Глава 26

Глава двадцать шестая

После полуночи я оставила Бикича, которому не спалось, смотреть фильм на компьютере, а сама отправилась устраиваться на ночлег. Стас никак даже не намекнул, что хотел бы, чтобы я осталась с ним, поэтому пожелала ему приятного просмотра и ушла. Бродила по второму этажу и как-то само собой выбрала для сна предыдущую комнату молодого человека. Решив, что вряд ли он будет против, вошла внутрь. Включив ночник, села на кровать, немного попружинила, осматривая знакомый интерьер. Так странно было видеть стол, за которым давно никто не сидел, карту на стене, куда не вставляют флажки с планами на будущее. Байкерская куртка одиноко висела на вешалке, рядом лежал шлем, которым давно не пользовались.

Комната стала словно нежилая. Я прошлась вдоль стены, потрогала кресло, катнув его по кругу. Потом вернулась на кровать, прилегла, положив руку под подушку с зеленой наволочкой, стала слушать тишину. Полежав минут двадцать, снова поднялась, поняв: не спится. И не только потому, что вокруг все новое, но еще и потому, что внизу был Стас и это волновало мое сознание.

Я спустилась вниз, взяла стакан воды, постояла в кухне — в доме стояла невероятная тишина. И знакомо пахло краской, а еще растворителем — видимо, Стефан работал допоздна.

Решив вернуться обратно, тихонько пошла по ступенькам. Мыслей в голове было много, они носились словно в диком танце, не давая сосредоточиться на чем-то одном. Проходя мимо стола Стаса, я кое-что вспомнила. На всякий случай закрыла плотно дверь, поставив стакан на стол, стала открывать тумбочки. Помнится, в прошлый раз здесь лежал альбом с рисунками. Надеюсь, что Стас не захочет меня придушить за очередное вмешательство в его жизнь.

Альбом нашелся во втором ящичке, зато в третьем я наткнулась на нечто такое, что сразу зависла. Вытащив большую папку и альбом, вернулась на кровать, уселась с ногами, зажгла ночник. Открыла папку, стала читать и рассматривать все, что там было. Листов с рисунками, текстом и пометками на полях оказалось не мало, так что я погрузилась в чтение, совершенно забыв о времени.

Проснулась около девяти от звонка будильника на телефоне. На сегодня я снова взяла отгул, так что вырубив звук широко зевнула. И с удивлением поняла, что лежу лицом в подушку, по которой разбросаны листы, а на полу валяется альбом. Видимо, уронила, когда отключилась в ночи. Все ночные часы мне снились образы, которые я увидела в папке Бикича. Они словно оживали, сливаясь в моей уставшей голове в непонятное нечто. В общем, встала разбитая и поняла, что без кофе никуда. Собрав аккуратно все назад, убрала папку и альбом в стол, оделась, умылась, а потом спустилась вниз. В голове было много вопросов, но задавать их я не торопилась. На кухне Нина жарила оладьи на завтрак, я вызвалась ей помочь. Мы отлично поболтали, я знала, что ночь прошла хорошо, Стас проснулся около восьми и с медбратом они заканчивают все гигиенические процедуры перед тем как приступить к завтраку.

— Давайте я сама отнесу, — предложила, поставив на поднос две чашки горячего кофе.

— Спасибо, дорогая, — улыбнулась Нина, передав мне и две тарелки с ароматными оладушками, приборы, а также вазочки с вареньем и шоколадной пастой.

Я вошла в комнату, улыбнувшись выходящему оттуда медбрату.

— Мы как раз закончили.

— Отлично.

Бикич что-то изучал в телефоне, набирая текст, когда я поздоровалась. Он улыбнулся, отложив телефон и подъехал ко мне ближе.

— Пахнет вкусно.

— Нина ради тебя расстаралась.

— Класс.

— Ты в хорошем настроении, это даже пугает, — откровенно сказала я, принимаясь за еду.

Стас сделал глоток кофе, мгновение подумал, наслаждаясь напитком, и ответил:

— Дали новое обезболивающее — действует.

Я задумалась, сколько всего нового есть в его жизни, о чем я понятия не имею, но без чего Стас не может нормально существовать.

— Какая сегодня программа? — спросил молодой человек, поглощая оладьи.

— Предлагаю выбраться в город.

