Глава 17

В офис Владимира я приезжаю, одетая в джинсы и футболку оверсайз. Не хочу, чтобы он считал, будто я для него наряжалась. Пусть видит, что мне плевать на то, какое впечатление я на него произведу своим внешним видом, поэтому и надеваю повседневную одежду, а из косметики использую лишь бальзам для губ. – Заходи, – безо всяких приветствий, встречает он меня в коридоре, открывая дверь своего кабинета. Стиснув зубы от злости на очередное проявление неуважения, я молча прохожу мимо него в комнату, стараясь не вдыхать его запах, который все такой же потрясающий, как я и запомнила. Мы садимся и дальше, не теряя зря времени, Владимир обычным своим деловым тоном начинает мне объяснять, какие пункты в договоре изменил. – В прошлый раз ты ушла слишком внезапно, а мне такие сюрпризы больше не нужны, – чеканит мужчина, недовольно поджав губы на мои возражения. – Либо подписываешь договор на год, либо на этом все. Это ловушка, а не договор, но мне выбирать не приходится, так что скрепя сердце, я ставлю свою подпись. Теперь, если я захочу уйти раньше времени, то должна буду заплатить такую большую неустойку, что хватит на полное закрытие моего кредита. Если же Владимир захочет уволить меня раньше времени, то он вполне сможет позволить себе выплатить аналогичную сумму. И несмотря на равные условия договора, мы с ним оба понимаем, что вся власть теперь в его руках, ведь я никогда не смогу с ним расплатиться, если захочу уволиться. – Приступаешь с завтрашнего дня, так что сегодня к вечеру собери все свои вещи и переезжай, – на прощание инструктирует меня Владимир. – Адрес ты знаешь. Вот ключи. Он бросает ключи на столешницу и я беру знакомую связку, кладя их в свой рюкзачок, после чего разворачиваюсь и иду к выходу, не прощаясь. – Стой! – останавливает меня резкий оклик уже у самой двери. – Как твой работодатель, я ожидаю, что ты будешь проявлять элементарную вежливость, Надежда. Не хочешь попрощаться? – До вечера, Владимир Антонович, – говорю сквозь зубы, и не оборачиваясь выхожу прочь. Он прав, я не должна себя вести, как обиженная бывшая. Даже если он сам не потрудился со мной поздороваться, я должна быть выше этого и вести себя, как профессионал. Это то, чего от меня ожидал бы любой работодатель. Доехав до дома, я начинаю собирать свои вещи и заканчиваю всего через час, потому что их у меня не так много. Попрощавшись с Зулей и хозяйкой квартиры, с которыми мы так и не стали близки, я трачусь на такси, чтобы не тащить в моем положении тяжелую сумку и чемодан, поэтому добираюсь до дома Владимира к пяти вечера, когда и он, и Варя еще не должны приехать с работы и сада. Но он сам дал мне ключи, так что нужно обустроиться, чтобы закончить все до завтра и быть готовой взять на себя заботы о Варе с самого утра. Если честно, мне уже не терпится увидеть малышку, потому что я соскучилась по ней. Она-то, в отличие от своего отца, просто прекрасный человечек со светлой душой. Квартира совсем не изменилась с того времени, как я ушла, и зайдя в гостиную, я ощущаю давящую грусть и печаль, вспоминая о времени, когда была счастлива здесь. Везде царит идеальный порядок, а моя бывшая комната выглядит нетронутой, словно после меня тут никто не жил, но это невозможно, ведь у Вари была другая няня. Я чувствую укол совести, думая о том, что ее уволили из-за меня, но не позволяю себе зацикливаться на этой мысли. К семи часам, когда я уже полностью обустроена, домой возвращается Владимир с радостно тараторящей Варей, которая, увидев меня, бежит навстречу прямо в одном кроссовке, который еще не успела снять, и с громким визгом «Надя!», обнимает меня за бедра, уткнувшись лицом в живот. – Привет, Варюш, – улыбаюсь я, с нежностью отводя от ее щечки выбившуюся из хвостика прядь волос. – Как ты? – Хорошо. Надя, я так рада, что ты вернулась! Папа сказал мне, а я не верила. Ты же больше не уйдешь? Я не могу солгать, глядя в эти полные надежды большие глазки. Не могу пообещать больше не уходить. Еще один повод для чувства вины – Варя ко мне привяжется еще больше, но через год мне придется ее оставить. Если только… Владимир сказал, что у него теперь есть невеста. Если Варя начнет считать ее своей мамой, то я уже отойду для нее на задний план, стану просто няней, которую жаль терять, но можно заменить. До чего же горькая мысль, но какое право я имею ревновать? Варя не моя и то, что я позволила себе привязаться к ней – большая ошибка. Но сделанного не воротишь и мне остается только смириться с этими чувствами. – Разуйся сначала, а потом марш мыть руки! – спасает меня от ответа на ее вопрос Владимир, строго глядя на дочь. – Надежда, накорми ее ужином, мне нужно поработать. Не беспокойте меня без веского повода. – Хорошо, Владимир Антонович, – скрывая облегчение, отвечаю я. – Пойдем, Варюш, посмотрим, что можно приготовить на ужин. Я так проголодалась, даже не заметила, что уже вечер. – Я тоже, я тоже! – весело поддакивает мне малышка. – Надя, а давай плиготовим печенье? Я его так хочу, а папа и Инесса такое готовить не умеют. – Хорошо, приготовим и печенье, – соглашаюсь я, раздумывая, кто же Инесса – невеста или прошлая няня? Но спрашивать, конечно, не решаюсь, Владимир еще не ушел. *** Я сам себя загнал в ловушку. Знал, что ничего хорошего из этого не выйдет и все равно поступил так, как диктовало мне мстительное чувство, зародившееся внутри после того неудачного визита