16

16

В этот раз, видимо, я была слишком обескуражена происходящим, чтобы чувствовать себя также плохо, как в прошлом полете. Нет, конечно, чуток меня все равно потошнило, но уже не так сильно, и вышла я из летающей машины без противной дрожи в желудке.

Апофеозом была машина с красным крестом, что ждала нас неподалеку.

— Вам необходимо обследование, — пояснил мой сопровождающий, кивнув в ту сторону. — Сейчас вас доставят в самую лучшую клинику города, обследуют, а вечером, в случае полного благополучия, вы вылетаете в Москву.

Мда… Хорошо быть богатым. По щелчку пальцев все случается, и даже самолет летит не по расписанию, а когда захочется. Что за зверь-то этот Кирилл, что о нем так пекутся?

Но как следует подумать мне не дали, под белы рученьки сопроводили в машину, усадили на заднее сиденье, попросили пристегнуться, и вмиг домчали до высокого здания с надписью «В надежных руках».

На ресепшен толпился народ, но в очереди мне стоять не пришлось, улыбчивая девушка в сером костюме с фиолетовым галстуком буквально подхватила под руку и повела в большой кабинет, где ждал врач. Это был мужчина неопределенного возраста, азиат, и я так и не поняла, сколько ему лет — вроде, морщин не было, но взгляд умудренного опытом человека выдавал, что давно не шышнадцать. Он выслушал мои жалобы, затем осмотрел, написал направление на рентген, и уже спустя несколько минут спокойно пояснил:

— Пневмонии нет, но бронхит имеется. Думаю, обойдемся без внутримышечных инъекций пока, будете принимать внутрь то, что сейчас назначу, а послезавтра обязательно покажитесь.

— Я улетаю сегодня, — вздохнула, глядя, как рука доктора пишет внушительный список на листочке формата А4. — Но обязательно последую вашему совету.

Оказавшись в гостинице предоставленной самой себе, я первым делом включила в ноль разряженный смартфон в розетку, и смотрела, как на экране начинают появляться уведомления о звонках, смс, сообщениях в мессенджерах. Раньше казалось, что я никому не нужна, но такое количество пропущенных поражало воображение.

«Танька, где ты?» — написанных в подобном тоне сообщений от Вики было штук сорок.

От Димаси я все удалила, не читая, смысл мне общаться с бывшим мужем, если я, что удивительно, в последние дни вообще его не вспоминала. В сердце даже не шелохнулось ничего, эта страница жизни перевернута. Видимо, мой контракт оказался одновременно и реабилитацией после развода.

Загрузившись в ванну с ароматной пеной, я едва не застонала от удовольствия, тело расслабилось, мышцы даже заныли благодарно от горячей воды, а после обеда, что я слопала прямо в номере, и вовсе полегчало. О поступке Кирилла я сознательно не думала, о вчерашнем событии в душе тоже. Если я только позволю себе погрузиться в размышления обо всем этом, то превращусь в сломанную куклу. Нет, не буду…

Хорошо, что между нами не было секса. Ну, вернее, почти не было.

Нет, не буду и об этом думать! Лучше Вике позвоню.

— Танька! — заорала трубка голосом подруги. — Ты куда пропала, засранка такая?! Я тут пол-Москвы на уши подняла, думала, тебя твой Димка заказал. Чуть душу из него не вытрясла! Лахудра там его сисястая даже ментов вызвала. Слушай, ну и жирная она, жирней меня!

— Беременная же, — заулыбалась я, представив, как Викец трясет щуплого Димасю за грудки, требуя немедленно показать место, где зарыт мой труп. — Ты прости, я тебе звонила перед отъездом, но ты недоступна была, а в том месте, где я все это время находилась, связь вообще отсутствует.

По напряженному пыхтению можно было сделать выводы, что Вике страсть как хочется услышать подробности, но она сдерживала себя.

— Ты когда будешь у себя? — наконец, спросила подружка, подобрав слова.

— Завтра точно. Сегодня вылетаю из Иркутска.

— Боже, ты на Байкале, что ли? У бабки-миллионерши собственный дворец там? Она тебе хоть камни из почек завещала? А почему ты так рано возвращаешься, я думала, ты пару месяцев будешь там с ней возиться, пока она не скопытится.

