Глава 19. Запах хвои и мандаринов

— Дашка-а-а!

Голос Андрея разбудил меня окончательно. Я открыла глаза, почесала нос, увидела ошалелое выражение лица Андрея и перевернулась на другой бок.

— Дашка-а-а! — повторил брат. — А ну вставай! Ты смотри, что тут пишут! Я бы обязательно пропустил эту статью, если бы не твоя фотка крупным планом!

— Да ты бы и не узнал сестру, если бы я тебе не указала, — с усмешкой протянула Ксюша, и тут до меня начал доходить весь абсурд их разговора.

— Какая фотка? — сонно спросила я. — О чем вы?

— На! Читай! — тоном барина, отпустившего холопа, сказал Андрей и сунул мне в руки планшет.

Статья начиналась с фотографии в заснеженном саду, на ней был запечатлен момент, когда я даю Максу звонкую пощечину. На краткий миг я даже мысленно поблагодарила папарацци за то, что навсегда увековечил этот славный момент, но мозг включился вовремя, поэтому я перевела взгляд ниже, на название статьи.

«Завидный холостяк сражен». Вот так лаконично и двусмысленно. Сражен красотой или сражен ударом?

Дальше я читала урывками, чтобы поскорее узнать суть:

«Благотворительный вечер уважаемой… и т. п. и т. д. Наш корреспондент стал свидетелем поразительной сцены… До этого хозяйка вечера объявила об их знакомстве, но разве кто-то мог предположить между ними бурный роман, который закончился, видимо, незадолго до этого?.. Сцена, которую нам удалось запечатлеть, была поистине жаркой!.. Бывшие возлюбленные едва ли не кричали. Как мы поняли из их разговора — Максим Румянцев, миллиардер и завидный холостяк, разочарован в Дарье Коронцевой. Он обвинял её в измене с внуком хозяйки вечера, а также назвал её «пустышкой». Наши уважаемые читатели наверняка хотят знать, откуда всплыла эта «пустышка», и мы спешим поделиться с вами полученной информацией. Когда-то Дарья работала няней племянников Максима Румянцева, но после взлетела вверх благодаря выгодному знакомству с нашей дорогой Маргаритой Ивановной. Теперь она громко заявила о себе в высшем свете, но каких еще поступков стоит от неё ожидать? Как скоро она влепит пощечину Аристарху?»

Теперь на фотографии были мы с Аристархом, улыбающиеся и с бокалами шампанского в руках. Какая ирония! Они же перевернули все слова Макса с ног на голову! Хотя в этом есть и положительный момент — раз я такая стерва, как писали здесь, значит, никто не посмеет нападать на меня впредь, как это сделала Мари.

— Принести нож? — участливо спросил Андрей, и я бросила на него удивленный взгляд. Брат пожал плечами. — Мало ли, может, ты убить кого хочешь.

— Только если ты пойдешь со мной на дело, — со вздохом ответила я. — И убить мне хочется именно Макса.

— Он правда говорил тебе то, что написано в этой статье? — растеряв всякую веселость, серьезно спросил Андрей.

— Нет. Они солгали. Он действительно говорил о том, как я могла прийти на вечер с Аристархом, назвал меня «пустышкой», но если так подумать, то с его стороны все так и есть. Хоть его вины это и не отрицает, я могу его понять.

— Понятно, — шумно втянув воздух, сказал брат. — Ксюха, тащи нож.

И мне оставалось молча удивляться их крепким отношениям, ведь его жена просто пошла на кухню за ножом. Когда она пришла с орудием убийства, да не каким-нибудь, а самым настоящим тесаком мясника, я приоткрыла рот от удивления.

— Не надо, — пискнула я, но Андрей уже взял нож в руки.

В этот момент раздался звонок в дверь. Брат пошел открывать, напевая под нос наскоро придуманную песенку о том, что вот и жертва подоспела. Мы с Ксюшей прошли следом за ним, но не вышли из-за стены, чтобы видеть эту эпичную картину. Каково было удивление брата, когда за порогом действительно обнаружился Макс.

— А нож обязателен? — вяло спросил миллиардер.

Выглядел он… так себе, сразу скажу. Помятый, с похмелья, со всклоченными волосами и висящей из кармана бабочкой. Он дома вообще был?

— Конечно, обязателен! — прислонившись плечом к стене, ответил Андрей. — Для тебя же готовил.

Макс даже никак не отреагировал на его заявление. Перевел взгляд в сторону и зацепился за отражение в зеркале — там отражались мы с Ксюшей.

— Даша? Мы можем поговорить?

— А вчера не наговорились? На целую статью беседа оказалась, — сказал Андрей, и Макс нахмурился.

— Надеюсь, не уголовную?