Повисло молчание, вполне ожидаемое, ведь Бикич категорически не желал выезжать за пределы дома. Я же решила, что пора выходить из сумрака.

— Мне надо в торговый центр. У Настасьи Семеновны в конце недели юбилей, хочу выбрать подарок.

— По интернету никак?

— Нет. Я хочу ей платок пуховый купить, а их все надо потрогать, чтобы качество было хорошее. Составь компанию. Пожалуйста.

Он вздохнул, отправив в рот большой кусок.

— Ладно.

Я заулыбалась, стараясь это делать как можно незаметнее, но получилось не очень хорошо.

- Ты думаешь, я не вижу, что ты задумала?

- Не понимаю, о чем ты.

- Все ты понимаешь, хитрюга. Решила вывезти меня из этого чудесного места болезни в свет? Я не хочу, Лиза, пойми ты, наконец.

- Почему?

Он пожевал губами, поставил чашку на стол, сложил руки на груди и взглянул на меня хмуро. Кажется, хорошего настроения и след простыл.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Не хочу позориться и людей пугать. Не хочу встречать знакомых, которые жмут руку, а сами гадают, какого мне сидеть в коляске и глядеть им в пупок. Не хочу видеть жалостливые взгляды, людей, которые говорят, что все будет хорошо и натянуто лыбятся. Придурки.

Немного помолчав и обдумав его слова, я сказала:

- Стас, можно до бесконечности прятаться, но это ужасно глупо, и ты себе только хуже сделаешь.

- Мне это не интересно.

- Все же давай поедем в торговый центр и купим подарок на зло всем недоброжелателям. И еще одно: хорошие друзья так не думают, и они очень соскучились. Честно. Позвони ребятам, хотя бы по видеосвязи.

- Ты же не отстанешь, да?

- Помнишь про нитку с иголкой? Куда ты, туда и я, смирись.

- Ну, и как ты планируешь доставить нас в город? - скептически спросил Стас.

Я помахала мобильным в воздухе и ответила:

- Возьмем напрокат большую машину, куда может въезжать коляска, заодно прихватим твоего медбрата и поедем.

- Неужели ты глаз положила на Матвея?

Я усмехнулась.

- А неужели ты ревнуешь?? Матвей красавец хоть куда, а какие трицепсы.

- Не говори глупостей, - буркнул Бикич, разворачиваясь на коляске и выезжая на балкон. - Давай лучше искать машину — пусть этот ад с поездкой за подарком быстрей закончится.

- Тебе еще понравится.

- Ох, как я в этом сомневаюсь! 

В машину мы загружались с трудом, пришлось помогать Матвею, который хоть и был качком, но не суперменом. Выражение лица Бикича в этот момент не сулило нам ничего хорошо. Но, слава богу, этот этап пережили, повторив его на стоянке у торгового центра. А потом меня ожидала масса неприятных сюрпризов. Поскольку медбрата я отпустила, сказав, чтобы встречал нас часа через два, то мне пришлось справляться со всеми трудностями Стаса самой. И хотя у него было самое навороченное кресло, оно то не вмещалось в проходы, то нужно было искать специальные лифты и двери для инвалидов, то выяснилось, что нигде не слышали о пандусах. Если раньше я бы банально зашла в центр, поднялась на эскалаторе на второй этаж и стала бы ходить по павильонам, то теперь на этот же путь мы потратили тридцать минут. И не везде Бикич смог въехать в магазин, так что мне приходилось оставлять его одного, пока я разглядывала товары за витриной. Парень тяжело вздыхал и предпочитал сидеть в телефоне — вряд ли эта поездка казалась ему увлекательной.

Часа через полтора Стас вдруг помрачнел и спросил, когда приедет Матвей. Услышав ответ, выругался сквозь зубы и сказал:

— Мне надо в туалет.

— Я видела его в конце коридора. Поехали, — даже виду не подав, что растерялась, ответила я.

Бикич покатил следом за мной, пока я шла впереди и изучала вывески, выискивая нужную дверь — и почему вывески туалетов всегда такие незаметные? КАк будто в посещение уборной есть что-то предосудительное. Открыв дверь широкой кабины для инвалидов, засомневалась. Стас решил мои сомнения за меня:

— Я справлюсь.

— Может быть я все-таки помогу?

Мой сербский матерный пополнился парочкой слов с интересным звучанием.

— Если так хочется, то заходи, журчание послушаешь, а может еще что-нибудь поинтересней.