к Наде. Еще и Полину приплел в качестве невесты, хотя мне совсем не улыбается делать ей сейчас предложение, несмотря на то, что я с ней так и не расстался после того случая. И естественно, несмотря на то, что я снова нанял Надю, я не собираюсь из-за своей импульсивной, глупой лжи жениться, только чтобы доказать ей что-то. Ее присутствие в моем доме – как удар ножом в сердце. Всего два дня прошло и я избегал ее, как мог, потому что оказался не готов к эмоциям, которые начинают захлестывать меня, как только я ее вижу. Хочется одновременно придушить и поцеловать маленькую дрянь, которая даже несмотря на то, что носит в себе ребенка другого мужика, умудряется оставаться для меня привлекательной. Это та же девушка, в которую я влюбился. С ясными голубыми глазами, пухлыми розовыми губами и беззащитным лицом невинной овечки, за которой скрывается совсем не невинная личность. Не думал, что я из тех мужчин, которые могут купиться на внешность, но в случае с Надей так и произошло. Она одним своим видом пробуждает инстинкт хищника. Так и хочется загнать в угол и наброситься. – Володь, поужинаем сегодня? – заглядывает ко мне в конце рабочего дня Полина. Несмотря на напряженный и долгий рабочий процесс, во время которого чуть ли не все в офисе сегодня стояли на ушах, Полине удается сохранять свежий и безукоризненный вид, хотя я по себе знаю, как мы все вымотались. На ней идеально сидящий белый брючный костюм, на губах красная помада, а темные волосы уложены в строгий пучок. Красивая и уверенная в себе женщина, излучающая силу и доминирование. Когда-то меня это безумно заводило. Никогда не был любителем беспомощных девиц, нуждающихся в мужском покровительстве. А теперь, меня вставляет именно это. Может, у меня просто рано наступивший кризис среднего возраста? Как иначе объяснить, что глядя сейчас на Полину, мне хочется, чтобы она проявила слабость? Подошла, села ко мне на колени и пожаловалась, что до смерти устала. Аня так и сделала бы, несмотря на то, что была не менее конкурентоспособной и амбициозной. – Давай, – соглашаюсь, смотря на часы. – Если ты закончила, то можем уйти хоть сейчас. – Дай мне полчасика, – довольно улыбается она, спеша снова исчезнуть за дверью. Я верю, что еще есть шанс вывести эти отношения в нужное мне русло. Раз я не могу больше думать о Наде, то нужно направить свои усилия на сближение с Полиной. Пока она и сама не очень спешит открываться мне, но кто знает, что я обнаружу под ее броней? – Ты знаешь, что Лука пытался вырвать у меня контроль над делом Прокопьева? – начинает говорить о работе Полина после того, как мы делаем заказ. – Вот это наглость, конечно! Но я не далась, послала его прямым текстом, потому что не собираюсь спускать в унитаз все те часы работы, которые провела, изучая дело. – Если Прокопьев предпочтет продолжить работу с ним, то придется уступить, – вздыхаю я, готовясь нарваться на возмущение, но Полина меня удивляет, начиная хитро улыбаться. – Не предпочтет, мы с ним нашли общий язык, – загадочно говорит девушка, накрывая мою руку своей. – Неужели? – поднимаю брови, потому что явно был намек на флирт. Полина не спит с клиентами, это мы выяснили еще пару лет назад, когда один очень влиятельный человек пытался добиться ее благосклонности, в конце концов не постеснявшись даже надавить на нашего тогдашнего начальника. Но она пользуется своей привлекательностью, когда считает нужным, и на не особо умных мужчин это действует, хотя несмотря на ее незаурядные способности, я бы все равно предпочел Луку. – Ох, не ревнуй, Володь, я не такая, ты же знаешь, – дразняще поглаживает она мои пальцы, царапая кожу длинными ноготками. – Мы же с тобой договорились, что никаких третьих лиц в наших отношениях. Я серьезно отношусь к своим обязательствам, а ты? – Конечно. И говоря о наших отношениях, я тут подумал, что мы могли бы уже начать проводить время втроем с Варей, чтобы она привыкла к тому, что ты будешь рядом. Ты ведь хотела вместе провести отпуск? Вот и подготовим почву. Лицо Полины озаряется настоящей, искренней улыбкой. – Да, конечно! Отличная идея! – взволнованно говорит она. – Может, тогда, проведем вместе эти выходные? Я могла бы приехать с ночевкой. – Прекрасная идея, – довольный тем, как все складывается, соглашаюсь я. – Я даже дам выходной няне, чтобы не мешалась под ногами. И никакой работы на дом в эти дни, отдохнем по-настоящему. – М-м-м… Я уже и не помню время, когда не брала работу на дом, – мечтательно вздыхает Полина. – Мы плохо друг на друга влияем, Владимир Антонович, глядишь, скоро Лука нас обойдет даже со своими новорожденными и вызванным ими адским недосыпом, пока мы будем предаваться лени. – Ни в коем случае, ты ведь этого не допустишь, – шучу я, но в каждой шутке есть доля правды, а правда в том, что Полина считает конкурентами не только Луку и других коллег, но даже меня, хотя формально, я теперь являюсь ее начальником. Надеюсь, это не станет проблемой в будущем, но пока, я игнорирую этот факт, потому что есть и другие аспекты в наших отношениях, над которыми работать и работать. В конце концов, после провала с Надей я вернулся к своему первоначальному плану – мне нужна полноценная семья с женой, на которую я могу положиться и брак с которой будет основан с четким пониманием того, чего мы оба хотим в этом союзе. А любовь… Любовь может катиться к черту, я намного лучше жил вообще без нее!