Андрей закатил глаза, мол, что с его похмельного мозга возьмешь, после чего вышел вместе с Максом на лестничную клетку. Я собиралась броситься следом, но меня удержала Ксюша.

— Но у него нож! — протестующе воскликнула я.

— Да ничего он твоему Максу не сделает, — с усмешкой сказала девушка. — Идем чай пить.

Максу он действительно ничего не сделал, но и говорить, о чем была беседа, не собирался. Я так ничего от него и не добилась, поэтому после завтрака отправилась гулять с Лешей — ребенок понимал меня лучше всех, то есть ему тоже не хотелось вникать во взрослые проблемы.

Когда мы вышли на детскую площадку, то мне казалось, что на меня все смотрят и указывают пальцем — мол, вот, это она в сегодняшней статье была, узнали? Разумеется, ничего такого не было, но отделаться от этого ощущения я не могла, словно школьник, укравший шоколадный батончик в магазине.

Мысли то и дело возвращались к Максу. О чем они разговаривали с Андреем? Но брат не из тех людей, кто передает разговоры тет-а-тет. Что же мне делать дальше? Вроде приехала в Москву, чтобы отдохнуть и развеяться, а в итоге опять заразилась вирусом по имени «Макс». Хотя разве я выздоравливала? Лишь острый период прошел, но сейчас он вновь набирает обороты.

Вчера мне удалось побывать на одной ступени с Максом, пусть это было и иллюзорное ощущение. Мне казалось, мы совсем рядом, способны остаться вместе, но виной всему наши характеры. Гордости вновь столкнулись, не желая уступать. Я бы пошла навстречу, точной знай, что ему это действительно нужно. Но теперь мне остается только ждать его следующего шага.

Вечером ко мне в комнату зашла Ксюша. В моих наушниках грохотала музыка, поэтому я не сразу заметила жену брата. Она поманила меня пальцем.

— Что-то случилось? — спросила я, сняв наушники.

— Да, к тебе пришли.

По озорному выражению лица Ксюши я поняла, что пришел не кто-нибудь, а Макс. Или Аристарх. Нет, наверное все-таки Макс. По крайней мере, в это хотелось верить. Наскоро причесавшись, я нанесла на губы блеск и вышла на кухню, где за барной стойкой пили чай мужчины.

Я поправила розовую толстовку и, будто не замечая огромного букета роз на столе, кашлянула. Макс заметил меня и поспешил подарить мне букет. Тот оказался тяжелым, поэтому я поскорее вернула его на стол.

— Ксюша, ты хотела с Лешей погулять. Пойдем вместе, — сказал Андрей и вышел из кухни.

Я неспеша налила себе чай, стараясь выглядеть как можно более безмятежной, и села на барный стул. Макс вздохнул, усмехнулся и сел напротив меня. За окном падал снег, в доме пахло хвоей и мандаринами. Было в этом что-то удивительно волшебное и праздничное, вот так просто сидеть с Максом за чашкой чая. Сейчас мы не зависели друг от друга, поэтому за барной стойкой удобно расположились двое совершенно самостоятельных взрослых людей, способных на откровенный разговор.

Теоретически, конечно.

Входная дверь хлопнула — брат с семьей ушли на детскую площадку.

— Даша, нам надо поговорить.

— Неоспоримый факт, — подтвердила я и сделала первый глоток. Мятный чай всегда успокаивал меня. — О чем начнем разговаривать? О событиях прошедшего лета или о беседе, состоявшейся вчера?

— Сначала извинюсь за вчерашнее. Я действительно был неправ, когда навоображал себе невесть что и вылил весь свой негатив за собственные фантазии на тебя. Во мне играла ревность. Надеюсь, ты найдешь в себе великодушие, чтобы понять и простить меня.

— Я постараюсь быть справедливой, — чопорно ответила я и закусила губу. Глупо отрицать очевидное — мне тоже хочется помириться с Максом. — По правде сказать, я тебя поняла сразу же, но гордость мешала мне в этом признаться. Ты так вчера налетел на меня, что я отказалась от конструктивного разговора. С твоей стороны я действительно выглядела как безмозглая пустышка, променявшая одного состоятельного мужчину на другого по одной ей ведомой причине. К Аристарху я не испытываю ровным счетом никаких чувств, быть может, только капельку признательности за его поддержку, — начала я. С каждым моим словом Макс становился все веселее, а улыбка на его лице — отчетливее. — Ты должен знать, что оскорбить тебя или унизить никогда не входило в мои планы. Если честно, быть на благотворительном вечере вообще не входило в мои планы, это все Маргарита Ивановна. Пришла ко мне с утра пораньше, приказала собираться. Весь день я прихорашивалась… — я запнулась, не уверенная, что стоит говорить «для тебя», поэтому тряхнула головой и продолжила: — И опоздала лишь потому, что заехала домой за теми украшениями, что подарил мне ты. Ладно-ладно, не подарил, а я честно их заработала.

