15

15

Болела я долго и вкусно. Это в цивилизации всех кормят горькими таблетками, а тут, посреди тайги, можно было упиваться морсами и бульонами, а также страдать, лежа в кровати, глядеть в окно, куда стучат сосновые ветки, колыхающиеся от порывов сентябрьского ветерка, а по вечерам с недовольным видом выносить растирание моей груди вонючим тарбаганьим жиром. Дойдет до того, что я спать не смогу потом без этого вот. Кирилл словно по расписанию садился рядом со мной, плюхал шматок дурно пахнущей субстанции и возил ладонями от ключиц почти до пупка.

— Слушай, а ты не извращенец случайно? — температура спала до приемлемой, и я была готова к диалогам.

— А? — словно вынырнул он из мыслей, потом нахмурился. — Ты с чего взяла это?

— Пялишься на мою грудь каждый вечер, но еще ни разу не сделал попыток… ммм… ну…

— Секса хочешь? — хмыкнул он, внезапно смещая ладони и накрывая ими оба полушария.

Соски тут же напряглись и ткнулись в шершавую кожу.

Возмущенно фыркнув, я схватилась за запястья мужчины и попыталась развести их в стороны, но он только усмехался, глядя в мои глаза своими янтарными.

— Нет, конечно! С тобой точно нет! Ты не в моем вкусе! — брякнула и тут же осеклась, увидев, как стремительно потемнел янтарь.

— Не в твоем? — лениво протянул Кирилл, внезапно наклоняясь и почти касаясь губами моих губ, выдыхая в них и смеясь.

Он как-то резко оказался на мне, а я даже пискнуть не успела, ощутив, как мощные бедра буквально вдавили меня в кровать. Рукой, испачканной вонючим жиром, он свел мои запястья над головой, пресекая сопротивление, а затем обвел глазами лицо, остановившись на губах.

— Не знаю, какие в твоем вкусе, малышка, только твое тело предает тебя, — бросил Кирилл.

Губы его при этом чуть изгибались, длинноватая челка спала на лоб, отсвет от лампы выгодно притенил сторону со шрамом. Была б я помоложе и побесстыдней, воспользовалась бы всем этим, наверное, но сейчас забилась, словно птица в силках.

— Слезь с меня, кабан! — фыркнула возмущенно.

Иначе я за себя не ручаюсь! Но знать об этом было вовсе не обязательно некоторым. Я — человек, а не похотливая самка павиана, буду держать себя в руках.

— Да ну? — губы скользнули вдоль щеки к шее, и я вынуждена была судорожно вздохнуть, чтобы не застонать от внезапно пронзившего меня жгучего желания.

Разве так бывает? Развратная Таня! С мужем никогда так остро я не хотела близости, до боли прямо. Наверное, это означает, что организм на пути к выздоровлению.

Кирилл вскочил и уставился сверху, сводя свои брови к переносице.

— Выздоравливай, — бросил сквозь зубы и вышел.

Все то время, что я находилась в спальне, он проводил внизу, на диване. Только в самую первую ночь после купания в озере согревал меня своим теплом, а сейчас каждый вечер уходил после ритуального намазывания, что с одной стороны бесило, с другой вселяло какую-то надежную уверенность в порядочности мужчины. Что ж с ним случилось такого, что вынудило поселиться в тайге? Спрашивать я больше не решалась, а сам он был не особенно разговорчивым, да и состояние нынешнее не позволяло вести задушевные беседы.

Поворочавшись немного, я вздохнула. Все же, какой этот гадский жир вонючий! Мне казалось, я вся с ног до головы уже пропиталась этим запахом, и даже волосы, которые все дни не удавалось помыть, бесили. Может, дождаться ночи, когда Кирилл уснет, и в душ сходить? Температура, вроде, спала, чувствую я себя лучше, и пора бы смыть грязь и пот с тела. Дождавшись, пока часы в спальне покажут полночь, выскользнула из кровати, накинула на себя халат, порылась в чемодане, доставая чистое белье, и крадущимся шагом направилась в душевую. Кирилл то ли спал на диване, то ли отсутствовал, я даже смотреть не стала, шмыгнув юркой мышью мимо и закрывая за собой дверь. Эх, жаль, защелки нет! Так бы чувствовала себя более безопасно.

Сбросив халат на пол, туда же кинула трусики и ступила на душевой поддон, задвигая матовую стеклянную дверцу за собой. Струйки воды ударили в тело ледяными стрелами, я едва не вскрикнула, зажала рот рукой и отступила, дожидаясь, пока нагреватель сработает, а затем вновь встала под душ, с наслаждением проводя намыленными ладонями по телу, скользя по груди, закрыв глаза и представляя, что это не мои пальцы, а Кирилла, и ничего не могла с собой поделать. Он спросил, хотела ли я секса? Да. Мой ответ — да. Хотела. Себе-то уж точно можно в этом признаться.