С этой репликой Бикич и вкатился в туалетную комнату, я плотно закрыла дверь, услышав, как внутри повернулся ключ. Его не было довольно долго, но я и не удивилась, все же стоило учитывать его положение. Вспомнила, как Стефан пару дней назад говорил, что улучшения есть, но очень медленно движется этот процесс и раздумывал о том, что нужно принять дополнительные меры по лечению сына. О чем шла речь так и не поняла, но надеялась на благоприятный исход.

— Извините, вы мне не поможете? — донесся голос сбоку, я обернулась.

Невысокая женщина довольно преклонного возраста стояла рядом с листком в руках и смотрела на меня с надеждой.

— Конечно. Что случилось?

— Не могу найти этот магазин. Деточка, посмотри молодыми глазками, может ты увидишь, куда мне надо.

Пока я разбиралась с неожиданной знакомой, которая и представится успела, и рассказать про своего кота, и что пришла за подарком для внучки, прошло изрядно времени. Простившись с женщиной, кстати, тоже Елизаветой, вернулась к туалету, потому что пришлось отойти на приличное расстояние, чтобы показать, где находится павильон магазина. Дверь в туалет для инвалидов была закрыта, я постучала. Никто не ответил. Тогда аккуратно потянула ручку на себя, прикрыв на всякий случай глаза. Но кабинка оказалась пуста. Бикича и след простыл.

Заозиравшись кругом, я в панике бросилась вдоль этажа, заглядывая в каждый уголок. Ну не мог же он далеко укатиться на своем кресле. Или мог? Черт, почему эта штуковина оснащена мотором не хуже, чем у скутера, я к такому не готовилась.

Поняв, что бегать бесполезно, достала мобильный телефон. Стас ответил с третьего гудка.

— Ты где?

— Выходи меня искать, — весело пропел Бикич.

— Стас, я же волнуюсь, где ты находишься?

— Ну нн ломай кайф. Давай ты меня найдешь, так будет интереснее.

— Слушай, колобок, ты меня в могилу сведешь такими шутками, говори уже!

— Помнишь: куда нитка, туда и иголка? Считай, что твоя нитка убежала.

— Вот доберусь до тебя!

Стас рассмеялся, а потом добавил:

— Я в кофейне на первом этаже. Спускайся.

Чертов Бикич! И коляска ему ни почем, и торговый центр с его препятствиями. Ну, кто бы мог подумать, вот так просто взял и укатился, пока я не смотрела. Точно колобок, блин!

Он действительно был в кафе. Ел мороженое и смотрел с какими-то детьми по телевизору мультик в стиле комиксов. Это напомнило мне о том, что я увидела в папке Бикича и о чем хотела с ним поговорить. Может сейчас самое время?

— И зачем ты это сделал? — я встала у парня перед носом, дети и сам молодой человек тут же заныли, что я загораживаю им телевизор. Пришлось отойти в сторонку.

— Мне было скучно.

— Тебе, я смотрю, всегда скучно.

— Ну да. Раньше я развлекался как мог, а теперь…эта консервная банка не располагает к веселью.

— Тогда может займешься своим проектом?

Бикич вдруг повернулся ко мне и взглянул с подозрением.

— Ты это о чем?

— Я любопытная, забыл? Извини, конечно, но случайно нашла твою папку, рисунки, идеи…очень здорово, прямо очень, Стас.

— Что ты опять делала в моей комнате?

— Спала.

— Других комнат в доме мало?

— Хотелось быть к тебе поближе.

Бикич вздохнул, развернулся на колесах, поехал прочь от кофейни. Я поспешила его догнать.

— Куда ты?

— Не хочу ничего обсуждать. И выкинь те бумажки, что ты нашла. Чушь это.

— Почему? Если все это доработать, то может получится отличная вещь. Дети, наверняка, будут в восторге. Да и подростки.

— Лиза, я сказал, что тема закрыта.

— Я тебя не услышала. Знаешь, что? — я забежала вперед коляски, заставив Бикича остановится.

— Давай я тебе помогу? С хорошим рисунками получится изумительно. Я даже представляю героев, у них клевые реплики, действия…

— Ты правда можешь помочь?

— Я же рисую, разве забыл?

— Помню, но тут другое...

— Давай попробуем дать твоему проекту жизнь. Вдруг получится что-то стоящее?