— Я видел, — кашлянув, сказал Макс. — Но вчера меня это взбесило еще больше — ты же была с Аристархом, но в тех украшениях. И если серьги действительно выбирала Ольга, то колье — уже мой выбор.

— Не так сложно дополнить набор, как выбрать изначальное украшение, — парировала я и отпила чай. — Подожди, но ведь серьги ты так и не увидел!

— Пришлось пытать Ольгу, — с коварной улыбкой откликнулся Макс.

— Надеюсь, ни один жених не пострадал? — весело отозвалась я. — Кстати, когда у неё свадьба?

— Уже была. Она вышла замуж этой осенью. А у меня новая помощница.

— Сочувствую.

— Спасибо.

А теперь можно и помолчать. К запахам мандаринов и хвои добавилась мята. Они щекотали все чувства внутри меня, поэтому я ерзала на стуле. Тишина между нами не была давящей, скорее, уютной, как если бы мы были семьей.

— Даш, — позвал меня Макс и отставил пустую чашку.

Я тут же встала и поспешила к чайнику, чтобы долить ему чай. Макс обнял меня за плечи сзади и поцеловал в плечо. Я застыла. Чайник в моей руке дрогнул, и я расплескала его содержимое. Макс не успел вовремя отойти, поэтому одна штанина его брюк оказалась мокрой. Я тут же развернулась, взяла салфеток со стола и начала оттирать их, но тщетно — пятно уже разрослось.

— Снимай брюки, — со вздохом сказала я.

— Знала бы ты, как давно я мечтал услышать от тебя эти слова, — весело откликнулся он.

— Макс!

Ничего не ответив на моё восклицание, мужчина молча снял брюки и остался в одних боксерах и рубашке. Стараясь не смотреть вниз, я забрала брюки и отправилась их застирывать. Макс усмехался моему поведению, а когда я закинула брюки в машинку на быструю стирку, поймал меня в дверях ванной и обнял.

— Даша, давай встречаться!

Я замерла, не зная, как реагировать на его слова. Точнее, я знала — поцеловать было желанным вариантом, но насколько правильным? За последние четыре месяца я точно поняла, что люблю этого мужчину и хочу провести с ним всю жизнь. Меня больше не волновал социальный статус, а говорить о пересудах общества даже не хочу. Пусть наш роман будет и коротким, но уверена — ярким.

— Мне стоит подумать, — прошептала я пересохшими губами.

Взгляд Макса спустился к ним, а затем мужчина медленно наклонился и поцеловал меня. К черту все! Неужели я просто не могу наслаждаться близостью с любимым мужчиной? Руки сами потянулись к нему. Я обхватила его шею, пробралась пальцами в жесткие волосы и прикрыла глаза. Макс придвинулся еще ближе, буквально впечатывая мое тело в свое. Я потеряла дыхание, сердце забилось с неистовой силой и мне казалось, что земля уходит из-под ног. Неожиданно все жизненные трудности и проблемы оказались далеко, а здесь и сейчас — лишь мы, наш головокружительный поцелуй и пресловутые бабочки в животе.

— Даша-а-а… а вот раньше так нельзя было сделать?

— Нельзя-я-я, — прошептала я ему в губы, сама прижимаясь к мужчине. — Раньше я не понимала, что мне плевать на твою ветреность.

— Какую ветреность, Даша? — отстраняясь, спросил Макс. — Разве я давал тебе повод усомниться в своих чувствах?

— Но ты и не открывал их, — укоризненно сказала я. — Да к тому же еще сказал, что я не имею права сравнивать себя с Викой.

Последнее имя я буквально выплюнула, настолько оно мне было противным. Неужели я раньше могла считать это имя красивым? Оно ужасно!

Боже, эта ревность меня окончательно съест…

— Даша! — неожиданно накричал на меня Макс и отстранился. Я нахмурилась, неожиданно поняв, что готова расплакаться. Макс понял это и продолжил мягче: — Даша, ты что себе надумала? Я имел ввиду, что ты намного лучше, даже не так, ты несравненная. Вика моя бывшая невеста, но о ней я даже не хочу вспоминать, хоть это больше и не причиняет мне боли.

— Боли? — переспросила я. — Она тебя бросила?

— О, нет, бросил её я. После того, как застал её в постели с другим. От меня ей нужны были только деньги, а я был слепцом. Правда всплыла еще до свадьбы, к моему счастью. Но это все осталось в прошлом, понимаешь? Сейчас, пройди она мимо, никогда не затронет моего сердца. Ты мне веришь?

Я смотрела в его глаза и понимала — да, верю. Более того, уверена в его чувствах и словах. Зачем бы иначе он приехал сюда, терпел моего брата, который умеет быть весьма грубым, и целовал меня? Вокруг него достаточно девушек, который готовы прыгнуть к нему в постель без лишних трудностей.

