредоточилась на работе, она стала записывать информацию о земных магах, которую она узнала от мамы Эрики. Все-таки ученые, независимо от принадлежности к какому-либо народу, — очень странные существа! Алона, которая ждала ребенка, могла бездельничать, и никто бы ей слова не сказал. Но она не могла по-другому.
Интересно, а, чисто гипотетически, мама бы могла изменить свое решение? Остаться на Земле, работать в школе и не переживать за непутевую дочь? У Эрики не получалось этого представить от слова “совсем”. Ее мама вписалась в погоню по мирам, как будто в ее жизни не было спокойных лет на Земле. Наверное, все земные маги были такими гибкими в психологическом смысле, что легко привыкали к самым непредсказуемым изменениям…
Пока Алона занималась своими записями, Эрика сидела у открытого окна и любовалась на свою маму, которая выглядела моложе себя обычной, смеялась и с радостью играла в догонялки с эльфятами и Халлесаном. Раз за разом все заканчивалось одинаково: Нит начинал жульничать, взлетая, чтобы его не поймали.
Надо заметить, что эльфенку всячески подыгрывал крылатый кабан. Казалось, ему нет дела до выигрыша. Главное, чтобы Нит был доволен. Халессан кидался наперерез водящему, превращался в глупое животное, которое заслоняло ему дорогу, и только насмешливо хрюкал, когда его ругали.
Внезапно Халлесан поднял пятачок, посмотрел в сторону дома и припустил к лесу со всей своей немаленькой скоростью. Как только он скрылся за деревьями, на входе в столовую возник Штар. Версия о том, что внутри его дома располагался датчик, улавливавший телепортацию троллей, нравилась Эрике все больше.
Штар подошел к своей жене и произнес с ласковой улыбкой:
— Мое эльфийское солнышко!
— Да?
В голосе Алоны слышались собирающиеся предвестники возмущения. Эрика подумала, что эти двое в блещущем очаровании вечной молодости были похожи на Даррена и Эмилию. Если все закончится лучшим образом, надо будет их познакомить. Дракон, человеческая женщина, тролль и эльфийка — целых четыре таких разных народа и только две пары влюбленных. Нет-нет, не если! Когда все закончится лучшим образом…
Скорее всего, Штар уже видел ответ Алоны в ее глазах, но все равно упорно договаривал свою мысль:
— Мои братья собираются в рейд на черных эльфов. Они хотят, чтобы я отправился с ними. Что ты думаешь об этом?
— А почему я должна тебе объяснять?
Алона сейчас напоминала глубоко беременного ежика, который топорщил свои иголки и был готов к ссоре. Штар поспешил объяснить свои слова:
— Потому что для меня твое мнение имеет решающее значение.
Она фыркнула.
— Твои братья не считают, что ты должен спрашивать у меня разрешения. Они — консерваторы, поэтому для них я — не твоя законная жена, которая имеет право запретить поход на врагов, ведь я не тролль.
— Мои родственники могут считать все, что им заблагорассудится. Для меня ты, Алона, — единственная жена, которую я когда-нибудь приведу в родовое жилище. И если их что-то не устраивает, я никогда не войду туда. Ты намного важнее!
— Да уж! Я, конечно, намного красивее старейшин твоего рода.
Эрике было неудобно, что она слушала разговор Алоны и Штара, но и закрывать уши руками считала слишком детским жестом. Как-никак они должны были прекрасно осознавать, что не одни…
Алона вдруг успокоилась и посветлела лицом. По каким неясным Эрике признакам ей удалось понять, что Штар никуда и не собирался?
— Не пугай меня так, — произнесла Алона, только угроза в ее голосе звучала теперь шуточная, — А то дождешься! Я наколдую на тебя связывающее заклинание, и ты никуда отсюда не денешься.
Штар, похоже, был бы счастлив провести здесь ближайший месяц — без общения с консервативными родственниками. Вдруг он помрачнел и протянул:
— Как жалко, что они окончательно соберутся в рейд только недели через три. Я за это время с ума сойду из-за их воплей.
— Штар, мне кажется, у тебя будут другие причины для беспокойства в ближайшее время. Эрика тут совсем недавно собиралась тебя вызывать в срочном порядке.
— Из-за чего?
Алона молчала и загадочно улыбалась. Эрике пришлось помочь Штару, который начал уже серьезно беспокоиться:
— Ничего страшного. Она просто ойкнула, и я испугалась, что это начинаются роды.
Штар глубоко вздохнул и сделал вполне обоснованный вывод:
— Алона, пока ты не родишь, я шагу не сделаю с территории нашего поместья. Обещаю!
Эрика ожидала удара грома, но потом сообразила, что эльфийские правила к троллям не относятся. Везет же им!