— Слушай, я все тебе расскажу по возвращении, — пообещала я, улыбаясь. — Я соскучилась уже по тебе!

— А фотки покажешь?

Фотки? Я украдкой успела сфотографировать Кирилла, пока был жив телефон, но эту фото точно никому не покажу, особенно Вике. Незачем ей знать, что я почти месяц жила со сгустком тестостерона и не воспользовалась им. Ну почти.

— А нету фоток, Вик, — цокнула я языком. — Телефон сел, а заряжать какой смысл был, связи-то все равно нет.

— Эх ты! А Байкал? Я там не была никогда. Слушай, а давай рванем куда-нибудь в теплые края? Я купальник новый купила бомбический, ты не поверишь, почти за копейки. Так хочется выгулять!

Клятвенно заверив подружку, что завтра мы с ней все обсудим, я завалилась в постель, и тут меня накрыло. Воспоминание о последних днях, проведенных в кровати Кирилла, о том, как он смотрел на меня, как вел себя, как массировал мою грудь противным жиром, о вчерашнем…

Нет, не буду думать об этом!

Но память против воли затапливало воспоминаниями, тело бросало в жар, а место, куда впились вчера зубы красивого поганца, заныло. И то, которое он наглаживал пальцами, тоже. Блин! Может, он просто пошутил? Может, сейчас меня снова посадят в вертолет и отвезут к нему, уже обследованную и почти здоровую, с кучей таблеток?

Едва я успела подумать об этом, раздался стук в дверь.

******

Самолет в Москве приземлился рано утром, едва небосвод окрасился в розоватый цвет. В воздухе уже ощущался морозный привкус, и я поежилась, плотнее запахивая куртку, которую предусмотрительно надела при выходе. Трап подкатили заранее, он был обычным, в виде металлической лестницы, и пришлось спускаться осторожно, так как казалось, будто ступени скользкие от выпавшей росы.

Меня сопроводили до большой черной машины с затонированными стеклами, открыли дверь и захлопнули ее, едва я успела удобнее устроиться в салоне, где пахло кожей и дорогим парфюмом.

— Доброе утро, Татьяна, — пророкотал знакомый голос.

— Доброе утро, Андрей Васильевич, — кивнула я без тени улыбки, заприметив напротив себя бывшего работодателя.

— Ну-с… — мужчина поджал губы. — Кирилл пояснил, что контракт разорвал он, так как не вынес вашего присутствия. Не буду спрашивать, чего вы такого сделали, потому как знаю этого парня и его характер. Скорее, вы там ничего и не сделали, хотя надежды были. Мда… Значит, будем искать другой выход, — расстроенно цокнул он языком и покачал головой.

— Могу я спросить? — склонив голову к плечу, смотрела прямо в глаза собеседника.

— Разумеется, — милостиво разрешил тот, кивая и благосклонно улыбаясь, напоминая доброго дядюшку, что пришел навестить маленькую племянницу. — У меня к вам тоже пара вопросов имеется. Но сначала вы! — вскинутые ладони и улыбка давали понять, что врагов тут не имеется.

— Хорошо, — я сделала вид, что тоже улыбаюсь. — Почему он там? Видный парень, умный, но поселился в глуши, где вообще нет людей.

— Травма, — туманно ответил Андрей Васильевич, вздыхая, — понимаете, Татьяна, когда зверь напал на него, повредил лицо и едва не убил, Кирилл… испытал моральные страдания. И с тех пор вот он живет уединенно.

— Зверь? — я почувствовала, как холодок продрал по коже вдоль позвоночника.

Конечно, я подозревала, что шрамы похожи на удар когтистой лапой, но полной уверенности не было.

— Да, леопард, — кивнул мужчина. — Взбесившийся леопард. Ирбис, если быть более точным. Кирилл в тот момент защищал сестру, и ему пришлось вступить в неравный бой. Девочка едва не сошла с ума, нам пришлось поместить ее в реабилитационный центр. К счастью, сейчас уже все в порядке, она с родителями, но сам Кирилл… Ну, вы понимаете. Вернее, он не сразу туда ушел, первые месяцы еще пытался быть в обществе, но его невеста отвергла Кирилла, предпочла ему его брата, и это стало спусковым крючком. Понимаете?