— Да. — Я улыбнулась и вновь обняла его. — Я верю.

Макс улыбнулся в ответ. Наступила неловкость — я почувствовала его желание, но не отстранилась и вообще сделала вид, что ничего не замечаю. Не будем же мы заниматься сексом в квартире моего брата? Я просто закусила губу и посмотрела в его глаза, напоминающие расплавленное железо. Почему этот мужчина настолько привлекателен, даже в одних боксерах, носках и рубашке?

Раздался звук ключа, поворачиваемого в замочной скважине. Я тут же отпрянула от Макса, будто мне было пятнадцать лет и меня мама застала в комнате с парнем. Но это была вовсе не мама, а здоровенный старший брат, что еще более весомо! Первой зашла Ксюша с Лешей и тут же прикрыла ребенку глаза. Андрей втащил санки и застыл в коридоре, удивленно смотря на нас. Чтобы хоть как-то разрядить обстановку, я громко сказала:

— Мы помирились!

Моей радости брат не разделил и перевел взгляд на полуголого Макса со стояком, который тот пытался прикрыть, опустив руки вниз. Максу явно не доводилось бывать в таких ситуациях, что меня неожиданно развеселило.

— Да мы видим, — усмехнулась Ксюша, повернув сына к себе, чтобы он не видел дядю без штанов.

— Это не то, что вы подумали! — пискнула я.

— Конечно, мы понимаем, — сказала Ксюша, и я закатила глаза.

Ааа, и почему Макс так не вовремя возбудился? Нет, конечно, реакция его тела ожидаема и приятна, но что за стыд? Мы ведь взрослые люди, а чувствую себя малолеткой!

— Я облила брюки Макса чаем и их пришлось застирать.

— Даша, тебе не стоит оправдываться, — вновь с хитрой улыбкой вступилась Ксюша. — Макс, пройди в ванную пока, я ребенка раздену и отведу в детскую.

Кто бы мог подумать, что этот невыносимый тип возьмет и послушается мою невестку. Андрей начал раздеваться, но при этом бросал на меня строгие взгляды. Кажется, мне не верили. Совсем. Чего они вообще так скоро вернулись?

— Погода нелетная, — будто прочитав мои мысли, сказал Андрей. — Ветер сильный, с ребенком не погуляешь.

— Ясно-о-о…

— А ты расстроилась? — поиграв бровями, спросил Андрей, и я все-таки стукнула его кулаком по плечу.

Мне оказалось больнее, а вот брат рассмеялся. Андрей принес Максу шорты и мы впятером сели за стол. Когда Ксюша увидела разлитый чай, сомнений у неё отпали, а вот брат продолжал меня подкалывать. Причем Макс стал его поддерживать, тоже стреляя в меня насмешливыми взглядами. Только Ксюша заступалась за меня.

Но в целом вечер прошел чудесно — в теплой семейной обстановке. Мое сердце пело и трепетало. Казалось, что я каким-то чудесным порталом перенеслась в сказку, где царили любовь и понимание.

Ночь приближалась, поэтому я вышла проводить Макса до машины. Он не хотел расставаться, уговаривал меня поехать с ним, но я не могла этого сделать. Казалось, что если я сейчас же поеду к нему, то мое бедное сердечко сойдет с ума от любви. Хватит и щек, которые сводило от бесконечных улыбок.

— Снежинка, — сказал Макс, стряхнув с моих волос снег. — И самая красивая девушка на свете.

Взяв меня за капюшон, Макс наклонился ниже и поцеловал. Целоваться на морозе то еще удовольствие, но удержаться было практически невозможно. Я вновь обняла Макса и прикрыла глаза. Казалось, что быть счастливее, чем сейчас, уже невозможно. Надо будет позвонить Маргарите Ивановне и поблагодарить её!

— Спокойной ночи, Даш, — прошептал Макс. — Позволишь завтра вечером заехать за тобой? Близнецы очень обрадуются.

— Я тоже по ним соскучилась.

— Кстати, ты же проведешь Новый год с нами?

— Даже не знаю, — пожав плечами, ответила я. — Я обещала брату с невесткой быть с ними…

— Даша-а-а…

— Я подумаю, Макс, — улыбнулась я. — Обещаю подумать.

— А я обещаю тебя уговорить, — игриво отозвался мужчина и вновь поцеловал меня.

— Спокойной ночи, Макс.

— Спокойной ночи, Даша…

Прощались мы до трех часов ночи. Конечно, не на улице, а в машине. Целовались, разговаривали и вновь целовались. Это была самая сладкая ночь в моей жизни! И воспоминания о ней я буду бережно хранить в своем сердце.