Несколько раз промыла голову, затем грудь от жира, чувствуя, как аромат мускуса и цитруса проникает в каждую клеточку, и вздрогнула, когда резко отъехала дверца душа, являя Кирилла. Он стоял напротив, огромный, мускулистый, в одних шортах до колен, молча разглядывая меня всю, а я не спешила прикрыться, как сделала это еще недавно, так и застыла с пальцами между ног и закушенной губой.

— Развлекаешься? — хрипло спросил мужчина и шагнул под струи душа, потеснив меня к стене, что я ударилась лопатками и вскинула глаза вверх. — Я помогу, — добавил он, накрывая мою ладонь своей и проталкивая пальцы к чувствительной точке. — Так хорошо? Ну?

Закрыв глаза и чувствуя нарастающий от ласковых прикосновений пожар в теле, кивнула, упираясь затылком в стену. Сдалась. Позорно сдалась даже без сопротивления! Но винить себя буду позже, сейчас же хотелось только одного, чтобы он не останавливался, а еще лучше, чтоб заменил пальцы на кое-что другое, помощнее.

Развернув меня спиной к себе, Кирилл одной рукой продолжил ласкать меня между ног, а второй принялся пощипывать соски, заставляя их напрягаться и ныть, а губами скользнул по чувствительному сгибу шеи, прикусывая легонько зубами, отчего тело словно током пронзило.

— Чего ты сдерживаешь себя? — хрипловато спросил он прямо на ухо. — Расслабься, позволь себе все.

Я задышала часто, чувствуя, как сердце ускорило ток крови по организму в разы, щеки обожгло жаром, но не могла остановить эти пальцы, что порхали в самом чувствительном месте, надавливая и потирая именно так, как было надо. Прогнув спину, вцепилась в руку Кирилла, которой он смял мою грудь, второй пыталась достать его и прижать к себе, давая понять, что не против продолжения. Развратная Таня сдалась и готова на секс с этим мужчиной. Он тем временем жестко толкнул меня бедрами на себя, и я чувствовала его напряжение под мокрой тканью шорт, которое упиралось в меня и словно пыталось пробить себе дорогу через ткань. Кирилл куснул меня в плечо, наращивая темп рукой, и я не выдержала, выгибаясь и скуля, сжимаясь вокруг горячих пальцев, а затем сползла вниз, ведь все это время стояла на цыпочках. Замерев на секунду, мужчина вытащил руку, а затем отстранился и распахнул дверцу душевой кабины.

— Хороших снов, Таня, — проговорил он таким тоном, будто это самое обыденное пожелание в один из скучных вечеров, а затем вышел.

Осев вниз, чувствуя, как лицо заливает слезами вперемешку с водой, я подавила горестный всхлип. Чувство стыда, горечи и опустошения сдавило грудь. Он не захотел меня!

Проведя еще какое-то время под колкими струями, я завернулась в пушистое полотенце, не стала одеваться и медленно пошла наверх, в спальню, краем глаза заметив пустой диван. Кирилл ушел из дома.

Кровать с той стороны, где я обычно спала, была испачкана жиром, но идти сейчас искать чистое постельное белье не было сил. Я свернулась калачиком на противоположной стороне, давя в себе попытку разрыдаться, долго лежала без сна, и никак не могла успокоиться. Большего унижения в своей жизни я еще не испытывала, как мне казалось.

Но утром я убедилась, что то, что было вчера — это даже не унижение. Это так, щелчок по носу.

Разбудил меня шум вертолета. Что? Но ведь месяц еще не закончился? Вскочив, кинулась к окну, но оно выходило на другую сторону от площадки, и пришлось натягивать на себя штаны и футболку, чтобы выйти и увидеть, как огромная машина, уже приземлившись, выпускает из своих недр человека в черном. Он что-то спросил у Кирилла, но я не слышала, что именно, а тот обернулся, заметив меня, и что-то ответил, а затем оба пошли в мою сторону.

— Доброе утро, — приветствовал меня незнакомец. — Если вы готовы, можете прямо сейчас идти устраиваться в кресле.

— Устраиваться в кресле? — непонимающе нахмурилась я.

— Ты больна, Таня, — пояснил Кирилл. — Я беспокоюсь за тебя, поэтому разрываю наш контракт и отправляю тебя домой раньше срока. Твой чемодан я собрал, пока ты спала, поэтому садись в вертолет, я сейчас принесу.

— Ты… Отсылаешь меня отсюда? — спросила едва слышно, все еще не веря в случившееся.

— Да, — Кирилл сунул руки в карман штанов и пожал плечами. — Я и один прекрасно справлюсь, а тебе надо к врачу, а затем в Москву. Здешняя жизнь не для тебя. Прощай.

— Что? — я захлопала глазами, глядя в спину парню, а затем перевела взгляд на незнакомца.

— Идите в вертолет, я сейчас приду, и взлетаем, — кивнул тот, и мне ничего не оставалось, как подчиниться.

Уже в воздухе я глянула вниз и увидела Кирилла. Он стоял на крыльце своего дома, задрав голову, затем махнул в прощальном жесте рукой и скрылся внутри.

Прощай…