— Да, — я кивнула.

В голове почти сложилась полная картина того ужаса, который привел моего подопечного к одинокому существованию в лесу. И сердце защемило при мысли о том, насколько одиноким был этот мужчина, как нелегко ему пришлось. Травма физическая и душевная. Ужасно! И жаль, что я не смогла помочь.

— Что с ним будет? — спросила тихо, сводя брови к переносице и глядя на Андрея Васильевича.

— Не знаю, — вздохнул тот в ответ. — Пусть с этим разбираются психологи. Они предложили вариант с компаньоном, который не сработал. Хотя я рассчитывал, знаете ли, что парень среагирует на красивую женщину. Но напрасно. Кхм…

Кашлянув, мужчина посмотрел в окно автомобиля и покачал головой.

— Вы хотели тоже спросить о чем-то? — напомнила я о себе, когда пауза подзатянулась.

— Да? — сделал мужчина вид, что совершенно забыл начало нашего разговора. — Действительно… Гм… Я тут поизучал ваше досье, вы ценный специалист по рекламе, стрессоустойчивая, коммуникабельная и находитесь в данный момент в поисках работы. У нашей организации есть отделение, где как раз имеется необходимость в ваших услугах.

— А что за организация? И какая оплата? — тут же ухватилась я за предложение.

— Оплата и все вопросы только после личного собеседования с шефом, — туманно пояснил Андрей Васильевич. — Если вы согласны, завтра утром вас заберет водитель, доставит в офис, и там уже все решите на месте. А сегодня отдыхайте, я думаю, вы устали от путешествий.

Краем глаза я заметила, как автомобиль поворачивает в мой двор и облегченно расслабилась, только сейчас осознав, что все это время находилась в диком напряжении. Андрей Васильевич замолчал, с любопытством разглядывая желтую облупившуюся краску на стене многоэтажки, старенький дворик с посеревшими от времени скамейками и скрипящими качелями, старушек, сидевших рядком на лавочке у подъезда.

— Года идут, а Россия не меняется, — заметил он задумчиво.

— Не могу сказать, что это плохо, — улыбнулась я, нажимая на ручку двери и выходя на улицу.

Водитель, суровый дядька с квадратной челюстью, коротко стриженный, с косой саженью в плечах, молча доставил мой чемодан в квартиру, не выдав своего удивления при виде старой деревянной двери, облупившейся краски на ней, темной узкой прихожей и запаха старости.

— До свидания, — сказал он, и я кивнула, запирая дверной замок, а затем выдыхая.

Ну вот и все. Прощай, Кирилл и тайга, здравствуй, новая жизнь.

Едва я успела продумать все это, как в кармане завибрировал телефон. Все еще мыслями будучи в лесном домике, я не глядя взяла трубку.

— Тань, привет, — голос мужа раздался в динамике. — Наконец-то ты ответила! Ты можешь говорить?

— Дима? — вот уж кого я не ожидала услышать совершенно.

— А ты кого ждала? — взъерепенился было тот, но тут же примирительно залопотал: — Я тут подумал, Тань… Ну, это… Может, мы погорячились с разводом? Мы ж столько прожили вместе, давай не рубить с плеча!

Не рубить с плеча??? Что я только что услышала?

— Дим, ты ничего не путаешь? — говорить с ним не было ни желания, ни сил. — Это ты мне изменил в нашей кровати и был счастлив, как мне помнится.

— Ну… Я ошибся, — нехотя признал бывший супруг. — Я… Ну, хочешь, поедем в куда-нибудь? Ты ж хотела в отпуск в Италию? Я уже посмотрел, там сейчас хорошо, и билеты есть. Я забронировал на наше имя отель.

— Что ты сделал? — я внезапно засмеялась. — Дим, ты дурак, что ли?

— Я… я просто люблю тебя, Тань, — в былые времена этот тихий голос и слова явились бы бальзамом для сердца, — давай попробуем начать с начала?