* * *
После дневного сна Эрика собрала всю свою семью: эльфят, которые давно уже были ей как дети, маму и дом, считавший себя ее старшим братом. Нужно было обговорить их поведение на самый плохой случай. Идея у Эрики была проста: мама должна будет активировать амулет, подаренный Исой, схватить эльфят за руки и под прикрытием невидимости пройти сквозь портал в мир эльфов.
Мама скрепя сердце согласилась, Невея тоже внимательно выслушала указания. А вот Нит, по всей видимости, внимал в основном своим мечтам про крылатых кабанчиков, ну или про гигантских бабочек, или про то и другое вместе.
Возражения против придуманного плана нашлись только у дома, но его никто, кроме Эрики, весьма довольной этим фактом, не слышал.
— Ты тоже должна пройти с ними в мир эльфов!
— Пойми, их быстро и незаметно сможет провести только мама. А когда они будут в безопасности, за ними следом пойду и я!
— Как ты поймешь, что они прошли портал, если не сможешь их увидеть?
— Милый дом, а эту информацию ты мне сам сообщишь. Амулет же не скрывает мыслей, ведь так?
— Нет, не скрывает.
— Тогда почему ты нервничаешь? По-моему, я придумала вполне стройный план.
Дом не сразу, но все-таки ответил ей:
— Призрак еще не вернулся от Лунных сестер. Меня это беспокоит… Как и глаза врага, которые сейчас должны находиться в этой комнате и про которые ты забыла.
Эрика покачала головой:
— Нет, мы не можем ждать призрака. Встретиться с Раэлем нужно обязательно, с ним нам будет ничего не страшно.
— Надеюсь, что ты права!
Ужин и время после него пролетели незаметно. Быстро стемнело, и когда дом открыл портал в Водоворот миров, Нит вдруг заподозрил неладное. Скорее всего, он в этот момент понял, что его собираются унести от Халлесана, от воплощенной мечты о счастливом будущем.
И тогда разразилась буря: эльфенок кричал, плакал и пытался вырваться, но Эрика была готова. Она прижала к себе бьющегося Нита и, кивнув на прощание Алоне и Штару, первой прошла через портал. Мгновение спустя за ней последовали и остальные…
* * *
Они стояли на вершине степного холма, на который наползала плотная пелена тумана, белого как молоко. Судя по всему, в очередном мире, который был последним перед возвращение домой, недавно наступило утро.
Нит сумел вырваться и повис в воздухе, обвиняя Эрику:
— Ка плохая! Нить!
Неподалеку виднелся долгожданный портал в мир эльфов, от которого шли напряженный Раэль, который, похоже, разделял сомнения дома, и бледный Орейст.
Все закончилось? Но…
Нит полетел навстречу своему дедушке, остальные спокойно пошли следом. У Эрики так сильно билось сердце, что, казалось, оно сейчас выскочит наружу. Ее тошнило от ощущения неминуемой беды, которая надвигалась на них.
Мама молчала, Невея, которая продолжала цепляться за ее руку, — тоже. Наверное, она вспомнила рекомендации Эрики и теперь ей было страшно до ужаса. По крайней мере, ее не придется вылавливать, если…
На каменной глыбе, мимо которой они проходили, внезапно возникла Эстина, окруженная черным магическим полем. Ее лицо было искажено смесью злости, радости и безумия, а голос был наполнен ликованием:
— Как же долго я этого ждала!
С ее пальцев сорвалась иссиня-черная молния, которая устремилась к Эрике. В последний момент ее заслонил дом и принял на себя весь мощный удар Эстины. Он застыл и почернел, а из разума Эрики исчезло его присутствие.
— Надо же! — произнесла Эстина. — Так получилось даже лучше, ведь теперь у тебя нет защиты.
Почему Раэль молчит? Это на него совсем непохоже…
Эрика не могла отвести взгляд от Эстины, которая развела руки, как будто пыталась объять необъятное. Ее глаза начали светиться, и она начала читать заклинание на незнакомом Эрике языке.
Мама, стоявшая рядом, шепнула: (3303c)
— Я постараюсь добраться до Нита. Будь осторожна!
И они исчезли, оставив Эрику одну отвлекать на себя вражеское внимание. Вот только… Ей должен был помогать дом, который, возможно, никогда больше не разбудит ее своим ворчанием. И теперь Эрика не сможет узнать, когда эльфята пройдут сквозь портал. Она бросила взгляд в сторону и увидела, что Нит в ужасе смотрел на свою маму, а Раэля и Орейста окружало полупрозрачное поле, больше всего напоминавшее янтарь.
Голос Эстины возвысился, и на вершине холма стали возникать темные фигуры.